Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национальные варианты немецкого языка. Основы теории вариантологии. Учебное пособие
.pdf
91
литературному языку, укрепляется, в настоящее время он употребляется
его носителями более сознательно. Три диалектные волны в Швейцарии
(1901, 1931, в 60-е годы) и диалектный ренессанс в Германии в 70-е годы
свидетельствуют о жизнестойкости диалекта. Относительно стабильное положение диалекта на юге Германии объясняется тем, что он является в этом регионе идентифицирующим знаком.
Наряду с тенденцией укрепления своего положения, диалект начинает терять (хотя и очень медленно) влияние и продолжает сужать сферу своего распространения. Отступление диалекта от своих исходных
позиций происходит неодновременно во всех регионах, а также с неодинаковой интенсивностью в разных социальных слоях (Л.Б. Копчук).
Оба процесса – упадок диалекта и его ренессанс – имеют место, это
происходит, однако, в разных областях, на разных уровнях и в разных
социальных средах. Упадок затрагивает базисные диалекты глубинки –
в сельских районах. Возрождение диалекта наблюдается в городах,
в ситуациях публичного общения и скорее – молодых кругах общества
(Mattheier).
Важной функционально-типологической чертой литературного
языка, отмеченной впервые советскими лингвистами, является то, что
его специфика связана с «обработанностью», т.е. с определенным отбором и регламентацией языковых средств. Существенный признак литературного языка заключается в наличии кодифицированной системы
норм с ограниченным и регламентированным диапазоном варьирования. Территориальным диалектам сознательная «обработанность», регламентация и кодификация не свойственны. По признаку сознательной
обработанности и кодификации литературный язык противопоставлен
не только диалекту, но и разновидностям обиходно-разговорных форм
существования языка (городским и областным койне, разным типам
интердиалектов), которые отличаются от него как необработанная
и регионально ограниченная форма языка.
Для разграничения литературного языка и диалекта иногда привлекается и критерий хронологической последовательности их появления и развития. В этом плане территориальные диалекты немецкого
языка представляют собой хронологически более раннюю форму существования языка. Литературный немецкий язык складывается в конечном итоге в результате смешения особенностей хронологически предшествовавших ему местных диалектов и выдвижения на смешанной
диалектной основе единой наддиалектной языковой нормы.
92
По рассмотренным дифференциальным признакам литературному
языку принадлежит в функциональной системе форм существования
немецкого языка доминирующая – сильная – позиция, тогда как диалект занимает в ней в целом слабую позицию. Однако при определении
статуса последнего в данной системе следует принимать во внимание и
известные различия, обусловленные тем, что немецкий язык как средство общения используется населением нескольких государств и выступает соответственно в нескольких национальных вариантах. Так,
в частности, социальный статус диалекта в немецкоязычной части
Швейцарии резко отличается от его положения в других странах распространения немецкого языка. Распространенные в швейцарском регионе диалекты представляют собой поддиалекты гомогенного алеманнского диалекта. Благодаря относительной общности своей структуры этот последний выполняет функцию обиходно-разговорного языка (так называемый Schwyzertütsch / Schwyzerdütsch) и используется
всеми германошвейцарцами без каких-либо социальных или возрастных ограничений. Владение швейцарским диалектом является обязательным требованием к гражданам немецкоязычных кантонов. Так,
в частности, лица, добивающиеся получения прав гражданства в Цюрихе, согласно местному законодательству, должны владеть литературным языком хотя бы в такой степени, чтобы понимать его, но при
этом «говорить в достаточной мере на одном из швейцарско-немецких
диалектов». Сопоставляя статус диалекта в Швейцарии и ФРГ, В.
