Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философский дискурс о Языке Искусства в истории культуры эпохи Нового времени
.pdf
Глава III. Эстетика невыразимого и постижение творческой природы
было бы назвать трансцендентальным воспоминанием вечного в
человеческом духе»
1
.
Ностальгия Гёте возвращает нас к более глубоким истокам че-
ловеческого эстетического опыта вообще. Красота для любого из
творцов и есть Истина Бытия, ά-λήJεια – ускользающая, частично
утраченная Человечеством, преданная забвению, но оживающая в
воспоминании поэта, возникающая «на кончиках пальцев» художника. Красота – естественное свидетельство высшего Божественного Всеединства
, тот способ, посредством которого раскрывается извечный λόγος – тайна воплощения Бога-в-Мире, проявляется таинственный Божий промысел сотворения Мира.
Трансцендентальное воспоминание о Всеедином Боге-Творце –
первоисточнике и первооснове Вселенской Красоты, того Истинного Прекрасного облика, в котором изначально сотворён Мир,
позволяет поэту «видеть» Бога и узнавать божественное выражение
Мире, сам Мир воспринимать как Божественное Откровение.
в
Истинный художник и поэт всегда у-Миро-творения. Мир для него
не приведён в соответствие с логикой Чистого Разума, когда красота совпадает с правильностью, строгой гармонией форм и является отражением разумного порядка Бытия, но a priori сотворён в
состоянии Красоты, сокровенно родственной состоянию
его любящей души, потому в этом Мире он «всегда дома» (известная
философская метафора Новалиса). Красота Живого Всеединства
Вселенной не подвластна рациональному объяснению, не оформ-
ляема логически, но эстетически переживаема и доступна только
творческому чистосердечному созерцанию гения-поэта, способного воспринять Мир как созданный Богом, извечно возлюбленный, спасённый
и дарованный Им Человеку, и творчески воссо-
здать его в шедевре искусства.
1
Шлегель Ф. Указ. соч. Т. 2. С. 367–368, 380–381.
91
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
Красота – вотчина искусства – и философии посредством искусства напоминает о её истинном предназначении. Подлинный
смысл философствования – не во властном обладании Разума Миром, подчинённым логически им же выводимой и строго доказуемой истине, а в неутомимом искании подлинной Истины жизни и
бытия самого Мира, в бытии к Истине, любви к
высшей Мудрости,
Софии. Этот софиологический смысл сохраняется в культуре Нового времени на всём его протяжении, скрыто присутствует в философских трудах и шедеврах искусства неклассического течения
всех его периодов. Он задаётся как цель и перспектива великим
поэтом (и не случайно – именно поэтом, «теопоэтом») с самого
начала эпохи – Данте в трактате
«Пир», созданном в платоновской
традиции: «Философия начинается там, где душа и Премудрость
становятся друзьями и всецело любят друг друга… Предметом
Философии служит Мудрость, форма Философии есть Любовь,
которая поэтому и называется здесь её душой, а созерцание – со-
1
четание того и другого»
. Далее, спустя несколько веков, Блез
Паскаль противопоставляет Чистому Ratio, Cogito Декарта, Чистое
Сердце, исполненное любви к Миру и Человечеству, обращённое к
Божеству, понимая его как самый глубинный исток душевного
мира, средоточие любви к Истине, корень и сокровенный центр
личности. «У сердца свой порядок, у разума – свой; порядок, при-
сущий сердцу, совсем другого
свойства. <…> Именно сердце по-
могает нам постичь начало начал, и тщетны все усилия разума, не
способного к такому постижению, опровергнуть доводы сердца».
«Наш мир – чужбина для истины, истина – незнакомка для тех, кто
глух к её голосу… только любовь к этой истине открывает путь к
1
Данте Алигьери Пир // Данте Собрание сочинений : в 2 т. / пер. с итал. и
коммент. И. Голенищева-Кутузова. М. : Литература : Вече, 2001. Т. 2. С. 163, 167.
