Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Субъект, личность и психология человеческого бытия

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 910 / 3910 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

проблемы все время передвигается. Но каково же содержание всего процесса решения, чем детерминирована последовательность фаз, каково содержание каждой фазы — на эти вопросы Секей ответить не может» (Анцыферова, 1960, с. 113), он лишь указывает на то, что латентное свойство становится явным в силу действия механизмов бессознательного и предсознательного.

Л.И. Анцыферова, критически относясь к идее о действии бес сознательных мыслительных механизмов, утверждает, что решение задачи — это сознательный акт, содержанием которого является «постепенный анализ предметного содержания следствия и анализ свойств различных “орудий”, средств воздействия как предполага емых причин конкретизирующегося следствия» (там же, с. 105). Вы явление маскируемых свойств осуществляется через соотнесение вычленяемых свойств предметов с требованием задачи, которое так же постоянно анализируется и конкретизируется. «Траекторию движения мышления составляют последовательно появляющиеся в “фокусе внимания” все новые и новые свойства и отношения предметов, которые выступают благодаря включению предметов в новые причинноследственные связи» (там же, с. 121).

На явление латентности в экспериментах на мышление указывает и А.В. Брушлинский (1996б, с. 227). Он специально подчеркивает, что в процессе мышления происходит ментальное «поворачивание» одного и того же объекта разными сторонами с целью выявления основного отношения задачи, которое является существенным условием ее решения. При этом главные переменные этого отношения могут поначалу выступать в частной форме и даже иметь скрытый, замаскированный характер. Однако в последствии, на основе мыслительного механизма «анализ через синтез» происходит включение объекта в новые отношения, связей познаваемого объекта к другой, новой системе связей, «выявление на этой основе его новых, ранее не учитываемых, как бы скрытых (латентных) свойств» (Брушлинский, 1996б, с. 240). Подобный переход нередко выглядит как озарение, внезапно возникшее решение. Однако это не совсем так. Возникновение так называемого немгновенного инсайта обусловлено предварительной работой механизма обобщения анализируемых явлений и принципов, и решением испытуемого о «наибольшей вероятности» выдвигаемой им версии. Таким образом, вначале субъект включает объект в новую систему отношений, затем, благодаря этому включению, осуществляется поиск и открытие до сих пор неизвестных, но существенных свойств объекта, которые, в свою очередь, обуславливают решение задачи. «Именно эта новая система связей

переход

от одной системы

9191

и обеспечивает существенно новое направление всей мысли ин дивида» (там же, с. 241).

Таким образом, в процессе мышления латентные свойства воз никают в виде потенциально правильного решения, которое фор мируется пока еще в ином, нежели условия задачи, контексте (иных отношениях), либо недостаточно аргументировано для того, чтобы стать более правдоподобным и позволить субъекту быть уве ренным в нем.

Рассматривая феномен латентности в условиях решения задач можно было бы подумать, что обсуждаемое явление имеет сугубо локальный характер и сопоставимо исключительно с процессами мышления и научения. Однако обобщение литературных данных за последние несколько десятилетий, обращение не только к психоло гии мышления, но и к психологии личности показало, что латентные свойства универсальны.

Уже в 30х годах ХХ века Г. Меррей, конструируя Тематичес кий Апперцептивный Тест (Меррей, 2000; Klopfer, 1976; Keiser, Prather, 1990), основывался на базовой идее глубинной психологии, о том, что причины поведения индивида могут быть скрыты от со знания, т.е. также ность в нанесении ущерба (в агрессии) и сексуальные желания. Последние могут быть скрыты не только в силу их несоответствия установкам сознания, но и по ряду закономерных причин, вызван ных особенностями взросления ребенка на той или иной стадии развития. З. Фрейд утверждал, что таким периодом является воз раст от начала упадка детской сексуальности (на пятом или шес том году жизни) до наступления половой зрелости. Он считается временем «остановки эволюции сексуальности» и называется

тентным периодом

поскольку в ней нет нового источника (Адамс, 2002, с. 192). Раскрывая это положение, следует упомянуть монографию Ж. Бержере (2001), в которой отмечается, что этот период называется латентным не потому, «что в нем не наблюда ется

сексуальных проявлений

невозможно описать новую “организацию” сексуальности» (Бер жере, 2001, с. 58): энергия Эроса сублимируется, происходит пе рераспределение силы влечения, которая не снижается, а транс формируется. Повидимому, именно в способности замещать сек суальные желания сублимированным выражением привязанности и проявляется латентность энергии либидо.

