Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Субъект, личность и психология человеческого бытия
.pdf
ний. По мнению З.И. Рябикиной, в данном случае есть основания
говорить о двух типах толерантности (активной и пассивной фор
мах), и рост толерантной активности будет обусловлен нарастани
ем социального опыта субъекта, расширением его картины мира
и выработкой более разнообразного тезауруса социальноперцеп
тивных эталонов и соответствующих им моделей поведения (Ряби
кина, 2002).
Между полюсами этого конструкта лежат промежуточные, от
носительно устойчивые проявления активности, а своеобразие ре
ализации принципов толерантности обусловлено определенным
характером взаимосвязи индивидуальных свойств субъекта.
Иные же — крайние,
активности
видуальности характеристиками среды или кризисом внутренних
организмических или личностных контуров регуляции,
, спровоцированные экстремальными для данной инди
более высокие/низкие уровни проявления
ведут
не только к изменению характера взаимосвязи с действительнос
тью и изменению ее качественного состояния, но и преобразованию
самой индивидуальности.
Эффект такого взаимодействия может быть двояким. В одном
случае он может проявиться в явлении «скачка» — переходе в но
вое качественное состояние более высокого порядка, где толеран
тная активность является, например, предтечей плодотворно раз
рабатываемой проблемы преодоления или совладания с психотрав
мирующей ситуацией (coping) (диапазон толерантной активности
расширяется). В другом случае он может запустить дезинтеграци
онные процессы, разрушающие целостность и, следовательно, так
же ведущие к изменению системных признаков индивидуальнос
ти, но проявляющемуся уже в виде гиперстении вплоть до самораз
рушительной нецелесообразности; панических, депрессивных
и иных невротических и психопатических нарушениях, зафикси
рованных в понятии социальнострессового расстройства (Алек
сандровский, 1997). Диапазон толерантной активности, таким об
разом, сужается.
Проявления активности субъекта, разрабатываемые в терминах
«надситуативной активности», «неадаптивной активности», «актив
ной адаптации», «совладания», «преодоления», «барьера психичес
кой адаптации», «дезадаптации» и др., имеют общий генеральный
маркер — изменение состояния среды. Выступая как механизм
энергетического
одноуровневых или находящихся в иерархической соподчиненно
сти,
толерантная активность
системообразующего фактора
оптимума сопряженности
выполняет
индивидуальности.
динамических систем,
внутреннюю функцию
231231
231
231231
Весьма продуктивным для исследования проявлений толеран
тной активности является привлечение
дивидуальности,
дальнейшее развитие в трудах его учеников и последователей:
Е.А. Климова, В.В. Белоуса, Б.А. Вяткина, М.Р. Щукина, Л.Я. Дор
фмана и др.
Методологическую основу этой теории составляют принципы
общей теории систем. С позиций этой теории толерантная актив
ность может быть представлена как результат деятельности откры
той системы, для которой характерно, по Л. Берталанфи, «состояние
подвижного равновесия, в котором ее структура остается постоян
ной, но в противоположность обычному равновесию это постоянство
сохраняется в процессе непрерывного обмена и движения составля
ющего ее вещества. Подвижное равновесие открытых систем харак
теризуется принципом эквифильности, т. е. в отличие от состояний
равновесия в закрытых системах, полностью детерминированных
начальными условиями, открытая система может достигать не зави
сящего от времени состояния, которое не зависит от ее исходных
условий и определяется исключительно параметрами системы». При
этом, подчеркивает автор, «живые системы можно определить как
иерархически организованные открытые системы, сохраняющие
себя или развивающиеся в направлении достижения состояния под
вижного равновесия» (Берталанфи, 1969, с. 41–42).
Необходимо подчеркнуть, что степень этой открытости может
меняться. З.И. Рябикина, анализируя личность как системное каче
ство (явление высших подструктур интегральной индивидуальнос
ти.– В.Т.), справедливо отмечает, что личность обнаруживает себя
в противоречивом единстве тенденций открытости и закрытости. Ак
центируя внимание на существовании сензитивного и критического
периодов в личностной динамике, она делает вывод, что «сензитив
ные периоды ассоциируются со стабильностью в ориентациях, с го
товностью воспринимать, “впитывать”, с бесконфликтностью в отно
шениях с окружающими. Критические же периоды, как момент ре
организации личностных смыслов, рождения нового органа (лично
сти — В.Т.), провоцируют различные формы его защиты, т.е. большей
закрытости системы, ведущей и к изменению пространства форм
активности» (Рябикина, 1995, с. 57–64). Очевидно, что толерантные
формы активности обусловлены сензитивными периодами личност
ного развития, совладание и изменение — критическими.
