Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Философия музыки в новом ключе. Музыка как проблемное поле человеческого бытия

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
ее представлениям отом, кому она охотно исознательно под­чинилась бы. Судьба посылает ей такого персонажа влице Тореадора (Ильдебрандо Д›Арканджело), который ссамого начала позиционируется как превосходящий все знакомое Кармен окружение. Режиссер достигает этого эффекта, по­казав Эскамильо на черной лошади, одетым вчерное, воз­вышающимся над всеми присутствующими, исполненного уверенности всебе имрачного эротизма. Фигура Господства покоряет до сих пор не нашедшую ничего подобного геро­иню, ивыбор сделан— она добровольно сдает свою власт­ную позицию взамен на чисто женские привилегии, которые судовольствием демонстрирует вфинальной сцене. Героиня Анны Антоначчи преображается— на место нарочитой гру­бости приходит радость праздника, она нарядно одета, она похожа на даму из общества, она рядом со всеобщим лю­бимцем: счастье манит ее, первый раз вжизни она встрети­ла достойного ее героя. Но счастье приходит поздно— уни­женный маскулинный субъект может реабилитировать себя только уничтожив осмелившуюся занять господствующее положение женщину. Смертью Кармен итрагическим фина­лом жизни Хозе режиссер заканчивает историю оженщине вмире мужчин: если она осмеливается утвердить внем свое превосходство, судьба восстановит легитимные акценты в маскулинно-фемининном пространстве, несмотря на до­рогую цену этого равновесия, столь важного для сохранения социальной стабильности.
Другой постановкой Ф.Замбелло, основанной на интер­претации гендерных отношений с точки зрения женщины как автора интерпретации, стал «Дон Джованни» Моцарта (Ковент Гарден, 2002, 2008 гг.) Режиссер создает образ Дон Жуана как демифологизированного персонажа, лишен­ного как экзистенциальной жажды жизни и радости от
421
очередной победы, так истереотипной внешности героя-лю­бовника. Главный герой в блестящем исполнении Саймона Кинлисайда, имеющего большой опыт разных интерпрета­ций этого персонажа, предстает абсолютно лишенным из­бытка жизненных сил или романтического флера, которые часто приписываются севильскому соблазнителю филосо­фами, писателями ипостановщиками традиционных версий шедевра Моцарта ида Понте.
Дон Жуан в трактовке Франчески Замбелло, известной своими феминистскими взглядами, — символ исчерпанно­сти аристократической культуры, содной стороны, иокон­чания эпохи маскулинной доминации— с другой. Сточки зрения социального игендерного позиционирования героев постановка Ф.Замбелло вовсе не является примером пост­модернистского размывания бинаризмов — скорее, наобо­рот, Дон Жуан находится в четких взаимоотношениях со всеми персонажами, напоминающими своей определенно­стью во времени и пространстве героев театра марионеток (в котором постановки «Дон Жуана» являются востребо­ванными по сей день). Герой Саймона Кинлисайда уверен всвоем праве поступать по внезапно возникающей прихо­ти, унего даже не возникает сомнений вэтом праве, анеу­дачи воспринимаются как досадные помехи, которые надо так или иначе обойти. Тем не менее, неудачи постоянно пре­следуют его, подчеркивая его полную несостоятельность как доминирующего субъекта. Вединственной сцене оперы, где Дон Джованни демонстрирует свои способности соблазне­ния, в сцене сЦерлиной, на первый план выступает вовсе не чувственная привлекательность или эротизм, а совер­шенно неприкрытый расчет девушки на повышение своего социального положения. Ироничность трактовки образа Дон Жуана основана не только на субъективном подходе
422
режиссера, но ина амбивалентности текста оперы, который дает возможность отнестись кнему как сполной серьезно­стью, так исюмором, или, вданном случае, спостмодерни­стской иронией. Подчеркивая комический элемент оперы, Ф.Замбелло, содной стороны, вполне закономерно сближа­ет ее страдицией opera buff a, сдругой— прибегает кдекон­струкции мифологических иромантических представлений осевильском соблазнителе. Дон Жуан Саймона Кинлисайда одержим «сексуальным голодом: его жестокость к сопер­никам-мужчинам так же патологична, как ик покоренным им женщинам, он является воплощением отвратительной негативности. Раздетый в последней сцене, он представ­ляет собой жалкую фигуру, но в голосе все еще слышит­ся злобная властность». (Michael Church,  e Independent [Электронный ресурс] URl: http://www. independent. co. uk/ arts-entertainment/music/ reviews/don-giovanni-royal-opera­house-london-924348. html) Такое унижение героя «может рассматриваться икак деконструкция традиционного обра­за эротической неотразимости», икак «символическое унич­тожение мужчины», предпринятое режиссером сфеминист­скими взглядами вответ на многочисленные «символические уничтожения женщины» как втрадиционной, так ивпопу­лярной культуре. (ШапинскаяЕ.Н. Н Viva la liberta: свобод­ная личность на пространствах посткультуры [Электронный ресурс] / Е. Н. Шапинская // IV Российский культуроло­гический конгресс с международным участием «Личность впространстве культуры», Санкт-Петербург, 29–31октября) Идея Э.Гидденса об исчерпанности соблазна всовременной культуре реализуется в полной механистичности подхода Дона Джованни к женщинам, в нарочитой искусственно­сти приемов и в раздражении от необходимости продол­жать игру всоблазнение. Расчетливость героя, основанная
