Экспертные сообщества и власть

3.2. Экспертология и экспертика

Как мы видим из рассмотренного ранее, феномен экспертизы уже довольно давно изучается в рамках различных научных направлений, однако не являются предметом дискуссий в других областях знаний, и специалисты исследуют этот феномен как бы с чистого листа. тем не менее уже были предприняты две попытки обобщить совокупность знаний об экспертах и процедурах экспертизы.

Первым к этой тематике обратился один из известных специалистов в области экспертного прогнозирования профессор Ю.В. Сидельников, опубликовавший в 2000 г. статью «Экспертология – новая научная дисциплина»1. В качестве аргумента в пользу необходимости появления такого направления он приводит аргумент, состоящий в том, что наблюдаемое сегодня массовое использование экспертных процедур имеет ряд отрицательных последствий. Примерам последних могут служить произвольная трактовка и искажение сущности экспертизы, смешение ее функций с задачами контроля, исследования и управления, а также спекулятивное использование авторитета экспертизы в коммерческих целях.

В качестве определения понятия «эксперт» Ю.В. Сидельников использует формулировку из своей книги 1990 г. (первое из приведенных в разделе 2.1 определений).

он подчеркивает, что ролевая функция экспертов обусловливает не столько характер и методы их работы, сколько ориентацию на определенный результат, а в роли экспертов могут выступать носители знаний или опыта. В ряде случаев, в частности в политике, для этих ролей есть свои названия: референт, помощник, консультант, советник.

Под экспертной деятельностью Ю.В. Сидельников понимает прежде всего «систему действий, выполняемых с привлечением экспертов, для анализа и (или) оценки объектов с целью повышения обоснованности принимаемых решений в условиях частичной неопределенности, противоречий или конфликтов»2. При этом он допускает, что цели экспертизы могут быть и другими, а именно:

• «контроль соблюдения соответствия и (или) установление соответствия между характеристиками объекта экспертизы и требованиями (условиями, ограничениями), предусмотренными нормативными, нормативно-правовыми и законодательными документами различных уровней;

1 Сидельников Ю.В. Экспертология – новая научная дисциплина // Автоматика и телемеханика. 2000. № 2. С. 107–126.

2 там же. С. 110.

51

•сам факт ее проведения;

•ритуальное мероприятие в политической игре или ширма для руководителя»1.

Первое из трех дополнительных определений относится к «нормативной» экспертизе, если следовать термину, приведенному в монографии «Сетевая экспертиза»2. Два же остальных относятся скорее к псевдоэкспертизам, но, по нашему мнению, Ю.В. Сидельников использует их совершенно оправданно, так как в реальной жизни сложно отличить со стороны настоящую экспертизу от экспертизы «псевдо».

наконец, Ю.В. Сидельников дает определение и предлагаемому им научному направлению – экспертологии, рассматривая ее как «исторически сложившуюся и непрерывно развивающуюся на основе общественной практики систему знаний об экспертизе, как междисциплинарное научное направление, входящее в комплекс наук

опринятии решений, имеющее свой понятийно-категориальный аппарат, свои общие основы и принципы, способное решать сложные вопросы там, где другие дисциплины их не могут решить»3.

Соответственно, субъектами экспертологии теперь становятся юридические и физические лица, принимающие на себя функции:

•заказчика экспертизы и (или) лица, принимающего решения (лПР), на основе экспертного заключения;

•организатора экспертизы;

•технолога по экспертизе (экспертолога);

•носителя специальных знаний и (или) практического опыта (эксперта);

•представителя объекта экспертизы и (или) автора материала, представленного на экспертизу.

Предложенная Ю.В. Сидельниковым концепция встретила резкую критику со стороны профессора права А.В. нестерова, которая прозвучала, правда, спустя одиннадцать лет после публикации указанной статьи Ю.В. Сидельникова. Как пишет А.В. нестеров, необходимость соотнестись с этой концепцией возникла у него только после того, как сам он предложил другую концепцию – концепцию экспертики как общей теории экспертизы4.

1 Сидельников Ю.В. Экспертология – новая научная дисциплина. С. 110. 2 Сетевая экспертиза. С. 9.

3 Сидельников, 2000. С. 111.

