Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Философия геополитики

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
Часть III. Россия на карте глобальной геополитики 121
Запад не может простить России–СССР другое, — что после победы Советского Союза в Великой Отечественной войне распалась мировая колониальная система. Вследствие этого в послевоенные годы в мире реализовывались две геополитические линии развития. Вопервых, ут верждался биполярный мир. Вовторых, стала формироваться конфи гурация геоцивилизаций (локальных цивилизаций), каждая из которых претендовала на статус полюса силы. Это западная, русскоправослав ная, индская, конфуцианская, арабомусульманская, латиноамериканс кая и тропическиафриканская геоцивилизации. В такой конфигурации, сложившейся на протяжении 2й половины XX в., геополитическая роль России обусловлена стратегическим положением на Евразийском кон тиненте, необъятными запасами природных ресурсов, чистой воды и воздуха, транспортными коридорами, соединяющими континенты, спо собностью объединять вокруг себя народы различных геоцивилизаций (примером этому следует утверждение нового социального строя).
Геополитический смысл победы в её историософском измерении созвучен мыслям В. Шубарта, написавшего в 1938 г. в книге «Европа и душа Востока» следующие пророческие слова: «Не европеец, а русский имеет ту душевную установку, с которой человек может оправдать своё извечное предназначение. Он руководствуется абсолютом, вселенским чувством, мессианской душой. Вот почему мы заявляем со всей реши тельностью: в главных вопросах бытия европеец должен брать за обра зец русского, а не наоборот. Если он хочет вернуться к вечным целям человечества, ему следует признать руссковосточную оценку мира... Англичанин смотрит на мир как на фабрику, француз — как на салон, немец — как на казарму, русский — как на храм. Англичанин жаждет добычи, француз — славы, немец — власти, русский — жертвы. Англи чанин ждёт от ближнего выгоды, француз стремится вызвать у него сим патию, немец хочет им командовать, и только русский не хочет ничего. Он не пытается превратить ближнего в орудие. В этом суть русской идеи братства... Русский всечеловек как носитель нового солидаризма — един ственный, кто способен избавить человечество от индивидуализма сверх человека и от коллективизма массового человека» [7]. В этих проникно венных словах немецкого философа присутствует мысль, наводящая на признание необходимости включения в геополитический анализ миро вых процессов глубинных ментальных характеристик субъектов геопо литических процессов, которые выступают отнюдь не безропотными исполнителями заданных политических действий, а, наоборот, являют ся выразителями пассионарных интенций, пассионарной энергии. Пос ледняя успешно реализовалась в ходе утверждения геополитического
И. Ф. Кефели. Философия геополитики122
могущества и геополитической самостоятельности Советского Союза. Вопрос для нас заключается в том, что нужно сделать, чтобы сохранить и умножить пассионарную энергию русского суперэтноса. От этого бу дет зависеть решение политических проблем России.
Вопрос о геополитических потерях распадается на три подвопроса: в чём получают выражение геоэкономические, геостратегические и соб ственно геополитические (пространственные) потери. Сами по себе по тери вообще характеризуют регрессивную тенденцию развития, отход от достигнутых рубежей в различных видах социальной деятельности. Потери имеют количественное и качественное измерение. Количествен ные потери измеримы, потому дают непосредственную информацию, позволяющую сравнить последовательные этапы развития безотноси тельно причин, условий, последствий этих потерь для различных сто рон нашей жизни. Качественные потери означают существенное, корен ное изменение тех или иных сфер социума, при которых различные ко личественные изменения приводят к «потере качества» (как в шахма тах). Вспомним, в своё время мы достаточно хорошо усвоили, что, со гласно закону перехода количественных изменений в качественные, вся кое развитие происходит путём накопления количественных изменений, ведущих к переходу от старого качества к новому, от низших к высшему, от простого к сложному. Но в рамках постмодернистской культурологи ческой парадигмы (культура есть способ, поиск путей выживания чело века в био, социо и техносфере) философская мысль невольно обра щается к тому, до каких пределов могут происходить деструктивные процессы в пределах достигнутой меры социального бытия. Для нашего Отечества на рубеже нынешних веков этот жизненный вопрос касается всех сторон нашего бытия: до какой степени будет происходить падение экономики, промышленного производства? Сколько наших соотече ственников останется через десять, двадцать, пятьдесят лет на необъят ных евразийских просторах? Сможет ли политический организм госу дарства сохранить его в нарождающемся новом мировом порядке? Не ужели мы не сможем противостоять силе, отрывающей наше и последу ющие поколения от духовных корней тысячелетней истории России? Эти вопросы, больно звучащие и требующие жизнеутверждающих от ветов, невольно подводят нас к необходимости осмысления геополити ческих потерь, ибо они являются корневыми по отношению к перечис ленным выше вопросам. Геополитика всё же делает историю.
