Международное уголовное право. Учебное пособие

Галенская Л. Н. О понятии международного уголовного права // Советский ежегодник международного права. Т. 257. — М., 1970. — С. 247–260.

чает, что система взаимоотношений, регулируемых нормами МУП, сводится к двусторонним правоотношениям суверенных государств, в ходе которых потерпевшее государство имеет право требовать возмещения, а государство-делинквент обя­зано предоставить такое возмещение. Однако очевидно, что такое определение в современных условиях крайне сужено, по­скольку не принимает во внимание существенную особенность МУП — прямую уголовную ответственность физических лиц за нарушение наиболее важных норм международного права. Кроме того, данный подход оставляет без внимания такие существенные признаки МУП, как источники, институты, соотношение национального и международного уголовного права и другие признаки, наличие которых свидетельствует о самостоятельности МУП как отрасли права. И все же сегодня имеется возможность говорить о формировании МУП как со­вокупности международно-правовых норм, которые устанав­ливают наказание за самые опасные правонарушения (приво­дящие к обеспокоенности всех людей, способные поставить под угрозу международный мир, международную безопасность, человечество), что является причиной интернационализации преступности, которая проявляется в двух основных аспек­тах:

а) функциональном — функциональный аспект интерна­ционализации преступности заключается в интернационали­зации общественной опасности наиболее тяжких преступле­ний, представляющих угрозу для нескольких государств или нарушающих нормальные международные отношения;

Хотя термин «международное уголовное право» и по­явился в конце XIX в. для обозначения норм, регулирующих предоставление государствами взаимопомощи при осуществ­лении ими национальной уголовной юрисдикции, после Второй мировой войны в связи с привлечением к международной ответственности лиц, совершивших военные преступления, преступления против мира и человечества, понятие МУП стало использоваться и в отношении подобных отношений.

В результате проведения указанных трибуналов Гене­ральная Ассамблея ООН в 1946 г. подтвердила принципы МУП, которые были признаны Уставом Нюрнбергского трибунала и отражены в его приговоре как общепризнанные.

принцип неприменения силы и угрозы силой;  принцип мирного решения международных споров;  принцип невмешательства во внутренние дела госу- 

принцип уважения прав и основных свобод человека;  принцип сотрудничества. 

Специальные принципы МУП получили упрочение и мате­риальное выражение в различных источниках МУП, таких как:

Устав Международного военного трибунала 1945 г.;  Ус т а в  Международного военного трибунала для Дальне-

го Востока 1946 г.;

Всеобщая декларация прав человека (принята на III  сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) от 10 декабря 1948 г.);

Международный пакт о гражданских и политических  правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) (далее — Международ­ный пакт о гражданских и политических правах 1966 г.);

запрет агрессивных войн; 

неотвратимость уголовного наказания за преступления  против международного права;

должностное положение лица, которое совершило меж-  дународное преступление, не освобождает его от персональной ответственности;

если государство не устанавливает наказания за дей-  ствия, которые международным правом отнесены к категории преступлений против мира и человечества, то это не является обстоятельством, которое освобождает виновного от междуна­родной уголовной ответственности;

презумпция невиновности; 

запрет пропаганды войны, рабства, пытки и других же-  стоких, нечеловеческих или таких, что унижают человеческое достоинство, видов обращения и наказания;

запрет на принуждение к даче показаний и признание  своей вины;

осуществление правосудия только судом; 

гласность судебного разбирательства; 

равенство лиц перед законом и судом; 

право на защиту, на бесплатного переводчика в суде,  на обжалование приговора суда;

При этом МУП, равно как и национальное (внутреннее) уголовное право, имеет некоторые существенные общие черты, благодаря которым эта система норм и принципов признается правовой: нормы международного и национального уголовного права обеспечены юридической силой, т. е. их выполнение гарантировано авторитетом и силой государств, действующих индивидуально или коллективно.

четкая определенность;  соблюдение определенной формы выражения;  выполнение устоявшейся процедуры принятия и приоб- 

ретения легальной силы;

обеспечение выполнения норм средствами восстановле- 

ния права и обуздания произвола.

Однако МУП имеет ряд особых характеристик, которые отличают его от национальных правовых систем, связанных с существованием современной государственности и его аппа­рата. Современное государство сосредотачивается на исполь­зовании государственных мер принуждения (силы), устанав­ливая на их применение государственную монополию, путем содержания постоянной армии и полицейских учреждений, а также специфического аппарата управления. Международ­ное уголовное право — это горизонтальная правовая система, которой не известна верховная власть, так же как сосредото­ченность на применении силы и распределение на три ветви власти: законодательную, исполнительную, судебную. По­скольку Генеральную Ассамблею ООН нельзя считать миро­вым законодательным органом, а Международный Суд ООН может действовать только на основании согласия государств на его юрисдикцию, то он не может считаться мировым судеб­ным органом, а правоприменительная деятельность Совета Безопасности ООН ограничена и юридически, и политически, поэтому он не может считаться мировым исполнительным органом. Но при этом государство, нарушающее междуна­родное обязательство, отвечает за противоправное действие перед потерпевшей стороной или, при определенных обстоя­тельствах, перед всем международным сообществом. Однако, несмотря на тот факт, что в системе МУП приветствуется принцип использования международных правовых (циви­лизованных) способов решения спорных вопросов, например через систему международных судебных органов, в системе МУП доминирует право субъектов на самозащиту в случае нарушения их прав, тогда как допустимость самозащиты в национальных правовых системах значительно ограничена. Но при этом в правоотношениях, складывающихся в рамках системы МУП, указанное право на самозащиту применяет­ся в разы реже, нежели в правоотношениях, регулируемых национальным уголовным правом, поскольку большинство субъектов МУП действуют в соответствии с принципами

труда, возникновение государств и т. д. Собственно, позиция государства также формируется в процессе общественных отношений.

МУП по своей сути является правовой системой, кото­рая возникает и развивается непосредственно над самими международными отношениями как таковыми, в состав ко­торых входят вопросы не только МУП, но и международные экономические, военные, политические, социальные, трудо­вые и др.

Так, например, институт выдачи — экстрадиции — впер­вые был закреплен в международном соглашении еще в 1296 г. до н. э., а именно в договоре, который заключили между собой Египет и Хеттское царство и был подписан соответственно Рамсесом II и Хаттусилем III. Данный договор регулировал процесс выдачи беглых рабов, приравненных в то время к пре-

ступникам

Совершенно очевидно, что каждый из составных элемен­тов (институтов) МУП de facto имеет длительную и интерес­ную историю становления и развития, что вызывает интерес

Волженкина В. М. Оказание правовой помощи по уголовным делам в сфере международного сотрудничества: учеб. пособ. — СПб.: Санкт-Пе­тербургский юрид. ин-т ген. прокуратуры РФ, 1999. — С. 34.