Трансформация дискурсивного пространства в эпоху массмедиа (на материале русского и английского языков). Монография

ВысшейхристианскойценностьювыступаетБогкаксверхприродный абсолют. Ценность Бога выражается как онтологическая (являющаяся источником мира и человека), антропологическая (человек созданпообразуиподобиюБога)иэтическая(богвыступаетисточником благаиморальныхзаповедей)сущность.Богвхристианскомвероучении выступает сверхценностью, в соответствии с которой выстраиваютсявсеостальныеценности.Именнопоэтомухристианскоевероучениесчитает,чтоглавнойдобродетельюиобязанностьюверующегоявляются не моральные запреты («не убей», «не укради» и др. – хотя их ценность не подвергается сомнению), а именно любовь к Богу.

2. Вера. Вера в самом общем виде и вера в Бога, в частности, возникает как желание найти некую опору в жизни. Считается, что потребность в обретении веры возникает у человека при следующих обстоятельствах: а) напряженная деятельность по достижению конкретного результата; б) неприятности в работе; в) необходимость принятия важного решения; г) при больших успехах, когда появляется желание благодарить; д) в случае утраты дорогих сердцу людей (вещей); е) у людей, жизнь которых подвергается риску (работа, война); ж) желаниенайтиумиротворениеприсемейныхнеурядицах;з)смертьблизких[Адамов,2004,с.78].Вераобязательнопредполагаетэмоциональное переживание, которое питает ее и составляет психологическую основу любой религии.

Всамом общем смысле «вера» – «убежденность, уверенность в чем-то» и как производное данного значения – «убежденность в существовании Бога». В плане личной философии Бог – «это воздаяние за хорошее или плохое, это возможность стать таким, каким никто не был,этовнутренняясвобода,этомужествопоступатьпосовести,когда можно и даже выгодно так не поступать» [Брудный, 1998, с. 115]. Чувствоверы,доходядоуровняаффекта(чтосвойственнолюбойэмоции), может принимать форму религиозного экстаза.

ВБиблии повествуется о том, как избранному народу, уходящему из Египта, путь указывал движущийся столп: «И двинулись сыны Из-

раилевы, из Сокхофа, и расположились станом в Ефаме, в конце пустыни. Господь же шел перед ними днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днем и ночью. Не отлучался столп облачный днем и столп огненный ночью от лица всего народа» (Исход 13: 20-22). Суть данного образа

заключается в том, что днем, когда светло, нельзя увидеть, что находится в столпе – он подобен облаку; а ночью, когда ничего не видно, он освещает путь человека. Точно так же и вера в Бога – проникнуть

51

в то, что скрыто в облаке, невозможно, но во тьме «огонь веры» освещает путь человека.

ВеранеотъемлемаотзнанияипризнаниясуществованияБога,она основывается именно на этом знании, при этом знание «составляет только один из компонентов веры» [Кимлев, 1998, с. 74]. В широком смыслеподверойпонимаетсявсерелигиозноеучениеизнаниеоБоге; вболееузком,вера–фундаментальноепонятие,выражающееотноше- ние человека к Богу. Православие определяет веру, прежде всего, как отношениемеждучеловекомиБогом.«Вера–состояниечеловеческо- го духа, получаемое от божественного духа» [Там же, c. 76]. Вера как таковая имеет смысловое значение, «она задает путеводные ориентиры, указывает выход» [Брудный, 1998, c. 114].

Вера, будучи ценностью, представляет собой специфическое отношение человека с окружающим миром, другими людьми, самими собой и с Богом. Вера как ценность связана с другими ценностями – добром, истиной, свободой. Вера может рассматриваться как смыслообразующая ценность, придавая значимость всем остальным компонентам и ценностям. Человек, разделяющий положения данного религиозного вероучения, ощущает потребность в Боге и вере, безотносительнокналичиюиобладаниюжизненнымиблагами.Богибожественноевыступаютдляверующегочеловекавысшейценностью,а религиознаяверапредставляетспособобычногосуществования.Вера

ижизнь в вере верующими рассматриваются как норма.

3.Жизнь. Категория «жизнь-смерть» делит жизнь человека на до

ипосле, земное и небесное, на то, что находится по эту и по ту сторо-

ну бытия. Жизнь человека представляется временным отрезком, она конечнаибыстротечна.Длячеловекаверующегонынешняяжизньявляется не чем иным, как ступенью, подготовкой для вступления в вечную жизнь. Даровать человеку жизнь, равно как и отнять ее у человека, может только Господь.

