Филаретовский альманах. Вып.13

текст апостольского Послания к Тимофею Позна Господь сущия Своя (2 Тим 2. 19), святитель подчеркивает, что предваряющая благодать проникает в самую глубину сердца, как тайное его основание, «чтобы глубже оного не оставалось ничего человеческаго, которое могло бы ослабить твердость основания Божественнаго»58. Эта тайна благодатного присутствия Божия остается тайной не только для окружающих, но и для самого избранника59, чтобы он по человеческой слабости не возмнил себе быти нечто, ничтоже сый (Гал. 6:3), «и гордостию не испроверг в себе основания благодатнаго, которое лежит твердо и безопасно только во глубине смирения»60. Именно из таких избранников и составляется собственно подлинная Церковь, чье историческое тело, будучи обозримо и доступно всем, «такою сокровенностию запечатлено в частях своих и своем внутреннем составе, что един Господь верно знает сущия Своя»61, ибо вся слава дщери Царевы внутрь. Так замыкается круг.

6

Итак, всматриваясь в предание и историю Церкви, мы видим ряд линий, сходящихся в точке, которая обозначает богословское наследие великого русского святого.

Спонтанно сложившееся в силу ряда исторических причин, связанных с возникновением Slavia orthodoxa, библейское богословие Древней Руси было молчаливо запечатлено композицией высокого иконостаса в XIV в. и, казалось, навсегда погрузилось в исихию.

58«Скрывается благодатное основание Божие в человеках: потому что полагается в самой глубине души, так чтобы глубже онаго не оставалось ничего человеческаго, которое могло бы ослабить твердость основания Божественнаго. Это, по выражению апостола, потаенный сердца человек (1 Петр 3. 4): нельзя встретить его на распутиях или увидеть в зеркале» (Филарет, митрополит Московский, свт. Слова и речи. Т. 3. С. 12).

59«Хотя то верно, что начаток создания Божия (Апок 3.14) или всеобщее основание онаго есть Сын Божий Иисус Христос: впрочем из слов апостола приметить можно, что здесь он говорит об основании Божием не в отношении ко всем созданиям Божиим, но в отношении к некоторым только избранным, которых Господь отличительно познает и нарицает Своими. Позна Господь сущия Своя» (Там же. С. 9).

60Там же. С. 12.

61Там же. С. 13.

71

Однако в XIX в. в храмовой экклесиологии святителя Филарета, в его учении о Новом Израиле оно снова обретает свой голос. Разрыв во времени, до неузнаваемости изменившийся исторический и ментальный контекст Синодальной эпохи на первый взгляд понуждают признать такое совпадение случайным, и все же, скорее, этот факт следует расценить как возникшее на новом витке развития вербальное осмысление древних интуиций традиции. Оно обусловливается прежде всего включением в орбиту русской богословской мысли неизвестного напрямую Древней Руси античного эллинизма, в результате чего складывается библейский платонизм святителя Филарета, ставший основанием всей его богословской работы.

Если русская традиция обязана была византийской тем, что «истина Христова и Евангельский дух жизни вниде в слово и писмя словенское»62, то не будет преувеличением сказать, что в наследии святителя она принесла своей матери ответный дар. Филаретов библейский платонизм существенно дополнил христианский эллинизм Византии, затронув не рассматриваемые в византийской традиции вопросы. Причем это дополнение не было чисто внешним, механическим, а либо подводило базу под уже разработанные элементы Предания (прп. Максим, св. Николай Кавасила), либо становилось недостающим для создания целостной картины звеном (свт. Григорий Палама — учение о кругообращении славы Божией), либо заново связывало воедино уже ощутимо расходившиеся к исходу первого тысячелетия традиции Востока и Запада (византийские мистагогии и «два града» блж. Августина).

Эпоха Вселенских соборов, казалось бы, окончательно решившая все триадологические проблемы, тем не менее таила в себе вопрос, ставший камнем преткновения для второго тысячелетия христианской истории — вопрос об исхождении Святого Духа в его связи с вопросом о Божественной Любви. Берущий свое отдаленное начало в мысли все того же блаженного Августина, он приобрел со временем неслыханную остроту, как вопрос о Filioque, вызывающем столь же однозначную защиту одних, сколь и отвержение других. Но мало кто и на Западе, и на Востоке пытался вернуться к

62 Филарет, митрополит Московский, свт. Избранные молитвословия. Б/м, б/г. С. 17–18 [Гимнографическое приложение к: Филарет, митрополит Московский, свт. Избранные труды. Письма. Воспоминания. М., 2003]. С. 16.