Шенкер отмечает, что, если в последней диалект может стать препятствием в социальном продвижении, то в Швейцарии, напротив, незнание диалекта может привести к социальным затруднениям. Сфера
употребления диалекта, как отмечает Аликаев Р.С., в процессе общественной коммуникации в Швейцарии не ограничивается рамками повседневно-бытового общения, диалект стремится занять практически
все функциональные страты литературного языка. Он также отмечает,
что в Швейцарии иммигранты приобщаются к языку страны в форме
диалекта, что в других немецкоязычных странах не наблюдается, что
также не типично. Ему принадлежит определенная роль и как средству
публичной речи: наряду с литературным языком он используется в кантональных советах, различных союзах, клубах, низших судебных инстанциях, нередко и в церковной проповеди. Частично он применяется
также в средствах массовой информации – печати, радио, телевидении.
В Швейцарии весьма популярна художественная литература на диалектах.
93
3.2. Обиходно-разговорный язык и полудиалект
Обиходно-разговорный язык как форма существования немецкого
языка и промежуточное наддиалектное образование занимает серединное
положение между литературным языком и диалектом и обнаруживает, сочетая в себе противоречивые черты, различные форм – от форм близких
к литературному языку до форм отражающих особенности контактирующих с ним диалектов. Данная форма существования немецкого языка
представлена только в Германии и Австрии, в Швейцарии его роль выполняет диалект.
Обиходно-разговорные языки в Германии отличаются от диалекта, с
одной стороны, охватом более широкой территории и даже известной
надтерриториальностью, а также большим диапазоном коммуникативных функций. Их наддиалектный и интердиалектный характер проявляется в стирании и нивелировании наиболее заметных диалектных признаков, детерминированное близостью к литературному языку. С другой
стороны, для промежуточных образований характерна необработанность, значительная вариативность, отсутствие регламентации и кодификации, свойственных литературному языку, а по признаку территориальной дифференциации они обнаруживают черты, сближающие их
с диалектами. По своей лингвистической сущности промежуточные наддиалектные формы отличаются от диалекта. Если диалект выступает по
отношению к литературному языку как особая языковая система, находящаяся типологически в близком генетическом родстве с языковой
системой литературного языка, то территориально окрашенные разновидности обиходно-разговорного языка и полудиалекты, генетически
сложившиеся в результате взаимодействия литературного языка и диалектов, следует рассматривать, скорее, как варианты языковой системы,
отраженной в литературном языке.
В настоящее время обиходно-разговорный язык (во всех своих разновидностях) имеет статус языковой системы, а отнюдь не является
спонтанным речевым «сплавом» литературного языка и диалекта, рождающимся в процессе применения первого носителем второго. Прежде
всего он характеризуется надтерриториальностью, поскольку, возникнув в одном регионе, он может быть заимствован и распространиться в
другом (например, употребление обиходно-разговорного языка верхненемецкого типа в нижненемецком диалектном ареале). Все типы
обиходно-разговорного языка – от сближающегося с диалектом до
обиходно-разговорного языка литературного типа – усваиваются как
система с соблюдением соответствующих фонетических, грамматиче-
94
ских и семантических норм и используются в процессе коммуникации
лицами, не владеющими диалектом и не говорящими на нем.
В ряде случаев очевидно, что говорящий, пользуясь обиходно-разговорным языком, вовсе не стремится приблизиться к литературному языку
или разговорному языку литературного типа, поскольку эти формы
существования языка представляются ему не соответствующими коммуникативной ситуации, т. е. слишком «искусственными» (gekünstelt).
Как показали наблюдения над употреблением берлинского варианта
обиходно-разговорного языка, проведенные Г. Шёнфельдом, подобная
мотивация часто характерна для молодежи в возрасте от 16 до 20 лет.
Таким образом, по своей структурной организации обиходноразговорный язык входит в общую диасистему с литературным языком
как один из вариантов системы этого последнего, как его подсистема
(Subsystem).