Еще один аспект латентности раскрывается через понятие

тентной структуры.

латентны

. Обычно таковыми являются потреб

ла

. «Эта стадия отличается от всех предыдущих,

внутреннего разлада

», а в связи с тем, «что в этот период

ла

Она представляет собой особую констелля

».

9292

цию признаков, организующихся по своим внутренним законам и выявляемых не прямо, а косвенно (например, при применении кла стерного и факторного анализа). Такая структура была эксплици рована в исследовании, посвященном симптоматическому состо янию, которое возникает после потери сознания (Axelrod и др.,

1996). Была выявлена 5факторная латентная структура, в которую вошли психологический (psychological) (например, страх, депрес сия и проч.), когнитивный (cognitive) (проблемы запоминания, речи, мышления и проч.), соматический (somatic) (тошнота, диарея, звон в ушах и проч.), ортопедический (orthopedic) (боли в спине, ногах, оцепенение и проч.) факторы и фактор редких признаков (infrequency) (импотенция, припадки и проч.). Выявление не от дельных специфических симптомов, а кластеров признаков может быть оптимальным предиктором заболевания, развившегося вслед ствие потери сознания.

Итак, в психологии личности латентными считаются такие свой ства, которые не осознаются человеком, оставаясь скрытыми от со знания до тех пор, пока, как говорил Э. Эриксон, человек не будет психологически готов к принятию новых социальных ориентиров. Скрытые, латентные свойства личности могут быть источником как нереализованных потенциалов развития, так и внутриличностных конфликтов. Последний вариант наиболее правдоподобен при от сутствии оптимальных условий, необходимых для актуализации ла тентных свойств, либо при их наличии, но невозможности актуали зации (например, вследствие вытеснения).

Вопервых, было показано, что латентные свойства отличают ся от свойств других типов тем, что они неосознаваемы, составля ют часть опыта индивида, проявляются вне адекватного для их осознания контекста и оппонентны осознаваемым свойствам. Спо собами их обнаружения могут служить такие косвенные показа тели, как динамика времени реакции, появление равновероятных альтернатив (стратегий, моделей), неопределенность, неоднознач ность интерпретации ситуации. Заметим, что равновероятность альтернатив является признаком их формирования, тогда как пе реход от альтернативности к предпочтительности выбора — при знаком их осознания, а значит, перевода в другое, нелатентное состояние.

Вовторых, были сделаны серьезные шаги в направлении поиска детерминант и механизмов мыслительного процесса, в ходе кото рого происходит «вычленение нужного свойства». Как было пока зано выше, такими детерминантами являются прогнозирование искомого, активное взаимодействие субъекта с объектом, которое

9393

обнаруживается во включении последнего во все новые связи и отно шения, а также уверенность человека в правильности решения. Механизмами демаскировки латентных свойств выступают обобще ние анализируемых характеристик и обстоятельств, перенос принципа решения на другой материал, в иной контекст, изменение ракурса рассмотрения объекта (Л.И. Анцыферова, А.В. Брушлинский).

Втретьих, была сформулирована задача, состоявшая в том, чтобы определить фазность, последовательность процесса реше ния, имеющего, кроме всего прочего, отношение и к динамике мас кируемых свойств. Иными словами, в процессе демаскировки ла тентных свойств, согласно Брушлинскому, существенная роль при надлежит активному субъекту, который, вопервых, переходит к новому контексту (отношениям), а вовторых, осуществляет ин теграцию скрытых свойств в новую систему связей, тем самым, эк сплицируя их.