72

его началу и в нем найти основание для возможности иного взгляда, сохраняющего и августинову формулу любви и тайну обнаружения последней во внутритроических отношениях. В своей триадологической формуле это сделал святитель Филарет.

Нельзя сказать, что русская традиция осталась в стороне от оформившегося на самой заре ее существования Великого раскола. Непримиримость позиции и киприанов (хотя имя древнего святителя вряд ли было известно русским книжникам), ригоризм

вотношении к Западу были усвоены ею как данность. Собственное осмысление отношений к западному христианству происходит только в Синодальную эпоху, когда русское общество становится открытым европейской культуре. Таким осмыслением, в частности, стала предложенная святителем Филаретом концепция Вселенской Церкви-Тела Христова, имеющего здравые («чисто истинная церковь») и немощные («не чисто истинная церковь») члены и очерченного границами действительности таинств, — концепция, продолжающая намеченное блаженным Августином и отразившееся в канонах Вселенских соборов учение.

Вопрос о исхождении Духа и внутритроической любви в XVII в.

визвестном смысле спустился с Божественного на антропологический уровень и преломился в европейском богословии как вопрос о действительной благодати и чистой любви. Этот вопрос, в связи с общим развитием секуляризационных процессов спустя сто лет коснувшийся и русской жизни, был разрешен святителем Филаретом вне крайностей минувших споров как вопрос о предведении, ложащемся тайным благодатным основанием в сердце человека и обнаруживающем себя в радости об очищающих любовь страданиях.

Сказанное позволяет вернуться к началу и утверждать: в трудах и мысли святителя Филарета русская традиция незримо преодолевает границы не только отечества, но и конфессиональных противоречий и исторических эпох. Мысль Востока находит в ней свое восполнение. Мысль Запада — свое примирение с Востоком. Собственно, святителем Филаретом в богословии была проделана работа, которая по-своему совершалась тогда же и в русской литературе, и в русской музыке, и в русской культуре вообще; и его мысль вместила в себя как «идею братской любви», так и трезвость

73

взгляда, «прощающего враждебное, различающего и извиняющего несходное, снимающего противоречия»63. В его лице русская Церковь обрела святителя вселенской значимости. В его синтезе контекст греко-латинской полярности послужил православному раскрытию истины. В его трудах путь русского богословия однозначно определился как «путь отцов».

Ключевые слова: святитель Филарет, святитель Григорий Палама, блаженный Августин, Божественные энергии, экклесиология, антропология, русское богословие.

ST. PHILARET AND THE TRADITION

OF THE CHURCH

Archpriest Pavel Khondzinsky

This aim of the article is to summarize the contribution of St Philaret to the Russian theology as well as to the Church tradition. Based on the works that have been already carried out author states that there is a number of possibilities to trace this contribution. Firstly, St Philaret overcomes the rationalism of the Russian theological school of the 18th century and his synthesis lies in the bottom of the integral ecclesiastical concept, where organically coincide mystical and historical dimension of the Church life. In so far as, this synthesis relates to the platonic doctrine, it overcomes the ancient gap between Russian theological tradition and antiquity. As well as this synthesis fulfils Byzantine doctrine of name and continues the St Gregory Palama’s teaching of Divine energies and Tabor light. Finally, it is possible to talk about the reception of the Augustine’s ecclesiology and anthropology, and consequently to state that through St Philaret’s works the Russian tradition holds the unique place between Eastern and Western theology.

Keywords: St Philaret, St Gregory Palama, St Augustine, ecclesiology, anthropology, Russian theology.

63Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений: В 30 т. Л., 1973–1990.

Т.26. С. 131.

