Школа для родителей воспитание детей от 0 до 4

поделиться, ее перехлестывает. Она говорит: «Мы сегодня одевались, Данька разлегся на полу, сказал: «Гулять не бу», — долго стучал ногами, кричал. Я тоже рассердилась, раскричалась и даже его шлепнула. Насильно одели, и реветь он перестал только в лифте, когда я ему дала нажать кнопку. Наверное, я ужасная мама. Я собираюсь записать его к психиатру, потому что он раз в день страшно кричит».

Издесь двух остальных мам как будто прорывает. Мама постарше говорит: «Честно говоря, я уже записалась к одному профессору, потому что, когда ребенку исполнилось полтора года, он по нескольку раз в день плачет, и это так похоже на нервные припадки. Мы на следующей неделе поедем. Но я боялась говорить — вдруг подумают, что ребенок больной, или я — мама плохая». А совсем молоденькая мама говорит: «А моя тоже заливается каждый раз после прогулки и перед прогулкой, и я даже не понимаю почему».

Икогда все три мамы понимают, что у них — оди-

наковая проблема, они на минутку замолкают. И каждой приходит в голову мысль: «Если я не рыжая, то, может быть, и не надо к врачу?» А дальше подходит четвертая мама, у которой коляска для погодков: сзади трехлетний, а спереди — малыш. Она краем уха слышит этот разговор и говорит: «Вы знаете, я читала классную американскую книжку про эмоциональные вспышки детей». И в разговоре появляется совсем другая тема: не к какому доктору сходить, а что почитать и с кем поговорить еще, ведь это бывает не только со мной.

5. Про то, как работает переключение внимания

Миша с мамой едут на занятия на машине. Машина стоит в пробке. Мише два года с небольшим, он уже

устал, он начинает гундеть, хныкать, капризничать, стучать ножками. Но Мишина мама, которая понимает, что в Москве — не беспроблемное движение, взяла

ссобой целую сумку всяких сюрпризов. Она достает какую-то игрушку, которую Миша давно не видел, например, куклу-перчатку, и начинает разговаривать

сэтой куклой. Миша отвлекается от нытья, забыл, как скучно стоять в пробке — он играет с клоуном.

6.Про негибкость внимания

Опять же обращаемся к песочнице, как к школе жизни. Сидит маленькая Наташа, сосредоточенно насыпает в ведро песок и высыпает его обратно. Время к часу, полвторого Наташе надо спать. Наташина мама понимает, что до дома еще десять минут (при хорошем раскладе), еще покушать, переодеться, значит, как раз пора выходить. Она говорит: «Натуся, пойдем». Натуся пересыпает. «Натуся, нам пора идти». Натуся продолжает. И, когда уже совсем пора идти, мама подхватывает Натусю и Натуся разражается ревом. Она не понимает, что такое «нам надо идти», она понимает, что интересное занятие как-то внезапно прервано. Она вся — в этом пересыпании песочка. Для того чтобы без истерики ее переключить, помимо предупреждения, которое так хорошо использует мама, нужно попробовать что-то, переключающее внимание, например: «Пойдем, этот песочек высыпем под кустик около подъезда, в ведерке его понесем».

7. Про полевое внимание

Очень часто родители жалуются, что дети не играют сосредоточенно. Например, сидит Митя на ковре, Мите вчера исполнился год. Ему принесли много подарков. В основном, это игрушки, они все яркие, новые и очень хорошие. Митиной маме тоже очень

нравятся его подарки, поэтому она выложила на ковер все.

Малыш взял новые кубики и строит из них башенку. Два кубика поставил, но в поле бокового зрения попадает лошадка, которую привезла двоюродная бабушка. Он бросает кубики и ползет к лошадке. Только стал разбираться, отчего же лошадка игогокает, как опять в поле зрения ему попадается новый предмет — мячик. Лошадка брошена, Митя бежит за мячом. Мяч докатился до стула. Около стула стоит новая машина, которую подарила двоюродная сестра дедушки. Мяч брошен, а Митина мама переживает, что ребенок не концентрирует внимание. Но каждая игрушка обладает своим магнитным полем, которое притягивает к себе ребенка, а внимание еще незрелое, он не в состоянии ничего с этим сделать.