4 нестеров А.В. об экспертике и экспертологии (экспертных оценках). Препринт ниУ ВшЭ, апрель 2011 г. hse.ru›data/2011/10/18…Экспертные оценки.docx

52

Главным и основным возражением А.В. нестерова является признаваемая Ю.В. Сидельниковым возможность, что и эксперт, и экспертная процедура в целом могут иметь скрытую цель (феномен «активной экспертизы», который обсуждался в разделе 3). По мнению профессора, эти случаи вообще не должны рассматриваться в рамках понятия «экспертиза». Это же относится и к заказчику экспертизы, который, как считает профессор права, просто «не может оспорить данный результат [экспертизы ] или потребовать его изменить для удовлетворения своих интересов»1. Почему не может, он не объясняет. Как следует из всего текста, не может, поскольку это не предусмотрено его должностными инструкциями, то есть не положено по закону.

Второе, более серьезное возражение А.В. нестерова заключается

втом, что он попросту отказывает в праве называть «действия, выполняемых с привлечением экспертов, для анализа и (или) оценки объектов с целью повышения обоснованности принимаемых решений» экспертной деятельностью. Почему? оказывается, в соответствии с принципом оккама! Вот его аргументация: «В соответствии с принципом оккама, существующем в науке, оценочную деятельность, которая всегда включает анализ, нет смысла называть экспертизой»2.

Далее А.В. нестеров пишет: «В России слову “эксперт” ставят

всоответствие три значения: 1) официальное значение, которое применяется в юридически значимых ситуациях, 2) высококвалифицированный специалист-оценщик, 3) высококвалифицированный специалист-продуцент “знаний”»3. Затем он поясняет, что считает возможным использовать обсуждаемый термин только в первом значении: когда речь идет об оформленных по закону «юридически значимых ситуациях». иначе говоря, он готов рассматривать только юридически оформленные ситуации, причем исключительно в соответствии с прописанными в законе целями участников процессе. Раз

взаконе не говорится об «активной экспертизе», значит ее и в жизни не может быть! Юридический догматизм в чистом виде. отметим, что А.В. нестеров также считает ошибкой и использование термина «независимая экспертиза», так как, по его мнению, она всегда заказывается правомочными на это субъектами права.

Близкая по смыслу критика экспертологии содержится и в вышедшей в 2014 г. монографии А.В. нестерова, посвященной обосно-

1 там же. С. 3.

2 там же. С. 4.

3 там же. С. 9.

53

ванию экспертики, рассматриваемой, конечно же, как чисто юридическая дисциплина1.

Приведем для лучшего понимания цели этого автора первые строки из введения в эту его работу: «Словом “экспертика” обозначается правовая категория, состоящая из категорий юридической науки экспертного права, передовой юридической практики в экспертном деле и/или учебной дисциплины, в которой изучается общая теория экспертизы. Экспертика как наука представляет собой новое научное направление в семействе юридических наук. В рамках экспертики как науки исследуются научно-прикладные, собственно (фундаментальные) научные и научно-образовательные проблемы в экспертном праве, экспертном деле, включая экспертную деятельность, и разрабатываются теории экспертики»2.

Далее он поясняет, что возможное название этого научного направления «экспертное право» было бы слишком узким для него, поэтому, по аналогии с таким направлением в праве, как криминалистика, выбран термин «экспертика».

Монография состоит из трех глав: 1. Проблемы в экспертном деле России; 2. общая теория экспертизы: основные положения; 3. Экспертика как наука в семействе юридических наук. основной главой является вторая глава, содержащая основные положения общей теории экспертизы (отЭ), она также состоит из трех разделов: 2.1. основные правовые категории экспертного дела в отЭ; 2.2 Правовые категории субъектов экспертного дела; 2.3 Правовые категории объектов, предметов и продуктов экспертизы.

В целом появление такой монографии бесспорно полезно для юридической науки и четкого правового обоснования самых различных вариантов досудебной и судебной экспертиз, которые действительно имеют пока очень слабую нормативную основу. Вместе с тем жесткое понимание экспертизы лишь как основанного на неких нормативных актах явления, с одной стороны, равно как и принципиальное исключение из рассмотрения феномена «активной» экспертизы и назначения экспертизы с иными, кроме получения объективного знания, целями, существенно сужает область применения предлагаемого автором подхода.

1 нестеров А.В. Экспертика: общая теория экспертизы. М., 2014.

2 там же. С. 8.