Г. В. Бежанидзе

КОНЦЕПЦИЯ СОЮЗА ЦЕРКВИ И ГОСУДАРСТВА СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА

МОСКОВСКОГО И ЕЕ ОТРАЖЕНИЕ В ЕГО ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ЦАРСТВОВАНИЕ

ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА I

В статье на основе различных трудов святителя Филарета рассматриваются его взгляды на церковно-государственные отношения, возможности образования гармоничных отношений между христианским государством и Церковью. Воплощением подхода святителя Филарета к гармонизации церковно-государственных отношений стала его деятельность в царствование императора Александра I, в ходе которой выявилось несовпадение идеальной модели и реального хода дел.

Святитель Филарет в катехизисе определяет Церковь как установленное от Бога общество людей, объединенных православной верой, законом Божиим, священноначалием и таинствами.

Данное определение не исключает христиан скончавшихся в истинной вере и святости и может относиться не только к воинствующей, но и к торжествующей Церкви.

Более полное описание Церкви автор катехизиса дает в своем толковании на книгу Бытия. «Соображая дела Господа в шестидневном творении мира с Его делами в устроении и совершении всемирной Церкви, — писал святитель Филарет, — можем представить последние в шести последовательных образоизменениях.

I. Вначале Церковь была небо и земля вкупе, или небо на земле. Падение человека соделало ее землею необразованною и пустою. Тьма покрыла ее так, как бы она совсем соединилась с бездною отпадших духов. Но Дух Божий носился над водами, то есть над племенами человеческими, которые в слове Божием изображаются водами (Ис VIII. 6, 7. Апок XVII. 15), погибавшими во Адаме, и благодать осенила его. Бог послал ему свет откровения о Искупителе и разлучил царство света от царства тьмы, верующего чело-

75

века от нераскаянного дьявола, семя жены от семени змия, племя Сифа от племени Каина, дом Ноя от растленного вконец первого мира.

II.Дабы явить свет откровения в большей ясности, Бог восхотел устроить твердь, то есть такое общество, в котором бы непоколебимо утверждены были обетования Его и которое бы всем прочим народам поведало славу Его и возвещало благодатное творение рук Его (Пс XVIII. 1–5. Рим X. 18). Для сего смятенные воды земных племен при столпотворении Вавилонском разделены; и народы отверженные, яко воды под твердию, покрыли землю, мудрствуя только дольняя; Авраам и Патриархи, яко воды над твердию, вознеслись до высочайших обетований и ближайшего с Богом соединения, а происшедший от них избранный народ очищен и утвержден законом.

III.Потом Церковь, погруженная прежде в водах народов, явилась на твердой, собственной земле обетования и украсилась земными благословениями от Бога. Ее земля отверзлась, дабы родились плоды спасения и правда произросла (Ис XIV. 8). Посреди нее, подобно древу жизни, насажден был корень Иессеев (Ис XI. 1), коего жезл должен был утвердить, новая отрасль — обновить, плод — напитать бессмертием вселенную.

IV. С воплощением Сына Божия явилось Духовное Солнце мира

иновая Церковь, подобно луне, осиянная светом Его. Апостолы и учители христианства со всею Церковью, подобно луне и звездам, предпослали свет в самую ночь язычества.

V.С продолжением животворного действия Духовного Солнца, воды отверженных прежде народов изводят из себя души, живущие духовною жизнью, и выспренние умы над видимым и временным возлетают к чистому созерцанию невидимого и вечного.

VI. Наконец, и процветавшая некогда, но потом на время оставленная воссозидающею рукою земля Израилева покажет в себе миру жизнь из мертвых (Рим XI. 15). Когда же таинственное тело последнего Адама (1 Кор XV. 45), которое ныне, Им самим будучи слагаемо и составляемо, чрез взаимное сцепление членов, соответственным действием каждого из них, возрастает в своем составе (Εф IV. 15, 16), созиждется совершенно и окончательно, тогда, воздвигнутое своею Главою, проникнутое Духом Святым, торжествен-

76

Г. В. БЕЖАНИДЗЕ КОНЦЕПЦИЯ СОЮЗА ЦЕРКВИ И ГОСУДАРСТВА СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА...

но явит оно во всех своих членах единый образ Божий, и наступит великая Суббота Бога и человеков»1.