Результаты, описанные выше, получены в экспериментальной психологии мышления, и имеют прямое отношение именно к этой области знания. Тем не менее, нельзя не учитывать важности сде ланных выводов и для других областей психологии, в которых про блема латентности может быть использована для объяснения разви тия, осуществляемого по эпигенетическому принципу. Мы имеем в виду, прежде всего, психологию личности, в которой развитие, по нимаемое как постепенное обретение субъектом новообразований, в зачаточном виде формирующихся на предыдущих стадиях, имеет практически аксиоматический смысл.

В латентных свойствах представлено и прошлое, и будущее, они осуществляют преемственность развития. Являясь предшественни ками будущих достижений (успехов и неудач), они одновременно «фиксируют историю своего происхождения, их характеристики сопоставимы с некоторыми свойствами “побочных продуктов” вза имодействия индивида с миром» (Александров, Максимова, 2003, с. 73), и именно поэтому все чаще рассматриваются как важнейшие показатели недизъюнктивности психического развития.

А.В. БРУШЛИНСКОГО И АМЕРИКАНСКАЯА.В. БРУШЛИНСКОГО И АМЕРИКАНСКАЯ

А.В. БРУШЛИНСКОГО И АМЕРИКАНСКАЯ

А.В. БРУШЛИНСКОГО И АМЕРИКАНСКАЯА.В. БРУШЛИНСКОГО И АМЕРИКАНСКАЯ

СОПОСТСОПОСТ

СОПОСТ

СОПОСТСОПОСТ

ПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКТПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКТ

ПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКТ

ПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКТПСИХОЛОГИЯ СУБЪЕКТ

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ:ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ:

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ:

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ:ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ:

АВЛЕНИЕ ТЕОРЕТИКОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХАВЛЕНИЕ ТЕОРЕТИКОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ

АВЛЕНИЕ ТЕОРЕТИКОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ

АВЛЕНИЕ ТЕОРЕТИКОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХАВЛЕНИЕ ТЕОРЕТИКОМЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ

КОНСТРУКТОВКОНСТРУКТОВ

КОНСТРУКТОВ

КОНСТРУКТОВКОНСТРУКТОВ

АА

М. Д. Няголова

Методология современной российской психологии отличается двумя ярко выраженными тенденциями — гуманизма и онтологиз ма. Большой вклад в их развитие принадлежит А.В. Брушлинскому.

Он разрабатывал психологическую теорию субъекта, сопос тавляя свои научные идеи и выводы с другими психологически ми школами и направлениями мировой психологии. Он часто ука зывал, что наибольшее количество точек соприкосновения субъектнодеятельностная теория имеет с американской гумани стической психологией (Брушлинский, 2003а, с. 184; Брушлинс кий, 2003в, с. 16; Рокитянский, 1995, с. 892). Согласно А.В. Бруш линскому, эта близость проявляется, прежде всего, «в системати ческом изучении творческого потенциала личности как целост ной системы» (Брушлинский, 2003а, с. 184).

В последнее время другие авторы, изучая научное наследие А.В. Брушлинского, все чаще обращают внимание на близость его теории субъекта с теориями представителей гуманистической психологии. Так, например, В.Ф. Петренко считает, что существует сходство между субъектнодеятельностным принципом «внешние причины действуют через внутренние условия» и теорией лич ностных конструктов Д. Келли (Петренко, 2003, с. 378). В.В. Знаков указывает на наметившуюся в современной психологии и, в част ности, в теории Брушлинского тенденцию разработки психо логической проблематики в тесной связи с принципами экзи стенциальногуманистического подхода (Знаков, 2003а, с. 30–31). Еще в начале 90х годов Б.С. Братусь обосновал необходимость развития гуманитарной психологии, которая, в методологическом отношении, оказывается отходом от естественнонаучного подхода и результатом использования гуманитарных знаний (Гумани стическая…, 2000, с. 54–76). В одной из своих публикаций в «Психоло гическом журнале», посвященной А.В. Брушлинскому, он указывает,

9595

что последний являлся рыцарем гуманизма в психологической науке.