Что было бы правильнее? Если это не день после дня рождения, когда всем интересно посмотреть на все подарки, то, может, стоило бы сначала выложить кубики. Когда ребенок начнет от кубиков отвлекаться, потому что он насытился игрой с ними, а не потому что он увидел другую игрушку, достать лошадку, а кубики убрать. Полевое внимание можно только перехитрить — его нельзя переделать, оно со временем само перерастет в другое.

8. Про то, что поведение ребенка, даже самое нехорошее, является языком

Чтобы понять, почему поведение является языком, я приведу пример не из детской, а из взрослой жизни.

Молодые родители находятся в некотором напряжении отношений — в ссоре. Маме Юле стало казаться, что ее муж Артем ее не любит, потому что он стал

поздно приходить с работы (а у него квартальный отчет). Мама Юля ни за что не спросит напрямую, разлюбил он ее или нет. Она будет языком поведения, а именно, вздохами, смотрением в сторону, всячески давать понять, что ей требуется повышенное внимание. Так взрослые языком поведения говорят то, что не хотят сказать словами.

Дети делают то же самое, потому что пока просто не могут сказать. Например, ребенок устал, но он не может сформулировать свое состояние, он еще не умеет, ему всего 2 года, и у него только появились первые сочетания из двух слов, еще даже фразы нет, как таковой. Он не может сказать: «Мама, я устал, потому что это третий магазин, в который мы заходим». Он начинает бегать от витрины к витрине, бурно врезаясь. Так Дима дает понять маме, что он больше уже не может себя хорошо вести, потому что очень устал. Если мама не прочтет этот язык поведения и станет Диму шлепать и говорить: «Постой еще немножко спокойно», — такое поведение усилится, будет истерика — это сигнальная лампочка того, что совсем кончились силы справляться с ситуацией адекватно.

9. Про раздраженного воспитателя, который не воспитывает, а раздражается

Мама Зоя вошла в комнату, где застала свою дочку Олесю, сидящей на ковре и режущей ножничками ценный мамин шарфик, недавно ей подаренный. Мама пришла в немыслимое раздражение, на Олесю накричала. Олеся расплакалась и накричала на свою куклу. Что поняла Олеся? Из маминого крика она не поняла ничего, потому что она так испугалась, что даже не поняла, из-за чего так рассердилась мама, а подумала, что, может быть, режет на неправильные кусочки.

Я не говорю, что нужно разрешать ребенку резать шарфик, но раздраженное Олесино состояние продолжалось до самой укладки спать, Олеся была более капризна и на все отвечала плачем, потому что очень испугалась.

Вот пример из жизни ребенка постарше, приближающегося к четырехлетнему возрасту. Мама с криком обращается к своему сыночку, которому не нравится гречка: «Ну, когда же ты доешь эту кашу?!» — и он в ответ с таким же раздражением говорит: «Ну, когда же ты перестанешь варить гречку, а станешь варить вкусные макароны?» Ребенок подключился на ту же гневную волну.

10.Про то, что до 7 лет дети фактически за себя не отвечают, в целом, отвечают взрослые. Зависит, конечно, от возраста ребенка, но ответственность за его поведение на взрослом

Здесь примером может быть то, что исповедь (перечисление своих грехов, того, о чем ты сожалеешь)

вправославной традиции начинается с 7 лет. До этого момента ребенок не исповедуется — за его несовершенства и ошибки ответственность несут родители. И очень во многих традиционных культурах и школьное обучение начинается примерно в это время, и многие религиозные практики связаны именно с таким возрастом.