В этом изображении Церкви представлены все ее признаки как небесной и земной, общества верующих и таинственного тела Христова, созидаемой в Священной истории как Благодатное Царство и эсхатологически свершаемой в Царство Славы.

Одним из важнейших признаков истинной Церкви, помимо апостольского преемства рукоположения и таинств, есть православная вера. «Никакую Церковь, верующую, яко Иисус есть Христос, не дерзну я назвать ложной, — писал святитель. — Христианская Церковь может быть только либо “чисто истинная”, исповедующая истинное и спасительное Божественное учение без примешения ложных и вредных мнений человеческих, либо “не чисто истинная”, примешивающая к истинному и спасительному веры Христовой учению ложные и вредные мнения человеческие»2. Московский святитель допускает возможность спасения даже в инославии при условии истинной веры отдельных христиан: «поскольку я не знаю, — продолжал он, — многие ли из христиан Западных и глубоко ли проникнуты сими особенными мнениями, обнаружившимися в Церкви Западной, и кто из них как твердо держится верой “краеугольного камня” Вселенской Церкви, Христа, то изъявленное мною справедливое уважение к учению Восточной Церкви никак не простирается до суда и осуждения Западных христиан»3.

Со временем данное мнение Московского митрополита не изменилось. В поденных записках за 1866 год архиепископ Леонид (Краснопевков) приводит свой разговор с митрополитом Филаретом, о премьер-министре Великобритании Роберте Пиле: «Я решился спросить о будущей участи Пиля, который был еретик. “Что он был еретик, за это ответят Богу Кентерберийский архиепископ и епископ Лондонский. Он же не виноват, что по их катехизису учился”. — “Но еретики не имеют Таинств, кроме крещения, может быть?” — “У них есть вера. Когда сердце пламенеет верою и любо-

1 Записки на книгу Бытия. М., 1867. Ч. 1. С. 30–31.

2 Филарет Московский, свт. Разговоры между испытующим и уверенным о православии восточной греко-российской церкви. М., 2003. С. 14.

3 Там же. С. 21.

77

вью, догматика остается в стороне. Впрочем, это тайна Промысла Божьего”»4.

Вера в грядущего Искупителя соединяла ветхозаветных праведников с новозаветной Церковью, вера в Господа Иисуса Христа служит основанием единства Церкви и государства.

Государство, по определению святителя Филарета, создано Богом как «некоторый участок во всеобщем владычестве Вседержителя, отделенный по наружности, но невидимою властью сопряженный с единством всецелого». Оно произошло из семьи и, следовательно, представляет собою «великое семейство» сродников, которое настолько умножилось, что уже не может быть управляемо естественным отцом и признает за такового «избранного Богом и законом Государя». Наконец, государство есть «союз свободных нравственных существ, соединившихся между собой пожертвованием частью своей свободы для охранения и утверждения общими силами закона нравственности, который составляет необходимость их бытия»5.

Последнее определение формально близко к идее общественного договора, но содержательно принципиально от нее отличается, ибо упомянутая идея предполагает происхождение государства без участия Творца. Однако в таком случае, как указывает святитель Филарет, нравственные законы, для утверждения которых и необходимо государство, будут исходить не от Бога, а от греховного человечества. Так, сборище разбойников, для того чтобы успешно реализовывать свои преступные замыслы, также будет иметь главарей, но оно будет не союзом свободных нравственных существ,

адоговорившимися между собою беззаконниками. Кроме того, государство произошло от семьи, в которой нет места договорным отношениям: мать имеет власть над младенцем не вследствие того, что «они договорились между собою, чтоб она кормила его грудью,

аон как можно меньше кричал, когда его пеленают»6.

4 Записки на книгу Бытия. С. 212.

5 Собрание мнений и отзывов Филарета, митрополита Московского и Коломенского, по учебным и церковно-государственным вопросам: В 5 т. СПб., 1885–1888. (далее Собрание мнений). Т. Доп. С. 7–8.

6Сочинения Филарета, митрополита Московского и Коломенского: Слова

иречи: В 5 т. М., 1873–1885 (далее Сочинения). Т. 3. С. 449.

