Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Репродуктивные права правоотношения, регулирование, защита. Монография
.pdf
21
ётся некий перечень (в то же время уточняется, что он носит открытый характер) «жизненно необходимых половых и репродуктивных прав», к которым,
в частности, относится право:
самостоятельно распоряжаться своей половой и репродуктивной жиз-
нью, если это не угрожает здоровью других лиц;
создавать семью, самостоятельно определять количество своих детей
и время их рождения и с этой целью располагать возможностью пользования
надежными и эффективными услугами регулирования деторождения;
быть защищенным от всех форм давления, в том числе сексуальной
эксплуатации и насилия, принудительной беременности, абортов, стерилизации
и иных нарушений репродуктивных прав;
пользоваться новыми репродуктивными технологиями (включая мето-
ды регулирования деторождения и надежные и эффективные методы лечения
бесплодия) и др.
Ряд прав отличается декларативностью. В частности, неясно, что следует
понимать под правом самостоятельного распоряжения своей половой и репродуктивной жизнью. Если половую жизнь можно рассматривать как половую
свободу, находящуюся под безусловной защитой со стороны государства, то
понятие репродуктивной жизни является открытым. По-видимому, это аналог
свободы любви, но уже с определённым результатом в виде детей. Такое понимание вызывает ожесточённую критику, что и объясняет неприятие законов о
репродуктивных правах со стороны традиционных религиозных конфессий.
Понятно, что репродуктивная свобода, как бы её ни понимали (см. критику закона Республики Молдова), безусловно, сталкивается с ценностью семьи. Нельзя забывать, что в соответствии со ст. 23 Международного Пакта о гражданских
и политических правах от 16 декабря 1966 г. семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства. Ст. 1 Семейного кодекса РФ (далее — СК РФ) предусматривает:
«Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьёй всех её членов, недопустимости
произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной
защиты этих прав».
Необходимость укрепления семьи — один из базовых принципов российского семейного права. Справедливо отмечается: «Наличие причин развода и
установление виновного в этом лица может влиять на права и обязанности су-
22
пругов по отношению друг к другу или иным членам семьи. Так, в ряде брачных договоров стороны включают условие о судьбе их общей собственности
либо части её в зависимости от того, по чьей вине распалась семья»1. Понятно,
что архаические нормы семейного права канули в Лету: поражение в правах незаконнорожденных детей, ответственность за распутство (вплоть до применения уголовных наказаний), нерасторжимость и недобровольность брака и т.д.
Но все новые принципы семейного законодательства и его либерализация
не означают отказ от института брака, хотя об этом нередко можно услышать
в средствах массовой информации. Защита прав детей вне зависимости от того,
родились они в браке или нет, и свобода репродуктивной жизни — явления,
находящиеся в разных плоскостях правового регулирования. Одно из другого
не вытекает и не обусловливает.
Статья 8 Закона Республики Армения посвящена использованию средств
и (или) методов контрацепции. В то же время в ней определён только один
субъект обладания правом — женщина: «Каждая женщина в целях безопасного
материнства и во избежание нежелательной беременности, а также искусственного прерывания беременности имеет право пользоваться эффективными средствами и (или) методами контрацепции». Как известно, средства и методы контрацепции могут использоваться и мужчиной. Точно так же можно указывать и
на необходимость безопасного отцовства. В настоящее время весьма распространенным стало определение общих обязательств относительно репродуктивной функции при вступлении в добровольный сексуальный контакт. Если
упростить, мужчина изначально ставит условие: сексу — да, детям — нет. Возникает немало вопросов в этом аспекте, один из которых наличие дискриминации в решении вопроса о материнстве. Для зачатия ребенка нужна инициатива
двух человек, материнство же — исключительно функция женщины.
Материнство имеет половую принадлежность, оно принадлежит только
женщине, что позволяет некоторым психологам и социологам указывать на материнство как свойство, способствующее асимметрии общества, а значит, определенной дискриминации по половому признаку. Н. Чодороу указывает: «Материнство женщины является основной структурной характеристикой системы
«пола/гендера»: оно лежит в основе полового разделения труда и порождает
психологию и идеологию мужского доминирования, а также идеологизированные суждения о женских способностях и природе женщины»2. С другой сторо-
1
Особенности рассмотрения и разрешения отдельных категорий гражданских дел
(исковое производство) / под ред. И. К. Пискарева. М., 2005.
2
Чодороу Н. Воспроизводство материнства: Психоанализ и социология гендера. М.,
2006. С. 247.
