Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Теория перевода. Основы общей теории перевода. Учебное пособие

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 176 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 > Следующая >>>

3) концепция полноценного (адекватного) перевода (А.В. Федоров, Я.И. Рецкер: исчерпывающая передача смысла текста оригинала и использование равноценных по функции средств переводящего языка);

4) концепция динамической (функциональной) эквивалентности (А.Д. Швейцер, Ю. Найда).

5. По Дж. Кэтфорду [56, 159], текстовый переводческий эквивалент – это любая форма языка перевода (текст / часть текста), которая эквивалентна данной форме исходного языка (тексту / части текста). Основным условием существования переводческой эквивалентности является соотнесенность текста оригинала и текста перевода с функционально релевантными признаками ситуации общения, т.е. их коммуникативные функции должны совпадать, что ведет к возможности текста перевода заменять текст оригинала в данной ситуации. Такая эквивалентность называется «динамической»: содержание текста оригинала передается на переводящем языке таким образом, что реакция (общее восприятие сообщения, включая понимание его смыслового содержания, эмоциональных установок и т.д.) рецептора текста перевода в основном подобна реакции исходных рецепторов. Динамическая эквивалентность противопоставляется «формальному соответствию», когда в тексте перевода механически воспроизводятся признаки формы текста оригинала, что искажает перевод и приводит к неправильному восприятию сообщения.

6. Формальная и динамическая эквивалентность различаются и в работах Ю. Найды [186, 187, 188, 189]. Формальная эквивалентность ориентирована на текст оригинала и нацелена на обеспечение возможности непосредственно сопоставлять разноязычные тексты. Это достигается обязательным сохранением части речи при переводе, отсутствием членения или перестановки членов предложения оригинала, сохранением пунктуации, разбивки на абзацы, применением принципа конкорданса (т.е. определенное слово всегда переводится одним и тем же соответствием), калькированием идиом и т.п. Динамическая эквивалентность ориентирована на реакцию получателя перевода и должна обеспечить равенство воздействия на

рецептора, что предполагает адаптацию лексики и грамматики, чтобы перевод звучал так, «как автор написал бы на ином языке».

7. Немецкий исследователь Г. Егер [35, с. 137-156] предлагает рассматривать коммуникативную эквивалентность, возникающую в том случае, если в тексте перевода коммуникативная значимость остается сохраненной, т.е. инвариантной. Благодаря понятию инварианта сравнение текстов оригинала и перевода получает третью промежуточную величину, на основании которой легче выявлять сходства и различия. Но в силу того, что объективно описать коммуникативную значимость не представляется возможным, Г. Егер предлагает заменить ее содержанием самого текста, которое во взаимодействии с экстралингвистическими факторами и создает сложный мыслительный образ, что и есть коммуникативная значимость текста. Содержание, извлекаемое из значений (функций) языковых единиц текста, получает название функциональной значимости, следовательно, совпадение функциональных значимостей текстов оригинала и перевода означает их функциональную эквивалентность. В идеальном случае функциональная и коммуникативная эквивалентность могут полностью совпадать.

Функциональной эквивалентности текстов могут препятствовать следующие

факторы:

1) правила функционирования исходного и переводящего языков. Г. Егер вводит понятие «максимальной эквивалентности»; это относительная функциональная эквивалентность, максимально возможная при данном соотношении двух языков;

2) знания и умения переводчика, обстановка и условия его работы и т.п. Воздействие этих факторов может привести к неполной коммуникативной эквивалентности текста перевода или даже к его коммуникативной неэквивалентности («гетеровалентности»).

8. В понимании В. Коллера понятие эквивалентности нормативное, а не дескриптивное, т.к. переводчик в процессе работы всегда устанавливает иерархию ценностей, которые должны быть сохранены в переводе, т.е. определяет иерархию требований эквивалентности в отношении данного текста.

Исходя из того, какие свойства текста оригинала должны быть сохранены в

переводе, В. Коллер различает следующие виды эквивалентности [172, с. 214-272]:

денотативная: сохранение предметного содержания текста (т.е.

содержательная инвариантность или инвариантность плана содержания);

коннотативная: передача коннотаций текста оригинала путем целенаправленного выбора синонимичных языковых средств (стилистическая эквивалентность);

текстуально-нормативная: ориентирована на жанровые признаки текста, на речевые и языковые нормы (т.е. стилистическая эквивалентность);

прагматическая: определенная установка на получателя;

формальная: передача художественно-эстетических, каламбурных, индивидуализирующих и других формальных признаков оригинала.