78

Г. В. БЕЖАНИДЗЕ КОНЦЕПЦИЯ СОЮЗА ЦЕРКВИ И ГОСУДАРСТВА СВЯТИТЕЛЯ ФИЛАРЕТА...

Государство призвано «поставить в порядок и охранять в порядке частную жизнь человека и общественную жизнь государства»7. Святитель Филарет различает «благо частное» и, соответственно, обязанности людей по отношению друг к другу и «благо общественное» и обязанности людей по отношению к обществу. Так, например, «суд есть ограда собственности и личной безопасности, а судия есть страж сея ограды»8. Без праведного суда собственность будет расхищаема по праву силы и слабейшие не смогут жить в безопасности.

Вместе с тем «суд есть также орудие общественного благоустройства и благосостояния»9. Общество есть «единое многочленовое тело», образуемое «силою разума и свободы». Подобно физическим телам, оно в целом нуждается в попечении.

Государство охраняет нравственность общества силою внешнего закона, основанного на Божественных заповедях, а также пресекает и наказывает зло доступными ему средствами принуждения. Вследствие сего даже смертная казнь осужденного праведным судом преступника есть проявление не только правосудия, но и любви.

В отличие от «небесных обществ», состоящих из святых и совершенных членов, земные общества всегда имеют в своей среде безнравственных людей, но государство, несмотря на это, остается «чистым и благополучным», если «люди недобрые, по справедливости униженные в общественном мнении, не достигают власти, почета и влияния на других». Так и вода, «хотя есть в ней ил, является чистою, когда он лежит на дне»10. Чистота «людских вод» может быть достигнута только при следовании Божественным установлениям в отношении формы и принципов государственного управления.

Итак, исполнение нравственных норм, правды Божией является важной целью всякого государства. «Благоденствие общества не может существовать без строгаго исполнения должностей, возлагаемых им на своих членов, и без ревностнаго их содействия благу целаго»11. Ради этого его члены жертвуют частью своей свободы и

7 Собрание мнений. Т. 5 (или Большой Филарет. С. 605). 8 Сочинения. Т. 1. С. 251.

9 Там же. Т. 1. С. 252.

10Там же. Т. 5. С. 191.

11Там же. Т. 1. С. 119.

79

материального достояния: «от воина обществу безопасность и охранение, от общества воину честь и довольство»12. Правда должна соблюдаться каждым членом государства в том месте, где осуществляется его служение. Следование правде доставит мир и благоденствие, нарушение же законов нравственности разрушит общественный порядок.

Конечно, государство не вечно, и временное благоденствие не наследит вечной жизни: «для земных царств и народов нет другаго царственнаго и народнаго бытия, кроме земнаго»13. Однако следование правде Божией в жизни государственной, соединенное с верой в Спасителя мира, доставит члену государства венец правды в Небесном Царствии: «умри за веру и отечество — ты примешь жизнь и венец на небе»14.

Вера, в свою очередь, является верным средством для сознательного исполнения каждым членом государства своих обязанностей, без которого невозможно благоденствие всего общества. Слишком велики трудности и опасности, которые встречаются на пути служения, и, следовательно, необходима сильнейшая мотивация для его должного прохождения. «Сии побуждения находятся только в добродетели, верою в Бога подкрепленной». Только верующий владыка будет щадить жизнь своих подданных, опасаясь даже «капли невинно пролитой крови», только верующий судия будет испытывать истину, помышляя о том, что ему предстоит предстать пред «судилищем вечныя правды». Только верующий воин может надеяться «подвигом во юдоли смерти восхитить бессмертие»15.

Таким образом, служение государству и Богу, основанное на заповеди Бога бойтесь, царя чтите (1 Петр.), есть «два ока на одном лице истины и правды». Разъединение их приводит к искажению истины: «боимся Бога, говорят некоторые суеверы и отрекаются молиться за царя, давать ему дань или вступать в его службу». Они учат противное тому, чему учил Господь и Его апостолы, и, следовательно, являются врагами Божиими. Иные же «политические раскольники» желают «иметь царя, не освященного Царем царствующих».

12Сочинения. Т. 2. С. 340.

13Там же. Т. 3. С. 42.

14Собрание мнений. Т. Доп. С. 11.

15Сочинения. Т. 1. С. 119.

80