92
Глава III. Эстетика невыразимого и постижение творческой природы
её познанию»
1
. В противоположность жёстко установленному Ratio
«мёртвому» застывшему порядку чистых абстракций и трансцен-
дентальных схем любящее Сердце способно эстетически интуитивно (чувственно) проникнуть в мудрый порядок Вселенной в её
жизни, уловить логику самой этой Жизни. Новалис пишет Фридриху Шлегелю: «Моя любимая наука зовётся в своей основе как
моя невеста. Софией зовётся
ключ к моему собственнейшему существу»
она – Философия, душа моей жизни и
2
.
Как отыскать обитель Изиды и проникнуть в святая святых
Природы? – задаётся он вопросом в философском романе «Генрих
фон Офтердинген» и набрасывает в черновиках символическое
двустишие: «Поднял из всех лишь один покрывало Богини в Саисе. /
3
Что же узрел он? / Узрел – чудо! / – Себя Самого»
. Для этого
юноши философия с самого начала духовного пути стала интимно
личным делом, связанным, прежде всего, с глубоким самопознанием, с экзистенциально-эстетическим поиском всей жизни, изначально уже была тем, чем и должна быть по природе своей для
любого подлинного философа – самой любовью. Явилась таковой
она и для Данте,
Рафаэля, Леонардо, Микеланджело, Рембрандта,
Гёте, Жуковского, Пушкина, – любовью, запечатлённой в софийных образах Вечной Женственности: Беатриче, Сикстинской Мадонны Марии, Джоконды, Виттории Колонны, Саскии.
В каком бы строгом логико-аналитическом смысле не толковалась Красота философами Нового времени и как бы геометрически
точно не воспринималась она их современниками-художниками,
становится очевидным
, что вопрос о сущности и природе Истины
1
Паскаль Б. Мысли // Тарасов Б.Н. «Мыслящий тростник». Жизнь и творче-
ство Паскаля в восприятии русских философов и писателей. М. : Языки славянских
культур, 2009. С. 628, 744, 841, 854.
2
Новалис Генрих фон Офтердинген / отв. ред. В.Б. Микушевич. М. : Ладомир,
Наука, 2003. С. 198.
3
Там же. С. 240.
93
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
изначально не был отделён от вопроса о сущности и природе Красоты. Испокон веков, с седой древности, существовало естественное единство: Истина-Добро(Любовь)-Добро-Красота и – мать их
София. И оно скрыто сохранялось в истории Культуры, невзирая на
веления времени и амбиции Чистого Разума новоевропейской философии выяснить Истину
и подчинить ей Красоту рациональ-
но-математическим способом. «Не трогайте далёкой старины. /
Нам не сломить её семи печатей. / А то, что духом времени зовут, / Есть дух профессоров и их понятий, / Который эти господа
1
некстати / За истинную древность выдают»
.
Потому и отныне поиск ответов на этот вопрос должен осуществляться, исходя из глубин Мудрости: стоит вновь обрести
единство искомой триады Истина-Добро-Красота. Дени Дидро
размышляет об этом, наслаждаясь живописью классицизма в
окружении прекрасных дам в парижских салонах 1770-х гг.: «Истина, Добро и Красота идут об руку одним
путём. Поставьте одно
из двух первых качеств в трагическое обстоятельство, и Истина
обернётся Красотой… Так что же такое вкус? Это способность
угадывать Истину или Доброту при обстоятельствах, делающих то
или другое прекрасным, и живо, непосредственно, чувствовать это
2
прекрасное»
. О том, что приходит понимание этого и свидетель-
ствует кризис и критика Чистого Разума, эстетический прорыв
философии и тот факт, что эстетика активно включается в развитие
философской мысли, постепенно становится значимой частью
классических философских систем и далее занимает полноправное
положение с остальными разделами философии. Сам Кант приходит в конечном
итоге к преклонению перед богиней мудрости самой Природы и плодородия, богиней Жизни – Изидой. Для классической философии в Новое время обретение этого софийного
1
Гёте И.В. Фауст // Гёте И.В. Избранные произведения : в 2 т. ... Т. 2. С. 146–147.