В.С. Мерлин, определяя интегральную индивидуальность как
частный случай саморазвивающейся и самоорганизуемой системы,
состоящей из относительно замкнутых подсистем или уровней це
разработанной В.С. Мерлиным и получившей
теории интегральной ин
232232
232
232232
лостной системы «человек — общество», выделял в ней соматичес
кий, нейродинамический, психодинамический, личностный и соци
альнопсихологический уровни.
Оригинальным эвристическим средством изучения индивиду
альности как системного образования, является математический
принцип значности, применяемый при изучении своеобразия ста
тистических связей между отдельными свойствами. В.В. Белоус,
подводя итоги тридцатилетних исследований теории интегральной
индивидуальности, отмечает, что В.С. Мерлин выдвинул и обосно
вал мысль о существовании трех типов математической зависимо
сти: равновероятных — многомногозначных, разновероятных —
многозначных и взаимооднозначных. Многомногозначные связи
относятся к классу межуровневых и выражают реальность и объек
тивность существования человека как большой интегральной сис
темы. Многозначные и взаимооднозначные связи относятся к клас
су одноуровневых и описывают сущность подсистем интегральной
индивидуальности (Белоус, 2000).
Необходимость изучения многомногозначных разноуровневых
связей для понимания развития индивидуальности заключается
в том, что новообразование личности не может возникнуть до тех
пор, пока не изменилась прежняя связь между разноуровневыми
свойствами. Так, коммуникабельность не появится у интроверта
до тех пор, пока не разрушится связь между интроверсией и труд
ностью установления социальных контактов. Кроме того, одно и то
же свойство какоголибо иерархического уровня в результате изме
нения его связи со свойствами других иерархических уровней мо
жет выполнять различную приспособительную функцию. Напри
мер, устранение связи между слабостью нервной системы и малой
активностью воли человека обеспечивает устойчивость к стрессу
у лиц слабого типа нервной системы в условиях не только умерен
ного, но и значительно выраженного стресса (Вяткин, 1992).
Этим объясняется практическая важность интегрального иссле
дования индивидуальности человека в данной сфере, так как, зная
предикторы толерантной устойчивости различных по типологии
интегративных структур, можно целенаправленно, путем устране
ния противоречий и рассогласования между отдельными разноуров
невыми свойствами, с учетом характеристик предметной и социаль
ной (коммуникативной) сред достигнуть эффекта толерантного по
ведения.
Понятно, что результаты такого поведения могут быть много
гранными. Но все же к числу наиболее существенных признаков
«толерантной нормы», ее значимых характеристик можно отнести
233233
233
233233
признаки «психической нормы», достаточно полно сформулиро
ванные Г.К. Ушаковым. Он относит к ним: «детерминированность
психических явлений, их необходимость, причинность, упоря
доченность; соответственную возрасту индивида зрелость чувства
постоянства (константность) места обитания; максимальное прибли
жение формирующихся субъективных образов к отражаемым
объектам действительности; гармонию между отражением об
стоятельств действительности и отношением индивидуума к ней:
адекватность реакций его на окружающие физические, биоло
гические и психические влияния и адекватную идентификацию
образов впечатлений с образами однотипных памятных пред
ставлений; соответствие реакций (как физических, так и пси
хических) силе и частоте внешних раздражителей; чувство поло
жения в среде себе подобных, гармонию взаимоотношений с ними;
умение уживаться с иными лицами и с самим собою; критический
подход к обстоятельствам жизни; способность самокоррекции
поведения в соответствии с нормами, типичными для разных
коллективов; адекватность реакций на общественные обстоятель
ства (социальную среду); чувство ответственности за потомство
и близких членов семьи; чувство постоянства и идентичности пере
живаний в однотипных обстоятельствах; способность изменять
способ поведения в зависимости от смены жизненных ситуаций;
самоутверждение в коллективе (обществе) без ущерба для ос
тальных членов его; способность планировать и осуществлять свой
жизненный путь и др.» (Ушаков, 1972, с. 10–11).