Не вдаваясь в детали геополитической методологии, определим гео экономику и геостратегию как разделы прикладной геополитики. Гео экономика рассматривает структуру, функции и тенденции развития
Часть III. Россия на карте глобальной геополитики 123
мировой экономики, которые определяют мировой порядок и роль ве ликих держав в утверждении многополярного мира. В данном случае многополярность понимается как тенденция, и как фаза развития (на ряду с одно и биполярностью), и как цель установления нового миро вого порядка. Геоэкономика, возникшая в 90х годах прошлого века, раз вивалась из геополитических разработок, заимствуя из них основной методологический аппарат. В геоэкономике применяется, как полагает К. Жан, геополитическая логика в специальном варианте: как «логика потоков» — ресурсных и в т. ч. финансовых. В этом своём качестве гео экономика тесно взаимодействует с традиционной отраслью геополи тики — геостратегией, специфика которой заключается в опоре не толь ко на военную силу, но, прежде всего, «территориальную политическую логику». П. Савона, соавтор К. Жана, определяет геоэкономику как прин цип «объединения всех экономических установок и структур какойлибо страны в единую стратегию, учитывающую общемировую ситуацию» [8]. Поэтому вопрос о геоэкономических потерях России следует рассмат ривать как вопрос о потерях национального богатства в его конкретных измерениях. В свою очередь, геостратегия предстаёт как прикладная гео политика, предметом которой является военнополитический анализ положения государств и геостратегических комплексов в процессе ус тановления нового мирового порядка.
Ещё раз следует напомнить, что геополитическим достижением Советского Союза после Второй мировой войны явилось оформление его как единого геополитического пространства на евразийском конти ненте, которое стало выступать центром континентальной цивилиза ции. По справедливому замечанию Л. Г. Ивашова, географические гра ницы СССР, как никогда ранее, приблизились к границам геополити ческим: «громадный советский параллелепипед с севера и востока омы вался мировым океаном, на востоке, юговостоке и юге госграница про ходила по естественным рубежам — Амуру, Гималаям, Кавказскому хреб ту, на западе — примерно по так называемой линии Керзона (условное название линии, проходившей через Гродно – Немиров – Брест – Раву Русскую – Перемышль до Карпат, которая была рекомендована Верхов ным советом Антанты в качестве восточной границы Польши в декабре 1919 г. — И. К.). Эту геополитическую границу даже Запад признавал в качестве естественной границы между западной и восточной цивилиза циями. Советский Союз имел устойчивый и надёжный выход в мировой океан на Балтике, заполярном Севере и на востоке — от Берингова про лива до ПортАртура» [9]. Геополитические потери, вызванные распа дом Советского Союза, неизбежно породили потери геоэкономические
И. Ф. Кефели. Философия геополитики124
и геостратегические. Более того, геополитические потери по всему пе риметру сухопутных и морских границ обнажили системные угрозы — внешние, явно выраженный экономический и военностратегический ха рактер, и внутренние, регионального, демографического и этнополити ческого порядка. В чём же выразились геополитические потери? Терри ториальные потери составили 5326,8 тыс. кв. км, что сравнимо с терри торией европейской части бывшего Советского Союза (около 5600 тыс. кв. км). Вся территория Европы при этом составляет около 10000 тыс. кв. км. Изменившаяся конфигурация России как нового государства на евразийском континенте, возникшего в итоге холодной войны, породи ла множество пограничных проблем. Потеря Прибалтики, Украины, Белоруссии в определённом смысле отдалила Россию от Запада и при близила к Азии. Унаследованные от СССР границы между бывшими союзными республиками оказались без какоголибо географического, этнодемографического и историкокультурного обоснования. В то же время границы СССР, как никогда ранее, характеризовались истори чески сложившимися физикогеографическими рубежами. Если сле довать геополитическому способу рассмотрения границ, целью кото рого, как полагал К. Хаусхофер, является представление функциони рующих в определённом жизненном пространстве жизненных форм политики как обусловленных одновременно и стабильной географи ческой средой, и динамикой исторического процесса [10], то мы обна ружим, что перекраивание границ привело к новым территориальным притязаниям и угрозам.
