Филаретовский альманах. Вып.13

А. П. Дмитриев

1. Это был сентябрь 1992 года. После окончания ЛГУ и отработки необходимых трех лет учителем провинциальной средней школы я поступил в аспирантуру ИРЛИ РАН, где согласившийся стать моим научным руководителем Владимир Алексеевич Котельников, автор вызвавшей тогда огромный интерес серии статей «Оптина пустынь и русская литература» (1989), предложил мне взять тему «Духовные писатели как литературные критики (1850–1900)». Первым его вопросом, когда мы встретились для краткого разговора, был следующий: читал ли я Библию; затем: слышал ли о святоотеческих творениях и духовной журналистике.

Незадолго перед тем крестившийся и имевший лишь самые поверхностные представления о христианстве как образе жизни, об особенностях православного быта, я почему-то загорелся темой. В ходе той же первой беседы я получил длинный список церковной периодики XIX в. (позиций семьдесят) с пожеланием обязательно просмотреть каждый номер de visu и наказ проштудировать подряд семинарские учебники, какие достану, и такие труды, как «Пути русского богословия» о. Г. Флоровского, сочинения отцов П. Флоренского, С. Булгакова и др. Тогда же я впервые услышал имена архимандрита Феодора (Бухарева) — как, скорее всего, главного персонажа моей будущей диссертации — и святителя Филарета, его поначалу покровителя, а затем разочаровавшегося в нем гонителя.

С изучения биографии о. Феодора и началось мое освоение темы. И понятно, что имя Филарета первоначально ассоциировалось в сознании с представлением о жесткой церковной власти, преследующей молодого богослова-идеалиста. Вместе с тем в душе парадоксальным образом поведение святителя, как и вся его деятельность вообще, всецело оправдывалось, и первые мои научные публикации — статьи «Духовные пастыри XIX века об А. С. Пушкине» и «Митрополит Московский Филарет и культура пушкинского времени» (обе 1994 г.) — были посвящены святителю и писали его портрет исключительно апологетическими красками.

Между прочим, текст последней из упомянутых статей был прочитан 5 апреля 1994 г. в качестве доклада на конференции в Санкт-

161

Петербургской духовной академии и вызвал скептическую реплику одного из известных профессоров-священников, заметившего, что Филарета не стоит уж так явно идеализировать, это непродуктивно, в структуре его личности были и темные стороны. Признаюсь, справедливость этого укора была для меня самоочевидна, хотя внутренне я и оправдывал эпидиктический пафос своего выступления тем, что, судя по слухам, вскоре вполне оправдавшимся, тогда готовилась канонизация московского святителя, вот и хотелось внести лепту в это дело.

2. Поначалу святитель Филарет вошел в мою жизнь все же не столько как конкретная личность с определенной биографией, сколько как выразитель той православной духовности, которая представлена в церковной истории именами святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, а ближе к нашему времени — Тихона Задонского, Серафима Саровского — то есть величайших, как их принято называть, светильников духа. В течение всего XIX столетия, ставшего для нашего Отечества веком серьезных сомнений, позывов к секуляризации, испытаний нигилизмом и позитивизмом, святитель Филарет был неким камнем веры, непререкаемым духовным авторитетом, по слову поэта, «силой кроткой и любовной смирявшим буйные мечты».

Поэтому, когда личность святителя Филарета стала для меня приобретать зримые «земные» черты, больше всего запомнились и приятно поразили его бытовой аскетизм и нестяжательность, внутренняя свобода от вещественных благ. Они как раз соответствовали облику истинного духовного вождя.

Изначально задержалось в памяти, однако, и то, что ставили в вину святителю и при жизни, и по кончине как его недоброжелатели, так и почитатели: во-первых, его слабость к коломенской родне, которую он пристраивал на хлебные места в обход, может быть, более достойных претендентов на эти приходы, а во-вторых, начальственную бесцеремонность по отношению к подчиненным, доходившую до грубости, например: «Знаменитый Филарет Московский требовал проповеди священников своей епархии на просмотр. Возвращая автору тетрадку, обязательно бросал ее на пол...