2
Дидро Д. Салоны. М. : Искусство, 1989. Т. 1. С. 240–241.
94
Глава III. Эстетика невыразимого и постижение творческой природы
смысла любви, придающей смысл жизни, – вновь становится задачей. В этом заключается и обретение вновь смысла бытия и предназначения самой философии, возможность возвращения истинного смысла философствования. Именно в момент возрождения
истины любви к Мудрости для философии становится возможным
в корне изменить приоритеты и направление развития.
Философия уже не
остаётся в замкнутом круге чистой мысли уверенной в беспрекословной справедливости и абсолютной правильности своих гносеологических методов. От производства посредством
Ratio мёртвых абстракций, строгих рациональных мыслеформ и
трансцендентальных схем философия вновь стремится к исходящей
из истока σοφία живой мысли как дару живой Природы. Естественным образом мудрость философов, погружённых в
глубину живой
Жизни, оказывается весомей чисто рационального познания.
«Жизнь», таким образом, становится фундаментальным метафизическим основанием философствования. Речь идёт о философеме
«жизнь» с софийным смысловым потенциалом и обширным концептуальным содержанием. София, σοφία, суть и Премудрость Божия,
и Художница при Великом Создателе, и Вечная Женственность, и
Мировая Душа –
Психея, и Мнемозина – Память, матерь муз, и Любовь, и Красота, и сама Жизнь – она являет одновременно все эти
вечные лики и древнейшие образы, содержит в себе это их Всеединство. Философемой «жизнь» объединяется всё: Вселенная, Божество,
Человек, Человечество, Природа, Красота, Истина, Поэзия.
Классическая философия эпохи неизменно отстаивала свои ме
тафизические принципы, ориентируясь на определённое, стабиль-
ное, совершенное бытие Парменида, гармонично оформляя Мироздание вокруг единого первоначала, αρχη. В противовес этой позиции философы неклассической линии, сохраняя любовь к мудрости Востока, творческую верность греко-христианской традиции,
вспомнили о метафизическом «вечно живом огне» Гераклита, метафизических откровениях Платона, Плотина
, неоплатоников и
-
95
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
поняли Бытие как Жизнь, ζωή. Философемой «жизнь» схватывается органическая целостность Природы, живая волнующаяся
стихия мировой души, жизненная полнота и творческая динамика
Вселенной. «Жизнь» означает Всеединство, всё бесконечное многообразие Мира, естественно включающее в себя все жизненные
противоречия, весь драматизм столкновения и борьбы противоположностей. Это универсальная всеобъемлющая
вселенская взаи-
мосвязь всего и вся, которой мудро управляет «любовь, что дви-
1
жет солнце и светила»
, как обнаружил Данте в Раю, и обеспечивает скрытую гармонию, которая, как утверждал когда-то Гераклит,
лучше явной. И постепенно, исходя из софийного истока, на этом
основании связующей всё и вся вселенской любви философия Нового времени в целом начинает приобретать облик философии
жизни. «И какое иное основание могла бы
иметь и признавать
философия жизни, кроме этого понятия подобной любви? Именно
об этом основании жизни я говорил как о единственном основании,
в котором нуждается философия и из которого она должна исхо-
2
дить»
, – утверждает Ф. Шлегель в работе «Трансцендентальная
философия», давая критику центральному философскому движению эпохи – трансцендентальному идеализму и указывая истинное
направление и перспективы возрождения и развития философии.
Такая метафизическая позиция философов неклассического
направления – философов жизни – изначально близка и глубоко
родственна мировосприятию художников и поэтов. Потому и все
помыслы художников Нового времени
устремляются к Жизни, в
родную им стихию поэзии Природы, к живым истокам творчества.
«Если считать, что античный стиль определил границы искусства,
если полагать предел искусства в абсолютной правильности, то,
как определите вы место Микеланджело с его странной компози-
1
Данте Алигьери. Божественная комедия... С. 478–479.
