Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Организация публичной власти в Первом Латино-Иерусалимском королевстве. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
вали порядок, действовавший в Фатимидском халифате, где христиане и евреи должны были носить на одежде особые метки, наличие которых проверял мухтасиб
862
. Что касается кары за данное правонарушение, то ее можно считать относительно мягкой, так как в худшем случае мусульманин мог перейти от одного сеньора к другому, при этом о членовредительстве или смертной казни не было и речи.
Наблусские каноны, безусловно, являлись одним из наиболее ранних латино-иерусалимских документов, в которых нашли отражение интересы мусульманского населения королевства. Ограничение произвола в отношении мусульманских женщин и установление равных наказаний для представителей обеих конфессий за одно из наиболее частых преступлений того времени – прелюбодеяние – позволили снизить градус социального напряжения, существовавшего в королевстве и вызванного поведением крестоносцев по отношению к своим новым подданным.
Кроме того, принятие Наблусских канонов стало одним из важнейших шагов на пути к признанию мусульман полноценной частью населения королевства, а также установлению диалога и взаимодействия между двумя культурами. Хронологически наиболее близким показателем положительной динамики этого процесса стал акт Балдуина II, принятый вскоре после проведения Наблусского собора, в том же 1120 г. Согласно данному документу, король даровал «сарацинам», поставлявшим в Иерусалим продовольствие, привилегию беспошлинного проезда в город
863
наравне с христианами
.
Возвращаясь к анализу текста Наблусских канонов, нельзя не упомянуть последние три, в которых рассматри­вался грабеж. Канон XXIII устанавливал, что «если кто-то
был уличён в грабеже, если украл свыше одного безанта,
862
См.: Sanders P.A. Op. cit. P. 159.
863
GT. T. I. Liv. XII, ch. 15. P. 565.
161
должно его лишить руки, ноги или глаза. Если же кража ме­нее одного безанта, должно ему прижечь лицо каленым же­лезом и прогнать через город, посекая кнутами. И если у не­го что-либо найдут, должен все вернуть обратно, если же ничего не имеет, должен пойти в услужение человеку, кото­рого ограбил. Если увидят, что он вновь грабит, то подле-
864
жит четвертованию или лишению жизни»
. В каноне XXIV рассматривались кражи. Примечательно, что четкое наказание за это преступление не было установлено: «...если
кто совершил кражу, будучи в зрелом возрасте, то должен быть заключен под стражу, пока в королевской курии не решат, как с ним поступить»
865
. Последний, канон XXV,
близко соприкасался с XXIII: «...если барон уличил вассала
равного себе сеньора в грабеже, то не должен отсекать ему конечность, а привести для суда в королевскую курию».
Содержание Наблусских канонов, а также условия их принятия, описанные Гильомом Тирским, позволяют заклю­чить, что основной целью создания данного документа явля­лось урегулирование наиболее важных проблем, существо­вавших в королевстве к 1120 г. Каковы должны были быть масштабы преступлений и число соответствующих судебных прецедентов, чтобы в государстве, где повсеместно действо­вало обычное право в устной форме, потребовалось пись­менное закрепление стольких видов наказаний, пусть и но­сивших, вероятно, превентивный характер?..
866
При этом, как убедительно показал Б. Кедар, в случае канонов IV–XV, XVII–XIX, XXII, XXIII (и частично XXIV–XXV) имела ме­сто вышеупомянутая рецепция византийского (а через него –
864
CN. № XXIII. P. 147.
865
Ibid. № XXIV. P. 147.
866
К сожалению, сохранившиеся свидетельства не позволяют хотя бы примерно ответить на этот вопрос. Несомненно лишь то, что данные про­блемы были слишком масштабны, чтобы публичная власть могла и дальше оставлять их без внимания.
