Методологические вопросы изучения языковой картины мира и языкового сознания. Монография

Отсюда итезис отом, что значение есть та информация, ко-

торой оперирует любой носитель данного языка вакте использо­вания знака: «…в значение знака входит только та часть сведений говорящего обиндивидуальном денотате или оклассе денотатов, которая будет передана слушателю, владеющему данным языком, при появлении вречи означающего этого знака» [Там же: 39]. Та­кое положение снеобходимостью вытекает извсего предыдущего: если бы взначение входила такая часть сведений, которая отли­чалась бы уговорящего ислушающего, то она, очевидно, была бы обусловлена не знаком, аразличием предшествующих знаний го­ворящего ислушающего, что, поопределению, взначение вклю­чаться не должно. «…Значение не должно также отождествляться стем набором сведений, который, хотя иможет возникнуть всо­знании слушателя при восприятии означающего того или иного языкового знака, в действительности не передаётся через него, а определяется общим смыслом высказывания, экстралингви­стическим контекстом, предшествующим внеязыковым опытом слушателя (например, актуализируется на основании того, что адресат речи уже заранее знал оданном денотате употреблённо­го языкового знака)» [Там же]. Всё это облегчает и универсали­зирует работу лингвиста: не отвлекаясь на частные, привноси­мые внешними по отношению к языковой системе причинами аспекты той информации, которая содержится взнаке, лингвист может сконцентрироваться на выявлении наиболее общих пра­вил функционирования знаков. Все факторы индивидуального порядка (индивидуально-психические ииндивидуально-контек­стуальные) отсекаются, вовнимание принимаются только вну­тренние поотношению кзнаку факторы. Рафинирование знака изначения отвнешних ииндивидуальных «примесей» позволяет применять кзнакам изначениям одинаковые процедуры анализа вразных контекстах или вообще вне какого бы то ни было кон­текста— вабстрактной системе.

только в12 часов, и у них в сознании за данным гудком закре­пляется понятие „полдень“. Поэтому каждый раз, когда звучит гудок, жители получают сведения отом (узнают отом), что сей­час полдень, т.е. понятие, закреплённое загудком сирены, состав­ляет информацию, которую он несёт» [Там же: 79]. Так же исо словом: понятие, закреплённое засловом, = информация онеко­тором объекте, покоторой люди получают некоторые сведения о нём. И это значение считается качественно одинаковым для всех, информация, несомая знаком, для всех людей инвариантна, чем бы эти люди ни занимались (вообще ив данный момент) ик какой бы социальной группе ни относились; тогда неясно, почему одна ита же информация по-разному обусловливает поведение разных людей: одного человека сирена расслабляет (начался обе­денный перерыв), другого, наоборот, напрягает иторопит (поезд, которым приезжает его друг, уже прибыл). Однако при такой фи­зиологической базе, что выражена вработе О.Н.Селиверстовой и будет проанализирована нами ниже, ничего другого нельзя помыслить. Если учитывать все эти факторы, мы уйдём далеко от изучения собственно языка, той знаковой системы, которая является инвариантом для всех её носителей, и начнём изучать подъязык, диалект, говор ит.д. Иэто влучшем случае, ав худ­шем— займёмся изучением речи, ане языка, вторгнемся впред­метную область психологии общения, социологии ит.д. Однако задача языковеда— изучать язык, вчастности— значения языко­вых знаков итолько их.

Рафинирование значения от индивидуальных «примесей» закономерно ведёт ктому, что ипредставление носителей языка онекотором предмете, обозначенном словом, тоже рафинирова­но исчитается одинаковым. Идаже одним итем же: все носители языка вравной степени способны понять друг друга при употре­блении вречи слова стол, следовательно, вэтом знаке содержит­ся одна ита же для всех них информация опредмете «стол», сле­довательно, представления обэтом предмете вих сознаниях одни ите же.