Валяйся, мол, в ногах!» (Рцы [Романов И. Ф.]. Голубиная почта:

162

А. П. ДМИТРИЕВ

Понедельник, 17 апреля // Слово. 1906. 18 апр. № 443. С. 2). Но эти неприглядные черты все же частично оправдывались для меня многовековыми бытовыми обычаями духовной среды. К тому же, судя по мемуарной литературе, в 1860-е гг., в последнее десятилетие жизни, этот последний недостаток был святителем преодолен, он стал мягче и снисходительнее, а в поведении его, по-моему, стало заметным сходство с почитаемым им преп. Сергием Радонежским.

3.Притягательность личности святителя Филарета — в его святости: для меня несомненно, что его земной путь был той дорогой, что в святоотеческой литературе именуется обожением. Немного, но очень отчетливо довелось это прочувствовать в начале июня 2007 г. Тогда в Коломне, на родине святителя, состоялась научная конференция, посвященная его земляку и младшему современнику философу и публицисту Н. П. Гилярову-Платонову. Поскольку помимо меня иногородних не было, устроители не заказывали гостиницу, а договорились со священноначалием Успенского собора разрешить мне переночевать в «гостевой» келье, расположенной на втором ярусе. Тогда в соборе находились уже большой иконописный образ святителя и ковчег с частицами его мощей. И явственно помню непередаваемые часы, проведенные в опустевшем храме (оставалась только служительница, занимавшаяся уборкой), ощущение немыслимой духовной наполненности и счастья. Не помню,

очем мысленно просил святителя, но запомнил, что все сбылось, и очень скоро.

Ну и конечно, дóроги в святителе та неприхотливость в быту и столь редкое для сильных мира сего полнейшее отсутствие алчности, о которых сказал выше. Кроме того, притягивают в нем его непоказная благотворительность и нетерпимость к мздоимству.

4.Сочинения святителя восхищают меня больше эстетически — безупречной строгостью и изяществом стиля. По-моему, Филарет расширил возможности слововыражения для русского литературного языка, точнее, для его высокого стиля, причем не меньше, чем сделали для этого Н. М. Карамзин и А. С. Пушкин, тем более что его Катехизис и проповеди были на слуху у нескольких поколений русских людей. Хотя, конечно, тут необходимы серьезные исследования.

163

Епископ Петр (Дмитриев)

1.Первое мое знакомство с творениями святителя Филарета состоялось в 1996 г. во время подготовки к вступительным экзаменам

вПсковское духовное училище. Филаретовский катехизис стал основной книгой для подготовки.

2.В святителе Филарете раскрылось множество талантов. Из них, на мой взгляд, самый выдающийся — талант проповедника Слова Божия. В возрасте 24 лет, после своей замечательной проповеди в Троицком соборе Сергиевой лавры, в день торжества освобождения лавры от поляков, он был назначен проповедником знаменитой обители. До своей праведной кончины более 60 лет своим одухотворенным словом он наставлял людей на путь Христовой истины. Известно, что святитель от природы имел слабый голос и был едва слышен в храме, но, как мы видим, это не стало препятствием для того, чтобы его слово распространилось повсюду и, главное, трогало человеческие сердца, подвигая их к покаянию. Взирая на жизнь святителя Филарета, поражаешься, как этот слабый здоровьем человек все успевал?! Поражает, как при всей своей многообразной деятельности, он успевал делать самое трудное — молиться!

3.Притягательность личности святителя Филарета заключается

вего неутомимом служении Церкви Христовой и готовности отстаивать правду Божию, несмотря на злобу и коварство его врагов и недоброжелателей. Делал он это всегда кротко и бесстрашно, за что и прославлен у Бога и людей.

4.Не могу сказать, что какой-либо сборник трудов святителя Филарета стал моей настольной книгой. Хотя я регулярно обращаюсь к его проповедям, когда готовлюсь к своим выступлениям.

