Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национальные отношения в России период Московского царства и Российской империи (XVII – начало ХХ в.). Учебное пособие
.pdf
НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
НАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В РОССИИ:
ПЕРИОД МОСКОВСКОГО ЦАРСТВА
И РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
(XVII – начало XX в.)
Учебное пособие
Новосибирск 2020
УДК 323: 93 (470–571) (075)
ББК 66.3, 5 (2 Рос), я 73
П 317
Кафедра кадровой политики и управления персоналом
Автор-составитель канд. психол. наук, доц. Ю. В. Печин
Рецензенты: канд. социол. наук, доц. НГПУ Н. Н. Киселев
канд. социол. наук, доц. НГАУ И. Ю. Чуркин
Национальные отношения в России: период Московского царства и Российской империи (XVII – начало ХХ в.): учебное пособие /
Новосиб. гос. аграр. ун-т; фак. экономики и управления (отделение
управления); авт.-сост. Ю. В. Печин. – Новосибирск: ИЦ НГАУ «Золотой колос», 2020. – 271 с.
В учебном пособии выделены и раскрыты общие принципы национальной политики, исследованы конкретные формы ее реализации
в разные периоды истории Московского царства и Российской империи
и в разных регионах страны. Уделено большое внимание административно-территориальному делению России, вопросам регионального
управления с учетом национального состава населения.
Предназначено студентам всех форм обучения по направлениям
подготовки 38.03.04 – Государственное и муниципальное управление,
38.03.03 – Управление персоналом.
Учебное пособие утверждено и рекомендовано к изданию учебнометодическим советом факультета экономики и управления (отделение
управления) (протокол № 5 от 25 февраля 2019 г.).
© Новосибирский государственный
аграрный университет, 2020
ВВЕДЕНИЕ
Россия – многонациональная страна с тысячелетней историей. Вся история России – это история национальных отношений.
Управлять такой страной – это великое искусство, уроки которого
преподносили нам наши предки из числа князей, царей, императоров, генеральных секретарей, воевод, губернаторов, рядовых
управленцев.
История России – это история успешного государства, объединившего более сотни народов на самой большой в мире территории. Необходимо изучать опыт российской национальной политики, знать исторические уроки, стараться не повторять ошибок,
уметь творчески развивать сложившиеся институты и строить
успешное будущее.
Россия – микромодель этнически разнообразного мира, во
многом – образец для подражания, поскольку на протяжении
почти пяти веков непрерывного расширения границ и втягивания
в орбиту своей цивилизации все новых и новых народов, тем не
менее она обеспечивала межнациональное согласие и гарантии
выживания и развития всем народам. История России не знает ни
одного случая геноцида: конфликты были, обиды были, но уничтожения одним народом другого – никогда.
Идеология развития, политический режим, практика управления в России позволяла народам, живущим на ее территории,
сохранять свою самобытность, приобщаться к достижениям
технической цивилизации, социально и культурно развиваться.
При этом в исторической памяти малых народов России живет
понимание, что их судьба могла бы быть несравнимо горше, попади они под власть иного государства. Например, до вхождения
в российское подданство буряты имели опыт взаимодействия
с соседней Китайской державой, который отложился в народной
пословице: «Желтый хан сечет голову, белый хан – спину». Выбор в пользу России был вполне рациональный – русский царь,
конечно, суров, но китайский правитель гораздо хуже. Казахи, веками ощущавшие недружественное давление китайского соседа,
также вполне мудро решили в свое время уйти под «государеву
высокую руку» русских царей, – у казахов по этому поводу есть
3
поговорка: «Когда придет черный китаец, рыжий русский покажется родным дядькой».
Как утверждает политолог Р. В. Ищенко, «… русский народ
формировался за счет включения в себя всех народов на занятом
российским государством пространстве. И до сих пор, говорим
ли мы о традиционных русских или политкорректно называем их
россияне, мы имеем в виду, что грузин Сталин был русским и руководителем русского государства (называвшегося тогда СССР),
не переставая быть грузином. И немка Екатерина стала великой
русской императрицей, не перестав быть немкой. И Сергей Кужугетович Шойгу – русский и министр обороны России, но одновременно и тувинец. И на этой возможности стать русским, оста-
ваясь собой, столетиями стоит и ею побеждает Россия»1.
Однако в параллельной реальности живет миф о России как
«тюрьме народов».
