Формирование Евразийского союза на постсоветском пространстве. Проблемы и перспективы правового регулирования. Международная научно-практическая конфе

участницах) уменьшить свое отставание от более развитых стран.

Во-вторых, реализуются широкие мероприятия, направленные на улучшение региональной конкурентоспособности и занятости.

Третья категория стратегий направлена на содействие сотрудничеству между регионами и странами, чтобы уменьшить экономическое значение национальных границ. В 2005 г. был сделан новый акцент на содействие инновациям вместе с приоритетами роста и создания рабочих мест, что поставило региональную политику в центр усилий, направленных на улучшение конкурентоспособности ЕС. Увеличение уровней инноваций является фундаментальным фактором, который помогает развитию европейских компаний и одновременно улучшает возможности продуктивной занятости европейцев.

Все упомянутые негативные факторы особенно интенсивно действуют на начальном этапе межгосударственной интеграции, когда экономическая выгода от нее малозаметна общественному мнению. Именно поэтому на знамени межгосударственной интеграции помимо обещаний грядущей выгоды должна присутствовать общественно значимая идея. В Западной Европе такой идеей стало стремление избежать продолжения «серии страшных националистических войн» и «воссоздать европейскую семью». Декларация Шумана, от которой идет отсчет истории европейской интеграции, начинается словами: «Дело защиты мира на всей Земле требует усилий, прямо пропорциональных той опасности, которая ему угрожает». Выбор угледобывающей и сталелитейной отраслей для начала интегрирования был обусловлен именно тем, «что в результате объединения производства невозможность войны между Францией и Германией станет совершенно очевидной и, более того, материально невозможной».

Сегодня в СНГ отсутствует идея, способная, так же как и в Европе, стимулировать межгосударственную интеграцию; ее появление в обозримом будущем маловероятно. Распространенный тезис о стремлении народов постсоветского простран-

181

ства к реинтеграции – не более чем миф. Говоря о желании реинтеграции «единой семьи народов», люди сублимируют свои ностальгические чувства о стабильной жизни и о «великой державе». Кроме того, население менее развитых стран СНГ связывает с реинтеграцией надежду на материальную помощь стран-соседей. Популярная в Европе идея солидарности еще не обрела понимания на постсоветском пространстве.

182

Н. Дюлгерова1 Д. Димитров2,

ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ ГОЛОВОЛОМКА В ПОДХОДЕ

КЕВРАЗИЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Впоследние годы понятие «энергетическая безопасность» стало чаще всего используемым термином политической лексики политиков, дипломатов и экспертов, исследующих глобальные и региональные проблемы. Не случайно ведущие международные организации, такие, как Европейский союз (ЕС), НАТО и Организация по безопасности и сотрудничеству

вЕвропе (ОБСЕ) считают энергетическую безопасность одной из своих стратегических целей. Значение термина меняет постоянно свою содержательную характеристику в зависимости от конъюнктурных и стратегических ориентиров заинтересованных стран.

Несмотря на динамику в параметрах и формате термина, можно принять в качестве его достаточно полное определение, данное болгарским министром Трайчо Трайковым в его выступлении на Международном энергетическом форуме в Астане (Казахстан) 5 октября 2011 г. Энергетическая безопасность означает баланс интересов − надежные поставки для потребителей, обеспеченный спрос для экспортирующих государств, защищенный и сбалансированный интерес транзитирующих стран. Насколько, однако, этот баланс интересов достижим в наше время − время «плюрализма суверенитетов»?

Неизбежен факт, что мир все более развивается по новым правилам. Эти правила будут определять международную стратификацию уже не столько традиционными параметрами ухо-

1Доктор экономических наук, кандидат исторических наук, профессор, Республика Болгария.

© Дюлгерова Н., 2012.

2Аспиранткафедрымеждународногоправаимеждународныхотношений Юго-Западного университета им. Неофита Рилского, Республика Болгария.

© Димитров Д., 2012.

183

дящих веков, сколько с помощью визии и действий старых (из биполярного мира) новых (евразийских тигров) игроков в энергетической сфере, с ее расширяющимися возможностями для динамической дислокации.

Последние несколько лет формируются основные аспекты, которые объединяют/разъединяют государства и очерчивают географические параметры перемен. Это диверсификационные энергетические проекты, связанные в строго очерченном геоэнергическом треугольнике – производство, транзитирование

ипотребление. Каждый из них определяет место и роль соответствующей страны в субрегиональной и региональной стратификации и в зависимости от этого производит/транзитирует, транзитирует или только потребляет нефть и газ.

