Национальные отношения в России период Московского царства и Российской империи (XVII – начало ХХ в.). Учебное пособие

По результатам подписанного в августе 1873 г. мирного до­говора с Россией Хивинское ханство переходило под протекторат России. Часть территории Хивы на правом берегу Амударьи (во­шедшая в 1874 г. в Закаспийский отдел) отходила России, часть должна была быть отдана Бухаре. Хан признавал себя слугой российского императора, обязался уничтожить институт рабства и работорговли на территории ханства, освободить всех рабов, обеспечить безопасность, свободное передвижение по террито­рии ханства русским купцам и торговым людям, беспошлинную торговлю для них, а также с рассрочкой на 20 лет выплатить кон­трибуцию в размере 2 млн рублей. При этом Хивинское ханство сохранило свою государственность, хотя и было вынуждено со­гласовывать курс своей внешней политики с российским прави­тельством.

С Кокандским ханством поначалу события развивались по бухарскому варианту. Так, в 1868 г. К. П. Кауфман добился заклю­чения с кокандским ханом Худояром выгодного для России тор­гового договора, по которому русские купцы и торговые агенты могли свободно передвигаться по территории Коканда, осущест­вляя торговую деятельность, организуя склады (караван-сараи)

и платя торговую пошлину в 2,5 % от стоимости ввозимого това­ра. На таких же условиях могли торговать кокандские купцы на территории России. По условиям договора Худояр гарантировал безопасность и свободное передвижение русских торговых лю­дей по своим территориям.

Один из лидеров мятежников – новый кокандский правитель Насриддин-хан, сын Худояра, запросил о мире. Коканд капитули­ровал без боя. Другой лидер мятежников – Абдурахман-Автобачи начал отступление, вслед за ним двинулся небольшой русский отряд под командованием М. Д. Скобелева. В сражении у селения Мин-Тюбе он разгромил войска Абдурахмана и занял город Ош. 23 сентября 1875 г. К. П. Кауфман подписал с Насриддин-ханом мирный договор по образцу договоров с Бухарой и Хивой. Часть территорий ханства (Наманган) на правом берегу Сырдарьи от­ходила к России, образовав Наманганский отдел Туркестанского генерал-губернаторства во главе с М. Д. Скобелевым. Однако по­сле ухода русских войск на территории ханства вновь вспыхну­ли антироссийские выступления, возглавляемые Абдурахманом­Автобачи и Пулат-ханом. Насриддин-хан, как и его отец, бежал в Ходжент под защиту русского гарнизона. В сражении под Анди­жаном генерал-майор В. Н. Троцкий разбил мятежников, но успо­коился край ненадолго. Вскоре кокандцы вторглись в Наманган. Наманганский отряд под командованием М. Д. Скобелева успеш­но противостоял им, а в это время К. П. Кауфман, прибыв в янва­ре 1876 г. в столицу России, прилагал все возможные усилия для того, чтобы уговорить Александра II ликвидировать Кокандское

ханство, включив его в состав России. Получив согласие, он по­слал телеграммы М. Д. Скобелеву и Г. А. Колпаковскому с прика­зом приступить к ликвидации ханства.

Разгромленный М. Д. Скобелевым Абдурахман капитулиро­вал и был выслан в Россию. Пойманный Пулат-хан за изуверства над русскими пленными был казнен. Коканд без боя был занят отрядом М. Д. Скобелева, опередившим двигавшегося с другой стороны к городу отряд Г. А. Колпаковского. Территория Коканд­ского ханства под наименованием «Ферганская область» (части современного Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Кирги­зии) вошла в состав Туркестанского генерал-губернаторства с ад­министративным центром в городе Коканде. Военным губернато­ром области стал М. Д. Скобелев.

В 1886 г. российским правительством было принято Положе­ние об управлении Туркестанским краем (Сырдарьинской, Фер­ганской, Самаркандской областями), вступившее в силу с 1 янва­ря 1887 г. и ознаменовавшее собой переход для этих территорий к общеимперской системе законодательства и управления, с со­хранением тем не менее ряда традиционных для местного насе­ления институтов и учреждений. Прежде всего, в нем был закре­плен давний принцип равных прав: «Туземцы Туркестанского края (кочевые и оседлые), живущие в селениях, пользуются пра­вами сельских обывателей, а проживающие в городах – права­ми городских обывателей. Преимущества, присвоенные другим состояниям Российской Империи, приобретаются туземцами на основании общих законов». Административное деление областей было аналогично российским губерниям – области делились на уезды, уезды – на волости, волости состояли из сельских обществ (аксакальств).