23
ны, Карен Хорни в своём познавательном труде отмечает: «А ведь с чисто био-
логической точки зрения, в материнстве или в способности к нему женщина
имеет неоспоримое, но почему-то не принимаемое в расчёт, физиологическое
преимущество»1.
В указанном аспекте познавательно дело Херц против Норвегии, рассмотренное Европейской комиссией по правам человека. Заявитель посчитал,
что норвежское законодательство, в соответствии с которым его половому
партнеру — женщине было дано разрешение на аборт, противоречит нормам
Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ).
Изначально была договоренность с женщиной о том, что беременность не будет
прерываться, а заявитель берёт на себя обязательства по содержанию и уходу за
ребёнком. Впоследствии мать приняла решение об аборте. В период с 12
до 18 недель беременности ее прерывание, согласно закону Норвегии об абортах, допустимо по разрешению комиссии из двух врачей при соблюдении определённых условий. Такое разрешение было дано на основании того, что беременность, рождение и уход за ребёнком могут поставить женщину в затруднительное положение. Жалоба была признана по статье 2 явно необоснованной:
«…Государство — ответчик не превысило свободу действия, которой по мнению Комиссии, оно обладает в таком уязвимом вопросе, как аборты»2. В данном аспекте можно спрогнозировать и иную ситуацию: наличие договорённости о сексуальном контакте без репродуктивных последствий.
Статья 8 Закона Республики Армения предусматривает дополнительные
гарантии, связанные с организацией соответствующей медицинской помощи:
проведение консультаций, подбор медицинским работником средств и методов
контрацепции и др.
Опыт Кыргызстана интересен тем, что Закон Кыргызской Республики
от 4 июля 2015 г. № 148 «О репродуктивных правах граждан и гарантиях их реализации» — закон третьего поколения. Первоначально действовал Закон Кыргызской Республики от 13 января 2000 г. № 5 «О репродуктивных правах граждан», который впоследствии был заменен на Закон Кыргызской Республики от
10 августа 2007 г. № 147 «О репродуктивных правах граждан и гарантиях их
реализации». Как видим, наименование указывает на изменение концепции.
К правам добавлены гарантии их реализации. Изменилось общее понятие репродуктивных прав. Закон 2000 г. устанавливал: «Репродуктивные права —
права граждан на охрану их репродуктивного здоровья и свободное принятие
1
Хорни К. Женская психология. М., 2009. 240 с.
2
Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и
Европейская социальная хартия: право и практика. М.,1998. С. 131.
24
решений в отношении рождения или отказа от рождения ребенка в браке или
вне брака, а также на медико-социальную, информационную и консультативную помощь в этой сфере». Закон 2007 г. понятие расширил: «Репродуктивные
права — права граждан на воспроизводство потомства, охрану их репродуктивного здоровья и свободное принятие решений в отношении рождения или отказа от рождения детей в браке или вне брака, а также на медико-социальную,
информационную и консультативную помощь в этой сфере». Закон 2015 г. чуть
изменил указанную формулу: «Репродуктивные права — права граждан на воспроизводство потомства, охрану их репродуктивного здоровья и свободное
принятие решений в отношении рождения или отказа от рождения детей в браке или вне брака, методов зачатия и рождения детей, а также на медикосоциальную, информационную и консультативную помощь в этой сфере».
Благодаря новому видению содержание государственной политики в области охраны репродуктивного здоровья граждан резко изменилось. Если ранее
нельзя было выявить чёткие посылы государства, чем непосредственно оно будет заниматься, то в законе 2007 г. были обозначены конкретные ориентиры
государственной политики в области охраны репродуктивного здоровья, на
первое место поставив всестороннее укрепление института семьи. Далее следует «формирование сознательного отношения граждан к рождению здоровых,
желанных детей путём воспитания у родителей ответственности за их рождение». Среди направлений государственной политики находим также «широкое
внедрение и активное распространение программы гендерного развития, сохраняющей положительные национальные традиции, обеспечивающей равенство
прав и свобод и соблюдение приоритетов родителей или лиц, их замещающих,
в выборе и реализации семейных функций». Закон 2015 г. отказался от ссылки
на программы гендерного развития, по-видимому, в силу одиозности восприятия данного термина некоторой частью населения (подобный подход присутствует практически во всех странах).
