Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философский дискурс о Языке Искусства в истории культуры эпохи Нового времени
.pdf
Глава IV. Гегель – о сущности Языка Искусства
как «божественная» сущность самой души, любовь, обнаруживающая духовный исток душевного, духовное первоначало в душе.
Эта любовь не преходяща, но абсолютна. Столь высокое чувство
любви a priori присуще Человеку как таковому, Человеку согласно
Божественному замыслу (оно утрачено в грехе, и теперь к любви
может примешиваться ревность, любовь может быть эгоистичной
на земном
человеческом уровне и т.п.). Такую идеальную, абсолютную любовь явило Миру христианство в любящих душах
Христа и Марии, она навеки запечатлена в ликах и образах христианского искусства, унаследованного живописцами Возрождения. Истина её, суть и сверхисторический смысл для истории Человечества выражены языком живописи.
Аналогично – музыка, эстетически стихийный и
эмоционально
насыщенный язык, внешне проявляющий себя как динамичная
живая стихия звуков, охватывающий в бесконечном количестве
вариаций всех возможных мелодий все возможные сокровенные
движения человеческой души, казалось бы, способен выразить
1
«лишь стихию чувства»
. «Сердце человека, настроение души –
такова вообще та сфера, в которой должен находиться композитор... Ибо звук обретает подлинно одухотворённое выражение лишь
благодаря тому, что в него вкладывается и из него изливается
чувство». – «Здесь музыка даёт простор для выражения всех особенных чувств, и все оттенки радости, веселья, шутки, каприза,
восторга
и ликования души, все градации страха, подавленности,
печали, жалобы, горя, скорби, тоски и т.д. и, наконец, благоговения,
преклонения, любви и т.п. становятся своеобразной сферой музы-
2
кального выражения»
. Но язык этого «искусства чувства, которое
непосредственно обращается к самому чувству», тем не менее,
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. ... Т. 3. С. 277–281, 314.
2
Там же. С. 290, 322.
161
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
подчинён законам гармонии исторического и сверхисторического
в истории Абсолютного Духа.
Музыку принято считать искусством, тесно связанным со временем. Полотно художника или шедевр скульптора зритель может созерцать часами, даже сутками или годами, размышлять над его
смыслом бесконечно длительный период времени, вновь и вновь
возвращаться к нему столько, сколько считает
нужным для полного
или достаточного ему самому понимания и формирования своей
личной интерпретации. В этом случае проявляется двойственность
субъективного характера произведения искусства: субъективность
творца, который уже обрёл своё миропонимание, свой смысл и уже
воплотил и выразил его посредством материальной, вполне осязаемой
формы, и субъективность только ещё обретающего смысл зрителя,
точка зрения
которого ещё только формируется. Музыка же лишена
возможности материального присутствия в Мире; здесь нечего
внешне созерцать, можно только быть в самом творческом
(со-творческом!) процессе, в самой эстетической стихии звуков. Музыка длится ограниченный период времени, и одновременно только
такое количество времени и отведено слушателю на процесс восприятия. Жизнь
музыки скоротечна и во времени необратима. Звук рождается и в тот же миг ускользает в небытие. Но, размышляя о быстротечности жизни музыки, Гегель акцентирует внимание на другом,
главном, с его точки зрения, – на принадлежности звука не времени
реальному (человеческому), но «идеальной духовной сфере времени»
1
В мгновение, отведённое каждому звуку, обнаруживается истинное
созвучие вечного и временного, идеального и реального, небесного и
земного, сакрального и профанного, духовного и душевного; в относительном проявляется абсолютное, в имманентном – трансцендентное, в горизонтали – вертикаль, в преходящем – возвышенное, в фи-
.
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. ... Т. 3. С. 291.
162
Глава IV. Гегель – о сущности Языка Искусства
зическом – метафизическое – в случае подлинного музыкального шедевра, и именно это и делает музыкальный шедевр подлинным.
В распоряжении философской мысли Гегеля была вся история
классического музыкального искусства эпохи Нового времени и
конфликта с ним искусства романтического (движение «Бури и
натиска»). Именно в это исторически сложное, неспокойное, но
прекрасное время творят
Л. ван Бетховен, Никколо Паганини,
Джоаккино Россини, Винченцо Беллини, Гектор Берлиоз, Франц
Шуберт, Фредерик Шопен, Франц Йозеф Гайдн, звучит «Волшебная флейта» В.А. Моцарта, а Вена становится музыкальной столицей Европы (имена четырёх величайших композиторов эпохи –
Моцарта, Бетховена, Гайдна, Шуберта – связаны с этим городом).