162
и римского)
867
права, а именно – отдельных положений Экло-
ги, Прохирона, Эпанагоги, Василик и даже Новелл Юстиниа-
868
на
. Их применение позволяло не отдавать предпочтение какой-либо одной из многочисленных групп европейских правовых обычаев (что неизбежно стало бы причиной разно­гласий в ходе судебных процессов). Кроме того, они лучше
869
отвечали новым для крестоносцев условиям
и были даже несколько гуманнее по сравнению с установлениями 1098 г. (кража и прелюбодеяние больше не карались смертной каз­нью). Однако некоторые каноны (I–III, XVI, XX, XXI) все же являлись результатом самостоятельного нормотворчества участников собора, так как вопросы о церковной десятине или различиях в одеянии христиан и мусульман не могли быть урегулированы с помощью византийского права.
По сравнению с традицией изучения Иерусалимских Ассиз, которая существует уже более ста семидесяти лет, ис­следование Наблусских канонов началось недавно. Вероятно, по этой причине до сих пор оставался без внимания тот факт, что данный документ не содержит ни одного положения, ре­гулирующего вассально-сеньориальные отношения (в кано­нах XXIV–XXV речь идёт прежде всего о краже и лишь уточняется юрисдикция Высшей курии). Следует предполо­жить, что источником последнего продолжали оставаться Письма Гроба Господня (тем самым косвенно подтверждает-
867
Как отмечал Ж. Ле Гофф, XII в. стал временем повсеместного возрож­дения римского права (Ле Гофф Ж. Рождение Европы / Серия «Станов­ление Европы». СПб., 2008. С. 114). Содержание Наблусских канонов подтверждает его правоту.
868
См.: Kedar B.Z. On the origins of the earliest laws of Frankish Jerusalem. P. 133–136, 149. О применении кодекса Юстиниана за пределами Визан­тийской империи в средневековье см.: Kuttner P. The Revival of Jurisprudence // Renaissance and Renewal in Twelfth Century / ed. by R.L. Benson and G. Constable with C.D. Lanham. Cambridge, 1982. P. 299–324.
869
Kedar B.Z. On the origins of the earliest laws of Frankish Jerusalem. P. 137.
163
ся их существование), которых было достаточно для урегу­лирования вопросов, связанных с вассально-сеньориальными отношениями, земельной собственностью и т.д. Кроме того, по-прежнему широко распространённое обычное право по­степенно обретало очертания если не системы, то её подобия. Этому способствовали две причины. Во-первых, к 1120 г. уже в значительной степени сложились системы феодального землевладения и вассально-сеньориальных отношений. В хо­де этих процессов на территории Латино-Иерусалимского королевства различия между порядками, имевшими фран­цузское, английское, германское и т.п. происхождение, сти­рались. Во-вторых, представители трех сословий совершали регулярные поездки по королевству и участвовали в работе различных курий
870
. Это позволяло обмениваться опытом и принимать наиболее оптимальные судебные и управленче­ские решения, которые становились «прецедентами» и при­менялись как основа в дальнейшей практике.
Принятие Наблусских канонов ознаменовало следую­щую ступень на пути к утверждению права как гаранта по­рядка и безопасности в государстве крестоносцев. Однако этот документ, несмотря на богатство содержания, был со­здан только для решения насущных проблем, накопившихся в королевстве за первые двадцать лет его существования. Б. Кедар и А.М. Бишоп высказывали сомнение, что данный документ полностью либо частично применялся в куриях по­сле 1120 г.
871
Практически полное отсутствие позднейших свидетельств едва ли подтверждает эту точку зрения – в про­тивном случае не было причин для копирования, распро­странения по территории королевства и хранения канонов как минимум до конца правления Амори I. И все же приня­тые в экстренных условиях Наблусские каноны, хотя и стали
870
См. гл. II, § 2, 3.
871
См.: Bishop A.M. Op. cit. P. 84–86; Kedar B.Z. On the origins of the
earliest laws of Frankish Jerusalem. P. 143–145.
164
частью «системы латино-иерусалимского права», не были призваны служить основной опорой публичной власти. Роль последней продолжали играть постепенно дополняемые но­выми ассизами Les Letres dou Sepulcre.
При Балдуине II получило развитие «наследственное право». Было установлено двенадцать случаев, когда родите­ли могли лишить имущества детей: например, если сын под­нял руку на отца или не выкупил мать из мусульманского
872
плена
. Дети же получали имущество родителей только в семи случаях, как-то: если отец или мать желали отравить своего ребенка или покидали дом, чтобы уйти к мусульма-
873
нам
. Нововведения коснулись и вассально-сеньориальных отношений. Согласно принятой ассизе, сеньор в двенадцати случаях мог лишить вассала всего имущества без согласия своей курии
874
. Данные установления показывают, что уже в 1120-х гг. стало заметно влияние особенностей ближнево­сточного региона на латино-иерусалимское право, которое с течением времени становилось всё менее похожим на совре­менное ему западноевропейское.
Единственная ассиза, подтверждённо принятая в прав­ление Фулька, рассматривала предмет, традиционный для феодального общества, но редко упоминаемый на страницах правовых памятников – соколиную охоту. Король, любив­ший это занятие (и погибший именно во время охоты, упав с
875
коня)
, установил правила разведения птиц, их продажи,
размеры возмещения за погибших и наказания за причинение
876
им вреда
. Законодательное закрепление данных положе-
872
LACB. Ch. CCXXXIX. P. 169–170.
873
Ibid. Ch. CCXL. P. 170.
874
См.: LR. Ch. XVI. P. 616; Riley-Smith J. Further Thoughts on Baldwin II’s établissement on the Confiscation of Fiefs // Crusade and Settlement / ed. P.W. Edbury. Cardiff, 1985. P. 176–179.
875
GT. T. II. Liv. XV, ch. 27. P. 710–711.
876
LACB. Ch. CCLIX. P. 194–195.
165
ний можно объяснить только популярностью и широким распространением соколиной охоты в королевстве.
Хотя Балдуин III «обладал обширными знаниями обыч-
ного права, которым управлялось Восточное королевство, так что в сложных делах сеньоры и бароны королевства об­ращались к его опыту и, получив ответ, дивились учёности сего человека»
877
, известно всего одно
878
установление чет­вертого короля Иерусалима. По свидетельству Гильома Тир­ского, при осаде Аскалона 16 августа 1153 г. в городской стене была пробита брешь, в неё устремились тамплиеры и закрыли проход прочим войскам, желая оставить всю добычу себе. Из-за этого штурм провалился, победа была одержана только три дня спустя, а король отменил обычай жаловать города тому, кто первым их занял
879
.
Амори I, также известный тем, что «в знании обычного
права, которым управлялось королевство, никто не мог сравниться с ним, весьма искусным в этом деле»
880
, оставил после себя богатое правовое наследие. Прежде всего, это Ас­сиза Верности 1163 г., принятая, «чтобы люди (т.е. васса- лы. – Прим. П.Л.) баронов и знати, и прочих людей короля, у
которых есть люди, клялись в верности верховному сеньору за фьефы, которые они держат от этих людей (т.е. баро-
нов, знати и прочих вассалов короля. – Прим П.Л.)»
881
. Кро-
877
GT. T. II. Liv. XVI, ch. 2. P. 716: «Iuris etiam consuetudinarii, quo regnum regebatur Orientale, plenam habens peritiam, ita ut in rebus dubiis seniores etiam principes eius consulerent experientiam et consulti pectoris eruditionem mirarentur».
878
Можно лишь предположить, что другие ассизы есть в числе тех, кото­рые М. Гранклоду не удалось датировать точнее, чем XII в.
879
GT. T. II. Liv. XVII, ch. 27. P. 798–799.
880
Ibid. T. II. Liv. XIX, ch. 2. P. 865: «...in iure consuetudinario, quo regebatur regnum, subtilis plurimum et nulli secundus...».
881
LPN. Ch. L. P. 526: «…por que les homes des barones et des riches homes, et des autres homes dou seignor qui ont homes, font ligece au chief seignor des fiés que il tienent de ses homes».
166
ме того, согласно данному документу, любые споры между сеньором и вассалом подлежали рассмотрению в курии, где последний имел право на защиту со стороны других вассалов своего господина
882
. Создание данного акта было обусловле­но желанием Амори I ослабить верхушку знати и укрепить собственные позиции, поначалу куда менее прочные, чем у
883
его предшественника
.
Помимо Assise sur la ligese пятый король Иерусалима принял ещё три ассизы, так или иначе связанные с вассаль­ной службой. Первая обязывала вассала, не имеющего наследника, для выкупа короля продать свой фьеф
884
. Вторая закрепляла обязанность знатной дамы выйти замуж за одного из трёх кандидатов, предложенных ей сеньором
885
, в том числе королем (тем самым последний мог воспрепятствовать переходу части собственных земель под руку другого феода­ла). В третьей ассизе речь о процедуре изобличения вассала, который желал исказить решение или суждение курии, пред­ставив его как неверное
886
.
Изменения коснулись порядка наследования фьефов, установленного ещё в правление Готфрида, – отныне данным правом наделялись не только дочери владельцев и держате­лей земли, но и их сестры
887
. В частности, благодаря этому стало возможным возведение на престол в 1186 г. Сибиллы, сестры Балдуина IV, после смерти её сына Балдуина V.
Был кардинально пересмотрен вопрос о нарушении су­пружеской верности. Отныне муж, заставший жену с любов­ником, имел право либо убить их обоих, либо оставить в жи-
888
вых – покончить с кем-то одним не дозволялось
. Таким
882
См.: LPN. Ch. L. P. 525–526; Ришар Ж. Указ. соч. С. 101.
883
GT. T. II. Liv. XIX. Ch. 2. P. 865.
884
LA. Ch. 216. P. 560.
885
LPN. Ch. LXXXVI. P. 558–560.
886
LA. Ch. 97. P. 254–257; LPN. Ch. LXXXVII. P. 560–562.
887
LPN. Ch. LXXI. P. 542, ch. LXXII. P. 542–543.
888
LACB. Ch. CCLXXXVIII. P. 214–215.
167
образом, были дополнены положения Наблусских канонов IV–VI, посвящённые измене.
Амори I внёс важные коррективы и в «морское право». Были составлены указания для курии цепи, как действовать, если матросы во время шторма были вынуждены выбросить часть груза за борт. Соответственно закреплялись права прежнего владельца и того, кто нашёл этот груз на берегу. Владелец сохранял все права на судно и товар, если корабль терпел крушение у берега. Сеньор, которому принадлежал этот участок земли, не имел права забирать обломки себе
889
Безусловно, данная ассиза не пользовалась популярностью, так как до её принятия некоторые феодалы, включая короля Балдуина III, порой специально топили суда в целях обога­щения
890
.
Единственное сохранившееся законодательное уста­новление периода правления Балдуина IV касалось введения всеобщего налога для найма войска. Так как данная ассиза была подробно рассмотрена ранее
891
, следует сказать лишь, что инициатором введения налога стал не король, а знать. Также впервые в указанном процессе приняли участие горо­жане. Впоследствии данная процедура оказала влияние на европейские налоговые системы, в частности, предвосхитив появление финансово-податных округов во Франции в
892
XIV в.
Оставшиеся пятьдесят две дошедшие до нас ассизы XII в., точную датировку которых, по мнению М. Гранклода, установить не представляется возможным, относятся по большей части к «феодальному праву». Их можно условно разделить на несколько групп. Предметом первой являлась
.
889
LACB. Ch. XLIII. P. 42–43, ch. XLV. P. 44, ch. XLIX. P. 47, ch. CCCIII.
P. 225.
890
CANDJ. № 34. P. 81–82; Dodu G. Op. cit. P. 234–235.
891
См. гл. II, § 4.
892
См.: Ришар Ж. Указ. соч. С. 97.
168
земельная собственность и сделки с ней (покупка и продажа фьефов, в том числе за долги, сокращение и увеличение раз­меров держания). Отдельные установления касались переда­чи фьефа законному наследнику по просьбе держателя и с согласия сеньора
893
и продажи замков и деревень церкви
894
Ассизы второй группы регулировали отдельные стороны су­дебного процесса – как дать клятву для несения службы в курии привести к присяге равных себе
895
, как сеньору привести к присяге вассалов
897
, как с помощью ассизы подтвердить собственные показания доказательства лем обвинения
899
, как обвинять
901
, как арестовать чужого вассала
900
, кто может быть свидете-
898
, как предоставлять
896
, как
902
и т.д. Третья группа ассиз посвящена вассально-сеньориальным отношениям. Они закрепляли процедуры принесения омма-
903
жа
и освобождения вассала от службы утрату имущества сеньору за фьеф
905
, порядок оплаты, которой вассал обязан
906
, процедуру его покупки
обязанность вассалов защищать сеньора
904
, возмещения за
907
и продажи
909
, взаимные обяза-
908
893
LPN. Ch. LXXXII. P. 554–555.
894
Ibid. Ch. LVI. P. 530.
895
Ibid. Ch. LIV. P. 529.
896
Ibid. Ch. XLIII. P. 519.
897
Ibid. Ch. XXXIX. P. 516.
898
Ibid. Ch. XLVIII. P. 523–524.
899
Ibid. Ch. LXXIX. P. 551–552.
900
Ibid. Ch. XLIX. P. 525.
901
Ibid. Ch. LXXIX. P. 551–552.
902
LA. Ch. 170. P. 425–427.
903
LPN. Ch. LVII. P. 530–531.
904
Ibid. Ch. XLVI. P. 520.
905
LA. Ch. 68. P. 186, Appendices. Ch. 4.1. P. 687.
906
LPN. Ch. LVIII. P. 531.
907
Ibid. Ch. XXXI. P. 507–508.
908
Ibid. Ch. LXI. P. 532.
909
Ibid. Ch. LIII. P. 528–529.
.
,
169
тельства вассалов, если один держит фьеф от другого вила найма и оплаты за него
911
. Особое внимание было уде-
910
, пра-
лено конфликтам между сеньором и вассалом, как-то: если сеньор посадил вассала в тюрьму без согласия курии он аналогичным образом лишил его фьефа нарушил условия службы
914
и т.д. Четвертая группа включа-
913
912
, если
, если вассал
ла всего три ассизы – о взаимоотношениях феодалов и кре­стьян
915
, об освобождении сервов
916
, а также о том, как по­ступить, если человек купил прокажённого или тяжело боль­ного серва
917
.
Из оставшихся пяти ассиз четыре были посвящены раз­личным преступлениям (неуплате долгов за фьеф лованию девочки или женщины
921
ству
), а также порядку их рассмотрения в курии. Послед-
919
, нападению
918
, изнаси-
920
, убий-
няя детально описывала, как продавать лошадей «по обычаю и кутюме королевства» (as us et as costumes de la terre)
922
т.е. согласно положениям обычного права и королевского законодательства.
По мнению М. Гранклода, Ж. Ришара и Дж. Райли­Смита
923
, иллюстрацией того, что представляло собой писа-
ное право королевства к 1187 г., является «Книга королю»
,
910
LPN. Ch. LII. P. 527–528.
911
Ibid. Ch. LV. P. 529–530.
912
Ibid. Ch. XLI. P. 517, ch. LIX. P. 531–532.
913
Ibid. Ch. XL. P. 517.
914
LA. Ch. 167. P. 407, ch. 183. P. 470–474, ch. 190. P. 486–491.
915
Ibid. Appendices. Ch. 3.12.1. P. 675.
916
LACB. Ch. CCVII. P. 139–140.
917
LA. Ch. 118. P. 296–297.
918
Ibid. Ch. 170. P. 425–427.
919
LACB. Ch. CXXXIV-CXXXV. P. 92–93.
920
LPN. Ch. LXIV. P. 535.
921
Ibid. Ch. LX. P. 532.
922
Ibid. LXXX. P. 552–553.
923
См.: Ришар Ж. Указ. соч. С. 90; Grandclaude M. Étude critique. P. 50;
Riley-Smith J. The Feudal Nobility. P. 155.
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]