Своеобразие обиходно-разговорного языка в собственно немецком
ареале, заключается в его значительной вариативности. Эта вариативность
обнаруживается, прежде всего, диатонически – как сосуществование в горизонтальной плоскости целого ряда пластов разной региональной или
территориальной окрашенности. В настоящее время выделены восемь
региональных вариантов немецкого обиходно-разговорного языка:
1) берлинский (berlinisch); 2) севернонемецкий (norddeutsch); 3) верхнесаксонско-тюрингенский (obersächsisch-thüringisch); 4) вюртембергский
(württembergisch); 5) баденский (badisch); 6) баварско-швабский (bairischschwäbisch); 7) пфальцский (pfälzisch); 8) гессенский (hessisch) [99, 328
и сл.; 106, 3–4]. Каждый из них представлен формой, сближающейся
с литературным языком и формой, приближающейся к диалекту.
Носители обиходно-разговорного языка интерпретируются только
через понятие 'говорящие', а сам обиходно-разговорный язык трактуется
как: Alltagssprache (повседневный разговорный), Sprache des täglichen
Umgangs (язык повседневного общения), regionale Umgangssprache (региональный обиходно-разговорный), allgemeine Umgangssprache (общий обиходно-разговорный), lokale Umgangssprache (локальный обиходно-разговорный), landschaftliche Umgangssprache (местный обиходно-разговорный язык), Halbmundart (полудиалект) и т. д. Немецкий
термин Umgangssprache соответствует в русской лингвистической традиции термину «обиходно-разговорный язык». Не разработаны до сих пор
и устойчивые социолингвистические критерии выделения внутренних
дифференциаций обиходноразговорного языка. Только в работах отдельных языковедов, которые поняли, что обиходно-разговорный язык – это
95
недиалектная форма существования немецкого языка, можно найти разделение обиходно-разговорного языка на социолингвистические разновидности в соответствии с их территориальным бытованием: «местные
(городские) обиходно-разговорные языки», «мало- и крупнотерриториальные обиходно-разговорные языки». Территориальный признак при
членении немецкого обиходно-разговорного языка выбирает для себя
Р. Гроссе, который выделяет: «крупнотерриториальные обиходноразговорные языки» и «общие обиходно-разговорные языки».
Следует отметить вертикальную многослоенность (или расслоенность) каждой территориально окрашенной разновидности обиходноразговорного языка, что отражает разные этапы и ступени сближения
литературного языка и диалекта. Исторически сложившиеся отношения между тем или иным диалектным ландшафтом, литературным
и обиходно-разговорным языками в разных регионах неодинаковы, в силу
чего процесс вытеснения диалектов на различных территориях распространения языка протекает по-разному. В частности, исследования,
проведенные на нижненемецкой языковой территории, позволили разграничить пять четко осознаваемых языковых слоев, продемонстрировав особенности каждого из них на текстовом материале: 1) литературный язык (Literatursprache); 2) обиходно-разговорный язык, сближающийся с литературным (literatur-sprachennahe Umgangssprache); 3) обиходно-разговорный язык, сближающийся с диалектом (mundartnahe
Umgangssprache); 4) нижненемецкий диалект, находящийся под сильным влиянием обиходно-разговорного языка (stärker umgangssprachlich
beeinflußte niederdeutsche Mundart); 5) нижненемецкий диалект
(niederdeutsche Mundart). При этом в районе Альтмарк было установлено, что обе формы обиходно-разговорного языка, подобно литературному языку и диалекту, имеют характер системы как по структурным
особенностям, так и по функциям.
В исследованиях по немецкой диалектологии, вскрывших вертикальную многослойность промежуточной сферы между диалектом и литературным языком и иерархию отдельных слоев или страт, в советской германистике уточнялось и понятие полудиалекта, предложенное в свое
время В.М. Жирмунским. Согласно определению С.А. Миронова, полудиалект представляет собой «возникшую на базе диалекта нивелированную, чаще (по происхождению) городскую или же узкорегиональную разговорную наддиалектную форму языка, занимающую в иерархии
всех промежуточных форм первую, низшую ступень (или нулевой слой)
как в ареальном, так и в социально-функциональном отношении». Отра-
96
жая низшую ступень сближения диалекта с литературным языком, в синхронном аспекте полудиалекты могут быть городскими, региональными
и узкорегиональными.