Но он отдаёт предпочтение именно духовной
музыке, имеющей
религиозные христианские истоки, музыкальным шедеврам, сотворённым великими композиторами для богослужений и благодарственных молебнов в храмах и соборах, призванной к сверхзадаче выражения духовно-смысловых явлений абсолютного начала
в мире, проникающего в мир через сердце и душу человека. Подтверждают справедливость его эстетических рассуждений шедевры
новоевропейских композиторов,
творивших во всевозможных жанрах
духовной музыки и во многом следовавшим духовной музыкальной
традиции особо почитаемого им Средневековья: «Библейские сонаты» Иоганна Кунау, «Вечерни» Клаудио Монтеверди, «Miserere mei» /
«Помилуй меня, Боже», написанное на 51-й псалом Библии, Грегорио
Аллегри, «Te Deum» М.-А. Шарпантье, «Большие концерты»
А. Корелли (12 музыкальных пьес, 8 из которых – церковные сонаты), «Бранденбургские
концерты», «Страсти по Матфею», «Страсти
по Иоанну» И.С. Баха, «Таинство» Франческо Джеминиани, «День
суда» Г.Ф. Телемана, «Мессия» Г.Ф. Генделя, «Сотворение Мира»,
«Семь последних слов Спасителя на кресте» Ф.Й. Гайдна. И даже
когда те же композиторы осмысливают в музыкальной интерпретации не только библейские и евангельские, а,
например, трагические
163
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
сюжеты древнегреческой и римской истории («Сказание об Орфее»
Клаудио Монтеверди, «Эвридика» Джакопо Пери, «Орфей и Эвридика», «Ифигения в Авлиде», «Ифигения в Тавлиде» К.В. Глюка,
«Медея» Луиджи Керубини, «Юлий Цезарь» Г.Ф. Генделя), суть здесь
та же – выражение сверхисторического смысла истории Абсолютного
Духа и причастного Ему мира.
Истинно искусством
музыка является только тогда, когда язык
её способен выразить высшие – исключительно человеческие –
высокие чувства: любовь, нежность, грусть, глубокую печаль,
горечь, тоску, утрату, благодарность. Причём не просто выразить, а явить истину и саму сущность этих чувств, показать всю их
эстетическую глубину, красоту, и человечность. Звучание музыки – язык самовыражения Абсолютного
Духа, создающий в человеческом мире особое духовное сверхисторическое измерение
таким образом. «Основной момент всякого искусства – духовное
содержание и выражение. Только когда в чувственной стихии
звуков и их многочисленных конфигураций выражается духов-
ное начало в соразмерной ему форме, музыка возвышается до
1
уровня подлинного искусства…»
, – заключает Гегель в «Лекциях
по эстетике» не только относительно и музыки, но Искусства как
такового в целом.
Язык Искусства наделён ещё одним важнейшим для эволюции
Абсолютного Духа качеством. Из всех языков Духа именно ему, как
показывает Гегель, предназначено служить интимному сокровенному общению людей и на более высоком уровне – духовному
единению народов, наций, культур и всего человеческого рода в
истории Культуры. Эта задача реализуется уже на первых этапах
истории Языка, когда Дух ещё не ясен внутри себя самого и находит возможность художественного самовыражения только в символической форме – языком архитектуры. Его величайшие об-
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. ... Т. 3. С. 289.
164
Глава IV. Гегель – о сущности Языка Искусства
разцы, непревзойдённые в истории мировой Культуры, явлены
культурами Древнего Востока – искусством Вавилона, Индии,
Египта. «Что свято?» – задаёт Гёте вопрос и отвечает: «То, что
связует много душ». В этом смысле мы можем сказать, что
«святое с целью такого объединения и как такое объединение
составляло первое содержание самостоятельного зодчества».
«Содержанием служили
, безусловно, всеобщие созерцания, в ко-
торых индивиды и народы имеют внутреннюю опору, точку
единства своего сознания. Поэтому первой целью таких само-
стоятельных самих по себе сооружений является возведение зда-
ния, которое служит объединением для нации или наций; это
место, вокруг которого они собираются. Но с этим может свя-
зываться ещё
и иная цель: самим способом формирования пока-
зать, в чём состоит вообще то, что объединяет людей, а имен-
1
но – религиозные представления народов»
.