Прежде всего следует отметить, что в результате распада Советско го Союза, разрушения единого пограничного пространства и системы охраны границ на западных и частично южных пограничных рубежах нашей страны более 13,5 тыс. км её вновь образовавшихся границ оказа лись не только не оформленными в международноправовом отноше нии, но и не оборудованными инженерными средствами, с полным от сутствием пограничной инфраструктуры. Государственной границей Российской Федерации считается граница РСФСР, закреплённая зако нодательными актами и международными договорами СССР. Границы России, не оформленные в международноправовом отношении, подле жат, согласно Закону «О государственной границе Российской Федера ции» (от 1 апреля 1993 г.), последующему договорному закреплению в соответствии со следующим толкованием, данным Законом: государ ственная граница есть «пространственный предел действия государ ственного суверенитета Российской Федерации». Общая протяжённость государственной границы России составляет 60993 км, из которых 14510
Часть III. Россия на карте глобальной геополитики 125
км — сухопутные границы, 38808 км — морские, а остальные 7615 км проходят по рекам и озёрам.
На западном направлении потеря геополитического пространства в ближнем зарубежье усилило основную геостратегическую угрозу — НАТО. Территориальные притязания касаются разграничения вод Ба ренцева моря между Россией и Норвегией. Эстония настаивает на воз врате к границам, утверждённым Тартуским договором 1920 г., согласно которому эстонскими территориями признавались Изборск и Печоры. Пыталовский район Псковской области на новых картах, выпущенных в Латвии, уже фигурирует как её составная часть. Литовские должност ные лица утверждают о принадлежности Литве Калининградской обла сти. Участились призывы о признании особого международного статуса Калининградской области под протекторатом России, Германии, Польши и Литвы. Важнейшей составляющей геополитических потерь на этом направлении являются потери геостратегические. Не буду детализиро вать состояние вооружений и военной инфраструктуры блока НАТО и России, остановлюсь на главном. Бывшие страныучастники организа ции Варшавского договора на протяжении 90х годов активно перешли в блок НАТО, увеличив тем самым его военный потенциал и направив свою военную инфраструктуру в восточном направлении. Как извест но, ещё в 1990 г. 16 стран, входящие в НАТО, и 6 стран ОВД подписали Договор об обычных вооружённых силах в Европе (ДОВСЕ), в соответ ствии с которым каждая из сторон должна была ограничить почти вдвое количество танков, артиллерийских орудий, ударных самолётов и вер толётов и другой военной техники. Но жизнь распорядилась иначе. До 1990 г. Варшавский договор почти вдвое превосходил НАТО по обыч ным вооружениям, теперь НАТО опережает Россию по ним в тричеты ре раза. Ситуация после подписания в 1999 г. в Стамбуле адаптирован ного ДОВСЕ, который так и не вступил в силу, стала складываться не в пользу России.
Подписанный в июле 2007 г. В. В. Путиным указ о приостановке исполнения Россией ДОВСЕ следует рассматривать как решительный шаг в деле укрепления геостратегических позиций России в западном направлении. Теперь необходимы практические шаги сугубо военного характера, связанные с развёртыванием новых сил на юге и североза паде, укреплением калининградской группировки и военного сотруд ничества с Беларусью. В глобальном масштабе геополитические поте ри СССР–России усиливают и порождают новые угрозы на южном, центральноазиатском и юговосточном направлениях, не говоря уже о потерях в дальнем зарубежье (Лурдес на Кубе, Камрань во Вьетнаме,
И. Ф. Кефели. Философия геополитики126
зоны влияния в Африке и др.). Рассматривая вопрос о сокращении гео политического пространства России, П. В. Чернов вполне резонно за являет о действенности геополитических операций, направленных на сокращение зон влияния России в дальнем и ближнем зарубежье, что привело к появлению вокруг российского ядра своеобразных враждеб ных квазигосударств, зон этноконфессиональной и социальной неста бильности [11]. Геостратегические ориентиры в контексте глобальной геополитики формируются, главным образом, из расчёта на возмож ные войны будущего — «бесконтактные» и локальные войны без конк ретных театров военных действий. Их разновидностями являются вой ны экономические, информационные, психологические, электронные, геофизические, космические. У ядерных войн, несмотря на их сохра няющийся потенциал сдерживания, нет будущего. Им на смену прихо дят бесконтактные войны шестого поколения. Главную роль в них бу дут играть информационные системы управления и электронные сис темы подавления управления войсками противника. Информационное оружие предназначено для стратегического информационного проти воборства (strategic information warfare, SIW). SIW определяется как использование государствами глобального информационного про странства и инфраструктуры для проведения стратегических военных операций и уменьшения воздействия на собственный информацион ный ресурс. Причём военные специалисты выделяют SIW первого по коления, сопоставимого с традиционными средствами противоборства (ядерными, химическими, биологическими и др.) и подразделяющего ся на два направления: электронные эффекты путём радиоэлектрон ной борьбы и поражения компьютерных сетей противника и эффекты влияния — путём психологических операций, дезинформации, опера тивной безопасности, пиара и др. SIW второго поколения — это прин ципиально новый тип стратегического противоборства в информаци онной, экономической и интеллектуальной сферах безотносительно к пространственной и временной локализации противника [12]. Войны шестого поколения — апогей геостратегического противоборства, ос новными акторами которого будут выступать не отдельные государ ства, а геоцивилизации.