54

3.3. дискуссии об «общественной экспертизе»

В завершение этой главы осветим кратко дискуссию вокруг такого понятия, как «общественная экспертиза», возникшие в начале нулевых годов этого века. толчком к ней стали проходившие в 2001–2004 гг. Гражданские форумы, в которых участвовали лидеры различных неправительственных организаций. Первый форум состоялся в Москве в ноябре 2001 г. с участием президента РФ В.В. Путина1, остальные три – в Приволжском федеральном округе, в тольятти (2002), нижнем новгороде (2003) и Перми (2004) – при поддержке и участии полномочного представителя президента РФ С.В. Кириенко. В рамках программы «тольяттинский диалог» состоялась и конференция, которая в программе была обозначена как Экспертная конференция «Год после Гражданского форума». Фактически все приглашенные для участия в ней могли считать себя экспертами, и уже в ходе нее прозвучали вопросы о том, кто такие общественные эксперты и что это такое – общественная экспертиза.

Автору этих строк, как участнику упомянутых конференций, представлялось, что под общественными экспертами многие участники конференции в тольятти понимали самих себя – на том основании, что их пригласили для участия в конференции, которую назвали Экспертной. и неявно предполагалось разделение по линии: общественная – профессиональная экспертиза. Поэтому на тольяттинской конференции вполне логично прозвучал вопрос Глеба Павловского: «не является ли тогда общественная экспертиза экспертизой малопрофессиональной, экспертизой второго сорта? (…) и кому тогда такая экспертиза нужна?»2

Рассмотрим здесь еще один взгляд на итоги Экспертной конференции в тольятти 2002 г., принадлежащий В.и. Бакштановскому и Ю.В. Согомонову. они, в частности, указывают на опасность «абсолютизации институционального (организационного) видения природы гражданского общества, что делает его «безлюдным», состоящим не из конкретных людей, граждан, а из организаций»3. Во вторых, они выделяют две модели общественной экспертизы: «наряду с профес-

1 Сунгуров А. Гражданский форум в Москве. Заметки участника // Межсекторные взаимодействия (Методология, технологии, правовые норм, механизмы, примеры). настольная книга 2002. Альманах / под ред. н.л. Хананашвили. М., 2002. С.148–163.

2 Сунгуров А. об экспертах и самоорганизации структур гражданского общества // Гражданский форум. Год спустя. М., 2003. С. 39.

3 Бакштановский В.и., Согомонов Ю.В. Гражданское общество: этика публичных арен. тюмень, 2004. С. 110.

55

сиональным экспертным сообществом – меритократическая модель общественной экспертизы – существенным экспертным потенциалом обладают и широкие слои гражданского общества – демократическая модель экспертизы», подчеркивая при этом, что «этот потенциал велик в ситуациях гуманитарной экспертизы, акцентирующей ценностные основания морального выбора субъекта общественного, группового, индивидуального масштабов»1.

Поднятые после тольяттинского диалога и его Экспертной конференции достаточно широко обсуждались затем в среде лидеров неправительственных организаций (организаций третьего сектора), многие из которых принадлежали тогда и к экспертной части академического сообщества. отражением этих дискуссий стало и появление в 2004 г. специального номера издававшегося в те годы в СанктПетербурге журнала третьего сектора «Пчела», вышедшего под названием «общественная экспертиза». Рассмотрим здесь кратко некоторые его публикации.

так, В.л. Римский, руководитель отдела социологических исследований фонда инДеМ в своей статье рассматривал общественную экспертизу как важнейший инструмент гражданского контроля деятельности власти, без которого невозможно существование демократического государства. Саму же общественную экспертизу он видел как «профессиональную экспертизу, которая проводится в интересах граждан, или, как часто говорят, структур гражданского общества (и по их заказу), потому что граждан много, у всех свои интересы, а структуры гражданского общества эти интересы агрегируют, и тогда становится легче их представить для оценивания и учета экспертами»2.

Автор этих строк рассматривал общественную экспертизу как форму развития публичной политики (public policy) в нашей стране, которая невозможна без существования процесса разнообразных коммуникаций общественных групп по поводу целей и задач государственной власти и местного самоуправления. однако проводить такую экспертизу, считал я тогда, должны все же профессионалы: «термин “общественная экспертиза” будет иметь сущностное наполнение, если отнести его к способу выявления позиции того или иного общественного сегмента или группы по какой-либо волнующей эту группу проблеме, т. е. понимать общественную экспертизу как проце-

1 Бакштановский В.и., Согомонов Ю.В. Гражданское общество: этика публичных арен. С. 116.