423
на его мизогинизме, кажется как «убедительно седуктивной, так и холодно угрожающей». (Siobhan Murphy [электрон­ный ресурс] URL: http://www.simonkeenlyside.info/index.php/ performances/performances-opera/don-giovanni-mozart/2008– 9-roh-london-don-giovanni/)giovanni-royal-opera-house­london-924348.html) Процесс деконструкции, «де-доксифи­кации», столь наглядный в постмодернизме, опирается на теоретическое положение отом, что «мы можем познать мир только через сеть социально установленных систем значе­ния, дискурсов нашей культуры». (Hutcheon L. e Politics of Postmodernism. L.— NY: Routledge, 1991. P.7) Деконструкция образа дон Жуана как романтического героя проводится Ф.Замбелло по всем направлениям Внешне герой Саймона Кинлисайда представляет полную противоположность сте­реотипному представлению об испанском гранде сгорящими черными глазами— бесцветность внешности только подчер­кивается алым цветом костюма, как будто предназначенно­го совсем другому герою, аскучающе-циничное выражение лица показывает равнодушие персонажа ксвоим «жертвам» иполное презрение ктем, кто стоит ниже его на социальной лестнице. Вто же время он стремится уйти любым способом от всякой дискомфортной для него ситуации, не имея ни сил, ни желания, ни способностей ее решить. Дон Жуан, пред­ставленный с феминистских позиций режиссера, — свиде­тельство несостоятельности всей фаллоцентристской куль­туры, которая уже не обладает энергетикой желания: герой С.Кинлисайда не любит женщин, он любит их унижать, что тоже невозможно с позиций пробуждающегося самосозна­ния женских персонажей. Они, напротив, утверждают себя как активная сила, способная менять обстоятельства всвою пользу иутверждать этические принципы, которыми явно не обладают ни дон Джованни, ни его постоянный спутник
424
исвоего рода «альтер эго» Лепорелло, ни благородный, но пассивный и не способный на самостоятельные поступки дон Оттавио, ни грубоватый ипростоватый Мазетто. Донна Анна (Марина Поплавская)— инициатор всей истории мще­ния, постоянно подталкивающая своего безвольного жени­ха крешительному действию, донна Эльвира (великолепная Джойс ди Донато) — воительница, которая всеми силами борется за свое право на исполнение обещания бросившего ее возлюбленного, Церлина (очаровательная Миа Персон), которая стремится поднять свой статус при помощи выгод­ного брака, но вто же время реалистично оценивающая свои шансы иманипулирующая женихом-простаком взависимо­сти от ситуации— все они вреальности хозяйки жизни, даже если на время принимают роль нежных илюбящих существ. Несмотря на разницу всоциальном положении, они прояв­ляют солидарность. когда речь идет опротивостоянии муж­ской гегемонии, что очень ярко показано режиссером всцене арии Эльвиры, когда котчаявшейся женщине подходят Анна иЦерлина иутешают ее, демонстрируя что всоюзе женщи­ны могут противостоять любым ударам судьбы. . Казалось бы, торжество женского начала утверждается всем ходом театрального действа, всеми выразительными средствами. Но в посткультуре всегда присутствует множественность смыслов, которая являет себя вфинале, всамом последнем моменте спектакля, когда, казалось бы, все точки расстав­лены, агерой, воплощение порочности, доходящей до пер­версивности, навечно вытеснен из жизненного простран­ства. «Ивот— он показан, на мгновение, перед закрытием занавеса обнаженным вобнаженной же девушкой на руках на пламенеющем фоне ада, где он продолжает свое гедони­стическое существование. Даже стого света нераскаявший­ся грешник смеется над всеми, кто живет согласно нормам
425
иправилам, ивэтом последняя шутка героя, живущего ис­ключительно по своим правилам» (ШапинскаяЕ.Н. Н Viva la liberta: свободная личность на пространствах посткультуры [Электронный ресурс] / Е. Н. Шапинская // IV Российский культурологический конгресс с международным участием «Личность впространстве культуры», Санкт-Петербург, 29– 31октября) Как можно расценивать этот финал— как непо­бедимость маскулинного господства, находящего простран­ство реализации даже вне пределов повседневной жизни или как предостережение онеустойчивости стаким трудом отво­еванной женщиной позиции субъекта культуры иистории? Вопрос остается открытым, поскольку субъектная позиция вусловиях посткультуры никогда не остается фиксирован­ной иможет меняться взависимости от преобладания того или иного элемента вмножественной идентичности (пост) современного субъекта.