5.Роль святителя Филарета в истории Русской Церкви и в истории России хорошо выражена словами современников святого. При жизни его называли «патриархом без патриаршества» или «митрополитом Московским и всея Руси», и этим все сказано.

165

Протоиерей Владимир Пахачев

Известный с древних времен город Коломна обладает огромным духовно-историческим наследием. Именно в этом городе суждено было родиться великому архипастырю Русской Церкви — святителю Филарету (Дроздову). Здесь прошли детство и отрочество, юность и духовное становление Василия Дроздова, будущего митрополита Филарета. Каждый уголок исторической части Коломны напрямую связан с его именем: это и Богоявленская церковь в Гончарах, где в доме своего деда — священника Никиты — родился будущий владыка; храм Троицы на Репне (где еще отроком Василий помогал своему отцу — настоятелю Троицкого храма священнику Михаилу Дроздову); Успенский кафедральный собор; Тихвинский храм и многие другие церкви Коломны напоминают нам о духовной связи святителя Филарета с родным городом. Владыка любил Коломну и, будучи архипастырем, много раз посещал её. В своих проповедях святитель Филарет обращался к своему городу, называя его «Боголюбезным градом» и «Иерусалимом».

Коломенцы всегда почитали память святителя Филарета. Но были времена, когда имя святителя Филарета, казалось, стало забытым жителями Коломны. Только небольшой Богоявленский храм на краю города напоминал всем о величайшем земляке.

1. Как и большинство жителей Коломны, я был крещен в Богоявленском храме. В своей юности любил бывать в старой части города, любоваться коломенскими храмами, несмотря на их полное разорение. Особенно привлекал мое внимание Троицкий храм на Репне. В то время мало кто знал о прямой связи этих коломенских святынь с именем святого. Но верующим стали возвращать храмы, и тогда в Коломне вновь стала почитаться память святителя Филарета. Господь сподобил меня стать священником и, неожиданно, — настоятелем Троицкого храма на Репне. Тогда я особо заинтересовался жизнью митрополита Филарета, начал читать его избранные труды, письма, проповеди и воспоминания. В доме рядом с храмом когда-то проживало благочестивое семейство Дроздовых, где будущий владыка провел свое детство. Совершая священническое слу-

167

жение в таком месте, я особо чувствовал молитвенное покровительство и помощь святителя не только в восстановлении Троицкого храма, но и духовном возрождении Коломны.

2.По описанию очевидцев, внешность святителя Филарета свидетельствовала о нем как об исключительной личности и отражала внутреннее его состояние: силу духа, мудрость, смирение, дар слова, высоту мысли, остроту ума, справедливость. Его любовь к Богу

иближнему, непрестанный труд на благо Церкви, характеризуют святителя как «человека Церкви». Яркий пример этому — стремление святителя осуществить перевод Библии на русский язык, сделать слово Божие доступным людям. Несмотря на препятствия, дело просвещения народа стало основной целью жизни святителя. Святитель Филарет являлся защитником Православия и в своей жизни всегда отстаивал интересы Церкви. Поражает его мужество, когда святитель отказывает Государю в его просьбе освятить Триумфальную арку, на которой были размещены языческие изваяния. Святитель предвидел последствия своего поступка, но, укрепленный прп. Сергием Радонежским, явившимся ему в тонком сне, отстаивал Божию правду. Владыка обладал особой выдержкой и был осторожен в своих решениях. Это приводило к положительному разрешению сложных вопросов. Любовь к Богу, православному богослужению и храмоздательству стала основой его жизни.

Он не был равнодушен к боли других людей, особенно когда дело касалось спасения души человека. Об этом свидетельствует переписка святителя Филарета с А. С. Пушкиным. Во время страшной эпидемии и других нелегких перипетий российской истории святитель Филарет всегда оставался со своей паствой.

3.В силе его проповеди, именно слово святителя приковывало к нему умы людей. Произнося проповедь тихим голосом, владыка увлекал внимание людей к смысловому содержанию сказанного. Его слова были обращены к людям разных сословий и действовали не столько на разум, сколько на сердце человека.