Миф о России – «тюрьме народов» – укоренился за последние 100 лет не только среди конкурентов и ненавистников России,
но, к сожалению, и среди определенных и вполне образованных
кругов российского общества. Приписывают эту хлесткую метафору В. И. Ленину, но, как убедительно показал В. Мединский,
первым ее вбросил в публичное пространство француз Адольф де
Кюстин более 170 лет назад. Его книга «Россия в 1839 году» являлась, увы, не первой попыткой иностранца собрать все грязные
сплетни о России, все ее болячки – мнимые и реальные, все страхи и ужасы и вывалить это на европейского обывателя под соусом
«объективного исследования». При этом Де Кюстин ничего не говорил о национальных отношениях, в подлинной цитате ни о какой «тюрьме народов» ничего нет. Он писал следующее: «Сколь
ни необъятна эта империя, она не что иное, как тюрьма, ключ
от которой хранится у императора»2. Для него Россия – тюрьма
вообще, для всех, в социально-политическом смысле, а не национальном. Правитель России, следовательно, главный тюремщик,
1
Ищенко Р. В. Такие разные политические нации [Электронный
ресурс]. – Режим доступа: http://politikus.ru/articles/61373-takie-raznyepoliticheskie-nacii.html (дата обращения: 20.10.2018).
2
Цит. по: Мединский В. Р. О России – «тюрьме народов». – М.:
ОАО «ОЛМА Медиа Групп», 2015. – С. 10.
4
надзиратель, душитель свободы и т. п. Позже додумать о «тюрьме народов» оказалось несложно, и об этом с упоением писали
А. И. Герцен, К. Маркс, В. И. Ленин, З. Бжезинский, Р. Пайпс
и многие другие, менее известные авторы.
Известный российский исследователь С. В. Чешко справедливо отмечал: «Сопоставляя факты, мы должны прийти к выводу, что
Россия не была ни тюрьмой, ни курортом для нерусских народов.
Ее политика определялась внутренними и внешними интересами
классового государства. В зависимости от конкретных условий, задач, региональной специфики, эта политика варьировалась, изменялась со временем. И она не была прорусской, то есть направленной на обеспечение социальных преимуществ для русского этноса,
большая часть которого испытывала отнюдь не меньший гнет со
стороны государства и господствующих классов. В целом самодержавие вело себя в отношении своих окраинных провинций и этнических меньшинств (равно, впрочем, и в отношении основного населения) так, как это было принято в те времена, когда еще не было
ни ООН, ни “общечеловеческих ценностей”»3.
История появления, создания России как государства имперского типа имеет глубинное отличие от истории образования европейских (шире – западных) стран. Это обусловлено социокультурными, цивилизационными особенностями России. По мнению
Т. Е. Зинченко, русская (российская) цивилизация ориентирует че-
ловека на взаимодействие с другими, а западная – на воздействие4.
Взаимодействие предполагает исходными условиями свободу,
цельность личности, диалог на равных, тогда как воздействие –
стремление к выгоде, пользе, технические отношения, восприятие других людей как объект деятельности. Крупные западные
мыслители подтверждали этот тезис: Освальд Шпенглер определял западную культуру как «фаустовскую» (у Фауста в известном
произведении Гете на первом месте стоит Дело, а не Слово, как
в Евангелии от Иоанна), В. Шубарт – как прометеевскую (взять от
3
Чешко С. В. Распад СССР: этнополитический анализ. – М.:
ИЭА РАН, 2000. – С. 96–97.
4
Зинченко Т. Е. Россия и Запад: опыт социокультурного сравни-
тельного анализа: монография. – Новосибирск: Изд-во СибГУВД,
2015. – 154 с.
5
природы все – то есть подчинить ее себе – и передать вырванные
знания людям). Это касается и отношений к иным, чужим народам.
Как, например, воспринимали американские колонисты местное
население – индейцев? Как элемент природного ландшафта, как
объект, как материал для воздействия. Этот материал уничтожали,
если он сопротивлялся. Индейцев не считали людьми. Испанские
завоеватели кормили мясом убитых индейцев своих собак, богобоязненные английские пуритане-колонисты на своих ассамблеях
(собраниях) устанавливали цены на скальпы индейцев (мужчины
шли дороже, женщины и дети – дешевле), индейцев обманывали,
спаивали, травили и т. п. По разным оценкам погибло от 2 до 15
миллионов индейцев.
Иное отношение к нерусским народам было в России на протяжении более чем 1000-летней истории. Представители народов
инородческих окраин, входивших в состав России, активно участвовали в политической, экономической, социально-культурной
жизни страны. Сотни и тысячи «инородцев» – татар, грузин, поляков, прибалтов, евреев, азербайджанцев, украинцев-малороссов – внесли свой вклад в процветание великой России.