9. Об инвариантности содержания как об условии эквивалентности текстов говорит отечественный переводовед Л.С. Бархударов [17]: сопоставимые в процессе перевода языковые единицы должны быть одноплановы, т.е. принадлежать к одному и тому же уровню языковой системы. Но при межъязыковом преобразовании неизбежны потери, поэтому текст перевода никогда не может быть полным и абсолютным эквивалентом текста оригинала, и в свете этого задача переводчика сделать эту эквивалентность возможно более полной. Однако сам исследователь описывает случаи эквивалентности, не зависимые от языковых единиц, например, прагматическую эквивалентность: когда основное значение имеет прагматический аспект перевода, имеют добавления, пояснения, опущения и даже замена фрагментов текста в переводе.

10. Согласно Л.К. Латышеву, эквивалентность текстов оригинала и перевода должна отвечать трем требованиям:

1) тексты должны обладать относительно равными коммуникативнофункциональными свойствами, т.е. выполнять одинаковые функции в сфере носителей исходного языка и переводящего языка;

2) тексты должны быть максимально аналогичны друг другу в семантикоструктурном отношении;

3) при всех «компенсирующих» отклонениях между текстами оригинала и

Исследователь

Время создания теории

Экивалентность – это…

Основные идеи

перевода не должно быть семантико-структурных расхождений.

Л.К. Латышев различает мелкомасштабную и крупномасштабную эквивалентность, т.е. отношения эквивалентности могут возникать на уровне отрезков текста и на уровне текста в целом соответственно, и крупномасштабная эквивалентность допускает принесение в жертву эквивалентности мелкомасштабной.

11. Несмотря на различные толкования эквивалентности, общим признается то, что между текстами оригинала и перевода должно существовать определенное смысловое равенство.

Следует различать потенциально достижимую эквивалентность, под которой понимается максимальная общность содержания двух разноязычных текстов, и переводческую эквивалентность, т.е. реальную смысловую близость текста оригинала и текста перевода, достигаемую переводчиком в процессе перевода.

3.4.3 Задания

1. Дайте определения следующим терминам, запишите в учебный словарь:

адаптация, инвариант, коммуникативная функция, коннотат, релевантный, отправитель (автор, адресант), рецептор (реципиент, адресат, получатель), языковая единица, эквивалентный, эквивалентность, эквивалент.

2. Изучите более подробно теорию эквивалентности в работах зарубежных и

отечественных переводоведов. Заполните таблицу 1.

Таблица 1 – Теории эквивалентности

3. Сформулируйте собственное определение эквивалентности перевода.

4. Проанализируйте следующие отрывки текстов и их переводов. Определите,

можно ли их считать эквивалентными и в чем заключается их эквивалентность?

1) There was one festival to which all looked forward, for it was the only one held in winter. It went on for a week, and on its last day at sundown there was a merrymaking called The Feast of Good Children, to which not many were invited. No doubt some who deserved to be asked were overlooked, and some who did not were invited by mistake; for that is the way of things, however careful those who arrange such matters may try to be. In any case it was largely by chance of birthday that any child came in for the Twenty-four Feast, since that was only held once in twenty-four years, and only twenty-four children were invited. For that occasion the Master Cook was expected to do his best, and in addition to many other good things it was the custom for him to make the Great Cake. By the excellence (or otherwise) of this his name was chiefly remembered, for a Master Cook seldom if ever lasted long enough in office to make a second Great Cake.

J.R.R. Tolkien. Smith of Wootton Major [204]

Хотя праздники бывали частенько, только один приходился на зиму, и его ждали с особым нетерпением. Веселье продолжалось целую неделю, а в последний день на закате солнца устраивали Праздник Хороших Детей. Гостей собиралось не так уж много, и не все из них заслуживали этой чести; некоторые попадали на Праздник по ошибке, а о других, напротив, несправедливо забывали. Ничего не поделаешь, так нередко случается, как бы ни старались все предусмотреть. А самое главное было – вовремя родиться, потому что Праздник отмечался лишь раз в двадцать четыре года и приглашенных бывало столько же – двадцать четыре. В этот день все ждали, что Мастер Повар превзойдет самого себя. По традиции, кроме множества всяких лакомств, он должен был испечь Большой Пирог, который люди поминали добрым или недобрым словом до конца дней Мастера – Пирог всегда оказывался единственным в его жизни.