Коренное население края в зависимости от места прожива­ния пользовалось правами сельских или городских обывателей. Права иных сословий они приобретали в соответствии с общеим-

перским законодательством (ст. 9 Положения). Отличием от вну­тренних губерний России было освобождение местных народов от рекрутской повинности (что было нормой для всех инородцев Сибири и Туркестана).

.

На территории Туркестанского края действовали военные суды, общеимперские судебные инстанции (мировые судьи, об­ластные суды, Правительствующий сенат), а также народные суды (единоличные судьи, съезды судей, чрезвычайные съезды судей), «разрешающие подсудные им дела на основании суще­ствующих в каждой из означенных частей населения обычаев» и норм исламского права (ст. 117, 118, 208, 230). К ведению на­родных судов относились все дела о преступлениях и проступ­ках, совершенных коренными жителями этих мест, не отнесенные

к ведению имперских судов, а также гражданские дела между ко­ренными жителями этих мест, если эти дела не возникали из до­кументов, «совершаемых и засвидетельствованных при участии русских властей» (ст. 209). Так, за исключением должностных лиц, а также случаев, когда преступления совершались против русских лиц или русских поселений, а также проступков между туземцами различных местных народностей, дела разрешались на основании существующих в каждой из них обычаев, кроме 11 видов особо опасных преступлений: 1) против веры Христиан­ской; 2) государственных; 3) против порядка управления; 4) по службе государственной и общественной; 5) против постановле­ний о повинностях государственных и земских; 6) против имуще­ства и доходов казны; 7) против общественного благоустройства и благочиния; 8) против общественного спокойствия и порядка (составление злонамеренных шаек и притонодержательство, лжи­вые доносы и лжесвидетельство по делам, судимых по законам Империи, укрывательство беглых, порча телеграфов и дорог);

.

Подобного рода Положение вскоре было принято и в Степ­ном генерал-губернаторстве. В соответствии с принятым в 1891 г. Положением об управлении областей Акмолинской, Семипала­тинской, Семиреченской, Уральской и Тургайской, на этих тер­риториях также был осуществлен переход к общероссийской си­стеме управления.

лись в армию. Имперские власти старались не вмешиваться во внутренние дела ислама, исламских религиозных общин, ис­ламских образовательных учреждений, демонстрируя не только веротерпимость, но и своеобразную отеческую заботу к исламу и мусульманам. Функционировали народные суды (суды биев и кадиев), сохранялись налоговые послабления для исламского «духовенства», выделялись денежные средства на восстанов­ление мечетей и медресе, различные нужды мусульман. Власти отслеживали, но подчеркнуто не вмешивались в процесс жизне­деятельности исламского «духовенства», процедуры выборов ру­ководителей исламских общин.

Вхождение в состав России способствовало активному эко­номическому развитию региона. Строились новые города и на­селенные пункты. Империя активно способствовала развитию транспортной инфраструктуры региона, товарооборота, а затем и различного рода промышленных и торговых предприятий. В тя­желейших природно-климатических условиях были проложены Закаспийская (доведенная в 1899 г. до Ташкента, она же с 1899 г. – Среднеазиатская) железная дорога, а также Оренбургско­Ташкентская железная дорога (прокладываемая с 1900 по 1906 г.), Ферганская и Бухарская (1910–1916 гг.) железные дороги. Стро­ились железнодорожные мастерские и депо, хлопкоочиститель­ные, текстильные, маслобойные и иные заводы и предприятия, мельницы, развивались кожевенные, мыловаренные, соледобы­вающие и иные промыслы, увеличился товарооборот с Ираном и Афганистаном. Развивалось морское судоходство в Каспийском и Аральском морях, а также речное судоходство на Сырдарье и Амударье. Осуществлялась разработка и добыча нефти, угля, цветных металлов и иных полезных ископаемых.

Регион поэтапно и органично интегрировался в состав Рос­сийской империи. И это признавали даже принципиальные про­тивники России – англосаксы. Как отмечал лорд Керзон: «Ничто не оставило большего впечатления завершенности завоеваний России, чем зрелище этих людей, только восемь лет назад оже­сточенных и решительных врагов России на поле боя, а теперь носящих форму ее армии, делающих карьеру на царской службе

и пересекающих Европу, чтобы приветствовать Большого Белого Царя (российского императора) как своего властелина»

Конечно же, не все было гладко в управлении среднеазиат­скими территориями. Многие наблюдатели отмечали нехватку и слабую подготовку квалифицированных кадров из числа чи­новников на низовом и среднем уровне. Споры и разногласия по вопросам управления этими территориями постоянно велись между губернской и центральной властями. Были и значительные просчеты со стороны имперских властей в организации и контро­ле за переселенческой политикой в регионе. Отсутствие ясной социальной политики, недостаточная проработанность и фраг­ментарность действий администрации в осуществлении пересе­ленческой политики, как организованной, так и стихийной, при­водила часто к конфликту переселенцев с инородцами. И когда для России наступили непростые времена, во время Первой ми­ровой войны, это не замедлило сказаться на ситуации в регионе.