исчерпывает содержание языкового знака в тех случаях, когда знак имеет нулевую стилистическую и экспрессивную характе­ристику (стилистически иэкспрессивно нейтральный знак). Сти­листическая информация знака — это, во-первых, информация опринадлежности описываемого события кчислу возвышенных, торжественных посамой своей природе или всилу социальной значимости участника события или, наоборот, низменных, обы­денных при условии, что информация по указанному признаку не исчерпывает те сведения оденотате, которые передаёт данный языковой знак. Во-вторых, это информация о принадлежности сообщения, в котором будет использован данный знак, к тому или иному типу речи при условии, что эта информация не вы­водится изтех сведений, которые этот знак несёт освоём денота­те, ислужит дополнением кним. Конфигуративная информация есть та, которая регулирует сочетаемость знака сдругими, вслед­ствие чего она не есть элемент собственно значения, анекоторые произвольные особенности сочетаемости знака, сохранённые внём [Там же: 43–45].

Кроме того, взнание языка не входят, например, особенности об­ращения на«ты» ина «вы», афразы не хочешь ли чаю? / не хотите ли чаю? можно считать синонимичными позначению.

Среди прочего смысл слова определяется указанием намно­жество тех сущностей, которые могут им обозначаться, а также ассоциируемыми сословом всознании говорящих представлени­ями фактического иоценочного характера (ассоциации иконно­тации) [Там же: 11–12]. Значение же есть устойчиво закреплённое зазнаком содержание, смысл есть нечто неустойчивое, изменчи­вое инерегламентированное. «Значение знак имеет как свою не­отъемлемую принадлежность, асмысл знак заключает всебе как нечто внешнее, временно наполняющее собой знак» [Там же: 13]. Значение соответствует языку, смысл— речи, значение соответ­ствует порядку, смысл— хаосу, ноболее всего важно, что значе­ние всегда соответствует знаку, смысл же— только здесь исейчас.

В более развёрнутом виде данное различие формулируется так: «…смыслу изначению соответствуют в сознании носителей языка два близких, ноотнюдь не тождественных концепта, кото­рые можно определить следующим образом:

В том же ключе рассуждает и О.Н. Селиверстова: «Мысль о том, что компоненты значения часто могут занимать разное место в сообщаемом в зависимости от того, выступают ли они как уже известное или, напротив, как такие, которые составля­ют утверждаемое, представляется совершенно справедливой…» [Селиверстова 2004: 41]. В значение языковой единицы при её

его употребления идля всех носителей языка, относится не соб­ственно ксистеме языка, ак сфере иособенностям его употребле­ния. Испособ такого выведения значения изэмпирических фак­тов полностью соответствует тому пониманию значения, которое было очерчено выше. Нои сами эмпирические факты, которые считаются приемлемыми для подобных процедур, тоже соот­ветствуют этому пониманию. Коль скоро значение слова содер­жит всебе одинаковую для всех носителей языка ине связанную с конкретным контекстом информацию, достаточные данные о значении можно получить из наблюдения только за фактами употребления слова вне зависимости от того, кем и в каких ус­ловиях они были порождены. «Внешне» значение слова не дано наблюдению, нооно проявляется как внутреннее условие употре­бления слова, поэтому «…если существует зависимость между непосредственно не ненаблюдаемыми явлениями и явлениями наблюдаемыми, первые всегда могут быть описаны через вторые. Именно такое отношение обнаруживается между значением язы­кового знака иего употреблением. Вследствие этого значение того или иного знака должно выводиться изнаблюдаемых фактов его употребления» [Селиверстова 2004: 46]. При выведении значе­ния из употребления принимается, что значение действительно не представляет собой неделимое целое, а складывается из на­бора компонентов, обладающих известной самостоятельностью (т.е. выделимых изцелого) [Там же: 81]. Состав компонентов иих «удельный вес» не меняется, потенциально все компоненты ин­формации всегда присущи знаку, наэтом иоснован компонент­ный анализ [Там же: 125].

Мы предполагаем, следовательно, что синтаксическим раз­личиям исходствам соответствуют, как правило, существенные семантические различия исходства» [Апресян 1967: 24–25].

Снова налицо прямая детерминация, прямая связь: зна­чения напрямую выводятся из фактов употребления знаков,