2 Римский В. Почему нам необходима общественная экспертиза? Потому что она позволяет лоббировать общественные интересы! // 2004. № 1 (45). – www.pchela.ru

56

дурно оформленное общественное мнение определенной социальной группы. например, важно провести общественную экспертизу по поводу строительства многоэтажного гаража в конкретном микрорайоне либо по поводу проекта городского бюджета. Процедурой могут быть, например общественные слушания. При этом в отличие от респондентов обычного социологического опроса участники слушаний знакомы с различными точками зрения, являются подготовленными специалистами и отбираются организаторами таких слушаний. их мнения и будут профессиональной экспертизой, а их неангажированность может быть обеспечена независимой позицией самих организаторов. иначе говоря, специалисты по общественной экспертизе – это те, кто способен корректно организовать выявление того или иного сообщества по конкретному вопросу или проблеме, а вовсе не лидеры нКо, готовые давать оценки или делать суждения от имени тех или иных социальных групп»1. По сути, это было предложение процедуры, близкое к процедурам реализации делиберативной демократии. Примером такой деятельности была, например, программа СПб гу- манитарно-политологического центра «Стратегия» «общественное участие в бюджетном процессе». В рамках этой программы реальные общественные слушания по проектам городских бюджетов проводились, во-первых, после серии образовательных семинаров для лидеров нКо по основам бюджетной политики и, во-вторых, после становления и развития сообщества бюджетных аналитиков. одним из итогов реализации этой программы стало появление целого пласта экономистов, включившихся в процесс профессиональной экспертизы бюджетного анализа и разработку альтернативных предложений по бюджету для общественных слушаний2.

Эколог Александр Карпов своей статье призывал не «умножать сущности сверх необходимого», а внимательно прочесть действующие российские законы, в которых уже имеется упоминание об общественной экспертизе, например, в экологическом и градостроительном законодательстве. так, в законе «об Экологической экспертизе» прямо выделяется существование Государственно-экологической экспертизы (ГЭЭ) и общественной экологической экспертизы

1 Сунгуров А. Публичная политика и экспертиза // 2004. № 1 (45) Доступно на: http://www.pchela.ru/podshiv/45/public.htm

2 Клисторин В.и. опыт участия независимых экспертов в работе органов власти как форма общественного участия в бюджетном процессе // общественное участие в бюджетном процессе: опыт и технологии / под ред. т.и. Виноградовой. СПб., 2002. С. 114–126; Бюджет глазами экспертов. Прикладной бюджетный анализ в регионах России / под ред. В.А. Бескровной. СПб., 2004.

57

(оЭЭ). Проблема заключается в том, писал А. Карпов, что результаты оЭЭ существенно реже, чем результаты ГЭЭ, используются лицами, принимающими решения. Причиной часто является непроработанность регламента для оЭЭ. так давайте же сосредоточимся на разработке этих четких регламентов, что гораздо важнее, чем рассуждения о какой-то новой общественной экспертизе, призывал А. Карпов1.

елена Дунаевская, анализируя приведенные в этом же номере журнала ожидания активистов общественных организаций в связи с появлением общественной экспертизы, не случайно назвала свой текст «о свойствах пустого множества». она скептически отнеслась к надеждам на развитие «демократии участия», важным элементом которого – в отсутствие реальной электоральной демократии – могла бы быть и общественная экспертиза. В таких условиях, опасалась она, любая общественная экспертиза может свестись к ее имитации. В целом, считает е. Дунаевская, «идея общественной экспертизы применительно к России еще не продумана, и считать ее самым перспективным инструментом осуществления обратной связи для власти или отстаивания своих интересов – для граждан – неправильно и/или недобросовестно»2.

на сайте Пермской гражданской палаты примерно в то же время были представлены определения как общественной, так и гражданской экспертизы – второго термина, который часто использовался как синоним экспертизы общественной. так, С.Г. Маковецкая, дав определение экспертизе как таковой: «Экспертиза – комплексное исследование какой-нибудь проблемы, процесса или явления, требующее специальных знаний и умений и завершающееся представлением обоснованного заключения, в т. ч. и с элементами рекомендаций», считает, что особенностью общественной экспертизы является то, что она «инициирована общественностью; осуществляется профессионально; проводима в интересах общества в целом или отдельных социальных групп и обязательно завершается предоставлением обоснованного заключения с рекомендациями для лиц, принимающих решения»3. Мы видим, здесь также имеется в виду, что общественная экспертиза должна осуществляться профессионально, термин

1 Карпов А. общественная экспертиза: практика против политики // www.pchela.ru. 2004. № 1 (45).

2Дунаевская е. о свойствах пустого множества // www.pchela.ru. 2004.

№1 (45).

3 Маковецкая С.Г. определение «общественной экспертизы». Веб-сайт Пермской гражданской палаты https://prpc.ru/expert/index.shtml (доступ 31 марта 2019 г.).

58

же «общественный» указывает лишь на то, что она инициирована не властью, а какой-то частью общества.