4.Моими настольными книгами являются сборники писем, избранных советов и наставлений святителя Филарета. На мой взгляд,

168

ПРОТОИЕРЕЙ ВЛАДИМИР ПАХАЧЕВ

в них особо многогранно раскрываются духовный мир и нравственные качества святого. Литературное наследие святителя является «бесценным бисером» для каждого верующего человека.

5. В архиерейском сане свт. Филарет прослужил Церкви и Отечеству ровно полвека в царствование трех императоров: Александра I, Николая I и Александра II.

Особое значение личности святителя сказалось и в деле духовного просвещения. Благодаря его стараниям, был составлен почти полный академический курс богословских и церковно-историче- ских наук, переработаны уставы духовных образовательных учреждений. Владыка — автор многочисленных сочинений, сборников проповедей, библейских переводов, богослужебных чинопоследований. «Краткого» и «Пространного» христианского катехизиса, «Начертания церковно-библейской истории» и т. д.

За время святительского служения владыка Филарет освятил десятки новых и реконструированных храмов, принимал участие в строительстве храма Христа Спасителя. По его благословению было основано несколько монастырей и скитов. Известен владыка и своей заботой о старообрядцах, для которых было открыто несколько единоверческих обителей.

Особо стоит выделить дело, ставшее трудом всей его жизни, — перевод Библии на русский язык. Синодальный перевод — особая личная заслуга митрополита, ставшего вдохновителем этого важного церковного дела.

Помимо сугубо церковного служения свт. Филарет нередко принимал участие в важнейших событиях Российской империи. Будучи официальным представителем Церкви, он произносил речи от лица Священного Синода в дни торжеств, проводил встречи, коронации или погребение членов императорской семьи и т. п. Говорил владыка и о проблемах в Церкви и государстве, насколько это было возможно, формулируя свое отношение к происходящему и предлагая пути решения.

Колоссальное трудолюбие, высокий духовный настрой свт. Филарета наложили отпечаток на все сферы жизни Московской епархии, не будет преувеличением указать, что, вероятно, и на всю религиозную жизнь той эпохи.

169

6.После назначения владыки в Петербург сразу же началось его влияние на культурную жизнь общества. Многих тогда поразили проповеди святого, отличавшиеся глубокомыслием и прекрасной риторикой. Гомилетический дар святителя признавался всеми, а его слова стали знаменательным явлением в контексте культуры, так как проповедь в XIX в. воспринималась как равноправный литературный жанр.

В дневниках и мемуарах известных литераторов можно найти многочисленные свидетельства, насколько важными были встречи, общение, переписка со свт. Филаретом и другими иерархами Церкви. Многим это помогло найти смысл земной жизни, обрести Бога, рассматривать в той или иной степени в своих трудах высокие ду- ховно-нравственные идеалы.

Духовное влияние святого мужа прослеживается и в религиозной философии. Вне всякого сомнения, совсем бы иной была философская школа в духовных академиях, и, возможно, не было бы

унас религиозных мыслителей, таких как А. С. Хомяков, И. В. Киреевский и др.

История русской культуры XIX в. будет неполной без духовной литературы. Обширное литературное наследие самого митрополита Филарета, его участие в деятельности Отделения русского языка и словесности Императорской Академии наук позволяют сделать вывод о существенном влиянии святителя на культуру России XIX в.

7.Святитель Филарет (Дроздов), митрополит Московский и Коломенский, — выдающийся иерарх, богослов, церковный историк, экзегет, библеист, переводчик, ритор, литературовед, канонист, церковный политик. Актуальность для современного богословия в трудах святителя заключается в тех принципах, которыми он руководствовался в своих творениях. Богословские истины неизменны, но во всякое время задача Церкви — актуализировать для народа эти истины, давая ответы на актуальные проблемы и нравственные вызовы. Свт. Филарет возвращает богословию его экзегетический характер, что не теряет актуальности и поныне.

По мнению святейшего патриарха Кирилла, непременным атрибутом отца Церкви является умение заглянуть в будущее, умение предвидеть то, что далеко не всегда понимали его современни-

170