Закон Кыргызской Республики пошёл по пути раскрытия содержания
каждого правомочия, относимого к репродуктивным правам. Ст. 9 предусматривает право на репродуктивный выбор: «Граждане имеют право свободно и
ответственно принимать решения относительно числа детей и времени их рождения в браке или вне брака, интервалов между рождениями, необходимых для
сохранения здоровья матери и ребёнка». Ч. 2 данной статьи указывает, что
граждане имеют право на невмешательство при реализации их права на свободный репродуктивный выбор. Ч. 3 дополняет: «Государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические и физические лица обяза-
25
ны сохранить в тайне информацию, связанную с реализацией гражданами своих
сексуальных и репродуктивных прав». Смысл указанных положений не совсем
понятен. Относительно невмешательства на ум приходят только анекдоты о
влиянии тёщи на семейные интересы молодых супругов и свидетеле со свечой
во время интимных утех. Такой комментарий, наверное, отличается определённой долей экспрессивности, но зато весьма показателен: нельзя «загнать» в сухие рамки закона положения, касающиеся исключительно личностных отношений между полами. Как только закон заходит на данное «поле», он превращается в фарс. Хотелось бы выяснить у кыргызских законодателей, как они предполагают обеспечение права на невмешательство при реализации свободного репродуктивного выбора. Получается, что и супруг (супруга), желающий призвать к ответу «вторую половину», подпадает под действие данного правила.
От имени государства можно призвать к невмешательству в процесс реализации столь свободного выбора.
Статья 10 посвящена охране и защите репродуктивного здоровья граждан, ст. 11 — праву на получение информации об охране репродуктивного здоровья, а ст. 12 — праву на услуги по охране репродуктивного здоровья. Ст. 13
предусматривает права несовершеннолетних в области охраны репродуктивных
прав. Обращаем внимание ещё на одно оригинальное правило: «В семье за повышение образовательного уровня несовершеннолетних в области сексуального и репродуктивного здоровья несут ответственность родители или их законные представители». Ст. 14 закона закрепляет право на безопасную беременность, указывая, что женщина не может быть принуждена к беременности,
аборту. Такие действия следует рассматривать как насилие над женщиной.
Ст. 16 определяет порядок проведения искусственного прерывания беременности (за основу берется триместровый период, при разрешении аборта по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель)1.
Суррогатное материнство урегулировано ст. 18 закона. Оно допускается
только на основании нотариально удостоверенного договора и возможно только по медицинским показаниям. Суррогатной матерью может являться женщина в возрасте от 20 до 40 лет, имеющая хотя бы одного биологического ребенка,
психически и соматически здоровая, прошедшая медико-генетическое консультирование. Суррогатная мать обязана встать на медицинский учет в раннем
сроке беременности (до 12 недель), регулярно наблюдаться и строго выполнять
рекомендации врача, постоянно следить за состоянием своего здоровья, воз-
1
Романовский Г. Б. Право на искусственное прерывание беременности (аборт) //
Вопросы правоведения. 2014. № 2. С. 250–272.
26
держиваться от курения, употребления наркотических средств, психотропных
веществ и алкоголя, в случае раздельного проживания от супругов — информировать их о течении беременности. Супруги, заключившие договор с суррогатной матерью, не вправе отказываться от ребёнка до момента его регистрации
на своё имя в книге записей актов гражданского состояния. В случае рождения
мёртвого ребёнка либо отказа от ребенка лиц, заключивших договор с суррогатной матерью, они не вправе требовать от суррогатной матери возмещения
каких-либо материальных затрат, связанных с оплатой медицинских услуг суррогатной матери, а также сумму вознаграждения при наличии такового.
Отдельные статьи Закона посвящены вспомогательным репродуктивным
технологиям: донорству половых клеток (ст. 19), искусственному оплодотворению (ст. 20), хранению и использованию половых клеток (ст. 21).
В соответствии со статьей 3 Закона Республики Узбекистан от 11 марта
2019 г. № ЗРУ-528 «Об охране репродуктивного здоровья граждан» охрана репродуктивного здоровья граждан предусматривает:
получение достоверной и полной информации о репродуктивном здо-
ровье граждан;
мероприятия, процедуры и услуги в период беременности, родов и по-
сле родов, обеспечивающие вынашивание беременности и рождение ребенка
без осложнений и нарушений;
предупреждение и лечение заболеваний репродуктивной системы;
предупреждение и лечение заболеваний, передающихся половым путем;
безопасное искусственное прерывание беременности, способствующее
предотвращению возможных осложнений и последствий нарушений функции
репродуктивной системы;
получение информации о методах контрацепции и доступа к ним.
Согласно статье 6 Закона государство гарантирует гражданам:
охрану репродуктивного здоровья и реализацию их репродуктивных прав;
обеспечение доступности и преемственности услуг по охране репро-
дуктивного здоровья граждан;
принятие решения о формировании здоровой семьи без дискримина-
ции, угроз и насилия;
невмешательство в их частную жизнь, сохранность личной и семейной
тайны;
бесплатность первичной медико-санитарной помощи;
реализацию репродуктивного права граждан на самостоятельное при-
нятие решения.