В полудиалектах отсутствуют примарные (или первичные, т. е.
наиболее яркие и характерные) признаки, свойственные только диалекту
и функционируют секундарные (или вторичные, т. е. наименее резкие
и специфические) признаки, присущие как диалекту, так и полудиалекту. Отсутствие примарных признаков служит надежным критерием
для установления нижней внутриязыковой границы полудиалекта, которая совпадает с верхней границей собственно диалекта.
Сложнее определить верхнюю границу полудиалекта, отделяющую
его от территориально окрашенных разновидностей обиходно-разговорного языка, которые в иерархии форм существования современного немецкого языка занимают положение между диалектом и разговорной
разновидностью литературного языка. С.А. Миронов, уточняя положение
В.М. Жирмунского о примарных и секундарных диалектных признаках,
предлагает выделить «секундарные признаки первой степени» и «секундарные признаки второй степени». Первые являются более характерными, но менее устойчивыми, в силу чего, сохраняясь в полудиалекте, они
стираются и утрачиваются в обиходно-разговорном языке. В отличие от
них вторые сохраняются как в обиходно-разговорном языке, так и в полудиалекте.
Помимо рассмотренного качественного (структурного) критерия
(наличие/отсутствие примарных и определенных секундарных признаков) при разграничении диалекта, полудиалекта и территориально окрашенных разновидностей обиходно-разговорного языка могут быть привлечены количественные критерии. Например, Я. Хоссенс предлагает для
отграничения диалекта от разновидностей обиходно-разговорного языка
в чисто структурном плане учитывать число правил, необходимых для
преодоления различий между литературным языком и диалектом. Он отмечает, в частности, что для преобразования высказываний на диалекте
в соответствующие предложения литературного языка (в отличие от высказываний на обиходно-разговорном языке той же местности) требуется
максимальное число правил. Тем самым подчеркивается большая структурная отдаленность диалекта от литературного языка по сравнению
с использующимися в том же регионе пластами обиходно-разговорного
языка (включая полудиалекты) и, соответственно, большая близость этих
последних к литературному языку.
97
Специальная методика исчисления степени территориальной окрашенности – «уровня диалектности» (Dialektniveau) в германистике
при помощи особой шкалы разработана У. Аммоном. Специфика наддиалектных форм языка в собственно немецком ареале заключается не
столько в их прагматической обусловленности как средства устного
повседневного, преимущественно бытового, общения, сколько в исторически и общественно детерминированном наличии у них ареальных
характеристик, варьирующих как по горизонтали – от региона к региону, так и по вертикали – в пределах одной и той же местности.
В отличие от собственно немецкого ареала обиходно-разговорный
язык в Австрии сравнительно единообразен по своей территориальной окрашенности, о чем свидетельствуют, в частности, наблюдения над языком
пьес современных австрийских писателей и немецких драматургов.
В отличие от австрийской драматургии в пьесах немецких писателей
представлены типы устной речи, различающиеся по характеру своей региональной маркированности. Так, например, если в пьесе Ф.К. Крёца
«Верхняя Австрия» для речевого портрета персонажей характерна сильная степень региональной южнонемецкой (баварско-швабской) маркированности, то в пьесе В. Дайкселя «Оставить по-старому» отражен обиходно-разговорный язык западно-средненемецкой окрашенности. При
анализе типов регионально дифференцированной устной речи в драмах
немецких авторов вскрывается разветвленная многопластовость обиходно-разговорного языка, которая обусловлена многообразием диалектов
и диалектных различий на территории данной страны, охватывающих все
диалектные ареалы от верхненемецкого (с южнонемецким и средненемецким субареалами) до нижненемецкого. Наличие целого ряда регионально дифференцированных разновидностей обиходно-разговорного
языка составляет весьма релевантную особенность системы форм существования немецкого языка в собственно немецком ареале по сравнению
с Австрией.