Впервое десятилетие ХХI века у этого энергетического треугольника ясно выраженный евразийский вектор в сторону Европы с предсказуемыми геоэнергетическими очертаниями и схемами. Нарастающая обвязанность центральноазиатских источников стратегического сырья с кавказскими и балканскими транспортными проекциями объясняют перемену в содержательной характеристике термина «Евразия». Статичный элемент в этом термине, очерчивающий структуру энергетического настоящего и будущего Европы, – это Россия. Динамичный вектор, который непрерывно меняет свои элементы, очерчивает контуры евразийской энергетической оси. У нее свои регионы с соответствующим энергетическим (политическим) центром − Казахстан в Центральной Азии, Азербайджан на Кавказе, а также Балканы с изменчивой альтернативой между Болгарией

иТурцией.

Впериоде 2005−2009 годов Россия была без серьезной конкуренции в энергетической подаче на европейском континенте на базе долгосрочных газовых договоров почти со всеми государствами–членами ЕС на принципе “take or payˮ. «Энергетический рай» Москвы гарантирован высокими ценами на нефть на мировом рынке и действующей, без серьезной конкуренции, российской транспортной энергетической системой, поставляющей в Европу российское, среднеазиатское и

184

азербайджанское стратегическое сырье (нефть и газ). Газпром предоставляет около 1/3 импорта газа Западной Европы. Крупнейшими импортерами российского газа являются Германия, Италия, Турция и Франция. Газпрому принадлежит эффективно действующая доля газопроводов в Германии. Кроме того, Gaz de France возобновляет свой договор с Газпромом до 2015

года, то же самое сделал и E.ON Ruhgaz, Wintershall и Gasum,

соответственно, до 2020, 2030 и 2025 годов.

Эта выгодная энергетическая конфигурация имеет то преимущество, которое наряду с отсутствием эффективных международных процедур и консолидированной позиции, обеспечивает России беспрецедентный отказ со стороны международных организаций и ведущих государств от ответных санкций против военных действий Москвы в кавказском конфликте в августе 2008 года. В последние месяцы правления американского президента Джорджа Буша-младшего и в начальный период правления его наследника Барака Обамы Кремль успевает максимальным образом воспользоваться выгодной ситуацией. Конкретные доказательства этого − заключенные соглашения по ключевым и в геостратегическом плане важным для России газовымпроектам«Северныйпоток» и«Южныйпоток», сними Москва утверждает свое политическое и экономическое влияние в таких государствах ЕС, как Болгария, Германия, Венгрия, Австрия, Италия, Франция. В этот период Кремль остается вне конкуренции и в энергетической постсоветской Евразии, где модель «покупаю по одним ценам, продаю по другим» продолжает быть актуальной. На этот процесс не оказывало существенного влияния то обстоятельство, что Владимир Путин уже занимал пост премьера, а президентом являлся Дмитрий Медведев. Этот тандем оказался выигрышным для Российской Федерации, так как он действовал синхронно и успевал охватить широкий периметр проблем политического, экономического и военно-стратегического значения внутри и вне государства.

Впериодроссийского«энергетическогорая» всеболеерастет роль российского гиганта–Газпрома, крупнейшей российской энергетической компании с 50% участием государства.

185

Доля Газпрома в мировом производстве газа − 14,5 %, а внутри страны − 84%. Эта компания продолжает быть визитной карточкой России, благодаря которой осуществляется ряд внешнеполитических целей, но прежде всего утверждается российское геополитическое позиционирование в ключевых для Москвы региональных и субрегиональных зонах, таких, как Европа, Евразия, в особенности в Черноморско-Каспийском ареале.