Рефлексивная оценка Брушлинским этой отличительной осо бенности собственной теории и последующий ее анализ коллегами ученого и послужили поводом для написания данной статьи, пред ставляющей собой попытку выделения методологических основа ний сходства и различия психологии субъекта и американской гу манистической психологии.

Приступая к этому сопоставлению, необходимо было учесть, что историкометодологические истоки данных направлений различны. Гуманистическая психология в США с самого начала формирова лась и развивалась как вполне «американское» по своей сути на правление, тогда как корни субъектнодеятельностной теории и, в частности, психологии субъекта Брушлинского уходят в недра классической европейской психологии. Между этими двумя направ лениями никогда не происходило прямого научного диалога по об мену идеями, они не оказывали друг на друга непосредственного влияния. Не было ни заочных, ни непосредственных дискуссий меж ду их представителями. На первый взгляд, эти обстоятельства мож но было бы рассматривать скорее как помеху, нежели предпосыл ку их методологического сходства.

Как известно, слово «гуманизм» означает, прежде всего, инте рес к человеку, любовь к нему. Со времен эпохи Возрождения за нятия психологией предполагали гуманистическое отношение к че ловеку. В этом контексте психология — как наука о человеке — всегда гуманистическая. Это обстоятельство вызывает вопрос: чем отличается гуманизм обоих обсуждаемых направлений от гу манистической сущности психологии в целом?

Поиск общего критерия методологического сопоставления тео рии субъекта А.В. Брушлинского и научного ядра американской гу манистической психологии приводит нас к историческому анализу состояния науки в эпоху их формирования. Время становления их научных программ относится к 60м годам ХХ века.

Кризис в психологии 1950х — 1960х годовКризис в психологии 1950х — 1960х годов

Кризис в психологии 1950х — 1960х годов

Кризис в психологии 1950х — 1960х годовКризис в психологии 1950х — 1960х годов

и начало «тихих революций»и начало «тихих революций»

и начало «тихих революций»

и начало «тихих революций»и начало «тихих революций»

В психологии 20го столетия многое было сказанно о так назы ваемом методологическом кризисе. Как правило, начиная с Л.С. Вы готского, российские психологи советского периода видели причи ны и признаки кризиса в западной психологии. После Великой оте

9696

чественной войны они постепенно перестали говорить о кризисе в психологии, по крайней мере, перестали выявлять современные признаки кризиса. О нем обычно говорилось только в исторической перспективе.

Однако историки американской психологии всегда чувство вали себя свободными от ограничений любой цензуры. Поэтому они более критически относились к историческому развитию психологии в своей стране. Исторический анализ научных тен денций, проведенный Т.Н. Лихи, показал, что именно в 50е годы американская психология оказалась на стадии глубокого методо логического кризиса. Несмотря на то, что после Второй мировой войны интерес к исследованию человеческой психики со сторо ны бихевиоризма увеличился, это происходило без существенно го изменения внутри системы фундаментальных понятий. Б. Скиннер считал, что человеческое поведение, будучи всетаки поведением животного, по существу не отличается от поведения крыс и голубей, которых он раньше изучал в своей лаборатории (Leahey, 1980, p. 333). В американской психологии 50х годов по явилось немало альтернатив бихевиоризму: социальная психоло гия, генетическая эпистемология, психолингвистика, неофрейди сткая эгопсихология и т.д., но все они, по словам Лихи, отлича лись эклектизмом, и поэтому между их представителями почти не было противоречий.

Однако начиная с середины 50х годов был опубликован ряд про изведений таких авторов, как А. Маслоу, К. Роджерс, Дж. Келли, Г. Олпорт. Ориентированные, прежде всего, на основы экзистенци альной философии, они интересуются «вопросом о специфике соб ственно “человеческого” способа существования» и выражают свою неудовлетворенность результатами бихевиористких исследований в психологии, проводимых с позиций естественнонаучной парадиг мы (Шевеленкова, 1995, с. 14).