Что касается главного героя, в блестящем исполнении Саймона Кинлисайда, втворческой карьере которого насчи­тываются самые разные варианты Дон Жуана, он предстает абсолютно лишенным какого-то романтического флера или радости иполноты жизни. Перед зрителем/слушателем— аб­солютно циничный имногоопытный представитель аристо­кратии, уже ощущающей свою обреченность Мизогинизм Дон Жуана отмечался еще висследовании Рамиро де Маэсту, по­священного образам Дон Жуана идон Кихота (1933). «Порой мне кажется — пишет испанский исследователь,— что се­крет Дон Жуана втом, что у него возникла когда-то тайная ненависть кженщинам». (Рамиру де Маэсту. Дон Жуан, или власть. [Текст] /Севильский обольститель. Дон Жуан виспан­ской литературе.— СПб.: Азбука-классика, 2009. С.233)
Дон Жуан втра ктовке Франчески Замбелло, изве стной сво­ими феминистическими взглядами,— символ исчерпанности
426
аристократической культуры, содной стороны, иокончания эпохи маскулинной доминации,— сдругой. Острые социаль­ные акценты выражают не столько стремление к историче­ской реконструкции переходной эпохи, сколько выражение посткультурной лиминальности и плюрализма, где пози­ции разных групп подвижны и зачастую непредсказуемы. Состояние героев вэтой версии «Дона Джованни» также неу­стойчиво, хотя социальные позиции четко определены, но не фиксированы исодержат всебе потенциал перехода из одно­го состояния вдругое, как это постоянно происходит вслу­чае сЛепорелло. Принцип свободы, который Дон Джованни провозглашает на своем балу, чувствуя себя, хотя бы на вре­мя, уверенно, на своей территории, сталкивается сагрессив­ной реакцией Мазетто, человека грядущего мира, которому суждено вскоре провозгласить новые идеалы Свободы всему миру. Сточки зрения социального игендерного позициониро­вания героев постановка Ф.Замбелло вовсе не является при­мером постмодернистского размывания бинаризмов, скорее, наоборот, Дон Жуан находится вчетких взаимоотношениях со всеми персонажами, напоминающими своей определенно­стью во времени и пространстве героев театра марионеток (вкотором постановки «Дон Жуана» являются востребован­ными по сей день). Герой Саймона Кинлисайда уверен всвоем праве поступать по внезапно возникающей прихоти, унего даже не возникает сомнений вэтом праве, анеудачи воспри­нимаются как досадные помехи, которые надо так или иначе обойти. Ироничность подхода кобразу Дон Жуана основана не только на субъективном подходе режиссера, но ина ам­бивалентности текста оперы, который дает возможность от­нестись к нему как сполной серьезностью. так ис юмором или, вданном случае, спостмодернистской иронией. Как из­вестно, жанр оперы был определен композитором как drama
427
giocoso («веселая драма»). Остроумие текста Л. да Понте всо­четании свеликолепной музыкой привносят сочетание «юмо­ра итрагедии…в мрачную историю серийного соблазнителя, которому удается избежать любого наказания, кроме смер­ти».(Riding A., Dunton-Downer L.Opera: L-NY, 2006. P. 116) Подчеркивая комический элемент оперы, Ф.Замбелло, сод­ной стороны, вполне закономерно сближает ее страдицией opera buff a, сдругой, прибегает кдеконструкции мифологи­ческих иромантических представлений осевильском соблаз­нителе. Дон Жуан Саймона Кинлисайда одержим «сексуаль­ным голодом: его жестокость к соперникам-мужчинам так же патологична, как икпокоренным им женщинам, он яв­ляется воплощением отвратительной негативности». (Michael Church,  e Independent [Электронный ресурс] URl: http:// www. independent. co. uk/arts-entertainment/music/ reviews/ don-giovanni-royal-opera-house-london-924348. html)Такое унижение героя может рассматриваться икак деконструкция традиционного образа эротической неотразимости, и как «символическое уничтожение мужчины», предпринятое ре­жиссером сфеминистскими взглядами вответ на многочис­ленные «символические уничтожения женщины» как втра­диционной, так ив популярной культуре. Идея Э.Гидденса об исчерпанности соблазна реализуется в полной механи­стичности подхода Дона Джованни кженщинам, в нарочи­той искусственности приемов ивраздражении от необходи­мости продолжать игру всоблазнение. Расчетливость героя, основанная на его мизогинизме, кажется как «убедительно седуктивной, так и холодно угрожающей». (Siobhan Murphy [электронный ресурс] URL: http://www.simonkeenlyside.info/ index.php/performances/performances-opera/don-giovanni­mozart/2008–9-roh-london-don-giovanni/)giovanni-royal­opera-house-london-924348.html)