11.Про то, что ребенок не в состоянии почувствовать эмоцию другого человека, поставить себя на место другого человека, даже самого близкого, и это нужно учитывать

Девочка Наташа совершенно не понимает, почему у ее мамы так часто грустное лицо и она хочет полежать (а у Наташиной мамы периодически бывают

мигрени). Наташина голова не болит никогда, и она не понимает, как это может быть. Ей бывает больно, когда ее расчесывают, но как это бывает изнутри, она не знает, это состояние ей сложно понять. Но вот Наташа падает и разбивает коленку. У нее ранка, ей мажут зеленкой, море слез, море переживаний. Наташа теперь хорошо понимает, что такое боль. И когда Наташина мама говорит: «Моя голова болит почти также, как твоя коленка», — у Наташи есть возможность понять, у нее появился опыт боли. Это про ощущения.

Про эмоциональное состояние — совсем другое дело. Например, взрослые очень часто сердятся на детей со словами: «Разве ты не понимаешь, как я устала!» Так говорит мама и Никите, которому всего 4 года, и который совсем не понимает, что такое уставать, а те ощущения, которые мы считаем усталостью, он не называет еще никак, потому что слов таких не знает. А у Никитиной мамы — очень сложный период на работе. Она под вечер приходит с работы такая усталая, что совсем не может играть. И вот более опытная подружка посоветовала ей почитать сказку «Двенадцать месяцев» в сокращенном варианте, посмотреть мультик и прерываться в тот момент, когда дочка пошла в лес за подснежниками, страшно устала и замерзла. И Никитина мама говорит: «Видишь, как ей нехорошо, как она устала? И я такая же прихожу с работы — как будто я весь день хожу по лесу и ищу в декабре подснежники». И яркий образ от прослушанной сказки и просмотренного мультика делает для Никиты более понятным это состояние.

12. Про то, что все воспитывают не словом, а делом, и что слово может работать, но не прямое, а как притча или сказка

Если мама, шлепая по попе или таская за уши свою дочку, говорит: «Никогда нельзя бить младшую сестру», — что больше повлияет: слова или дела? Это из разряда братьев-сестер.

Иногда взрослые так много поучают, говорят так много дидактических вещей, что у ребенка «вырастают» затычки в ушах — он плохо слышит. Например, ребенок увидел на столе сладкое печенье и съел его, а мама рассчитывала этим печеньем угостить доктора после осмотра этого самого ребенка. Просто слова «нехорошо, что ты съел печенье» не действуют, а если рассказать какую-то сказку, придуманную на эту тему, будет правильнее. Например, история про то, как в тайге оказались два товарища и один из них съел последний кусок хлеба, не поделившись со вторым, не предупредив, у ребенка, может быть, попадет туда, куда надо.

13. Про то, что поведение родителей формирует личность ребенка, и про копирование образцов поведения того взрослого, который рядом. Если мама с папой заняты, то может скопироваться образец няни или бабушки

Олегу взяли няню, потому что в садике мест не было, а мама с папой вышли на работу. Няня приехала из северных мест и очень много «окает», неправильно спрягает некоторые глаголы. И через некоторое время в речи Олега появляется «оканье» вместо привычного «аканья», а еще он начинает говорить: «Я полóжила», «я замаялася», «что вы ставите в суп?» Если ребенок проводит по десять часов с няней, конечно, особенности речи проявятся, и в этом нет ничего страшного, они также быстро уйдут, как и появились. А эмоциональные привычки сохраняются. Например, та же самая

няня, хлопая себя по коленке, говорит на какие-то шалости Олега: «Ой! Ну, что за дурное дите!» И Олег в песочнице или в гостях, хлопая себя по коленке

ипоокивая, говорит: «Ну, что за дурное дите!»