После Второй мировой и особенно — после «холодной» войны в США увеличилось социальное недовольство внешней политикой государства, направленной на конфронтацию и экспансию в миро вом масштабе. Изменилось отношение граждан США к участию в войнах вообще. Например, протесты против участия амери канских солдат во вьетнамской войне превратились в массовые социальные движения. Люди больше не хотели воевать и гибнуть ради государственных интересов. Человеческая жизнь снова начала ставиться превыше всего, выше любых интересов общества. В ус ловиях изменившейся системы ценностей американцев антропо центризм и индивидуализм не случайно составляли подлинное

9797

содержание мировоззрения многих американских психологов 60х годов.

Во всем мире интерес к психологии возрастал, а внутри самой психологии все большее внимание акцентировалось на целостной психике конкретного человека, а не на отдельных ее проявлениях. Существенно увеличилось число ученых, разделявших точку зре ния, что развитие и функционирование психики зависит, в первую очередь, от активности ее носителя, от его индивидуальных особен ностей. Вполне естественно, что в изменившихся условиях необи хевиоризм и культурный психоанализ стали терять свои позиции в американской психологии.

В самом конце 50х годов К. Роджерс подверг острейшей и от крытой критике бихевиоризм Скиннера — этот период рассмат ривается как начало дискуссий, имевших революционное значение внутри кризиса. Роджерс решительно заявил, что бихевиоризм, ос новывающийся на позитивизме и естественнонаучном методе, больше не в состоянии отвечать новым научным требованиям. Первым революционным шагом в сторону выхода из кризиса счи тается создание А. Маслоу нового научного направления под на званием «гуманистическая психология». Вскоре после своего со здания новое направление приобретает большую популярность среди психологов США.

В 1963 году в США состоялся исторический симпозиум «Бихе виоризм и феноменология: противоположные основания совре менной психологии» («Behaviorism and Phenomenology: Contrasting Bases for Modern Psychology») (Leahey, 1980, p. 350). Дискуссии и взаимная критика привели к общему практически для всех уча стников выводу, что позитивизм больше не отвечает требованиям психологической науки, что время бихевиоризма прошло и психо логии нужна новая методологическая парадигма. Таким образом, методологическая революция 60х годов состояла в эволюции на учных взглядов на предмет психологии. Интерес к человеку в це лом вытеснил изучение его отдельных реакций, фокус исследова ний был перенесен с внешней среды на проявления индивидуаль ной активности.

Исторический анализ развития российской психологии в 50е — 60е годы позволяет обнаружить проявления методологического кризиса, сходного по своему содержанию с американскими.

Однако, в отличие от научной ситуации в США, в послевоенной России возникновение психологического кризиса было обусловле но крайне тяжелой политической и идеологической ситуацией того времени. Хронологически начало кризиса можно отнести к совеща

9898

нию двух Академий, состоявшемуся 4 июля 1950 года, после кото рого в российской психологии на протяжении более чем десятиле тия господствовал жесткий «физиологический детерминизм» и реф лексная теория ВНД. Еще в конце 40х годов этому способствовали такие события, как сессия ВАСХНИЛ и «борьба с космополитизмом в советской науке» (Психологическая наука…, 1997, с. 125–130).

С 1950го по 1962 год в результате физиологического редукцио низма в советской психологии сложилась ситуация, в которой изу чение самого человека уступило место обособленному изучению его рефлексов и его интеллектуальных проявлений. Советская идеоло гия, по словам К.А. Абульхановой, «на долгие годы определила ли дерство бессубъектного подхода — материя без человека; познание, деятельность, психика без субъекта. В силу этого центральное мес то в психологии заняла психологическая концепция деятельности, достаточно абстрактно определяемая через мотив, предмет, цель, результат» (Абульханова, 2001, с. 36).