на этом же сайте представлено и определение экспертизы гражданской: «Гражданская экспертиза – независимый от органов государственной власти анализ социально значимых практик с точки зрения их соответствия общественному интересу, который отстаивает гражданский актор, являющийся заказчиком (исполнителем) экспертизы. Условия, необходимые для проведения эффективной гражданской экспертизы государственно-властной услуги: 1. наличие гражданского актора, заинтересованного в проведении такой экспертизы. Предпочтительнее «профильная» услуге общественная некоммерческая организация, в крайнем случае, гражданская инициативная группа с высоким мотивационным и ресурсным потенциалом. 2. наличие у гражданского актора экспертного потенциала, адекватного задачам экспертизы или ресурсов, достаточных для привлечения внешних экспертов и обеспечения их независимости. 3. информационная доступность государственно-властной услуги (наличие открытой, исчерпывающей информации об услуге)»1. основное отличие здесь заключается в определенной нормативной нагрузке гражданской экспертизы, наличие как необходимых условий определенного видения общественного интереса, которое отстаивает гражданский актор, а также существование у него определенного уровня экспертного потенциала. При этом подразумевается необходимость привлечения и внешних экспертов, которые, по-видимому, должны работать в партнерстве с самой проводящей гражданскую экспертизу организацией. Примеры так понимаемой гражданской экспертизы представлены в одном из подготовленных Пермской гражданской палатой сборников2.

В 2001 г. под авторством н.Ю. Беляевой вышла книга, в самом названии которой представлено определенное понимание понятия «гражданская экспертиза» – «Гражданская экспертиза как форма гражданского участия»3. В этой книге, вышедшей накануне Московского гражданского форума в 2001 г., во-первых, описывается непростой процесс подготовки этого форума, активным участ-

1 Аверкиев и.В. определение «Гражданской экспертизы». Веб-сайт Пермской гражданской палаты https://prpc.ru/expert/index.shtml (доступ 31 марта 2019 г.).

2 Гражданская экспертиза. Пермский опыт. (Социальное сиротство. Безбарьерная среда для инвалидов. Доступность социальных сервисов. Бездомные собаки городов.) Пермь, 2003.

3 Беляева н.Ю. Гражданская экспертиза как форма гражданского участия. М., 2001.

59

ником которого была сама н.Ю. Беляева, а во-вторых, приводится опыт региональных организаций – участников коалиции «Мы, граждане» (отсюда и все члены коалиции по определению становятся не просто нКо, а именно гражданскими организациями). Стоит отметить, что четкое определение «гражданской экспертизы» в этой книге так и не приводится, хотя на с. 5 прямо ставится вопрос: «Что мы понимаем под гражданской экспертизой?» В качестве ответа указываются такие три отличительных признака обсуждаемого понятия: «1. обязательное участие гражданских объединений, союзов, обобщающих конкретный интерес, конкретной социальной группы. 2. Увязывание интересов конкретной социальной группы с потребностями развития общества в целом, согласование противоречивых интересов. 3. непременная открытость, прозрачность, публичность экспертного процесса, когда участие в нем может принять любой компетентный гражданин и результаты такой экспертизы обязательно обнародуются и широко обсуждаются»1. некоторое пояснение о формах гражданской экспертизы в понимании автора книги можно найти в ее аннотации: «Материалы книги рассказывают об опыте проведения… гражданских экспертиз по избирательным кампаниям, гражданским наказам, законопроектам, а также о технологиях взаимодействия объединений граждан с государственными органами по продвижению гражданских инициатив и результатов общественной экспертной деятельности»2.

итак, имеются в виду формы общественного контроля выборов, выдвижение «гражданских наказов» в ходе избирательных процессов и контроль их выполнения, общественная экспертиза законодательства и т. д. при условии реализации трех упомянутых выше признаков гражданской экспертизы. Выполнить их одновременно явно непросто – так как требуется и участие организаций, выражающих интересы и проблемы конкретных социальных групп, и согласование противоречивых интересов этих групп. При этом участие в такой деятельности может принять «любой компетентный гражданин». осталось только понять, кто будет определять эту компетентность.

Можно предположить, что выделение именно гражданской экспертизы (по сравнению с более нейтральным термином «общественная экспертиза») связано и с созданием н.Ю. Беляевой коалиции нКо под общим названием «Мы, граждане», а также пониманием гражданского общества именно как общества ответственных граж-

1 Беляева н.Ю. Гражданская экспертиза как форма гражданского участия. С. 5–6.

2 там же. С. 2.

60