Национальные отношения и национальная политика являлись и являются предметами научных исследований. Конечно,
каждая историческая эпоха накладывала отпечаток на характер,
направленность, методологию этих исследований. Так, в советский период тема национальных отношений рассматривалась
сквозь призму идеологических догматов марксизма-ленинизма,
что, конечно, мешало объективному научному поиску. В современной России, начиная с 90-х годов прошлого века, наметился
перелом в количестве и качестве работ по данной тематике: к настоящему времени защищены сотни диссертаций, опубликованы
тысячи научных статей, наметилась продуктивная связка науки
и управленческой практики.
Традиционная проблематика работ о национальных отношениях включает ряд классических разделов. Это, прежде всего, дискуссия о ключевых категориях и понятиях. Нужно отметить, что категории «этнос», «этничность», «нация», «национальность» не одно
десятилетие обсуждаются в научном сообществе. Единого подхода
6
к их раскрытию, интерпертации нет, однако это не мешает продуктивно развивать данное направление. Для российской науки важно
осуществить переход от марксистко-ориентированной методологии
к современной, при этом не потеряв самобытность и глубину.
Еще одно направление – анализ конкретной практики управления национальными отношениями, реализованной в форме государственной национальной политики. Поскольку Российское
государство с самых первых веков складывалось как многоэтничное, национальная повестка в государственном управлении также
была актуальна с древних времен. И Древнерусское государство
(вошедшее в наши учебники истории как Киевская Русь), и Московское царство, и Российская империя – все этапы истории национальной политики достойны самого пристального внимания
и тщательного изучения.
Фундаментальных работ, в которых бы были исследованы все
основные исторические периоды в национальной политике, не так
много. Самая известная из них – коллективная монография 1997 г.
«Национальная политика России: история и современность» (авторы С. В. Кулешов, Д. А. Аманжолова, О. В. Волобуев и др.). В ней
раскрываются принципы и конкретные формы реализации национальной политики, начиная с Древней Руси. Также можно отметить учебное пособие другого коллектива авторов (Т. М. Мастюгина, Л. С. Перепелкин, В. Г. Стельмах) «Национальная политика
в России: XVI – начало XXI века» (М., 2014), дающее панорамное
представление о содержании и форме национальной политики
в изучаемый период. Новосибирский исследователь Л. В. Савинов
в 2008 г. опубликовал учебное пособие «Управление национальными отношениями в России», в котором имеются параграфы по
истории национальной политики (правда, в минимальном объеме –
например, на период Российской империи отведено 10 страниц5).
Рассматривая национальные отношения в Российской империи и, позже, в СССР, нельзя не отметить, что русский народ никогда не был заражен национализмом. Обычно национальное чувство
возбуждается в результате притеснения или даже угрозы денацио-
5
Савинов Л. В. Управление национальными отношениями в Рос-
сии: учеб. пособие. – Новосибирск: Изд-во СибАГС, 2008. – С. 103–112.
7
нализации. Многочисленному и раскинувшемуся на огромной
территории русскому населению это не угрожало. К тому же по
мере расселения русских на новых территориях происходила естественная ассимиляция, складывались многонациональные семьи,
что ставило еще один мощный заслон национализму. Отдельные
же вспышки национального возбуждения были временными, пре-
ходящими и не задерживались в народном сознании6.
Исследователи отмечают, что в России отсутствовало понятие «метрополия», здесь не было господствующей нации, не
было национального угнетения со стороны самого многочисленного русского народа. Российская империя никогда не была государством только для русских. Известный английский писатель,
актер и драматург Питер Устинов в своей книге «Моя Россия»
пишет: «Исторически Россия никогда не была империалистической державой в обычном смысле этого слова, имея в виду, что
не в ее привычках было приходить в другие страны с целью их
завоевания». В России достаточно быстро практически стирались
различия между завоевателями и завоеванными.
Многовековой опыт национальной политики необходимо изучать и с учетом современных условий и возможностей – использовать. Речь идет не о конкретных решениях и приемах, а о принципах,
реализация которых и позволила России сохранить межнациональный и межрелигиозный мир вплоть до нашего времени.
Данное учебное пособие представляет собой развернутое изложение курса лекций, читаемых автором с 2006 г. студентам всех
форм обучения по направлениям подготовки «Государственное
и муниципальное управление» и «Управление персоналом». Порядок и тематика частей и разделов соответствует рабочей программе учебной дисциплины «Национальные отношения в России».
Учебное пособие рекомендуется студентам указанных выше
направлений в качестве базового материала для подготовки
к практическим занятиям и экзаменам, а также всем, кто интересуется историей России.