Аналогично, – имея дело с музыкальным шедевром, воспринимая, слушая и понимая его, пусть даже индивидуально и на неком
личном, глубоко интимном уровне, мы всё же говорим не о конкретной радости или конкретной грусти, испытанной единичным
человеком, не о конкретном, каком бы то ни было, переживании вот
этого конкретного композитора
. Имеется в виду всеобщая радость
или всеобщая грусть, всеобщее ощущение скорби о жертвах войны,
террора или тоталитарных режимов, всеобщее восхищение «красотой звёздного неба» или «свободной стихией» моря, всеобщее
«благоговение перед жизнью», боль от потери любимой, которой
соболезнует каждый, ностальгия по юности, знакомая каждому. –
То есть и в связи с
музыкой речь идёт именно об эстетическом
чувстве «in abstractio», априорном чувстве.
Подтверждение тому, например, «Музыка на воде» Георга
Генделя или «Времена года» Антонио Вивальди, выражающие
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. ... Т. 3. С. 32–33.
165
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
ощущение скоротечности жизни и изменчивости Природы, «Реквием» Моцарта – глубокое предчувствие и переживание предстоящей смерти. Чувство композитора здесь не является исключительно личным чувством, свойственным лишь ему одному, но его
способно понять и разделить всё сообщество людей, слушающих
его музыку. Или показательна в этом отношении знаменитая и
трагическая Девятая
симфония Бетховена, созданная глухим композитором. Суть эстетического переживания оттого и может быть
понятна и музыканту (даже лишённому слуха!), и слушателю, что
это переживание априорно уже присуще каждому человеку как
Человеку, а не частно и, значит, может быть прочувствовано слушателем так же глубоко, как и творцом. Только тогда это воспри
нимается как откровение духовного в душевном, душе. И тем ценнее это откровение, чем большее количество человеческих душ,
объединённых в общее со-чувствие, звуки музыки способны затронуть, очаровать и сблизить. Предназначение музыки как искусства совсем не в том, чтобы ввергнуть кого бы то ни было в
пучину переживаний
других людей, музыкантов, откровенно выражающих посредством неё весь свой диапазон чувств. Язык музыки даёт композитору и исполнителю возможность стать проводником для слушателей, но не в собственный или в его субъективный душевный мир, сотканный из его личных чувств, эмоций,
переживаний, а в то духовно-эстетическое пространство, в котором
обмен между музыкантом и слушателем осуществляется через это
самое общее чувство, общее переживание, в котором их души
причастны общему смыслу. «В старинной церковной музыке глубокие определения, заключённые в понятии страстей Христовых
как данного божественного страдания, смерти и погребения, нередко понимались таким образом, что при этом выражалось не
субъективное
чувство растроганности, сострадания или единичной
человеческой скорби по поду этого события, но с помощью гар-
монии и её мелодического развития раскрывалась как бы сама суть
-
166
Глава IV. Гегель – о сущности Языка Искусства
дела, то есть вся глубина её смысла… Что касается слушателя, он
должен не созерцать боль распятия и положение во гроб или составлять себе лишь общее представление об этом, а должен пере-
жить в своём сокровенном самобытии интимнейший смысл этой
смерти и этих божественных страданий, погрузиться в них всей
душой, так что суть их становится чем-то внятным ему»1.
своей
Это даёт более глубокое и сущностное понимание Языка Искусства в целом. Музыка – это не просто «язык чувств», но именно
язык проявления смысла, организующего весь спектр чувств,
внутреннюю эстетическую сферу всех движений души, причастную высшему духовному смыслу и тем самым не сводимую лишь к
внутреннему измерению человеческих переживаний. Звук
принадлежит искусству музыки, оказывается музыкальным именно
тогда, когда им движет смыслонесущая энергия Духа, когда он
исполнен духовного смысла. И тогда смыслообразование пульсирует в чувстве – это и есть язык Искусства, сама его живая ткань
является духовно-смысловой. Живопись также даёт этому подтверждение. «Душевное чувство может, конечно, иметь своим со
держанием всеобщее, но, будучи чувством, оно не сохраняет
формы этой всеобщности, а проявляется так, как я, этот определённый субъект, узнаю себя в ней и ощущаю… Поэтому живо-
пись оказывается нам ближе… Созерцатель картины с самого
2
начала как бы соучаствует, включаясь в неё…»
. Живопись – язык,
передающий, воссоздающий и выражающий внутреннюю целостность души, не в её эмоциональной динамике, а в её духовно-смысловой структуре. Его логика движения смысла способна
содержательно раскрывать духовный мир души. Специфика живописи – как раз в этой непосредственной очевидности проявления
духовно-смыслового измерения жизни души и мира как
некоего
-
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. ... Т. 3. С. 319–320.