27
Поверхностное ознакомление с первыми положениями Закона Республики Узбекистан указывает на избегание одиозных моментов, позволяющих двусмысленное толкование прав, не получивших свое признание как в науке, так и
в международном сообществе. Государство гарантирует понятное (имеющее
собственное содержание) невмешательство в частную жизнь, а не в мифический свободный репродуктивный (а уж тем более сексуальный) выбор.
Репродуктивные права закреплены в ст. 10 Закона, к ним относятся право:
на самостоятельное принятие решений относительно рождения своих де-
тей с использованием безопасных и эффективных репродуктивных технологий;
на получение достоверной и полной информации о своем репродуктив-
ном здоровье;
на доступ к безопасным способам регулирования рождаемости и поль-
зование контрацепцией;
пользоваться медико-профилактическими услугами и быть защищен-
ными от средств, представляющих угрозу для здоровья, в том числе от применения научных опытов;
на получение медико-социальной, а также психологической помощи
и информирования при осуществлении ими своих репродуктивных прав;
на использование вспомогательных репродуктивных технологий.
Однако есть и спорные положения. Статья 11 закрепляет: «Медицинское
вмешательство в период беременности осуществляется с письменного согласия
обоих супругов, при отсутствии супруга — с согласия самой женщины или их
родителей либо иных законных представителей в случае несовершеннолетия
или недееспособности». Таким образом, замужняя женщина лишена возможности дать единоличное согласие на любое медицинское вмешательство в период
беременности. Это означает в первую очередь, что и отказ от материнства возможен только с согласия супруга. При этом в этой же статье есть указание:
«Женщина не может быть принуждена к беременности, искусственному прерыванию беременности и контрацепции».
В Республике Казахстан действовал Закон «О репродуктивных правах
граждан и гарантиях их осуществления», на смену которому в 2009 г. был принят Кодекс Республики Казахстан о здоровье народа и системе здравоохранения (от 18 сентября 2009 г. № 193-IV ЗРК), объединивший большинство законов, регулирующих правоотношения в сфере медицины. В кодексе появилась
глава 17 «Охрана репродуктивных прав». В нём отсутствует общее определение
репродуктивных прав, большинство вопросов определяется с помощью общих
принципов оказания медицинской помощи. В то же время ст. 96 предусматри-
28
вает права и обязанности граждан в сфере охраны репродуктивных прав, к которым относится право на:
свободный репродуктивный выбор;
получение услуг по охране репродуктивного здоровья и планированию
семьи;
получение достоверной и полной информации о состоянии своего ре-
продуктивного здоровья;
лечение бесплодия, в том числе с применением современных вспомога-
тельных репродуктивных методов и технологий, разрешённых в Республике
Казахстан;
донорство половых клеток, ткани репродуктивных органов;
использование и свободный выбор методов контрацепции;
хирургическую стерилизацию;
искусственное прерывание беременности;
защиту своих репродуктивных прав;
свободное принятие решения относительно количества детей и време-
ни их рождения в браке или вне брака, интервалов между рождениями, необходимых для сохранения здоровья матери и ребенка;
хранение половых клеток, ткани репродуктивных органов, эмбрионов.
В отличие от Закона Республики Узбекистан ч. 3 ст. 97 Кодекса Республики Казахстан о здоровье народа и системе здравоохранения устанавливает:
«В период беременности обследование, лечение и медицинское вмешательство
могут быть осуществлены только с согласия женщины или ее законного представителя».
С 1 января 2018 г. вступила в силу ст. 103-1 Кодекса, посвященная химической кастрации. Представлено общее понятие данной процедуры, под которой понимается «приём препаратов, снижающих половое влечение, осуществляемый на основании решения суда медицинской организацией». Дополнительно закрепляется, что вид используемого лекарственного препарата, периодичность его введения в рамках установленного судом срока действия меры
уголовно-правового воздействия, а также порядок применения данной меры
определяются уполномоченным органом по согласованию с Генеральной прокуратурой и Министерством внутренних дел Республики Казахстан. Правила
применения химической кастрации утверждены приказом министра здравоохранения Республики Казахстан от 15 июня 2017 г. № 423. Появление данной
статьи в главе, посвященной именно охране репродуктивных прав, вызывает
неоднозначную оценку. При проведении указанных манипуляций вряд ли мож-
29
но указывать на охрану, здесь, скорее всего, ограничение прав, причем имеющее существенный характер. Кроме того, дополнительно подчеркнем, что казахское законодательство предусматривает принудительную химическую кастрацию, вне желания самого осужденного. Относительно самой процедуры не
будем расширять данную тему, как лишь косвенно относящуюся к тематике исследования.