6
Национальная политика России: история и современность /
С. В. Кулешов, Д. А. Аманжолова, О. В. Волобуев [и др.]; ред. совет:
В. А. Михайлов (отв. ред.) [и др.]. – М.: Русскiй Мiръ, 1997. – С. 180.
8
1. ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ИСТОРИИ
НАЦИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РОССИИ
1.1. Основные понятия: этнос,
этничность, народ, нация
Этнос. Одним из ключевых понятий в исследовании межнациональных отношений является «этнос». При этом, в силу разных причин, в широком научном обороте в России он появляется
достаточно поздно. В советский период, начиная с 1930-х гг., по
идеологическим соображениям этнос считался понятием буржуазной науки. Ни в фундаментальной пятитомной «Философской
энциклопедии» советского периода (1960–1970), ни в более поздних изданиях подобного типа («Философский словарь» 1983 г.,
«Философский словарь» 1991 г.) термина «этнос» нет, он появляется лишь в конце 1990-х гг. («Национальные отношения. Словарь» 1997 г., «Новейший философский словарь» 1998 г.).
Слово «этнос» (ethnos) возникло в древнегреческом языке, где
имело несколько значений, среди которых основными были: народ, племя, группа людей, иноземное племя, язычники, стадо, род
и др. Примерно в VI–V вв. до Р.Х.7 господствующим значением
этого слова становится «племя, народ негреческого происхождения» («негреческое племя»). В этом значении оно вошло в римскую
культуру и латинский язык. В связи с его латинизацией появилось
прилагательное «этнический» (ethnicos), которое использовалось
в библейских текстах в смысле «языческий», «нехристианский».
До конца XVIII в. употребление понятия «этнос» было ограниченным, лишь в XIX в. этот термин стал постепенно внедряться в научную литературу в значении «народ».
7
Здесь и далее общепринятое «до новой эры» автор заменяет более
точным словосочетанием «до Рождества Христова», так как летоисчисление, по которому живет Россия и значительная часть мира, ведет отсчет
именно от рождения Иисуса Христа. В англоязычной научной литературе
(прежде всего в США) указания «до» и «после» начала нового летоисчисления традиционно маркируют с отсылом к евангельскому событию:
время «до новой эры» обозначается сокращением BC (Before Christ – До
Христа), время «новой эры» – AD (Аnno Domini) – Век Господень.
9
В отечественной науке понятие «этнос» появилось впервые
в 20-х гг. XX в. и было введено С. М. Широкогоровым8. Сергей
Михайлович Широкогоров определяет этнос как группу людей,
говорящих на одном языке, признающих свое единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладов жизни, хранимых
и освященных традицией, отличаемых от обычаев других групп.
В. И. Затеев пишет, что в 1930–1940-е гг. «к сожалению, интересные мысли Широкогорова о природе этноса были преданы
забвению, а само понятие «этнос» было объявлено чуждой псевдонаучной категорией. Лишь с начала 1950-х гг. данный термин
стал снова появляться на страницах советских этнографических
изданий»9.
В 1960-е гг. получила глубокую и всестороннюю разработку
оригинальная социально-историческая теория этноса Ю. В. Бромлея. Согласно его представлениям, «этнос (в узком значении этого термина) может быть определен как исторически сложившаяся
на определенной территории устойчивая совокупность людей,
обладающих общими стабильными особенностями языка, культуры и психики, а также сознанием своего единства и отличия от
других подобных образований (самосознание), фиксированным
в самоназвании (этнониме)»10. Чуть позже появляется теория этногенеза Льва Николаевича Гумилева, с которой Бромлей и его
школа вели принципиальную и достаточно жесткую дискуссию.
В итоге благодаря достаточно согласованным усилиям отечественных этнографов была разработана фундаментальная теория
этносов, главным создателем которой был Ю. В. Бромлей. Именно он фактически ввел в широкий научный оборот само поня-
8
Наиболее полную библиографию по данной проблеме см.: Кокшаров Н. В. Этничность. Этнос. Нация. Национализм = Nation. Nationalism.
Multiculturalism: библиогр. справ. – СПб.: Изд-во Сказ, 2003. – 118 с.
9
Затеев В. И. Философские аспекты понятий «этнос», «этничность»
и «этническое» [Электронный ресурс] // Вестн. Бурятского гос. ун-та.
Педагогика. Филология. Философия. – 2012. – № 6. – Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/losofskie-aspekty-ponyatiy-etnosetnichnost-i-etnicheskoe-1 (дата обращения: 10.05.2018).
10
Бромлей Ю. В. Этносоциальные процессы: теория, история, со-
временность. – М.: Наука, 1987. – С. 14.
10
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]