Доказательством этого являются сложные и многопластовые отношения, связывающие Газпром с другими энергетическими монополистами в ключевых европейских странах, таки-

ми, как Gaz de France (Франция), ENI (Италия), E.ON Ruhgas (Германия). Более того, взаимная обязанность − это гарантия взаимной поддержки. Кроме того, заключенное акционерное соглашение 16 сентября 2011 года в Сочи между Газпромом

(Россия), Gaz de France (Франция), ENI (Италия) и Wintershall (Германия) в очередной раз подтверждает усиливающиеся расхождения между директивами Брюсселя о едином внутреннем энергетическом рынке и консолидированной позиции энергетических корпораций. Вряд ли отказ Европейской комиссии включитьгазопровод«Южныйпоток» вт.н. «Южныйкоридор» будет существенной помехой осуществить этот диверсификационный проект. Это похоже скорее на блеф, чем на реальные возможности построения приоритетного для ЕС газопровода «Набукко». Объяснение этого можно искать в финансовых проблемах Еврозоны, которые продолжают углубляться независимо от принятого 26 октября 2011 года европейскими лидерами решения о регулировании греческого долга. Нельзя забывать и решение Турции отказаться от этого проекта. К этому можно добавить усиливающуюся энергетическую зависимость европейских стран от пока безальтернативной российской газо- и нефтепереносной системы, особенно во время «арабской весны», она продолжает разрастаться и вносит политическую нестабильность в арабские общества. В этот период круто уменьшаются и продолжают быть ненадежными поставки нефти и газа прежде всего из Северной Африки. В предвыборном периоде, в котором находятся все страны ЕС, а также и Черномор-

186

ско-Каспийского региона, нерешение энергетических проблем

вкраткосрочном и долгосрочном планах − это серьезный вызов для любой партии и для любого политического лидера, устремленных к власти.

Вконтексте динамических процессов в Европейском союзе и на широком Ближнем Востоке нужно рассматривать и газовые отношения между Моской и Киевом. Спор о ценах на газ и некорректное транзитирование газа через Украину, вызвавшие газовые кризисы в первые дни 2006 и 2009 годов, в очередной раз раскрывают процессы, предопределяют оформившуюся и

вцелом усиливающуюся политическую координированность между Парижем, Берлином, Римом и Москвой. Киев в конце декабря 2008 года, подобно Тбилиси в августе 2008 года, но в другом формате, разыгрывает чужой сценарий, в ущерб украинскому обществу, и в целом не достигает преследуемых целей. Как на Украине, так и в Грузии, последствия конфликта с Россией (военного или экономического) не меняют ситуации

впостсоветском пространстве. Энергетическое преимущество Москвы в очередной раз сохраняет статуc-кво. После президентских выборов в Украине в феврале 2010 года этот статуcкво усиливает энергетическую дихотомию между Москвой и Киевом, в которой Кремль все более утверждает свои политические и экономические позиции. Кроме того, и Таможенный союз между Беларусью, Россией и Казахстаном, который начал функционировать с января 2012 года, а также несогласие ведущих государств поддержать грузинскую акцию об отказе присоединения России в ВТО, являются дополнительным преимуществом, утверждающим европейско-российскую экономическую и энергетическую взаимозависимость.

2009 и 2010 годы проходят под знаком активных динамических перемен в политическом пространстве, с растущим акцентом на энергетические диверсификации российской и американской направленности. Усиливается тенденция к тому, чтобы энергетика, прежде всего ее газовые и ядерные элементы, была основным коррективом в отношениях между государствами и международными организациями. Кроме того, она увеличивает

187

свое воздействие на стратификацию в международных системах, таких, как ООН, НАТО, ОБСЕ и ЕС, где до сих пор доминировали США. Энергетика, географический дискурс которой влияет на все более новые конъюнктурные и стратегические конфигурации в глобальном и региональном планах, выводит на передний план и другие акценты. Один из них очерчивает всеболеетеснуюсвязанностьэнергетическогосырьясинтегритетом и безопасностью стран-производителей, транспортирующихипотребляющихнефтьигаз. Второй– всеболееутверждаетпревратившиесячутьлиневаксиомувгодыхолоднойвойны международно-правовые принципы и механизмы действия.

В последние два года первого десятилетия ХХI века заметно и впечатляющее расширение спектра многообразных форм взаимодействиямеждуКремлемиостальныммиром. Доказательством этого являются многочисленные встречи в экономическом, политическом и дипломатическом форматах, где Россия все чаще в динамичной конфигурации с сильными государствами ЕС или БРИКС отстаивает свои интересы в утверждающейся дихотомии энергетика − безопасность. Кроме того, Москва должна справляться с проблемами экономического кризиса, с растущей волной террористических акций на территории Федерации и с нарастающим сопротивлением части европейских стран-транзитеров и потребителей газа против политики Газпрома.

Существенное значение для очерчивающейся новой международной стратификации имеет перемена, которая с начала 2009 года утверждается в политике Вашингтона.

