Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Общая теория перевода. Учебно-методическое пособие
.pdf
131
об этой «Марфинской шараге» – сегодня это ОАО «Концерн
«Автоматика» – в своем автобиографическом романе рассказал
Александр Солженицын.
Мозговые центры за колючей проволокой.
То количество военной техники, которое удалось создать в
тюремных НИИ и КБ, впечатляет. Вот далеко не полный, но
показательный список «оружия Победы»: легендарный
фронтовой пикирующий бомбардировщик Пе-2 и истребитель
И-5, фронтовой бомбардировщик Ту-2 и высотный
бомбардировщик ДВБ-102, грузовой паровоз «Феликс
Дзержинский» и полковая 75-мм пушка образца 1943 года,
универсальная артиллерийская система 152 мм, новая модель
противогаза и еще многие-многие разработки, образцы и
прототипы… Кстати, НКВД-шники свое слово сдержали и уже
летом 1940 года заключенных «шарашек» стали амнистировать.
На свободу вышли более 20-ти ученых и конструкторов, среди
которых были Туполев, Мясищев и Петляков, получивший в
1941 году Сталинскую премию I степени. В июле 1944 года был
досрочно освобожден и Сергей Королев.
Интересно, что большинство ученых, получив свободу и
амнистию, продолжили работу в закрытых конструкторских
бюро. Например, известный инженер Лев Термен – тот самый,
который в 1920 году изобрел электромузыкальный инструмент
терменвокс. В 1939-м его обвинили в подготовке убийства
Кирова, и после ареста он 8 лет проработал в «Туполевской
шараге», где создал подслушивающие устройства, в том числе,
считывающие вибрации стекол в окнах помещения.
Одно такое устройство вмонтировали в деревянное панно
и подарили послу США. «Жучок» в кабинете главы
американской дипмиссии агенты ЦРУ обнаружили лишь спустя
7 лет, так и не сумев разгадать принцип его действия.
По мнению многих исследователей, создание 4-го
спецотдела НКВД-МВД СССР в буквальном смысле спасло
132
жизнь многим советским ученым и научным специалистам,
которые своими прорывными открытиями и разработками
смогли догнать и перегнать научно-технический прогресс,
укрепив оборонную мощь страны.
133
ТЕМА 4. НОРМАТИВНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ К ПЕРЕВОДУ
В ТЕОРЕТИЧЕСКОМ БЛОКЕ:
•
освещается сущность понятия «переводческая норма»;
•
описываются основные исторические периоды,
оказавшие влияние на эволюцию и становление
«переводческой нормы»;
•
рассматривается видовая палитра переводческой
нормы;
•
характеризуется соотношение переводческой нормы с
выбором стратегии и вида перевода;
•
Приводятся дефиниции адекватного, эквивалентного,
точного, буквального, дословного и свободного видов
перевода.
В теории и практике перевода существует такое понятие,
как норма переводческой деятельности. Основываясь на этой
норме, происходит оценка качества перевода. Норма перевода
включает в себя совокупность различных требований, которые
предъявляются к переводимому тексту. Степень соответствия
этим требования и определяет качество перевода.
Зарождение представлений о норме и нормативности в
переводе уходит корнями в эпоху Древнего мира. Первые
свидетельства данных явлений были идентифицированы в
истории античных времен.
Интерес к проблеме «правильного» и «неправильного»
перевода фиксируется уже во II тысячелетии до н.э. в Древней
Индии. В данный период получила распространение профессия
«языковеда» (или «переводчика»), в чьи функции входила
интерпретация сакральной «речи богов» (изречений жрецов), а
также обиходного языка, на общедоступный разговорный язык,
обозначаемый как «язык людей». Впоследствии функционал
134
данной профессии эволюционировал, сосредоточившись на
переводе с санскрита на пракриты (разговорные индоарийские
языки). Приведенный пример репрезентирует одну из
фундаментальных функций перевода – социальную функцию,
заключавшуюся в обеспечении коммуникации первоначально
между различными социальными стратами, а в дальнейшем –
между разными народами.
В ходе процессов становления различных народов и
усилением межкультурных контактов концепция переводческих
норм приобрела особую актуальность. Возникла насущная
потребность в точном понимании высказываний, особенно в
контексте политических переговоров. В этот период норма
перевода начинает осознаваться как некая совокупность правил,
общих для конкретного языкового коллектива. Формируется
оценочный критерий «правильности/неправильности» перевода,
который вербализовался в следующих формулировках: «Это
правильно/неправильно», «Так говорить нельзя» или «У нас так
не говорят». Следовательно, до наступления XIX века строго
определенных и кодифицированных критериев, предъявляемых
к переводу, не существовало, а нормативные требования к
переводу носили обыденный, бытовой характер и определялись
consensus communis – общим согласием коллектива или
авторитетом отдельных лиц (например, тех же языковедов).
Легитимация термина «норма перевода» в качестве
научной категории датируется XIX веком, что было
непосредственно связано со становлением языкознания как
самостоятельной научной дисциплины. Именно в рамках
академической традиции началось систематическое изучение и
теоретическое осмысление переводческих норм.