Дж.Р.Р. Толкин. Кузнец из Большого Вутона,

перевод Ю. Нагибина, Е. Гиппиус [131]

Но был один особенный праздник, которого все ждали с нетерпением, потому что он единственный отмечался зимой. Этот праздник продолжался неделю, и в

последний его день, на закате, устраивался пир, который назывался Праздник Хороших Детей, и на него приглашались лишь немногие. Без сомнения, как бы ни были аккуратны те, кто приглашал гостей, случалось, что кого-то приглашали незаслуженно, пропускали вполне достойных, а кого-нибудь звали по ошибке – так уж устроено в мире. В любом случае, чтобы попасть на этот праздник, надо было родиться в определенном году – ведь его отмечали лишь раз в двадцать четыре года, и приглашенных детей было двадцать четыре, и праздник назывался Праздник Двадцати Четырех. По этому случаю Мастер Повар готовил все лучшее, что он умел, и, кроме множества самых вкусных и необычных угощений, он, по традиции, делал Большой Торт. И от того, насколько хорош (или плох) получался Торт, зависело, как будут вспоминать имя Мастера Повара спустя многие годы, ведь редко кто оставался Мастером так долго, чтобы успеть приготовить второй Большой Торт.

Дж.Р.Р. Толкин. Кузнец из Большого Вутона,

перевод В. Маториной [132]

Передохнуть и перевести дух мог он разве что зимой, ибо в зиму справляли в Большом Вуттоне один-единственный праздник. Зато какой! Гуляли неделю подряд, а напоследок, в конце недели, отмечали День Хороших Детей. Приглашали на этот праздник далеко не всех, и без обид, конечно же, не обходилось: достойных пригласить забывали, а других зазывали незаслуженно, однако злого умысла в том не было и в помине, и небрежения тоже, - такое случается сплошь и рядом, уж так устроен свет. Задавали пир раз в двадцать четыре года, а за столом было двадцать четыре места – ни больше ни меньше, и потому праздник Хороших Детей называли еще Пиром Двадцати Четырех. И все ждали, что на этом пиру Мастер Повар подаст что-нибудь особенное, невиданное доселе и неописуемо вкусное. Вдобавок, как повелось с незапамятных времен, ему полагалось испечь Праздничный Пирог. Само имя Мастера Повара и запоминалось-то, по правде сказать, благодаря этому Пирогу: кого потом долго расхваливали, а кого, бывало, и бранили. И уж коли провинился Повар, поправить ничего было нельзя: век людской, а поварской тем паче, слишком короток, чтоб вместить в себя два Праздничных Пирога.

Дж.Р.Р. Толкин. Кузнец из Большого Вутона,

перевод А. Лактионова, Т. Велимеева [133]

2) We have to distinguish between, on the one hand, translation equivalence as an empirical phenomenon, discovered by comparing SL and TL texts; and, on the other hand, the underlying conditions, or justification, of translation equivalence. The conditions of translation equivalence are discussed in Chapter 7. Here we are concerned only with translation equivalence as an empirical phenomenon.

3.1 A further distinction must be made between textual equivalence and formal correspondence. A textual equivalent is any TL text or portion of text which is observed on a particular occasion, by methods described below, to be the equivalent of a given SL text or portion of text. A formal correspondent, on the other hand, is any TL category (unit, structure, element of structure, etc.) which can be said to occupy, as nearly as

possible, the ‘same’ place in the ‘economy’ of the TL as the given SL category occupies in

the SL. Since every language is ultimately sui generis – its categories being defined in terms of relations holding within the language itself – it is clear that formal correspondence is nearly always approximate.

J.C. Catford. A Linguistic Theory of Translation [158, c. 27]

Следует различать, с одной стороны, переводные эквивалентности как эмпирический феномен, обнаруживаемый при сопоставлении текстов на языкеисточнике и языке-цели, и, с другой стороны, условия возникновения переводных эквивалентностей.

Об условиях, лежащих в основе появления переводных эквивалентностей, мы будем говорить в главе 7. Здесь мы остановимся только на переводных эквивалентностях как эмпирическом феномене.

3.1. Следующее различие мы устанавливаем между текстуальной эквивалентностью и формальным соответствием. Текстуальным эквивалентом является любой текст языка-цели или часть текста, по определенной причине рассматриваемая способами, которые мы опишем ниже, как эквивалент данного

текста или части текста языка-источника. С другой стороны, формально соответствующей является любая категория языка-цели (единица, класс, структура, элемент структуры и т.д.), о которой можно сказать, что в «системе» языка-цели она занимает «то же самое место», по возможности ближайшее к тому, какое данная категория языка-источника занимает в системе языка-источника. Поскольку каждый язык в конечном счете sui generis1), – его категории определены в терминах отношений, существующих в самом данном языке, – ясно, что формальное соответствие почти всегда приблизительно.