Итак, теоретический анализ показывает, что использование ка
тегории «активность» позволяет изучать механизмы формирования
толерантного поведения человека в рамках интегративной парадиг
мы. Эффект толерантности возникает на определенных уровнях его
психической активности. Несоответствие наличных социальных и
(или) биологических возможностей человека требованиям среды
провоцирует поведенческие, психофизиологические или иные ре
акции, выходящие за пределы толерантной нормы. На уровне кон
кретнопсихологического исследования толерантное поведение дол
жно проявляться в определенных видах активности трех основных
регуляторных механизмов развития индивидуальности: мотиваци
онного, эмоционального и интеллектуального. Выявление своеобра
зия структур интегральной индивидуальности, рождающих разно
образные стили толерантной активности, переводит изучение дан
ной проблемы из плоскости теоретического анализа в плоскость
решения практических задач по гармонизации взаимоотношений
субъекта жизнедеятельности и среды его обитания.
БЫТИЕ СУБЪЕКТБЫТИЕ СУБЪЕКТ
БЫТИЕ СУБЪЕКТ
БЫТИЕ СУБЪЕКТБЫТИЕ СУБЪЕКТ
САМОПРЕЗЕНТСАМОПРЕЗЕНТ
САМОПРЕЗЕНТ
САМОПРЕЗЕНТСАМОПРЕЗЕНТ
АЦИЯ И ОТНОШЕНИЕАЦИЯ И ОТНОШЕНИЕ
АЦИЯ И ОТНОШЕНИЕ
АЦИЯ И ОТНОШЕНИЕАЦИЯ И ОТНОШЕНИЕ
К ВНЕШНЕМУ ЯК ВНЕШНЕМУ Я
К ВНЕШНЕМУ Я
К ВНЕШНЕМУ ЯК ВНЕШНЕМУ Я
А:А:
А:
А:А:
В. А. Лабунская
Одной из фундаментальных социальных потребностей челове
ка является потребность в самопрезентации, в предъявлении себя
другому и самому себе. Жизненные ситуации и события, степень их
значимости и влияния на судьбу определяют направление, меру
контроля и степень осознания субъектом образа, конструируемого,
«выстраиваемого» для себя и других. Еще И. Гоффман отмечал раз
личные виды «активности» субъекта в ситуации его присутствия
перед другими и выделял различные планы «исполнения», включа
ющие внешний вид (элементы экспрессивного поведения, знаковые
сигналы, сообщающие о социальном положении, половозрастных
особенностях, расовых характеристиках и т.п.), и «манеры» (сигна
лы, предупреждающие о роли, которую субъект будет играть) (Гоф
фман, 2000). Он подчеркивал устойчивость форм самопредъявления
и его важнейшие функции: определение ситуации для себя и при
сутствующих, контроль за поведением других, создание благопри
ятного впечатления о себе, достижение наибольшей выгоды от вза
имодействия. Но самопрезентация — это не только управление впе
чатлениями других людей, но и один из способов получения субъек
том знаний о себе, об отношении к самому себе. Именно данная
функция представляет особый интерес в контексте обсуждаемой
проблемы, так как возвращает нас не только к вопросу о характе
ристиках и мотивах самопрезентации, но и к вопросу о субъектно
сти данного явления и его включенности в качестве значимой со
ставляющей в событийную картину мира человека.