Первый год правления американского президента Барака Обамы − это серьезное испытание для его команды. Американская Администрация выносит негативы финансового и экономического кризиса во внунтриполитический план, а также пытается осуществить переход к конструктивному диалогу с миром и, в частности, с Россией. Неслучайно в термин «перезагрузка» чаще всего используется при оценке отношений Вашингтон − Москва. Американскую политику можно определить как более гибкую и близкую к конформизму. Акцент аме-

188

риканской Администрации поставлен на диалоге и на поисках конструктивных решений для выхода из многочисленных капканов, поставленных предшественником Обамы Джорджем Бу- шем-младшим. Агрессивностьиконфронтация−этоуженевизитная карточка Вашингтона. Эти позитивные процессы в международном плане, однако, не успевают преодолевать растущие негативные тенденции во внутриполитическом плане в США. Нельзя пренебрегать углубляющейся рецессией и серьезными экономическими катаклизмами, подвергающими испытанию социальный и этноконфессиональный мир в Америке. В последниемесяцы2010 годаипосейденьсущественноезначение имеют и опубликованные в Интернете в “Wikileaksˮ многочисленные документы американской дипломатии. Предоставленная информация ставит США в позицию оправдывающейся стороны, а не государства, утверждающего свое мировое влияние. В глобальном пространстве США, Россия, ЕС вынуждены искать свое утверждение в знакомом русле международных организаций и в непрерывно нарастающей роли разнообразных форм энергетики как эффективный инструмент в растущем противоборстве в евро-евразийском регионе.

В2010 году все чаще Россия была вынуждена прилагать массу усилий, времени и ресурсов для того, чтобы отстаивать свою роль энергетической аксиомы в евразийском пространстве. Евразийский сегмент на региональной энергетической карте проходит через многочисленные модификации в последние годы. В кавказском евразийском секторе Азербайджан усиливает свои позиции в газовой сфере путем умелого лавирования президента Ильхама Алиева между Россией и США. Газпром выкупаетазербайджанскийгаз, ноБакуобещаетзаполнитьтрубу «Набукко», чья европейско-американская направленность − публичная тайна. В большинстве месяцев 2011 года позиция Баку более чем неопределенна, однако она подчинена идее балансираиповышениясвоихполитическихакций, чемрешению европейско-американского проекта любой ценой.

Всреднеазиатском плане Туркменистан также дает заявку за независимую энергетическую политику, но она все еще оста-

189

ется в рамках политических деклараций. Следующие годы дадут ответ на жизненно важный для Ашхабада вопрос о продаже 50 млрдм3 газа, остающегосяврезультатеменьшегоколичества газа, закупленного Россией. Альтернативы для Туркмени-стана в двух направлениях − на запад к Европе и на юго-восток. Его попытка решить на двухсторонней основе с Азербайджаном заполнение газопровода «Набукко» туркменским газом пока остаются неудачными. Все еще правовой казус Каспийского моря продолжаетбытькамнемпреткновениявосуществлениипроекта «Набукко». Шансов, чтобы эта труба заполнилась иранским газом, все меньше. Эти все еще непреодолимые препятствия не являются помехой для активной технической и проектной деятельности фирм, занимавшихся строительством газопровода «Набукко». И если западное направление предоставляет много шансов Туркменистану решить вопрос свободными количествами газа, то на юго-востоке здесь они налицо, несмотря на то, чтовсеещенаходятсявсфередипломатическихиполитическихдоговоренностей. Впервыеднидекабря2010 годавАшхабаде президенты Туркменистана, Афганистана и Пакистана, а также индийский министр нефти и природного газа подписали соглашение, которым дают начало осуществлению проекта газопровода ТАПИ (Туркменистан − Афганистан − Пакистан − Индия). Много вопросительных знаков вокруг строительства этого газопровода. Это вопросы о строительных компаниях, компаниях операторов проекта, о гарантиях стран-потребите- лей и транзитирующих государств. Кроме того, безопасность трубопровода под большим сомнением из-за проблем с талибами и отсутствием инвеститоров. В очередной раз геоэнергетическое пространство заполняется политическими соглашениями, являющимися частью динамической конфигурации энергетической Евразии.

Нельзя недооценивать также политику Турции в широком Евразийском регионе, где амбиции Анкары направлены приоритетно на включение иранского газа в существующие или диверсификационные коридоры, проходящие через Турцию, независимо от похолодавших двухсторонних отношений. Проблема

190