Особо следует остановиться на геоэкономических потерях России в результате геополитического передела мира. Пожалуй, наиболее ёмким понятием, характеризующим суть потерь и возможностей стратегичес кого прорыва России в будущее, служит понятие национального богат ства. В отечественной экономической литературе последних лет анализу национального богатства посвящены работы Л. И. Абалкина, Е. М. Бух
Часть III. Россия на карте глобальной геополитики 127
вальда, Д. С. Львова, Л. И. Нестерова, И. А. Погосова, Н. П. Федоренко и др. Национальное богатство представляет собой «результат постоян но возобновляющегося процесса накопления и использования обществом материальных и духовных результатов труда и эксплуатируемых при родных ресурсов для удовлетворения как текущих нужд, так и долго временных потребностей экономического роста» [13]. В обыденном смысле богатство сводится к вещественной и денежной форме текущего потока различных благ. Богатство в научном смысле — это накоплен ный материальный итог предшествующих циклов воспроизводства и одновременно предпосылка их последующего продолжения. Иначе го воря, национальное богатство имеет двойственную природу: материаль новещественную и социальную. Важнейшей составной частью нацио нального богатства, наряду с накопленными материальными ценностя ми, разведанными запасами природных ресурсов, лесными и водными ресурсами, сельхозугодьями, является человеческий потенциал. Богат ство, связанное с человеческим потенциалом (его ещё называют челове ческим капиталом), служит показателем развития постиндустриально го общества. Структура богатства стран мира по состоянию на начало XXI в. представлена в таблице.
Таблица 3
Структура национального богатства стран мира
Страны Национальное богатство Структура национального богатства, в %
Мировой итог
Страны «семёрки» и ЕС
Страны ОПЕК
Россия
Прочие страны
Общий объём,
трлн. долл.
530
275
195
60
100
На душу населения,
тыс. долл.
90
360
195
400
30
Человеческий
потенциал
67
78
47
50
65
Природные
ресурсы
16
4
37
40
15
Воспроизводимые
ресурсы
17
18
16
10
20
Как следует из таблицы, высокий уровень национального богатства в развитых странах обусловлен, главным образом, уровнем развития человеческого потенциала (человеческого капитала) и в меньшей степени
И. Ф. Кефели. Философия геополитики128
воспроизводимыми ресурсами (основным капиталом) при низком уровне обеспеченности природными ресурсами. Необходимо отметить, что уро вень экономического развития стран в современном мире обусловлен накоплением человеческого капитала. Инвестиции в развитие челове ческого капитала — это не просто расходы на поддержание уровня жиз ни работников и их воспроизводство, а вложения в эффективное долго временное развитие общества. В мировой экономике вырисовывается новая инвестиционная политика — переход на социальноинновацион ный путь накопления воспроизводимого богатства с приоритетным на коплением человеческого капитала. Это становится законом жизни, за логом успеха в будущем [14]. Для современной России, как следует из приведённой выше таблицы, картина совершенно иная. В структуре на ционального богатства доля человеческого капитала (50%) ниже обще мирового показателя (67%) и, тем более, показателя промышленно раз витых стран (78%). Но по природным ресурсам (40%) «мы впереди пла неты всей». В этом следует усматривать исключительность современ ного геоэкономического положения России в мире. Но эта исключитель ность имеет и оборотную сторону — по отношению к развитым странам Россия при слабо ориентированной национальной экономике будет ос таваться их сырьевым придатком. Совокупная стоимость национально го богатства России, по подсчётам акад. Н. П. Федоренко, на мировых рынках составляет величину, равную (по паритету покупательной спо собности) 1,9–2,7 трлн. долл., или 8–11,3% объёма национального бо гатства США (в 1998 г. — 23,4 трлн.долл.). Учитывая износ материаль нотехнической базы (50–60%), совокупная оценка всех составляющих национального богатства России ниже этих цифр — 0,9–1,6 трлн. долл. «Эта конечная оценка, думается, — полагает Федоренко, — как раз и дол жна рассматриваться и приниматься как исходная (как точка отсчёта координат) при осуществлении любых национальных расчетов и меж дународных сопоставлений совокупного объёма национального богат ства современной России». Для выявления геоэкономических потерь по показателям национального богатства необходимо проследить динами ку его роста в нашей стране на протяжении ХХ в. (см. табл. 4).