С позиций субъектнодеятельностного подхода, развиваемого,
вслед за С.Л. Рубинштейном, А.В. Брушлинским (1996б, 2003а) и его
последователями, самопрезентация, внешнее Я личности инте
грируют как внешние, объективные обстоятельства жизни, так
и активное воздействие на них, преобразовывая не только бытие,
но и самого субъекта. Данный вывод опирается на выделяемые кри
терии субъектности, такие, как «умение согласовывать свою
индивидуальную активность, способ организации личной жизни
235235
235
235235
с социальными конструктами, нормами и формами деятельности»
(Знаков, Павлюченко, 2001, с. 33). Ключевой характеристикой
субъекта является также развитость навыков саморефлексии,
обеспечивающих формирование самоотношения, содержания
самовыражения и самопредъявления, соотнесенного со своим
бытием. В.В. Знаков подчеркивает, что рефлексивное отношение
каждого из нас к себе наиболее рельефно выражает отношение
к бытию, «укореняет» субъекта в его личностном бытии посредством
рефлексии различных презентаций. Самопрезентации, констру
ирование внешнего Я невозможны без познания собственного бытия,
без увязывания прошлого с настоящим и будущим. Переживание этих
связей, жизненная удовлетворенность составляют ценностный аспект
не только самосознания (Логинова, 1985), но и встроенных в него
самопрезентаций, актуализируют отношение личности к себе, в том
числе к конструктам своего внешнего Я.
Как известно, субъект не только «вмешивается» в процесс фор
мирования своего образа у другого, но и пересматривает свое внут
реннее видение самого себя в соответствии с собственной жизнен
ной ситуацией, осмыслением бытия. Иными словами, самопрезен
тация, трактуемая как конструирование образа себя для других или
переструктурирование образа себя у других и у самого себя о себе
всегда связана с самоотношением, которое, в свою очередь, опос
редовано взаимодействием определенных жизненных событий,
психологических и социальнопсихологических характеристик
субъекта. Актуализация тех или иных мотивов самопрезентации,
изменение ее содержания, сворачивание или разворачивание са
мопредъявлений отражают и то, какой смысл имеет для субъекта
конструирование внешнего Я для себя и других в контексте его бы
тия, и то, как он относится в этой связи к одному из главных инст
рументов самопрезентации — к своему внешнему облику. Моти
вы самопрезентации и самоотношения сопряжены с различными
уровнями личности субъекта и его бытия. В них представлены ак
туальные, значимые для субъекта связи с бытием. В одном случае
направление самопрезентаций, изменения самоотношения обус
ловлены необходимостью поддержания чувства собственной уни
кальности и придания такого же статуса своему бытию. В другом
жизненном контексте содержание самопрезентации и отношение
к своему внешнему облику определяются стремлением показать
свою принадлежность к той или иной социальной страте. Взаимо
действия субъекта и бытия могут придавать самопрезентации зна
чимость — как способу укрепления самооценки, повышения атт
рактивности, получения одобрения, уважения, как средству увели
236236
236
236236
чения влияния, власти. Уровень самооценки как один из важней
ших компонентов самоотношения, а также степень удовлетворен
ности внешней привлекательностью (Кон, 2003; Петрова, 2000;
Хороших, 2001) также могут выступать в качестве мотивов само
презентации.
Наиболее часто, по сравнению с другими мотивами (повысить
и укрепить самооценку, получить социальное одобрение, продемон
стрировать свою принадлежность к определенной социальной груп
пе, поддержать, увеличить влияние, власть, продемонстрировать
превосходство, свой социальный статус, престиж), субъекты, не
зависимо от их пола, в качестве мотива презентации себя для себя и для
других выбирают мотив повысить свою мужскую/женскую привле
кательность (Герасимова, 2004). В соответствии с этим мотивом кон
струирование внешнего облика становится важнейшим средством
самопрезентации и изменения отношения к себе, призванных ре
шать существенные проблемы бытия человека.