Своеобразен (лат.). – Прим. перев.

Дж. Катфорд. Лингвистическая теория перевода [56, c. 55]

3.4.4 Вопросы

Ответьте на следующие вопросы, обоснуйте свою точку зрения.

1. Как вы понимаете понятие «эквивалентность»? В чем разница между тождеством и эквивалентностью?

2. Как вы определите различие между понятиями «смысл» и «содержание»?

3. Что важнее для переводчика: с точностью, без отступлений содержание передать текста оригинала или сделать текст понятным получателю, отступая при этом от максимальной точности?

4. Может ли существовать неэквивалентный перевод?

5. Чем отличается эквивалентность от формального равенства текстов оригинала и перевода?

6. Как вы понимаете «прагматическую эквивалентность» по В. Коллеру и по Л.С. Бархударову?

7. Может ли существовать тождество текстов оригинала и перевода?

3.5 Теории уровней эквивалентности

3.5.1 План вопроса

1. Концепция Г. Егера.

2. Модель эквивалентности А.Д. Швейцера.

3. Теория уровней эквивалентности В.Н. Комиссарова.

3.5.2 Общие положения

1. Степень близости к тексту оригинала у перевода может быть различной,

поэтому возможно различать несколько уровней эквивалентности. Подобные многоуровневые теории эквивалентности выдвигали Г. Егер, А.Д. Швейцер, В.Г. Гак, В.Н. Комиссаров.

2. Согласно концепции Г. Егера, в реальности нередко существует расхождение между коммуникативной и функциональной эквивалентностью, что может выражаться в следующих формах:

1) текст перевода максимально эквивалентен тексту оригинала:

а) адресаты сообщения в переводе обладают такими же возможностями для извлечения информации, как и получатели сообщения в оригинале, т.е. текст перевода коммуникативно эквивалентен тексту оригинала;

б) адресаты сообщения в переводе обладают иными возможностями для извлечения информации, чем получатели сообщения в оригинале, т.е. текст перевода коммуникативно гетеровалентен тексту оригинала.

2) текст перевода не обладает максимальной эквивалентностью по отношению

к тексту оригинала:

а) адресаты текстов оригинала и перевода обладают разными возможностями для извлечения информации, и это различие соответствует различию между значениями текстов оригинала и перевода, т.е. перевод коммуникативно эквивалентен оригиналу;

б) адресаты текстов оригинала и перевода обладают разными возможностями для извлечения информации, и это различие не соответствует различию между значениями текстов оригинала и перевода, т.е. перевод коммуникативно гетеровалентен оригиналу;

в) адресаты текстов оригинала и перевода обладают одинаковыми

возможностями для извлечения информации, т.е. перевод коммуникативно гетеровалентен оригиналу.

3. В схеме В.Г. Гака и Ю.И. Львин различаются три вида эквивалентности:

1) формальная: общие значения в исходном и переводящем языках

выражаются аналогичными языковыми формами;

2) смысловая: одни и те же значения выражаются различными способами;

3) ситуационная: одна и та же ситуация описывается не только с помощью

различных форм, но и с помощью различных элементарных значений (сем).

4. Модель эквивалентности А.Д. Швейцера строится на взаимосвязи характера трансформации, которой подвергается исходное высказывание при переводе, и характера сохраняемого инварианта. А.Д. Швейцер выделяет следующие уровни эквивалентности:

1) синтаксическая эквивалентность: замена одних знаков другими с сохранением синтаксического инварианта;

The sun disappeared behind a cloud. – Солнце скрылось за тучей2. Результаты были катастрофическими. – The results were disastrous.

2) семантическая эквивалентность: фраза на переводящем языке является трансформом исходной фразы:

а) в тексте перевода могут сохраняться те же семантические компоненты при расхождении в инвентаре формально-структурных средств выражения – компонентная эквивалентность;

Ваша жена прекрасно готовит – Your wife is a superb cook.

б) в разных языках используются различные, хотя и соотнесенные друг с другом, семантические признаки для порождения семантически эквивалентных высказываний, т.е. разноязычные высказывания обладают инвариантным референциальным смыслом – референциальная эквивалентность;

This is just a stone's throw — Это отсюда рукой подать. (метафорический сдвиг)

У меня стоят часы – My watch has stopped. (состояние – действие)

Примеры, иллюстрирующие данную модель, взяты из книги А.Д. Швейцера «Теория перевода» [149].

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 176 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]