428
Деконструкция романтического образа дон Жуана идет по всем направлениям. Внешне герой Саймона Кинлисайда представляет полную противоположность стереотипному представлению об испанском гранде с горящими черными глазами— бесцветность внешности только подчеркивается алым цветом костюма, как будто предназначенного совсем другому герою, аскучающе-циничное выражение лица пока­зывает равнодушие персонажа ксвоим «жертвам» иполное презрение ктем, кто стоит ниже его на социальной лестни­це. Код поведения тоже нарушен— Дон Джованни убивает Командора не впоединке, а подло, кинжалом, апотом ци­нично смеется влицо умирающему. Казалось бы, что может быть привлекательного втаком (анти)герое? Вединственной сцене оперы, где Дон Джованни демонстрирует свои спо­собности соблазнения,— всцене сЦерлиной— на первый план выступает вовсе не чувственная привлекательность или эротизм, а совершенно неприкрытый расчет девушки на повышение своего социального положения. Церлина— персонаж неоднозначный, как иЛепорелло, это маргиналы, стремящиеся к повышению статуса, и вто же время не го­товые разорвать существующие связи. Вслучае сЦерлиной это переходное положение особенно ясно, она «хочет и не хочет» ответить на ухаживания знатного господина. «Воб­разе Церлины живет ритм рококо иреволюции. Она уже не пастушка, но еще не citoyenne. Она относится кмгновению, промежуточному между ними, и в ней мимолетно возни­кает человечность, не искаженная феодальным принужде­нием и защищенная от буржуазного варварства». (Адорно Т. Хвала Церлине. [Текст] / Т. Адорно. Moments musicaux. Статьи 1928–1962 гг. Избранное: Социология музыки. — Москва — Санкт-Петербург: Университетская книга, 1999. С. 222) Хотя прямого принуждения от знатного господина
429
Церлина ине испытывает, поскольку ему нужно доброволь­ное согласие девушки, она готова забыть своего жениха ради соблазнов аристократической жизни, представленных ввиде кофе, шоколада, вина, музыки итанцев. как только она стал­кивается спрямым посягательством на ее любовь, девушка в ужасе бежит от дона Джованни, находя утешение в объ­ятьях Мазетто, исполненного праведного гнева и желания
феодал, лишенный jus primae noctis… он становится вест­ником наслаждения, что уже несколько смешно горожа­нам, достаточно быстро лишающим его этого права. Убес­страшного героя они научились своему идеалу свободы. Но став всеобщим, этот идеал оборачивается против него». (2 Адорно Т. Хвала Церлине. [Текст] / Т. Адорно. Moments musicaux. Статьи1928–1962 гг. Избранное: Социология му­зыки.— Москва— Санкт-Петербург: Университетская кни­га, 1999. С.)
Где же та свобода, которую провозглашают следом за Доном Джованни все его гости? На самом деле, она не нуж­на никому, кроме него самого— Донна Анна после прили­чествующего ее положению траура устроится в мирном су­ществовании со скучным, но надежным доном Оттавио, донна Эльвира найдет безопасную гавань встенах монасты­ря, Церлина иМазетто— герои нового мира, чувствуют себя вполне уверенно всвоем крестьянско-пролетарском счастье, даже маргинал Лепорелло должен найти нового господина, поскольку не способен к самостоятельному существова­нию. Свободным остался только сам Дон Жуан, который, несмотря на свою порочность, доходящую до перверсивно­сти, и полное презрение ко всем окружающим, предстает в последней, финальной сцене спектакля как воплощение торжества своих гедонистически-эгоистических принципов
430