Смерть, с одной стороны, вызывает у человека вполне естественный страх перед неизвестностью, а с другой – рассматривается в христианстве как избавление от тягот и невзгод при условии, что человек прожил праведную жизнь: «Со смертью человека нечестивого исчезает надежда, и ожидание беззаконных погибает. Праведник спасается от беды …» (Притчи Соломоновы 11: 6); «Праведность ведет к жизни,астремящийсякзлустремитсяксмертисвоей»(ПритчиСо-

ломоновы11:19).Страхсмертиможетбытьпреодолентолькопосредством истинной веры.

52

Один из мучеников, архидиакон Стефан незадолго до смерти воскликнул:«Вижунебесаотверстые!»(Деяния8:56).Онсвидетельствовал о смерти, которая, как это ни парадоксально, становится началом жизни.Днирождениямногихсвятыхимучениковпразднуютсяцерковью именно в дни их смерти – смерть дает верующему человеку возможностьсоединитьсясХристом,чтовыступаеткульминациейжизни.

Крометого,смертьрассматриваетсякакгораздолучшийидостойный выход, нежели неправедная жизнь: «Лучше смерть, нежели зол живот». Качественное превосходство во многих случаях покрывает количественную недостаточность и даже повышает иерархический ранг – количество, безусловно, играет важную роль, но качество ока-

зываетсяважнее:«Лучшехорошаясмерть,чемплохаяжизнь».Сдру-

гой стороны, несмотря на веру и надежду на лучшую жизнь, которая ждет человека в будущем, смерть рассматривается как бездна, забве-

ние: «Господи, избавь душу мою, спаси меня ради милости Твоей, ибо всмертинетпомятованияоТебе;вогробектобудетславитьТебя?»

(Псалтирь 6: 5-6). Сам факт смерти всего наводит на мысль о бренности всего земного, о «суете сует» (Екклесиаст 12: 5). Вывод очеви- ден–жизньчеловекабезБогаиупованиянанеговхристианскойтрак-

товкебессмысленна:«Душамоянасытиласьбедствиями,ижизньмоя приблизилась к преисподней. Я сравнялся с нисходящими в могилу; я стал как человек без силы…» (Псалтирь 88: 4).

Жизнь человека представлена двояко: как цикл и как линия, она имеет начало и конец, она быстротечна: «Дни человека – как трава;

как цвет полевой, так он цветет. Пройдет над ним ветер, и нет его, иместоегоуженеузнаетего»(Псалтирь103:15-16).Сдругойсторо-

ны, человеку даются своеобразные рекомендации «достижения» веч-

ной жизни: «Уклоняйся от зла и делай добро и будешь жить вовек» (Псалтирь 38: 27); «Крепко держись наставления, не оставляй, храни его; потому что оно – жизнь твоя» (Притчи Соломоновы 4: 13).

Представляется возможным говорить о том, что в христианской трактовке жизнь выступает ценностью лишь постольку, поскольку представляет собой обязательный этап перед вступлением в жизнь вечную (т. е. физической смертью человека). Таким образом, векторы оценки и ценности в религиозном контексте оказываются кардинально смещены: смерть – ценность (поскольку именно она ведет к «жизни вечной»), жизнь – некая антиценность (поскольку наполнена трудностями и грехами). Реальную ценность имеет не жизнь вообще, но праведная жизнь.

53

Жизнь неразрывно связана с понятием «судьба». Судьба, подобно жизни, линейна. Можно говорить и о линии жизни, и о линии судьбы. Но если жизнь ассоциируется с линейностью, прямой линией развития,тосудьбаассоциируетсясповоротами(счастливымиилинесчастливыми). Жизнь мыслится только в паре с судьбой. Жизнь – онтологическийфеномен,судьбапредставляетсобойнекийконцепт,сложившийся в сознании людей и заключающийся в том, что ход и исход нашей жизни зависят от чего-то кроме нас самих. Истина и судьба выступаютобъектамиверы.Представлениеосудьбескладываетсятогда, когда наступает развязка – т. е. смерть человека.

Жизнь – субстанция, данная человеку Богом, именно поэтому наряду с божественным она представляет высшую ценность для человека. Ценность жизни имеет непреходящий характер. Очевидно, этим объясняется тот факт, что любая религия и церковь (в данном случае мы говорим о христианстве) крайне негативно относятся к акту самоубийства – человек не может забирать то, что дано ему Богом. Божественная природа (Бог – творец всего и всех) и превращает жизнь в высшую ценность.