14.Про маму, которая получает все «сливки» плохого поведения, и про то, как ее потом упрекают бабушки

В конце рабочей недели мама Настя приходит с работы с надеждой выпить чашечку чая в тишине, а потом, может быть, немножко погреться в душе — очень напряженный выдался график. Только она открывает дверь, как навстречу выбегает ее дочка Юля двух с половиной лет, видит маму, выпячивает губу, садится на пол, начинает плакать и говорит: «Ты, мама, нехорошая!» Следом за Юлей из комнаты показывается свекровь Клавдия Ивановна со словами: «Нет, ну это же золотой был ребенок! Прекрасный был ребенок! Как только мама пришла, ребенка мне словно подменили». Хорошо, если она не прибавит: «Иди опять на свою работу». Как должна себя чувствовать мама Настя? Крайне усталой, некомпетентной и загнанной. Что хочет сказать своим поведением ее дочка? Что она очень соскучилась по маме, и она держалась-держа- лась действительно большим молодцом, но, как только пришла мама, все силы кончились. Здесь и бабушка, конечно, ничего плохого в виду не имеет: действительно, при ней ее золотая внучка ведет себя идеально. Бабушка приезжает два раза в неделю (они чередуются с другой бабушкой), и к бабушке у Юли совсем не такое доверие, и приходится себя вести хорошо. Это похоже на то, как, придя с офисной работы, папа первым делом расстегивает и сбрасывает пиджак, потом расслабляет галстук и вообще остается в трусах

и первое время ходит только в них, его нельзя никак заставить сделать иначе, потому что его тело очень устало от офисного костюма. Точно также дочка очень устала от несвойственно хорошего ей поведения и хочет походить, как она есть.

15. Про одноканальное внимание

Классическим примером использования одноканального внимания можно назвать ту ситуацию, когда родители практикуют кормление перед телевизором. Ребенок не может одновременно контролировать происходящее на экране и происходящее с его ртом, поэтому все внимание переключается туда, а в рот можно впихивать даже нелюбимое блюдо. Но это не он сам ест — это мы его кормим.

Еще пример. Маленький Вова играет в машинки. Ему 2,5 года, он хорошо умеет убирать игрушки, но он заигрался. Мама ему говорит: «Вова, убери игрушки, пора ужинать». И так несколько раз, пока мама сердито не поднимает Вову на ноги, шлепает его и начинает громко говорить, а Вова удивленно смотрит на нее — слышит первый раз. Он слишком заигрался, его внимание не может сосредоточиться и на игре и на восприятии команды. Что можно было сделать маме? Подойти, присесть на корточки, установить глазной контакт и так «выцепить» Вову из игры. «Проверка связи» — работает линия или нет. А линия одна — вторая линия даже включиться сама не может в этом возрасте.

16. Про жизнь в придуманном мире после 3 лет, про то, что ребенок может путать фантазию с реальностью

Маленький Тимофей отказывается от того, что он Тимофей. Он говорит, что он — песик Арчи. Он весь

день проводит на четвереньках, на свое имя не отзывается, его нужно называть только Арчи и еду ставить на пол. Мама по своей деликатности не решается прервать эту игру, и игра все «усугубляется и усугубляется». Это случай сильного, даже патологического заигрывания, и взрослый, не играя по своим желаниям и правилам, слишком сильно подыгрывает ребенку. Эта игра, с каждым днем усугубляясь, приводит к тому, что Тимофей ходит только на четвереньках, с детьми перестает разговаривать, а в песочнице рычит, и потом его чуть ли не к психиатру ведут. Это, скорее, опасно.

Иногда ребенок говорит: «Я — космонавт» или «я — продавщица», — и если мама готова в это немножко поиграть, то можно это обставить такими словами: «Хорошо, ты — космонавт, а космонавты умеют очень быстро одеваться. Давай: раз, два, три — на улицу собрались». Или: «Космонавты очень быстро ложатся спать, потому что им очень важен режим». Но эти сюжеты должны меняться, чтобы в один сюжет не заигрываться.

17. Про самостоятельность, про то, какая сложная задача — воспитывать самостоятельность

Воспитывать самостоятельность сложно особенно после трех лет. Ребенок двухлетний будет бесконечно тренироваться в поедании супа, проливать, плакать, если ему что-то не нравится, но все равно кушать. Например, Миша в два года очень хотел кушать суп сам и бесконечно проливал, когда пытался это сделать. Его бабушка очень любила чистоту и, в конце концов, когда мама вышла на работу, она перестала позволять это безобразие и кормила Мишу с ложки. В 3,5 года встал вопрос о том, что через полгода идти в детский сад,