Восприятие и оценка своего внешнего облика оказывают
влияние на самосознание личности. Особенно ярко воздействие
данных феноменов на жизнь человека проявляется в том случае,
когда он по тем или иным причинам утрачивает эстетическую,
сексуальную привлекательность; когда в силу влияния биоло
гических, социальных, психологических факторов его внешний
облик изменяется в негативную сторону, например, становится
«визитной карточкой» приближающейся старости. Переживание
этих трансформаций приводит не только к перестраиванию соци
альнопсихологической структуры личности, но и к перестру
ктурированию связей субъекта с миром. Несмотря на очевидность
этих фактов, проблема самопрезентации, самоотношения к своему
внешнему облику практически не ставится в контексте проблемы
«субъект и бытие». Самопрезентация, самооценка внешнего облика
не изучаются в качестве значимого компонента ценностносмыс
ловой сферы субъекта, регулирующего его переживания, его
взаимоотношения со своим бытием. Одним из аргументов, под
тверждающих актуальность поставленной проблемы для сов
ременной психологии, являются выводы ряда исследователей,
изучающих внешность, «телесные коды», экспрессию человека
и т.д. В задачи настоящей статьи не входит анализ различий в трак
товках понятий «тела» и «внешнего облика», но необходимо от
метить, что «телесный код» довольно часто рассматривается в ши
роком контексте, сквозь призму невербальных коммуникаций,
невербальных паттернов поведения, его связи с душой. Признаки
телесности (взгляд, голос, руки, тело) интерпретируются как
237237
237
237237
установки на «душевное партнерство», как способы проявления
духовности. Такое представление о «телесном коде» близко к той
трактовке внешнего облика, внешнего Я личности, которая раз
вивается в наших исследованиях (Лабунская, 1999). Под внешним
«Я» личности мы понимаем совокупность устойчивых (индивидно
конституциональные характеристики человека [тело, телесность]),
среднеустойчивых (оформление внешности: прическа, косметика,
украшения, одежда) и динамических (экспрессивное, невербальное
поведение) параметров самовыражения, организующихся в про
странственновременные структуры и перестраивающихся по ходу
развития психофизиологических, психологических, социально
психологических компонентов структуры личности, включенной
в определенный социокультурный контекст. Одной из самых ха
рактерных особенностей внешнего Я и «телесного кода» является
то, что они не даны человеку для непосредственного наблюдения.
Он не может верифицировать свое изображение и не может
адекватно познать сам себя с помощью внешнего облика. Об этой
особенности внешнего облика человека писал М.М. Бахтин (1979),
делая акцент на том, что внешность, экспрессия представлены не
только окружающим, но и самому субъекту (особенно в визуальных
образах). Парадокс заключается в том, что внешность — «воочию
представленное и осязаемое данное» для другого, но не для себя.
Трактовка внешности, тела как знаковой системы, как репре
зентанта индивидуального и социального начала в человеке пред
ставлена в исследованиях, выполненных в различных областях
гуманитарного знания (Яременко, 1997; Ямпольский, 1996, 2004;
Крейдлин, 2002; Петрова, 2000, 2001; Лабунская, 1999). В них
внешний облик интерпретируется как феномен культуры, как
неотъемлемый атрибут бытия человека. Более того, М. Ямпольский,
подводя итоги обсуждения проблемы «отражения телесности
в культуре», приходит к заключению о том, что «истина чело
веческого бытия заключена не в словах и помыслах человека,
но в его теле и в действиях этого тела», что «мера власти опре
деляется… способностью владеть телом людей» (Ямпольский, 2004,
с. 174–175). Данный тезис развивается в статье П. Тищенко,
который прямо пишет о том, что «окультуривание телесности» —
это не только «превращение природных предпосылок человеческого
существования в универсальные орудия и знаки... превращение
в своеобразный текст, сгусток социальной памяти», но и механизм
контроля не столько над телом человека, сколько над его личностью
(Тищенко, 1990, с. 44). С точки зрения М. Ямпольского, внешний
облик современного человека (тело) все чаще выступает «имитацией
238238
238
238238
некого идеального тела — отсюда женский грим, имитирующий
естественность, культ загара и спортивной комплекции, призванных
имитировать здоровье и молодость. Гигантской сферой симулякров
становится реклама и кинематограф» (Ямпольский, 2004 с. 187).
Через «телесный код», а следовательно, и внешний облик, воз
можна, как отмечает О. Белова, концептуализация всего, что
окружает человека (Белова, 2002).
Теоретический анализ исследований внешнего облика как куль
турноисторического и социальнопсихологического феномена при
водит к выводу о вариативности представлений о таких характери
стиках, как красота, соответствие гендерной, возрастной идентич
ности; к выводу о том, что внешний облик является формой объек
тивизации внутреннего мира личности, способом конструирования
Я для другого и для себя. Внешний облик может играет роль ценно
стносмыслового образования, регулирующего бытие. Внешность
выступает также в качестве маркера «своих» и «чужих», символом
нации и культуры (Белова, 2002).