2
Шлегель Ф. Указ. соч. Т. 2. С. 362.
96
Глава III. Эстетика невыразимого и постижение творческой природы
цией, стремительностью форм, с его подчас совершенно неверными
планами, очень приблизительно взятыми с натуры? Вы будете
вынуждены назвать его возвышенным, чтобы не признать, что он
прекрасен… Неужели красота, составляющая внутреннюю потребность и источник самого чистого наслаждения нашей души,
заключена в строго ограниченную область? Неужели нам запретят искать её
в окружающей нас жизни, и греческая красота
навсегда останется единственной?», – задаётся вопросом Эжен
1
Делакруа
.
«Я хочу изобразить жизнь… Я хочу воссоздать мимолётные
образы, возникающие, когда солнце заходит, а луна золотит облака.
Вряд ли мы доживём до расцвета такого искусства. Но мы хотим
посвятить нашу жизнь его подлинному и правдивому зарождению.
Тот, кто сумеет сохранить искреннюю любовь к прекрасному, тот
всегда добьётся чего-то значительного
2
Филипп Отто Рунге
. Искусство, вынужденное в эпоху Нового
», – записывает в дневнике
времени следовать законам Разума, получает возможность изменить эстетические приоритеты и стремится развиваться в этом,
более естественном для него, набирающем силу общекультурном
направлении.
3.3. Миропонимание гения и поиск философией
альтернативных классическим языковых
художественно-эстетических онтологий
Для философии языка под влиянием этого исходящего из жи-
вого истока σοφία течения «гераклитовой» традиции, неизбежно в
1
История эстетики... Т. 3. С. 549–558.
2
Мастера искусства об искусстве. Избранные отрывки из писем, дневников,
речей и трактатов : в 7 т. ... Т. 4. С. 393.
97
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
корне меняющего саму культуру эпохи Нового времени, в общем
культурном и философском контексте наступает решающий поворотный момент. В обозначенном проблемном поле идеал логически
совершенного Языка, полностью подчинённого Cogito, Ratio и
представляющего собой только искусство ясного выражения
мысли, предложенный классической философией с её жёсткими
принципами трансцендентализма, уже не кажется раз и навсегда
данным. Соответственно, призванный строго следовать этому
лингвофилософскому идеалу Язык Искусства, способный в соответствии с постулатами классической трансцендентальной эстетики с геометрической точностью предать порядок бытия и гармонию Мироздания, уже не представляется высшим достижением
Искусства, самым совершенным и единственно приемлемым для
художника. Происходит осознание изначальной Мудрости Языка и
становится очевидной
потребность понимания Языка Изиды,
необходимость восстановления исконной естественной связи
Языка и Природы и поиска обоснования эстетики языка, истоком
которой будет не логически-прекрасное, совершенное или возвышенное, но чувственное, а основанием – эстетика жизни.
Если мыслители-классики останавливаются у пределов Непостижимого и Невыразимого, то ведущие философы неклассического течения считают
должным обратиться к рассмотрению и
решению возникших лингвофилософских проблем. Показательно,
что делают они это в контексте лекций и трудов по философии
мифологии, философии искусства и поэзии, философии откровения
и религии. «Язык и Жизнь суть нераздельные понятия» (В. Гум-
1
больдт)
. «В целом характер древнего чувственного языка и нашего
абстрактного совершенно противоположен… Те искусственные
произведения, которые носят имя поэтических творений… что они
по сравнению с неоформленной и бессознательной поэзией, ды-
1
Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию... С. 112.