В Республике Беларусь понятие репродуктивных прав закреплено в специфическом нормативном акте — Законе Республики Беларусь от 4 января 2002 г.
№ 80-З «О демографической безопасности Республики Беларусь», согласно которому репродуктивные права — возможность для всех супружеских пар и отдельных лиц свободно принимать решение относительно количества своих детей, интервалов между их рождением, времени их рождения и располагать для
этого необходимой информацией и средствами (ст. 1). Статья 11 указанного
нормативного акта предусматривает, что основной формой реализации закона
являются Национальная программа демографической безопасности и программы демографической безопасности для административно-территориальных
единиц. Сами программы демографической безопасности разрабатываются за
год до начала прогнозируемого периода на пятилетний срок. Одним из элементов программ демографической безопасности должна быть государственная
политика в области охраны и обеспечения репродуктивных прав граждан и
формирования их репродуктивных потребностей.
В Республике Беларусь принят также Закон от 7 января 2012 г. №341-З
«О вспомогательных репродуктивных технологиях». Его название, а, следовательно, и концепция настроены на создание правовой базы осуществления специализированной медицинской помощи, в рамках которой, безусловно, затрагиваются и отдельные права человека.
Статья 3 закона выделяет следующие виды вспомогательных репродуктивных технологий: экстракорпоральное оплодотворение; суррогатное материнство; искусственная инсеминация.
В соответствии со ст. 6 закона применение ВРТ допускается в отношении
лиц, достигших 18 лет, обладающих полной дееспособностью, а также прошедших медицинский осмотр и имеющих медицинские показания и не имеющих медицинских противопоказаний к применению вспомогательных репродуктивных технологий. Экстракорпоральное оплодотворение и искусственная
инсеминация не применяются в отношении пациентки, достигшей 50 лет.
30
Статья 9 Закона посвящена донорству половых клеток, осуществляемому
только по письменному заявлению донора, которое может быть на возмездной
и безвозмездной основе, анонимным и неанонимным. Донором сперматозоидов
может быть мужчина в возрасте от 18 до 40 лет, не имеющий медицинских противопоказаний к донорству сперматозоидов и прошедший медицинский
осмотр. Донором яйцеклеток может быть женщина в возрасте от 18 до 35 лет,
имеющая ребенка, не имеющая медицинских противопоказаний к донорству
яйцеклеток и прошедшая медицинский осмотр. Лицо, совершившее тяжкое,
особо тяжкое преступление против человека, не может быть донором.
Донорские половые клетки могут быть использованы (ст. 12) в целях оказания медицинской помощи пациенту, в отношении которого применяются
вспомогательные репродуктивные технологии, а невостребованные в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий донорские половые клетки — в научно-исследовательских целях. Половые клетки одного донора могут быть использованы не более чем в 20 попытках оплодотворения.
Статья 18 Закона налагает ограничения на использование половых клеток,
эмбрионов. Невостребованные в результате применения ВРТ половые клетки
могут быть использованы в научно-исследовательских целях только при наличии
письменного согласия пациента. Наличие согласия анонимного донора на использование его половых клеток в научно-исследовательских целях не требуется.
В случае расторжения брака, признания его недействительным использование
бывшими супругами невостребованных в результате применения ВРТ половых
клеток друг друга запрещается. Использование невостребованных в результате
применения ВРТ половых клеток пациента, умершего или объявленного в судебном порядке умершим, запрещается. Невостребованные в результате применения ВРТлогий эмбрионы могут быть использованы для совершенствования
применения вспомогательных репродуктивных технологий, если срок их развития не превышает 14 дней, и при наличии письменного согласия пациентов, с
участием половых клеток которых образовались эмбрионы. Наличие согласия
анонимного донора на использование эмбрионов, которые образовались с участием его половых клеток, для совершенствования применения вспомогательных
репродуктивных технологий не требуется. Использование эмбрионов в научноисследовательских целях запрещается. Перенос невостребованных в результате
применения ВРТ эмбрионов другому пациенту запрещается. В случае расторжения брака, признания его недействительным, а также в случае смерти или объявления в судебном порядке умершим одного из супругов использование бывшими
супругами (бывшим супругом) невостребованных в результате применения
вспомогательных репродуктивных технологий эмбрионов запрещается.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]