Следует отметить, что сфера применения обиходно-разговорного
языка расширяется, причем мотивы его использования разнообразны.
Носители диалекта нередко прибегают к обиходно-разговорному языку,
когда они покидают сферу интимного общения и намерены подчеркнуть
более формальный или официальный характер ситуации. Носители литературного языка пользуются разновидностями обиходно-разговорного языка,
чтобы придать общению более интимный, неофициальный характер.
После кодификации письменного литературного языка немецкие
ученые приступили к определению других форм существования совре-
98
менного немецкого языка, в частности к определению разговорной
формы литературного языка. Немецкий литературно-разговорный язык
(literaturnahe Umgangssprache 'литературно-разговорный язык' или
'обиходно-разговорный язык, близкий к литературному' [10; 22]) употребляется в повседневных ситуациях непринужденного общения;
именно им пользуется носитель немецкого литературного языка, когда
он оказывается в незнакомой, чужой, непривычной для него ситуации
в разговоре при нейтральных или далеких отношениях с собеседником,
которого он близко не знает, из тех, кто не равен ему, или, кто стоит 25
выше его в социальном отношении. Литературно-разговорный язык –
это самостоятельная надрегиональная форма существования современного немецкого литературного языка, употребляющаяся на всей территории Германии. Это тот язык, на котором носитель кодифицированного немецкого литературного языка спонтанно говорит со своими коллегами по университету как в рабочее время, так и в обстановке дружеских неформальных контактов, в интервью с журналисткой, в клубах
по интересам.
Следует кратко остановиться на исторических условиях процесса
формирования немецкого литературно-разговорного языка, который
так же, как и процесс становления немецкого кодифицированного литературного языка, растянулся на столетия. Отечественные лингвисты,
исследуя условия формирования общенациональной разговорной формы
литературного языка, указывали на то, что в XVI в. еще не было данных
об устной форме немецкого литературного языка и его сущность пыталась осмыслить в то время образованная часть немецкого общества.
Она составляла ту социальную прослойку людей, которая владела совокупностью всех форм существования немецкого языка и оказывала
сильное влияние на языковые процессы в письменной и устной коммуникации. Именно в этой среде складывались новые представления
о немецком литературно-разговорном языке, который в раздробленной
Германии носил узкодиалектный характер и не мог быть назван «литературным» в собственном смысле этого слова. Закрепление образцов
нормы немецкого литературно-разговорного языка исключительно
в письменной разновидности (язык художественных произведений лучших писателей – классиков Германии (J.W. Goethe 1749–1832, F. Schiller
1759–1805, Н. Heine 1797–1856, G.E. Lessing 1729–1781 и др.)) и ориентация на этот письменный образец привели к тому, что литературноразговорный язык был почти полностью вытеснен из обихода образованных слоев населения Германии. Новые представления о литератур-
99
но-разговорном языке образованные горожане связывали с коммуникативно-прагматическим фактором – стремление к достижению простого,
понятного и «доступ26 нога» для всего народа общенационального немецкого языка [45], который обладал бы свойством «надрегиональности» и служил для взаимопонимания между носителями немецкого
языка. Эта тенденция к «всенародности», как отмечал В.В. Виноградов,
явилась одним из основных признаков немецкого литературного языка
в его разговорной форме. В XVII в. приближение устной речи к письменно-литературной форме оставалось все еще ограниченным, так как
она во многом зависела от письменного литературного языка, который
продолжал существовать разделенным на разные диалекты и литературные варианты и был вследствие этого ограничен лексикой и грамматикой. Однако высокими социальными кругами общества к употреблению были рекомендованы устные литературные формы. В XVIII в.