жения списков мобилизованных. 17 июля в Туркестанском воен­ном округе было объявлено военное положение.

Восставшие жгли деревни русских переселенцев, казаков, рабочих. Оставшиеся без большинства мужчин (призванных в армию) переселенцы не могли организовать сопротивление. В телеграмме военному министру от 16 августа туркестанский генерал-губернатор Куропаткин сообщал, что только в одном Пржевальском уезде «пострадало 6024 семейства русских посе­ленцев, из коих большинство потеряло всю движимость. Пропа­ло без вести и убито 3478 человек». По оценкам историков, силь­ное влияние на мятежников до и во время восстания оказывала Турция – союзница Германии в войне против России.

1. Относительно более значимая, по сравнению с внутренни­ми губерниями, роль военной администрации. Это было обуслов­лено пограничным статусом этих окраин и сложной военно-стра­тегической обстановкой. Военные зачастую управляли всеми социально-экономическими процессами, решали хозяйственные вопросы, замещая неразвитые гражданские институты.

2. Относительно более высокая самостоятельность турке­станских органов управления по сравнению с внутренними гу­берниями России. В силу сложности обстановки в период фор­мирования института генерал-губернатора в Туркестане царская военная администрация взяла за практику принимать самостоя­тельные решения по вопросам внутреннего управления, иногда не согласуя их даже с Петербургом. По этому поводу центр не раз высказывал недовольство, так как многие решения был вы­нужден санкционировать задним числом. Однако проведенные две тщательные ревизии Туркестанского края практически не

повлияли на уже устоявшуюся административную практику. По­этому можно сказать, что Петербург фактически признал свою неспособность осуществлять полный контроль за деятельностью туркестанской администрации. Этим фактом и объясняется то, почему военное руководство Туркестана наделило себя со време­нем такими полномочиями, какими не обладали представители местной власти в других регионах России.

4. Российская система органов управления сочеталась с «ту­земной», могла сосуществовать рядом с последней достаточно долгое время, но при этом общей целью политики России в Тур­кестане оставалась унификация управления и включение региона в общероссийское политическое, экономическое и социкультур­ное пространство.

Первые евреи на будущей территории Руси появились еще в I–II вв. Они жили в греческих островных колониях. Об этом свидетельствует найденная в Тамани могильная плита еврейского воина, датируемая I веком, а также многочисленные памятники с еврейской символикой (изображения меноры, шофара, лулава и этрога). Также известно, что значительное количество евреев проживали в Боспорском царстве еще в конце IV в., это были по­томки участников восстания Бар-Кохбы и тех, кто был изгнан во времена ассирийского и вавилонского пленений. В VII в. Таман­ский полуостров был крупным центром сосредоточения евреев. Об этом говорит запись византийского хрониста Феофана, кото­рую он сделал в 671 г.: «… в городе Фанагория и его окрестно­стях около живущих там евреев проживают также и многие дру-

. После распада Хазарского каганата евреи были вынуждены мигрировать на за­пад. Это подтверждают летописи 1117 г. о переселении хазар из Белой Вежи (Саркела) под Чернигов, а также многочисленные то­понимы вроде Жидово, Жидичев, Жидова вила, Козари, Козара, Козарзевек на территории Древней Руси и Польши.

В ранний период Древнерусского государства еврейские общи­ны были уже в Смоленске, Чернигове, Перемышле и Владимире­Волынском. Сведения о них содержатся в документах XI–XIII вв. В Киеве также в это время была значительная хазарско-еврейская колония. В летописях Киевской Руси есть упоминания о «Жидов­ском квартале» и «Жидовских воротах». Былины «киевского цик­ла» повествуют о сражениях русских богатырей с «жидовинами» (вероятно, хазарами). В 986 г., отмечает летописное предание, не­кие хазарские евреи безуспешно склоняли киевского князя Вла­димира к переходу в иудаизм. Из православной литературы (жи-