98
Глава III. Эстетика невыразимого и постижение творческой природы
шащей в растении, сияющей в луче света, улыбающейся в ребёнке,
святящейся в цветении юности, пылающей в груди любящей
женщины? <…> Безмерен и неисчерпаем мир поэзии, подобно бо-
1
гатству живой природы» (Ф. Шлегель)
. «Если помимо языка
немыслимо не только философское, но и вообще никакое человеческое сознание, то, следовательно, основание языка не могло
полагаться сознательно… Какие сокровища поэзии скрыты в
самом по себе языке! ...Его глубина далеко превосходит любое,
самое сознательное произведение... Поэтическое в мифологии было
не извне принесённым, но внутренне присущим,
2
вместе с самой мыслью» (Ф.В.Й. Шеллинг)
.
данным уже
Эстетический прорыв в культуре Нового времени – по сути,
стремление философской мысли к возвращению «домой», «на родину»: в лоно μνημοσύνη, во всеединство μύθος, в творческую
стихию ποίησις. Основная проблема культуры всей эпохи заключалась в узком и ограниченном понимании логики и логического,
рассматриваемого лишь в категориях чистой мысли и подчинении
ему эстетического и эстетики. Классическая философия, признавая
лишь власть Чистого Разума и следуя его авторитету, утратила
полноту мудрости древнейшего λόγος. Она рассматривала логическое в категориях чистой мысли (причём первоначально подразумевалась абсолютная чистота, исключающая не только чувственность, но и языковое выражение), ограничилась пониманием логи-
ческого как рационально-аналитического, исключительно
мысли-
мого и – отождествила λόγος с Ratio, подчинила Язык Cogito,
строгой чистой логике мысли. Исходя из этого, она сделала Язык
Искусства в идеале логически-прекрасным. Восстановить целостность мировосприятия, воссоздать изначальную универсальность
1
Шлегель Ф. Указ. соч. Т. 1. С. 365, 414.
2
Шеллинг Ф.В.Й. Философия мифологии : в 2 т. / пер. с нем. В.М. Линейкина,
под ред. Т.Г. Сидаша, С.Д. Сапожниковой. СПб. : Изд-во СПб. ун-та, 2013. Т. 1.
С. 15, 47–48.
99
Панова О.Б. Философский дискурс о Языке Искусства в истории кул ьтуры
λόγος из самой ζωή, Жизни, вернуть λόγος ζυνός – живой самовозрастающий логос Гераклита – становится задачей эпохального
масштаба всей культуры Нового времени. Исходя из глубин ζωή, из
истоков λόγος ζυνός необходимо переосмыслить взаимосвязь
Язык-Сознание-Бытие в гераклитовой метафизической традиции,
чтобы в обосновании Языка Искусства найти альтернативу классической триаде Язык-
Разум (Ratio)-Бытие, базирующейся на
приоритете чистой мысли.
Бытие классиков – парменидов κόσμος. Его красота по сути
своей связана с порядком, строгой гармонией геометрии, оформленностью; κόσμος толкуется ими как то, что определено, правильно, отчётливо ограничено формой и потому – прекрасно. Философы гераклитовой традиции, исходным началом философствования которых явилась сама
живая жизнь Вселенной, посредством
творческой интуиции сумели обрести более глубокий метафизический и эстетический смысл, «оживить» Бытие и понять его как
φύσις в подлинном облике его Красоты, близкой ζωή в значении
полноты Жизни Вселенной, жизнетворческого порождающего
начала плодородия цветущей Природы. Сущность этого гераклитового φύσις в искусстве превосходно передаёт, например, худож
ник Возрождения Сандро Боттичелли шедеврами «Рождение Венеры» или «Весна» в образе прекрасной, хрупкой, вечно рождающей Женственности. Возвращение этого древнейшего смысла φύσις
принципиально важно для новоевропейской философии, пребывающей в метафизическом поиске, и общего понимания Культуры.
Становится очевидным, что Культура неразрывна с Природой, содержит память об исходном творческом
акте высшего Творца,
хранит тайну Божественного воплощения в вечно творимом Мире
и потому не исчерпывается строго установленными разумными
законами, нормами и правилами, не укладывается в изначально
заданные классической философией трансцендентальные формы,
не определяется сухими трансцендентальными схемами. Живая
-
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]