Изучение научных источников в области становления
переводоведения как самостоятельной науки свидетельствует о
том, что эволюция переводческих норм шла параллельно с
усложнением его функций: от обеспечения коммуникации
135
между сословиями к обслуживанию межгосударственных
отношений и, наконец, к становлению теоретической базы для
переводческой деятельности.
На современном этапе развития науки о переводе
существует четкое представление о нормативно-узуальных
требованиях, предъявляемых к адекватному, качественно
выполненному переводу.
Изучением переводческой нормы занимались многие
переводы и лингвисты, однако наиболее исчерпывающим
является описание видовой палитры норм перевода
предложенное известным отечественным переводоведом и
лингвистом В. Н. Комисаровым. Так, в своих многочисленных
трудах В. Н. Комиссаров предлагал выделять пять различных
видов нормативных требований, благодаря которым образуется
целостное представление о переводческой норме.
Первый вид – это норма эквивалентности перевода.
Данная норма представляет собой максимально возможную
идентичность всех уровней содержания текста оригинала и
текста перевода. Идентичность текста оригинала и текста
перевода дает основание считать данные тексты
коммуникативно равноценными, что является основанием
считать данный текст переводом. Норма эквивалентности не
предполагает абсолютно полную идентичность, а означает
важность достижения наиболее возможной общности текста
оригинала и перевода. При этом должны учитываться другие
нормативные требования, которые обеспечивают адекватность
перевода.
Например, фраза “The sun rose behind him” может быть
переведена на русский язык с разной степенью эквивалентности.
Эквивалентно: «Солнце взошло позади него» и неэквивалентно
«Он встал перед солнцем». Исходя из примера, становится
очевидным, что в неэквивалентном варианте перевода искажена
смысловая связь. Следовательно, первый тип переводческой
136
нормы ориентирован на достижение максимально возможной
смысловой близости перевода к оригиналу, что в целом является
основой перевода, его «первой заповедью», следуя которой
переводчик должен воспроизвести ту часть содержания
оригинала, которая является наиболее важной для данной
коммуникативной ситуации (целевую доминанту).
Второй вид – это жанрово-стилистическая норма
перевода. Данная норма определяется как требование
соответствия перевода стилистическим особенностям и жанру
текста, к которому принадлежит перевод. Выбор жанровостилистической направленности текста определяется
оригиналом. Этот вид нормы перевода связан с нормой
эквивалентности, так как во многом определяет нужный уровень
идентичности текста оригинала и перевода.
Например, юридический договор должен выглядеть и
звучать как юридический договор на русском языке, а не как их
художественное описание. Художественный текст должен
читаться как естественная литература, а не как подстрочник.
Соблюдение жанрово-стилистической нормы перевода
может осложниться особенностями культуры различных
народов. Так, в некоторых культурах существуют жанры,
которых нет в других культурах. Например, хайку в японской
культуре. Поэтому, при переводе необходимо выбирать
языковые средства и оформлять текст перевода в соответствии с
общепринятыми нормами и конвенциями данного типа текстов
в переводящей лингвокультуре.
Третий вид – это норма переводческой речи. Текст
перевода – это некое речевое произведение на языке перевода.
Соответственно для него обязательные речевые нормы данного
языка. Однако эти правила могут быть совершенно различными,
это зависит от различных функциональных стилей текста. В
процессе перевода необходимо избегать калькирования
конструкций, например «Он имеет большую семью» вместо «У
137
него большая семья», и использовать идиоматичные выражения.
Также различают разговорную речь и язык художественной
литературы, что также требует соблюдения разных речевых
норм.
Четвертый вид – это прагматическая норма перевода
требует обеспечения ценности текста перевода и ориентирована
на достижение необходимого практического эффекта на
читателя перевода, учитывая его фоновые знания и культурный
контекст. В. Н. Комиссаров утверждает, что необходимость
воспроизвести прагматический потенциал оригинального текста
и стремление обеспечить желаемое влияние на аудиторию
называется прагматикой текста.
Например, перевод предложения без прагматической
адаптации “He was as vain as Narcissus” – «Он был таким же
самовлюбленным, как Нарцисс». В таком варианте перевода для
читателя, не знающего мифа, смысл теряется. Вариант,
содержащий прагматическую адаптацию, является более
адекватным: «Он был самовлюбленным, как Нарцисс из
древнегреческих мифов, влюбившийся в собственное
отражение». Либо, если во взаимодействующей паре языков
возможно подобрать культурный аналог, то можно перевести,
следующим образом: «Он был страшно самовлюбленным».
При попытке выполнения перевода с учетом соблюдения
прагматической нормы перевода, переводчик может даже
пренебречь остальными нормами, в таком случае происходит
отказ от максимально возможной эквивалентности, изменение
жанрово-стилистической принадлежности текста, нарушение
речевых норм и т. д. При это укажем, что довольно часто
встречается преобразование результатов процесса перевода для
достижения прагматических целей. Это всё также следует
учитывать при оценке переводческой деятельности.