В качестве примеров, иллюстрирующих изложенные выше по
ложения, касающиеся самопрезентации, отношения к внешнему Я,
сформулированные в контексте проблемы субъекта и его бытия,
хотелось бы привести случаи, описанные в художественнопубли
цистической литературе, рассказанные участниками проводимых
мною семинаров и тренингов, а также данные ряда исследований.
Эти эпизоды из жизни людей и результаты эмпирических работ
дополняют, раскрывают те аспекты проблемы, которые еще не до
статочно отрефлексированы в отечественной психологии. Их объе
диняет мысль о том, что отношение к своему внешнему облику, его
интерпретация и возникающие на ее основе интерпретационные
схемы, задающие ракурс самопрезентации, преобразовывают само
го субъекта, его связи с бытием и само бытие.
Начну со случая, описанного в книге В. Вульфа (Вульф, 2003).
В главе, посвященной великой актрисе Бабановой, Вульф описывает
ситуацию восприятия ею телепередачи о ее творчестве. Он пишет
о том, что перед съемками Бабанова просила не снимать ее крупным
планом, не делать ее портретов. Она не могла себя видеть, ее
стареющее лицо выводило ее из себя. Но создатели телефильма не
прислушались к ее просьбе. После просмотра фильма Бабанова
обратилась к одному из них и спросила: «Что я вам дурного сде
лала?». Через некоторое время, выполняя пожелание Бабановой,
весьма удачный телефильм был уничтожен. Этот эпизод из жизни
великой актрисы указывает на драматическую, а порой и роковую
роль презентаций человека другим, особенно в тех случаях, когда
239239
239
239239
они не принимаются, отторгаются личностью, когда одно из главных
средств самопрезентации — внешний облик — изменяется на
столько, что формируется негативное отношение к нему, спо
собствующее не только «сворачиванию» потребности в само
презентации, но и перестройке отношений с миром, рефлексии
своего бытия. Негативное отношение к запечатленным само
презентациям (фотография, видеозапись, живописный портрет,
шарж, оценка внешнего облика другими, в конце концов, смотрение
на себя в зеркало) — явление достаточно распространенное, оно
не всегда связано с явными трансформациями внешнего облика.
Нежелание предъявлять свой внешний облик другим может воз
никать в результате сочетания нескольких обстоятельств. Одним из
них является непременный атрибут предъявления запечатленного
внешнего облика: фотография, портрет, видеозапись как бы поз
воляют вглядываться в человека, рассматривать его внешний облик
гораздо внимательней и глубже. В обычной жизни человек н вы
держивает обращенный на него пристальный взгляд, сопроти
вляется ему (Ямпольский, 2004). Другое обстоятельство, уси
ливающее роль первого, — это отношение к своему внешнему
облику (принятие — непринятие; позитивная — негативная оценка;
удовлетворенность — неудовлетворенность и т.д.). Третье об
стоятельство, определяющее и степень сопротивления различного
рода презентациям себя, и знак отношения к своему внешнему
облику, и степень его принятия либо отделения от своей соб
ственной личности — это место, которое внешний облик занимает
в ценностносмысловой картине бытия человека, это его роль
в детерминации жизненных событий. В истории с актрисой Ба
бановой прослеживается определенная модальность взаимосвязи
обозначенных выше обстоятельств: сильнейшее сопротивление
презентациям ее внешнего облика, помноженное на негативное
отношение к нему, гиперболизация роли внешнего облика в из
менении обстоятельств жизни и, в целом, бытия.
Особую роль в восприятии и оценке презентаций внешнего об
лика играют различные этапы жизненного пути человека, мнения
тех людей, которые включены в пространство бытия субъекта.
Оригинальным примером является создание художником портре
та знакомого ему человека, принадлежащего к одному с ним куль
турному кругу. В книге Л.С. Алешиной и Г.Ю. Стернина утверж
дается, что на портреты людей надо смотреть как на «историю в ли
цах», видеть в них «тесную взаимосвязь трех явлений: общество,
личность, портрет», отмечать зависимость между «жизненной уча
стью человека» и способом его презентации (Алешина, Стернин,
240240
240
240240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]