Именно тогда, в тяжелых для развития психологии условиях второй половины 50х годов С.Л. Рубинштейн пишет свое произ ведение «Человек и мир». Основное место в этой работе отведено критике деонтологизации психики и психологии. С.Л. Рубинштейн указывает, что человек как субъект должен быть введен внутрь су щего, в состав бытия (Рубинштейн, 1997б). Совершив «тихую ре волюцию» в философии и отчасти связанной с ней теоретической психологии своим фундаментальным положением, что без субъек та нет объекта (Брушлинский, 1994, с. 18), Рубинштейн сделал это во многом на основе анализа экзистенциальной методологии. На ряду с критикой тоталитаризма в политике и в науке в «Человеке и мире» утверждалась значимость индивидуальных человеческих ценностей.

Конечно, научные дискуссии были в те времена немыслимы. Вспомним, что даже издание этого революционного по своей сущ ности произведения Рубинштейна стало возможным лишь в 70х го дах (Абульханова, 2000). Самому Рубинштейну не удалось дожить до совещания «Философские вопросы физиологии ВНД и психоло гии», состоявшегося в мае 1962 года, на котором официально было признано, что человека в советской психологии действительно не обходимо восстановить, но единственно правильный выход из сло жившегося положения он наметил еще в период кризиса.

На этом совещании критика применения теории Павлова в психологии находилась под контролем государственной идео логии. В Постановлении совещания, однако, указывается, что «после сессии двух Академий в 1950 году получило широкое распространение

9999

практически вредное и методологически порочное негативное отношение к психологической науке, предмет которой некоторые ученые пытались растворить в физиологии высшей нервной дея тельности… Среди некоторых ученых было распространено ложное представление о том, что стоять на позициях павловского учения — значит держать в конечном счете курс на ликвидацию психологии, а утверждать существование психологии как самостоятельной науки — значит защищать в конечном счете антипавловскую линию.

Неправильное отношение к психологии затормозило ее разви тие в разработке теоретических проблем.

Совещание считает необходимым в дальнейшем систематичес ки проводить сессии, конференции по отдельным философским проблемам физиологии и психологии, в первую очередь, по вопро сам комплексных исследований человека, по проблемам физиоло гии нервной системы и кибернетики, проблемам социальной пси хологии и другим» (Философские вопросы, 1963, с. 755–760).

Таким образом, начало 60х годов было насыщено событиями, определившими направленность развития психологической науки в обеих странах на долгие годы вперед. Дух нового времени, требо вавший глубоких изменений в сфере методологии науки, требовал и новых людей.

А. В. Брушлинский — продолжатель «тихой рубинштейновскойА. В. Брушлинский — продолжатель «тихой рубинштейновской

А. В. Брушлинский — продолжатель «тихой рубинштейновской

революции» в психологии 1960х годовреволюции» в психологии 1960х годов

революции» в психологии 1960х годов

революции» в психологии 1960х годовреволюции» в психологии 1960х годов

А.В. Брушлинский начал свой путь в психологию в 50–60 годы ХХ века. Опубликованные страницы его дневника говорят о том, что еще в молодости, в студенческие годы его взгляды формиро вались в духе либеральных идей общества. В 1955 году он писал: «Безудержный централизм столь же невозможен, сколь несовме стим с истинным демократизмом (2/155 г.)», а также: «Вред куль та личности не в том, что беспрекословно выполнялись все его ука зания, а в том, что только эти указания и выполнялись (6/155 г.)» (Мелешко, 2003, с. 19).

В конце 50х годов он формируется как профессиональный пси холог, работая под руководством С.Л. Рубинштейна. С самого нача ла формирования своих научных взглядов Брушлинский критичес ки относился к ограничениям со стороны идеологии. Очевидно, что ему еще в те времена не нравилось отождествление психики чело века с его сознанием, навязанное обязательной цензурой (Анцыфе рова, 2003, с. 53).

100100

100

100100

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 910 / 3910 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]