В процессе перевода неграмотно составленных
технических текстов, переводчику рекомендуется исправлять
138
неточности и ошибки исходного текста, нелогичность и
непоследовательность самого изложения, поскольку из-за
нелогичности изложения оригинального текста происходит
непонимание его целевой аудиторией.
Стремясь следовать прагматическим нормам перевода,
переводчик даже может прибегнуть к замене перевода
пересказом или рефератом.
Пятый вид – предполагает четкое соблюдение
конвенциональной норма перевода. Эта норма предполагает
требования, которым обязан соответствовать перевод, отвечая
общепринятым взглядам на роль и задачи переводческой
деятельности. Текст перевода, в котором соблюдаются
конвенциональные нормы, отличается способность полноценно
заменить оригинал. Однако следовать этой норме на все сто
процентов невозможно. Даже в самых конгениальных переводах
по различным причинам присутствуют некоторые неточности в
передаче информации. Это происходит по той причине, что
язык перевода и исходный язык – это две отличающиеся друг от
друга системы. Язык перевода не может передать все малейшие
детали оригинала, а это ведет к небольшим потерям
информации, заключающейся в оригинальном тексте.
Требования конвенциональной нормы перевода выполняются
путем реализации всех или некоторых аспектов переводческой
нормы. Например, в XIX веке в России было принято
«облагораживать» иностранные тексты, русифицировать имена
(Жюль Верн → Юлий Верн). Сегодня это считается нарушением
конвенциональной нормы, в связи с чем имена собственные
транскрибируются максимально близко к оригиналу.
Современные читатели ожидают от перевода естественности и
легкости, в то время как сто лет назад ценилась более
буквальная, «ученая» манера.
Следует учитывать, что различные культурные
особенности отображаются в языке этого народа и не имеют
139
лексических соответствий в языке перевода, что не позволяет
корректно сохранить некоторые детали оригинального текста в
переводе. Некоторые лексические единицы могут переводиться
исключительно с помощью контекста, однако в некоторых
случаях текст облегчает перевод языковых единиц, а в
некоторых, наоборот, затрудняет. На практике при оценке
качества перевода во многих случаях требования
прагматической нормы выполняются путем предоставления
достаточно высокого уровня эквивалентности перевода.
Актуальное переводоведение стоит на позициях, согласно
которым норма перевода – это совокупность исторически
обусловленных и социально закрепленных требований (правил,
предписаний), которые предъявляются к работе переводчика в
конкретную эпоху и в определенном социуме. Это не строгий
закон, а скорее конвенция – договоренность о том, что считать
«хорошим» или «правильным» переводом. Из этого следует, что
норма является гибким критерием и напрямую определяет
выбор стратегии перевода, которая, в свою очередь, реализуется
в конкретно выбранном виде перевода (адекватном, точном,
эквивалентном, буквальном, дословном, свободном и т.д.).
Адекватный перевод – это вид перевода, который
обеспечивает прагматические задачи переводческого акта на
максимально возможном уровне эквивалентности, не допуская
нарушения норм или узуса языка перевода, соблюдая жанровостилистические требования к текстам данного типа и
соответствуя общественно-признанной конвенциональной
норме перевода.
Эквивалентный перевод – это вид перевода,
позволяющий воспроизвести содержание иноязычного
оригинала на одном из уровней эквивалентности. Под
содержанием оригинала имеется в виду вся передаваемая
информация, включая предметно-логическое и коннотативное
140
значение языковых единиц, составляющих переводимый текст, а
также прагматический потенциал текста.
Точный перевод – это вид перевода, в котором
эквивалентно воспроизведена лишь предметно-логическая часть
содержания оригинала при возможных отклонениях от жанровостилистической нормы и узуальных правил употребления языка
перевода. Точный перевод может быть признан адекватным,
если задача перевода сводится к передаче фактической
информации об окружающем мире.
Буквальный перевод – это вид перевод, который
позволяет воспроизвести коммуникативно нерелевантные
(формальные) элементы оригинала, в результате чего либо
нарушаются нормы и узус языка перевода, либо оказывается
искажённым (непереданным) действительное содержание
оригинала.
Свободный (вольный) перевод – это вид перевода,
выполненный на более низком уровне эквивалентности, чем тот,
которого возможно достичь при данных условиях
переводческого акта. Свободный перевод может быть признан
адекватным, если он отвечает другим нормативным
требованиям перевода и не связан с существенными потерями в
передаче содержания оригинала.
В современной переводческой практике, доминирующей
является коммуникативно-прагматическая норма перевода,
ставящая во главу угла адекватность текста перевода. При этом
эквивалентность и точность перевода выступают как средства
достижения адекватности в соответствующих типах текстов.
Буквальный и свободный переводы находятся на периферии
нормы и могут применяться лишь тогда, когда этого требует
специфическая коммуникативная задача, санкционированная
обществом или заказчиком.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]