4.Добро(благо).Вовсехрелигиозныхифилософскихконцепциях акцентируется внимание на понятиях добра и зла. «Что есть добро, а следовательно,благодлячеловека,ачтозло,чегостоитизбегать?»–во- просы,волновавшиеипродолжающиеволноватьчеловечествонапротяжениимногихтысячелетий.Аристотельвпонятие«добро»вкладывал три составных компонента: благо как счастье, благо как блаженство и благо как получение удовольствия [Аристотель, 1984]. Кроме того, Аристотель выделяет некое высшее благо, которое существует само по себе и является первопричиной и основой всех существующихблаг;благодарякоторомувсеостальныевыступаюткак«сутьблага». Аристотель вводит «благо» в контекст двух других важных категорий – категории цели (направляющей действия субъекта) и категориистремления(побуждающейчеловекакдействию).Вконечномсчете он сводит «благо» к трем основным типам – внешние блага, блага, относящиеся к душе, блага, относящиеся к телу. Т. Гоббс дает оценку категории блага или добра, исходя из психической природы человека. Онвыделяеттакиепростыестрастивэмоциональнойсферечеловека, как желание, любовь, отвращение, ненависть, радость и горе [Гоббс, 1989]. Через данные эмоциональные желания Т. Гоббс определяет понятия добра и зла – все вещи, являющиеся предметом влечения, обозначаютсянамиввидуэтогообстоятельстваобщимименемдобро,или благо;всевещи,которыхмыизбегаем,обозначаютсякакзло[Тамже].

54

Добро и зло всегда используются в относительном смысле в зависимости от того, кто их использует, поскольку ничто не может быть хорошим или плохим безотносительно конкретного субъекта или ситуации. Понятия добра и зла не зарождаются в сущности объектов, а устанавливаются субъектом посредством оценки ситуации или общей картины окружающего человека мира. Представляется справедливым утверждение Спинозы, по мнению которого никакая вещь не может бытьнихорошей,нидурной,еслионанеимеетничегообщегоснами, отлична от нас [Спиноза, 1998]. О том, что категории «добро» и «зло» стоятвцентреценностнойкартинырелигиозногомировоззрения,свидетельствует тот факт, что именно эту сущность – «сущность добра и зла» должны были постичь Адам и Ева, вкусившие от «древа позна-

ния»: «В день, в который вкусите вы их, откроются глаза ваши, и вы будете как Боги, знающие добро и зло» (Бытие 3: 5).

Любая религиозная концепция помещает в центр ценностной системынормиоценокличностиэтическоеначало;акогдаречьзаходит о нравственности, обязательно упоминается сердце человека как мерило и вместилище нравственности: «Ибо человек смотрит на лицо,

а Господь смотрит на сердце» (1-я Книга Царств 16: 7). В Древнем Египтесердцечеловекарассматривалоськаквоплощениеегосовести; считалось, что после смерти сердце любого человека взвешивается на весах с помощью пера птицы Маат, почитавшейся в качестве богини истины и справедливости, чтобы проверить, не отягощено ли сердце человеказлодеяниями.Вхристианскойрелигиознойконцепциилюбого человека неизбежно ожидает суд Божий, на котором человеку придется отчитываться за свою земную жизнь и поступки, совершенные на земле, – именно поэтому постулируется идея оценки в диаде «до-

бро :: зло»: «Пусть взвесят меня на весах правды, и Бог узнает мою непорочность» (Иов 31: 6).

Категории «добро» и «зло» делят надвое всю действительность. «Добром» мы называем то, что способно вызвать у нас или увеличить удовольствие,либоуменьшитьнашестрадание,илижедоставить,либо сохранитьнамобладаниекаким-либоблагом,илижеотсутствиекакого- либо зла. «Злом», напротив, мы называем то, что способно причинить намилиувеличитькакое-либострадание,либоуменьшитькакое-либо удовольствие,илижедоставитьнамкакое-нибудьнеудовольствие,либо лишить нас какого-либо блага [Арутюнова, 1999, c. 140].

Важнейшую особенность религиозной картины мира составляет осознание того, что первопричиной и первоосновой всего является Бог: «Все через Него начало быть, и без Него ничего не начало быть,

55

что начало быть» (От Иоанна 1: 3). Мир рассматривается как сообразность Богу и воспроизведение его облика, все создано «по облику и подобию Его». Все, что исходит от Бога и связано с Богом, хорошо, аследовательно,благостнодлячеловека,алюбоеотступлениеотзаконов, установленных Богом, рассматривается как зло. При неизбежном существовании «добра» как божественного, небесного начала и «зла» какатрибутабреннойчеловеческойжизничеловекувданной«картине мира» отводится срединное положение. Он располагается между земным (и как данность – плохим, греховным) и небесным («чистым», не отягощеннымникакимгрехом)миром,междудобромизломисамрешает, становиться ли ему на путь добра, ведущий к Богу, или следоватьпутемзла,удаляясьотНего.Такимобразом,путьчеловекакБогу рассматривается как высшее добро, а путь удаления от Бога предста-

ет как бесспорное зло: «Сблизься же с Ним, и будешь спокоен; через это придет к тебе добро» (Иов 22: 21) или: «…вот страх Господень есть истинная премудрость, и удаление от зла – разум» (Иов 28: 28).

Ценностнаякартинаистинногохристианинаможетбытьпредставлена в качестве трехчленного начала – абсолютное добро (Бог), абсолютное зло (удаление от Бога) и мир человека, пребывающего на земле. Во многих религиозных концепциях все, что присуще реальному и грешному миру человека, оценивается знаком «минус», и, наоборот, то,чтопринадлежитпотустороннему,божественномумиру,всегдахорошо. Как следствие, «добро» в любой религиозной концепции обязательно связано с небесным, с Богом: «Никто не благ, как един Бог». Праведностьчеловекаиего«угодность»Всевышнемурассматриваютсякакследование«попутидобра»и,соответственно,уклонениеотзла:

«Тот,ктоходитнепорочноиделаетправду,иговоритистинувсердце своем; кто не клевещет языком своим, не делает искреннему своему зла, и не принимает поношения на ближнего своего; тот, в глазах которого презрен отверженный, но который боящихся Господа славит; кто клянется хотя бы злому, и не изменяет; кто серебра своего неотдаетврост,инепринимаетдаровпротивневинного.Поступающий так, да не поколеблется вовек» (Псалтирь 15: 1-5). В противо-

положностьэтомупутьзлапостулируетсякак«путь,ведущийчелове-

ка к гибели»:«…не делай зло. Ибо делающие зло истребятся, уповающие же на Господа наследуют землю» (Псалтирь 37: 6-7).

Идею всеобщего блага как первичной моральной категории и высшей моральной ценности разделяют последователи различных религий. Идея блага (даже исходя из самой этимологии слова) представляетопределеннуюсистемутребованийкчеловекуиисходитизтого,что

56

человек, в силу своих внутренних нравственных убеждений и чувств, заинтересован и мотивирован на исполнение моральных законов. Как таковые категории «добро» и «зло» связаны не с внутренней природойчеловека,асвзаимоотношениемдействийиидеалов[Гарин,2002]. «Добро» и «зло» – понятия оценочные, и как любые оценочные понятия при их определении неизбежна доля субъективного, личной пристрастности, эмоционального настроя.

«Добро» и «доброта» в христианской религиозной концепции могут реализоваться и функционировать в следующих значениях: хорошие, положительные поступки человека: «Все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного» (Псал-

тирь14:3);правильное,богоугодноеповедение:«УповайнаГоспода,и

делай добро; живи на земле и храни истину» (Псалтирь 37: 1-3); чест-

ное, незапятнанное имя человека: «Доброе имя лучше доброй масти, аденьсмерти–днярождения»(Псалтирь7:1);праведность,наличие положительных нравственных качеств: «Не оставляй умной и доброй жены»(Сирах7:21);умиротворение,покой:«Нетдобрадлятого,кто постоянно занимается злом» (Сирах 12: 5); благодать: «Давай добро смиренному, и не давай нечестивому» (Сирах 12: 6); эмоциональная оценканастоящейситуации:«Днямдобройженыестьчисло,адоброе имя пребывает вовек» (Сирах 41: 16).

Чистое и абсолютное благо в конечном счете есть сам Господь, не случайно в христианской концепции Бог именуется как «благий» или «преблагий». Если действия человека получают характеристику «благих», они понимаются как имеющие абсолютную значимость, приближенные к сфере божественного, небесного. Лексическим единицам с компонентом «благ» противопоставляются в религиозном сознании единицы с компонентом «лукавый», «лукавство»: «Все, что не от Бога, все плохие дела – от лукавого». Подобно тому, как благие дела ведут человека к Богу и спасению, лукавство оскверняет жизнь, закрывая путь к Богу.

Лукавство в религиозной, и в частности в христианской, картине мира признается одним из смертных грехов, ввергающих человека в нравственную бездну. Человек же, свободный от этого греха, уго-

ден Богу и получит спасение: «С милостивыми Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним – искренно; с чистым – чисто, а с лукавым – по лукавству его» (Псалтирь 18: 26); «Блажен, кому отпущеныбеззакония,ичьигрехипокрыты!Блаженчеловек,которомучеловек не вменит греха и в чьем духе нет лукавства!» (Псалтирь 32: 1-2).

Внешнелукавствопроявляетсякакхитрость,азахитростьювсегдасто-

57

ит определенный злой умысел, корысть. Первоначально глагол «лукавить»имелзначение«ходитькриво,изгибами»:«Еслиногамояспеши-

ланалукавство,пустьвзвесятменянавесахправды».Лукавствупро-

тивопоставляется простота, которая всегда представляется как линейность,«неискривленность»,свободапроявления,нравственноесовершенство, «правильность» и праведность человека: «В простых серд-

цах Бог почивает», «Где просто, там ангелов сто», «Простота человека к Богу приводит».

Лукавство рассматривается как противоположность благу, непричастность Небу и Богу, духовная испорченность, закрытость для божественного влияния. В Священном Писании лексическая единица «благий» используется как один из атрибутов Бога, а «лукавый» озна-

чает его противоположность: «Да не введи нас во искушение и избави нас от лукавого». Благо обеспечивает человеку вечное небесное бла-

женство:«Блаженчеловек,комуотпущеныбеззакония,ичьигрехипо-

крыты» (Псалтирь 32: 1).

Влюбомрелигиозномучениидобрупротивопоставляетсязло.Этическоезлотакже,какидобро,постоянно,абсолютноиопределяетнравственную сущность человека. Нельзя быть отчасти хорошим и нравственным или отчасти плохим, безнравственным: «Но да будет слово ваше:да,да;нет,нет,ачтосверхтого,тоотлукавого»(ОтМатфея

5, 37). Путь от зла к добру есть в конечном итоге путь к вечной жизни,

жизни в согласии с Богом: «Уклоняйся от зла и делай добро и будешь жить вечно» (Псалтирь 37: 27).

Категории добра и зла, таким образом, разделяют мир верующего человека на то, что хорошо, а значит, есть благо, одобряемое Богом, и то,чтопостулируетсякакплохое,запрещаетсярелигиознойиобщечеловеческой моралью, нормами и положениями закона. Однако, как ни парадоксально это звучит, именно существующее зло становится стимулом для добрых дел человека, поскольку оно побуждает человека к самообороне. Кроме того, «если бы мир не испытывал ни страданий, ни горя, ему бы просто не нужны были Бог и вера».

Комплексное понятие добра, включающее доброе отношение, желание блага для себя и других, хорошие (благие) поступки человека, праведноебогоугодноеповедение,честноеимячеловекаит.п.составляют содержаниехристианской ценности, определяемой как «добро».

5. «Истина (правда)». Истина – одно из центральныхпонятий любого религиозного учения. Истина так же, как и все, связанное с Богом, совершенна и целостна. Истинность представляет собой некую меру,эталон,всоответствиискоторымявлениеилисущностьрассма-

58

триваются как истинные (правильные) или ложные (неверные, пагубные). Однако встает вопрос о том, что считать нормой или эталоном и изкакойнулевой(нейтральной)отметкиисходитьпривынесенииитогового суждения оценки. На наш взгляд, проблема оценки, представ- ляющаянекоторыетрудностивреальнойжизни(из-заневозможности выделения единого критерия оценки), до некоторой степени упрощается в дискурсе религиозном. Своеобразный эталон в религии достаточно четко задан. В качестве такого мерила, нормы выступают категории, представленные в религиозных заповедях, предписывающих человеку то, как следует и как не следует поступать: «Поступай так, как предписано» – и это будет оценено как «хорошо», а любое отклонение от следования религиозным нормам нравственности и морали, заложенным в Писании, рассматривается как сущность, маркированная знаком минус.

Правда (истина) неразрывно связана с природой человека. Можно считать,чтопонятиеистинывпервыепоявилось,когдаАдамиЕвавку-

силиотдревапознания:«Иоткрылисьглазаунихобоих,иузналиони, что наги, и сшили смоковные листья и сделали себе опоясания» (Бы-

тие 3: 7). Истина всегда единственна, однако возможна она только при условии некой двойственности мира – презумпции о существовании идеального и реального мира. В некотором смысле воля Бога и установленныйБогомзаконсоставляютвысшуюИстину.Божественнаяистина познается только через Божье откровение. М. Хайдеггер определяетистинукак«откровениебытия»[Хайдеггер,1989,с.135],алюбое откровение (а следовательно, и истина) принимается как данность, не требуетдоказательствиобоснований.Формированиепонятияистины восходит к мифологическому сознанию, в нем четко прослеживается связь сущего и порядка, поскольку творение вносит гармонию в хаос.

В любой религиозной концепции понятие «правды (истины)» возведено в абсолют. Оно выступает оценочной сущностью, а категории истины(истинности),высшейистинывозводятсяврангабсолюта,эталона. Для религиозного пространства характерен постулат: «то, что от Бога – хорошо». Истина постоянна, неизменна, ее ценность непреходяща. Даже лексическая единица «аминь» – «воистину» восходит к древнееврейскому«эмет»–«истина»,чтоприменительнокСловуБо-

жию означало: «Слово мое твердо, его нельзя отменить».

Знаком«истинности»отмеченовсе,чтосоответствуетустановленным религиозным критериям и нормам. А, следовательно, все отклоняющееся от нормы выступает как ложное. Не случайно в любом религиозном учении и мировоззрении существует понятие «истинное

59

учение». Заметим, не правильное или неправильное, верное или неверное, а именно истинное, с точки зрения религиозной морали, соответствующее эталону, нормам данного религиозного мировоззрения. Все, что исходит от Бога – истина, аксиома, принимаемая на веру, без доказательств: «Остановит воды, и все высохнет; пустит их, и превратят землю. У Него могущество и мудрость, пред Ним заблуждающийсяивводящийвзаблуждение.Онприводитсоветниковвнеобдуманность, и судей делает глупыми. Он лишает перевязей царей, и поясом обвязывает чресла их; князей лишает достоинств и низвергает храбрых» (Иов 12: 15-18).

Идтипутемистины,согласнохристианскойконцепции,значитследовать основной заповеди – заповеди любви: «Вы слышали, что ска-

зано: “Люби ближнего своего и ненавидь врага твоего”. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворитененавидящимвасимолитесьзапроклинающихвас»(ОтМат-

фея 5: 43-44).

Правда, истина рассматриваются как высшие качества Божествен-

ного:«ПравдаТвоя–какгорыБожии,исудьбыТвои–безднавеликая!»

(Псалтирь36:7)иединственныйпутькспасениючеловека:«Тот,кто ходитнепорочно,иделаетправду,иговоритистинувсердцесвоем….. Поступающий так; не поколеблется вовек» (Псалтирь 15: 2-5). Толь-

ко правда, какой бы горькой и нелицеприятной она ни была – угодна Богу: «Господь любит правду, и не оставляет своих Святых» (Псал-

тирь 37: 28). Как результат следование путем правды заслуживает на-

грады: «Тот, кто ходит непорочно, и делает правду, и говорит истину в сердце своем; кто не клевещет языком своим и не делает искреннемусвоемузла,инепринимаетпоношениянаближнегосвоего;тот, вглазахкоторогопрезренотверженный,нокоторыйбоящихсяГоспода славит; кто клянется, хотя бы злому, и не изменяет; кто серебра своегонеотдаетврост,инепринимаетдаровпротивневинного.По- ступающийтакнепоколеблетсявовек»(Псалтирь15:1-5).Правдана-

деляетсявысшейсилой,ейприписываютсячертынекоегототема,оберега,сохраняющегожизньчеловека,которыйведетбогоугодныйобраз жизни и не делает никому зла: «Правда хранит непорочного в пути,

а нечестие губит грешника» (Притчи Соломоновы 13: 6). Более того, только Бог и «небесный суд» способны творить высшую справедливость, только Бог воздает каждому человеку «по истине его». Истина понимается как закон, по которому оцениваются все действия человека. И правда, и истина относятся к определению нравственного зако-

на,справедливости:«Скажитенародам:Господьцарствует!<...>Он

60