2
Там же. С. 190–193, 196–197, 199, 218.
167
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
универсального Миро-творящего события, проекцией которого в
мир выступает, с одной стороны, жизнь, а с другой – ее осознание и
наделённость её смыслом в человеческом переживании.
Выводы
Таким образом, философская рефлексия Г.В.Ф. Гегеля, направленная на Язык, осуществлялась в общем эпохальном дискурсе
культуры Нового времени с учётом исканий
и классического, и
неклассического её течений. Его лингвофилософские взгляды отражены в основных трудах, в совокупности составляющих его
«энциклопедию философских наук» и представляющих философию Абсолютного Духа.
Гегель показал, что культура его эпохи Нового времени именно
благодаря всему приобретённому и исторически переосмысленному ею многовековому культурному опыту Античности и задействованному тысячелетнему средневековому духовному потенциалу сумела синтезировать художественно-эстетический, религиозный и собственно философский рационально-понятийный способы миропонимания, охватить тотальной философской системой
искусство, религию и науку и в совокупности предстала как высшая
ступень восхождения к Абсолюту. Новоевропейская философия
«возвысилась над… общепринятым конечным способом рассмотрения только рефлектирующего мышления…
до постижения духа
как самоё себя знающей действительной идеи, до понятия живого
духа с необходимостью саморазличающегося и от этих своих раз-
1
личий возвращающегося к единству с собой…»
.
Философ, изначально поставивший своей задачей выявить саму
идею Языка, обосновал единосущность Языка и Духа и необходи-
мость Языка в процессе самопознания, самотворения и самовыра-
1
Гегель Г.В.Ф. Эстетика : в 4 т. … Т. 3. С. 11.
168
Глава IV. Гегель – о сущности Языка Искусства
жения Абсолюта в основных формах его проявления (искусстве,
религии и философии), показал роль и значение Языка Искусства в
духовно-интеллектуальной эволюции Человечества и истории
Культуры. Язык Искусства – важнейший из языков Абсолютного
Духа – наделён даром хранить Память Культуры, эстетически
воспринимать и выражать художественным образом всю Мудрость
Жизни, всю Красоту Мироздания, всю
глубину Любви. Исходящий
из духовной полноты λόγος, Язык Искусства обладает творческой
способностью смыслопорождения, взращивания философского
смысла в поэтическом слове и тем самым – создания абсолютного,
духовного, идеального, ценностного измерения Мира и Культуры.
169
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
Заключение
Язык Искусства в эпоху Нового времени рассматривается в
широком культурно-историческом контексте. Проблема его сущности, природы, смысла и предназначения вызывает напряжённый
дискурс, в который оказываются вовлечены все интеллектуальные
течения эпохи и задействованы все сферы культуры – философия,
искусство, наука, религия. Дискурс этот имеет сверхэпохальный
масштаб: он активизирует древнейшую историческую традицию
многовекового взаимовлияния восточного и западного культурных
миров, разворачивается в пространстве «встречи» Античности и
современности. Процесс обсуждения лингвоэстетических проблем
и поиск их решений философской мыслью и творческим гением
искусства осуществляются в общем проблемном поле магистрального классического и постепенно возникающего и проявляющего себя «неклассического» направлений развития культуры
при всей сложности их
Философской мыслью Нового времени была установлена,
обоснована и всесторонне рассмотрена взаимосвязь Языка Искус-
ства-Сознания-Бытия.
Философы и художники доминирующего в эту эпоху классического направления развития культуры из универсума античного
λόγος выделили только смысл ratio, определили Бытие чистой
мыслью, отождествили логическое исключительно с мыслимым,
рациональным. Философия,
чистую мысль, отдав приоритет в познании Мира Cogito, избрала
магистральную стратегию трансцендентализма в качестве философского credo и сумела подчинить эстетику и искусство власти и
взаимоотношений.
принципиально сориентировавшись на
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]