Часть III. Россия на карте глобальной геополитики 129
Таблица 4
Объём и темпы прироста национального богатства России
в ХХ в. по десятилетиям
Годы Прирост объёма,
1901–1910
1911–1920
1921–1930
1931–1940
1941–1950
1951–1960
1961–1970
1971–1980
1981–1990
1991–2000
Среднегодовой прирост за ХХ в.
млрд. руб.
47
–65
230
632
233
2150
4215
7594
10501
–849
246,9
Темпы прироста в целом
по десятилетиям, %
9,1
–11,5
46
86,6
17,1
134,8
112,5
95,4
67,5
–3,3
3,5
Среднегодовые темпы
прироста, %
0,9
–1,2
3,9
6,4
1,6
8,9
7,8
6,9
5,3
–0,4
3,5
Среднегодовой темп прироста национального богатства России со ставил 3,5% (мировой темп — 4,5%). Как считает Федоренко, «ныне нет особых оснований полагать, что Россия сумеет достичь высшей отмет ки, достигнутой ею в ХХ столетии, ранее середины XXI в.» [15]. Если же отвлечься от такого обобщающего показателя геоэкономических потерь, как национальное богатство, и обратиться к конкретным цифрам, то пос ледние говорят о потерях, прежде всего, в высокотехнологичных отрас лях, связанных с обороннопромышленным комплексом. По некоторым данным, за последние 15 лет утеряны более 200 ключевых технологий в оборонном секторе, в т. ч. в производстве лазерной техники, конструк ционных материалов, спецхимии и боеприпасов. В микроэлектронике утеряно около одной трети важнейших и критических технологий. Во енная электроника работает на элементной базе корейского, китайского и малайзийского производства (до 40–70%), что ведёт к неоправданно му удорожанию и технологической зависимости. По ряду ключевых
И. Ф. Кефели. Философия геополитики130
научнотехнических показателей Россия отброшена на 25 лет. Оборон ный комплекс России сегодня переживает острый экономический и со циальный кризис. Производство ОПК сократилось более чем в 7 раз. Способность ОПК обеспечивать потребности Вооружённых Сил в воо ружении и военной технике является важным атрибутом геоэкономи ческого положения страны. «В целом за последние годы, — отмечает по этому поводу Л. Г. Ивашов, — геоэкономическое положение России ухуд шилось в наиболее значительно степени (по сравнению с другими ком понентами геополитического положения), и именно состояние российс кой экономики в ближайшие годы будет детерминировать возможности страны по обеспечению национальной безопасности» [16]. Остаётся только надеяться, что реализация в практической политике тех заявле ний В. В. Путина, сделанных в 2007 г. на конференции в Мюнхене и на экономическом форуме в СанктПетербурге относительно утверждения многополярного мира и формирования новой геоэкономической струк туры, в которой России отводится достойное место, может стать отправ ной точкой возрождения России. Выступая на президиуме Государствен ного совета Российской Федерации в феврале 2007 г., Путин объявил о разрыве с неолиберальной доктриной в экономической политике госу дарства и о необходимости государственного прогнозирования социаль ноэкономического развития страны. Как это скажется на геополитичес кой безопасности России, покажет время.
§ 12. Место и роль современной России в глобальной геополитике
В 90е годы ХХ в. наступил новый этап трансформации структуры международных отношений, продолжающийся по настоящее время. Предположительно он продлится до 2015–2020 годов, после чего будет утверждаться новый вариант многополярного мира. Пока же главенству ющей тенденцией остается глобализация поамерикански, ведущая к установлению однополярного мира. Это подтверждается как данными об экономическом положении и военнополитических притязаниях США, так и многочисленными заявлениями представителей американ ской политической элиты, о чём речь шла подробнее выше. Начало это го этапа во многом было предопределено КэмпДэвидской декларацией президентов Буша и Ельцина (1 февраля 1992 г.), в которой были за фиксированы следующие качественно новые принципы международно политического процесса:
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности