Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Оптативность в русском языке комплексное описание. Монография
.pdf
ГЛАВА 3. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ ОПТАТИВНОСТИ
ектом окажется не только говорящий, но «и всякое другое лицо
или предмет» [Шахматов 1941: 541]. Эта точка зрения разделяется Е.Беличовой-Кржижковой, которая усматривает в оптативных
конструкциях с адресатом наличие значения косвенного побуждения, образующегося на базе категориального значения желательности [Беличова-Кржижкова 1984: 58–59].
Отметим, что обращение к адресату может быть оформлено
посредством
морфологической формы наклонения и как импера-
тивное предложение (Вернись!), и как оптативное (Ты бы вернулся).
Отличительная особенность оптативных предложений заключается в том, что говорящий не навязывает свою волю собеседнику,
не требует, чтобы последний стал субъектом данного конкретного
действия.
Р.Мразек усматривает специфику ОП в том, что, в отличие
от повелительных, они не содержат прямой призыв к действию,
так как не предполагают соответствующей сознательной реакции адресата; осуществление действий в них не поддается
влиянию говорящего [Mrazek 1958: 3]. Можно констатировать
лишь оттенок побуждения, причем косвенного, в некоторых
конструкциях с субъектом в форме местоимения второго лица,
сопровождающий основную модальность – желательности. Порядок слов и оптативные частицы корректируют или вообще
снимают этот оттенок: Позвонил бы ты ей (пожелание с оттенком побуждения) – Ты бы ей позвонил (оттенок побуждения
ослабевает) – Только бы ты позвонил ей! (частица нейтрализу-
ет побуждение, внося значение интенсивного желания). Например: – Да чем же рисковать? – со слезами в голосе ответила
Лена. – Ты бы на нее посмотрела! (В. Каверин); – Антиноем назвал! – крикнул Костя и сжал руками голову. – Лучше бы ты меня
палкой по голове треснул! (А. Аверченко).
Наличие субъекта-адресата и добавочного побудительного
значения разной степени интенсивности на фоне основного – оптативного – позволяет считать подобные предложения синкретичными, совмещающими в своей грамматической семантике
значения желательной и побудительной модальности, и не относить их к собственно побудительным.
131
Е. В. АЛТАБАЕВА. ОПТАТИВНОСТЬ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ: КОМПЛЕКСНОЕ ОПИСАНИЕ
Каким же образом оптативные предложения с субъектом-адресатом совмещают в себе значения побудительное и оптативное?
План выражения субъекта (2-е лицо) тяготеет по грамматическим
признакам к побуждению, тогда как план выражения предиката
свидетельствует о значении желательности действия, заключенного в данном предикате: Ты бы успокоился. Интенсивность побудительного оттенка регулируется
интонационной окраской и по-
рядком слов, ср.: Ты бы успокоился!; Успокоился бы ты! (нарастание
побудительности).
Утверждение, что несовпадение формы и значения наклонения
должно при определении модальности решаться в пользу значения
[Золотова 1973: 153], тем не менее не убеждает в бесспорном приоритете повелительности. Известно, что у форм наклонения бывают как основные, абсолютные, так и дополнительные, переносные,
значения. Поэтому не удивительно, что «общая схема в языковой
действительности “обрастает” множеством переходных и синкретических типов, благодаря которым не только оппозиции ирреальных предложений “сглаживаются”, “смягчаются”, один вид “плавно”
смыкается с другим (достаточно назвать такие известные явления,
как вопросительно-побудительные предложения; побуждение-пожелание и волеизъявление-желание – ср.: Тебе бы отдохнуть; Мне
бы отдохнуть), но и основное противопоставление по линии реальности-ирреальности не имеет резкой границы (ср.: Вряд ли он при-
дет – Да придет ли он?)» [Лекант 1976: 99].
Тем самым есть основания полагать, что форма сослагательного наклонения или непосредственно частица бы, выступая грамматикализованным отражением коммуникативной задачи говорящего, препятствуют трактовке основного модального значения
в предложениях типа Позвонил бы ты ей как чисто побудительного. Принадлежность высказывания к оптативному или же побудительному модальному типу, помимо указанных средств, регулируется коммуникативно-прагматическими факторами.
Ситуацию обращения к адресату далеко не всегда допустимо
трактовать как собственно побуждение. Предложения, структуру
которых образуют форма желательного наклонения и субъектадресат, по своим семантико-синтаксическим особенностям более
132
ГЛАВА 3. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ ОПТАТИВНОСТИ
близки к оптативным, чем к побудительным. Их модальное значение можно определить как желательность для говорящего, чтобы
субъектом действия стал собеседник (второе лицо), то есть как пожелание. Действие желательно не для его потенциального субъекта, а только для говорящего; для субъекта же действие возможно, предполагаемо, целесообразно, долженствует быть, но
только
с точки зрения автора высказывания. Например: – Побоялись
бы вы бога, сосед. <…> Отдали бы вот… Ей-богу, надо бы вам
хоть сколько-нибудь отдать (В. Короленко); – Полечился бы ты,
Тимоша, ей-богу, – крушился Чернобыльников (Е. Замятин).
Аналогичные отношения наблюдаются в предложениях с субъектом в форме третьего лица: Вернулся бы он! Действие, желательное для говорящего, оценивается им как возможное для субъекта этого действия. Поскольку субъект в форме третьего лица
не является непосредственным участником коммуникативного
акта, отмеченные отношения выступают менее отчетливо: Маче-
ха сегодня что-то еле двигается. Пошевеливалась бы попровор-
ней, что ли!(В.Астафьев); – …Лет на десять пораньше родился бы этот Онуфрий (Р. Коваленко); Человеку мало надо. Лишь
бы дома кто-то ждал (Р. Рождественский).
В конструкциях с деятелем-нелицом [Востоков 1977: 8] такие
отношения не обнаруживаются: Княжна упрашивала свою мамень-
ку не скупиться: этот ковер так украсил бы ее кабинет…(М.Лер-
монтов).
Итак, предложения с деятелем-лицом, представленным местоимением второго, третьего лица или одушевленным существительным, обнаруживают определенный тип модальных отношений, который может быть дифференцирован от общего
модального значения в случае несовпадения говорящего и субъекта действия. По своей природе он в известной степени близок
к внутрисинтаксическим модальным отношениям [Золотова 1973:
142], но не располагает формальными показателями (модальными
модификаторами).
Подтверждением того, что названные выше модальные отношения между говорящим и потенциальным субъектом имплицированы в структуре простого предложения, служит возможность
133
Е. В. АЛТАБАЕВА. ОПТАТИВНОСТЬ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ: КОМПЛЕКСНОЕ ОПИСАНИЕ
трансформации в область сложного предложения: Ты бы остался! – Я хочу, чтобы ты остался. В сложном предложении, в отличие от простого, эксплицировано частное значение желательности, а модус и пропозиция представлены не просто раздельно,
но и развернуто [Балли 1955: 48–50]. Импликация внутрисинтаксических модальных отношений – одно из проявлений субъективного элемента (
позиции говорящего) в основной (объективной)
модальности высказывания [Лекант 1976: 94].
При экспликации внутрисинтаксической модальности желательность, по мнению ряда ученых, «должна рассматриваться как одна из категорий внутренней модальной рамки, то есть
в оппозиции к значениям возможности и необходимости» [ТФГ
1990: 171]. В этом случае предлагается противопоставление оптатива как желания, исходящего от говорящего, и дезидератива
как желания, исходящего от субъекта действия, например: Мне
бы выздороветь – Я хочу выздороветь (Ты хочешь выздороветь;
Он хочет выздороветь). Видимо, утверждение о противопостав-
лении оптатива и дезидератива справедливо при узком понимании оптатива.
При широком подходе целесообразно квалифицировать как оптативные (или их функциональные аналоги) и предложения с желательностью, исходящей от субъекта действия. В то же время эти
виды желательной модальности (желание говорящего и желание
субъекта) не следует смешивать: их разграничение необходимо
для выделения прототипических конструкций и их семантических
интерпретаций, способствующих детализации модальных характеристик высказывания. При несовпадении говорящего и субъекта
действия в оптативном предложении выражаются персональные
значения 2-го и 3-го лица. Иными словами, говорящий не только выражает свое желание, но и может констатировать желание
другого субъекта, представленное как его (субъекта) отношение
к потенциальному действию: Я хочу слушать музыку – Ты хочешь
слушать музыку; Он хочет слушать музыку. Позиция говорящего,
таким образом, представлена и в предложениях с дезидеративом,
которые, на наш взгляд, также можно считать оптативными, следуя принятому нами пониманию этого термина. В подведении
134
ГЛАВА 3. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ ОПТАТИВНОСТИ
анализируемых нами предложений под одну категорию нет противоречия, поскольку с помощью разных аспектов оптативности
они выражают семантически и функционально аналогичные типы
модального значения желательности.
Следовательно, в ОП могут быть реализованы любые персональные значения, поэтому эти предложения располагают полной личной парадигмой. В зависимости от средств выражения
персональности, оптативная семантика
предстает в той или иной
разновидности: собственно желание (1-е лицо), желание-побуждение, или пожелание (2-е лицо), желание-целесообразность (3-е
лицо) – для предложений с предикативной желательностью и личным субъектом. Предложения с дезидеративом также обладают
полной личной парадигмой и в зависимости от характера персональных значений группируются по принципу: констатация говорящим собственного желания (1-е лицо) – констатация говорящим
желания субъекта (2-е и 3-е лицо).
Итак, конкретизируя и углубляя данное ранее определение
оптативных предложений, можно сказать, что в них реализуется
внутренняя, мотивированная причинами экстралингвистического характера, эмоционально-волевая потребность субъекта (которым может быть в том числе и говорящий) в осуществлении
какого-либо действия (наступлении какого-либо состояния), отнесенного к одному из трех лиц как к возможному субъекту желательной для говорящего ситуации. Базовое, прототипическое ОП
имеет в качестве основной ирреальную модальность, так как связь
между действием и его субъектом осознается автором высказывания как желательная, возможная, целесообразная для субъекта:
Я бы поехал к морю, Ты бы поехал к морю, Он бы поехал к морю, Ему
бы поехать к морю.
В случае признания ОП четвертым коммуникативным типом
открытым остается вопрос о месте предложений с внутрисинтаксической оптативностью. Отнесение последних к повествовательным предложениям нарушает единство класса ОП, тождественных
в семантическом плане. В то же время очевидно, что по отношению к категории коммуникативной рамки исследуемые предложения ведут себя неодинаково.
135
Е. В. АЛТАБАЕВА. ОПТАТИВНОСТЬ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ: КОМПЛЕКСНОЕ ОПИСАНИЕ
Соответственно, проблема статуса оптативных предложений
пока не может быть решена однозначно. Этому препятствует,
прежде всего, разное понимание их сущности, а также характера
волеизъявления и круга персональных значений ОП.
В частности, мы уже отмечали, что ОП выделяются как модальный тип, но не признаются как самостоятельный коммуникативный тип: в лучшем случае
их объединяют с побудительными
в пределах общего, так называемого «волеизъявительного» типа.
При попытках их функциональной квалификации обращает на себя внимание то обстоятельство, что, на наш взгляд,
единицы с этой семантикой функционально разноплановы. Во-первых, они могут выражать желательность в форме сообщения, например: – Так бы и зарыться в эту толпу
(А.К.Толстой); – Хотел бы я не умереть, а жить в четвертом
измеренье и равнодушно посмотреть оттуда на свое творенье(Д.Са мойлов) и др.
Во-вторых, желание может быть передано в виде вопроса
и воплощено в функциональном типе вопросительных предложений: – Не понимаешь? Как бы тебе это рассказать понятно?
(Б.Лавренев); Отец следит. Где бы нам встретиться? (В.Шишков) и под.
В-третьих, желание помещается, так сказать, в «оболочку» побудительного предложения и предстает в коммуникации как волеизъявление в той или иной его разновидности:
– …Плетьми бы приказали ее высечь (И.Гончаров); – «Ты бы, – поп
мне говорит, – лучше добрые дела делал, чем языком-то тре-
пать» (Е.Замятин).
Для всех приведенных и аналогичных им групп примеров характерно наличие семантического признака «желательность»,
так как эти предложения соответствуют одной эксплицитной
формуле: «Заявляю, что считаю желательным, чтобы субъект X
стал субъектом действия Y», где X – любое лицо (1-е, 2-е 3-е). Тем
самым есть основание полагать, что оптативные предложения
представляют собой самостоятельный семантико-грамматический тип предложений, используемых говорящим для выражения суждения о том, чтобы желаемая субъектом ситуация (дей-
136
ГЛАВА 3. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ ОПТАТИВНОСТИ
ствие, состояние, событие) возымела место в действительности,
то есть осуществилась.
Таким образом, есть основания в системе типов оптативных
предложений по функциональной направленности различать по-
вествовательно-оптативные, вопросительно-оптативные, побу-
дительно-оптативные предложения-высказывания. Безусловным
лидером в этой системе выступают, как показали наблюдения,
оптативно-повествовательные предложения, объединяющие
структуры с наиболее характерными показателями
оптативной
семантики. При таком подходе в функциональной типологии ОП
находится место предложениям и с оптативом, и с дезидеративом.
Также очень важно, что в этой классификации получает отражение
многообразие соотношений в системе коммуникативных типов,
особенно когда функциональный тип предложения и его конкретно-речевое, коммуникативное содержание не соответствуют друг
другу [см.: Шмелев 1993: 87].
В то же время мы не исключаем возможности рассмотрения ОП
и в системе категории волеизъявления, поскольку признак волеизъявления является общим для всех единиц данного класса. Однако при этом следует четко определяться, что именно понимается под волеизъявлением в ОП.
Немаловажным является вопрос, какое место занимают оптативные высказывания в системе речевых актов (далее – РА). Он оказывается связанным с другим, более общим вопросом – о соотношении РА и выражающих их предложений, поскольку «понимание
высказывания предполагает понимание двух вещей: его иллокутивной силы и пропозиционального содержания» [Булыгина, Шмелев 1992]. В известной классификации речевых актов [Серль 1986]
выделено, как известно, пять базисных типов РА: 1) репрезентативы, 2) директивы, 3) комиссивы, 4) экспрессивы, 5) декларации.
Одним из видов экспрессивов являются желания. Они реализуются в оптативных модальных конструкциях, которые «используются
в различных комбинациях в экспрессивных речевых актах пожелания, заклинания, проклятия» [Беляева 1987: 67].
Возможных точек соприкосновения между классом ОП
и типами речевых актов может быть гораздо больше, в частности,
137
Е. В. АЛТАБАЕВА. ОПТАТИВНОСТЬ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ: КОМПЛЕКСНОЕ ОПИСАНИЕ
в сфере директивных речевых актов. Для этого необходимы определенные прагматические условия, и тогда «оптативные высказывания могут служить средством для достижения других коммуникативных целей помимо информирования о желании говорящего.
Так, при непосредственном обращении к адресату, если есть основания полагать, что он способен совершить действие, но не станет
этого
делать, не будучи побуждаемым к этому, оптативные высказывания выполняют функцию косвенного побуждения в директивных речевых актах совета, просьбы, рекомендации» [там же: 68].
Таким образом, при соотнесении ОП с традиционно выделяемыми типами РА мы сталкиваемся с ситуацией несовпадения
или неполного соответствия коммуникативного намерения говорящего, реализуемого в том или ином типе РА, и модальных значений высказывания, возникающих при языковом выражении этого
коммуникативного намерения. Несводимость ОП к какому-либо
одному типу РА свидетельствует как о неоднозначных отношениях понятий целеустановки и модальности, так и о существенно более широком диапазоне коммуникативных возможностей ОП.
В результате проведенных наблюдений приходим к выводу
о том, что желательность – особое понятийное содержание, объединяющее обширный пласт русских предложений, по своей форме противопоставленных друг другу в пределах данной семантики, в отдельный семантико-грамматический тип под названием
«оптативные предложения», например: Я бы пообедал; Хватило
бы времени; Только бы здоровье не подвело; Если бы она позвонила;
Хоть бы успеть на поезд; Скорее бы каникулы; Хотелось бы ответить и т.д.
Выделяемые в зависимости от понимания сущности волеизъявления в ОП два подхода к ним (широкий и узкий) отличаются
такими параметрами, как адресованность и неадресованность волеизъявления, что влечет за собой неоднородную картину персональных значений в ОП. Тем самым в ОП могут быть реализованы любые персональные значения; эти предложения располагают
собственной полной личной парадигмой и выражают в зависимости от средств выражения персональности собственно желание,
желание-побуждение (пожелание), желание-целесообразность.
138
ГЛАВА 3. СИСТЕМНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СРЕДСТВ КАТЕГОРИИ ОПТАТИВНОСТИ
Полагаем, что для ОП релевантно разграничение желания говорящего (оптатива) и желания субъекта (дезидератива) на основе
имплицитного и эксплицитного представления внутрисинтаксических модальных отношений как одного из проявлений субъективного элемента в объективной модальности.
В теории речевых актов ОП не имеют строго определенного
статуса: им отводится место и среди экспрессивов, и
в числе директивов, что, во-первых, свидетельствует о широком диапазоне
коммуникативных возможностей ОП и, во-вторых, подтверждает
дискуссионность вопроса о природе и статусе ОП в русском языке.
3.3. Аспекты языковой организации
категории оптативности
В связи с постановкой вопроса о статусе оптатива и формируемой им категории возникает необходимость обоснования представления соответствующего участка языковой системы. В данном
разделе рассматривается специфичность языковой категоризации
оптативности и, в частности, соотношение грамматических и неграмматических средств представления исследуемой семантики
в системном и динамическом аспектах.
Категория оптативности по своей структурной организации,
как показывает материал, представляет собой функциональносемантическое поле определенным образом сгруппированных
разноуровневых средств языка, предназначенных для выражения
желаний субъекта (в том числе и прежде всего – говорящего субъекта) в виде модальных отношений. О разных типах таких отношений в системе категории оптативности свидетельствует ядерно-периферийная организация одноименного ФСП.
В ходе анализа на первый план выдвигается проблема установления иерархии способов и средств выражения оптативности, связанная с уточнением системно-структурной организации данной
категории.
Будем исходить из того, что когнитивное пространство сферы желаний в языке заключено в пределы определенного участка языковой системы, охватывающего разные уровни языка.
139
Е. В. АЛТАБАЕВА. ОПТАТИВНОСТЬ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ: КОМПЛЕКСНОЕ ОПИСАНИЕ
Назовем его зоной поля оптативности и проследим, какие способы
и средства и как структурируют эту зону в языке. Под зоной поля
оптативности нами понимается фрагмент языковой системы,
в котором пересекаются и объединяются в группы, классы и категории элементы разных языковых уровней, несущие лексическую
или грамматическую семантику оптативности. Эти элементы
определенным
образом организованы и соотнесены между собой.
Зона оптативности существует в языке исключительно на основе речевой реализации субъективно мотивированного состояния
человека, обусловленного его потребностями, а именно – желаниями личности. То, что желания направляют человеческое общество
во многих аспектах его развития, стимулируют и предопределяют
прогресс, не может не проявляться и в условиях речевого общения.
Напомним, что сам процесс языковой коммуникации начинается
с желания говорящего сообщить ту или иную информацию реальному или воображаемому собеседнику.
Желание как обобщенное содержание языковой категории оптативности связано, прежде всего, с соответствующей категориальной семантикой, характерной для различных классов единиц
современного русского языка, – семантикой желательности.
Желательность понимается нами как находящее то или иное
языковое выражение эмоционально-волевое проявление потребности субъекта в осуществлении какого-либо действия в самом
широком смысле, предпочитаемого в данной ситуации остальным. Модальная квалификация действия как желательного производится автором высказывания. Желание субъекта реализуется
в структуре модуса предложения в виде одного из способов, которыми располагает категория оптативности, причем эти способы
организуются по полевому принципу.
Одним из возможных вариантов описания исследуемой семантики можно считать опыт построения ФСП волеизъявления, которое включается в систему предикативных полей с модальными
отношениями и представляет собой единство плана содержания
и плана выражения [Бондарко 1983: 40].
ФСП волеизъявления имеет бинарную структуру, которая мотивирована обязательностью/факультативностью осуществления
140
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]