сущность немецкого литературно-разговорного языка в Германии пыталось осмыслить литературное направление «Sturm und Drang» («Буря
и натиск»). Это было связано с тем, что с середины XVIII в. разговорная форма литературного языка стала интенсивно пробиваться в Германии, то есть, после того, как письменный и устный литературный
язык стал надрегиональной формой: Gesellschaftssprache (Аделунг)
'общественный язык', Gemeindeutsch (Гротефенд) 'общий немецкий1,
Sprache des Umgangs (Мейстер) 'обиходный язык'. Но сам Й. Аделунг,
например, не делал различий между письменной и устной разновидностями немецкого литературного языка, понимая под «Hochsprache»
'высокий язык' – «Literatursprache» 'литературный язык', «Schiftsprache»
'письменный язык', «Gehobene Umgangssprache» 'высокий разговорный
язык'. В Германии в то время наблюдался процесс создания так. называемых интердиалектов и разговорного койне в результате вытеснения
одних диалектных систем другими. На фоне этого процесса, как пишут
исследователи-языковеды, намечается постепенное сближение письменного языка с устным, а всенародное овладение немецким литературным языком позволило широким массам превратить литературный
язык из письменного элитарного в «живой» язык Германии. Но даже
позднее, во второй половине XIX в., несмотря на относительность национального объединения (не была еще сложена единая письменная
форма немецкого литературного языка), как следует из научных источников, Германия продолжала сохранять значительную раздробленность
в литературно-разговорном языке. На пути сближения двух форм
немецкого литературного языка препятствием являлись различные диа-
100
лекты и различные языковые и литературные традиции, сохранявшиеся
в немецких землях до конца XIX в. По предположению H.H. Семенюк,
сближение этих форм остается и сейчас дискуссионной проблемой.
Поэтому, хотя немецкий литературный язык в письменной форме и послужил основой для формирования своей разговорной разновидности,
но по степени близости эти формы отличаются друг от друга. Как полагает О.Б. Сиротинина, литературно-разговорная форма не удалена от
литературного языка в письменной форме. Она сформировалась на основе объединенных диалектов, интердиалектного разговорного койне
под регулирующим влиянием письменного литературного языка. На
такую необходимость формирования общей разговорно-литературной
формы национальной речи указывается в работе. Итак, история формирования немецкого литературно-разговорного языка взаимодействует
с историей формирования немецкого кодифицированного литературного
языка, в связи с чем, некоторыми немецкими учеными дискутируются
вопросы о «нормах разговорно-литературной речи», хотя применительно
к литературно-разговорному языку неуместно употребление данного
термина, ввиду некодифицированности его норм, так как им пользуются
в разных неофициальных условиях общения. Перейдем к характеристике
статуса современного немецкого литературно-разговорного языка и
определим соответствующее ему место в совокупности форм существования немецкого языка на данном историческом этапе, а также определим круг носителей данной формы существования немецкого языка,
их социальный состав и установим совокупность языковых реализаций.
Некоторые ученые полагают, что, сформировавшись позднее, чем немецкий кодифицированный литературный язык, литературноразговорный язык существует как форма средняя между кодифицированным литературным языком и внелитературными формами, в частности общерегиональным обиходно-разговорным языком, и реализуется в ситуациях, где по различным причинам не требуется «чистая» литературная форма. Немецкие социолингвисты вновь обратили свое
внимание на литературно-разговорный язык, в связи с появившимся
в научном обиходе понятием Alltagsliteratursprache «повседневный литературно-разговорный язык», под которым они понимают «разговорный стандарт» надрегионального обиходно-разговорного языка
(Verkehrssprache), закрепленного нормами корректного устного употребления и стоящего над другими обиходно-разговорными языками
и диалектами Германии. Понятие литературно-разговорного языка даже
при современном уровне исследований в Германии еще более неясно,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]