Трансформация дискурсивного пространства в эпоху массмедиа (на материале русского и английского языков). Монография

новить ценностные парадигмы соответствующей культуры; 4) в ценностнойкартинемирасуществуютнаиболееважныедляданнойкультуры смыслы, культурные доминанты, совокупность которых и образует определенный тип культуры, поддерживаемый и сохраняемый в языке; 5) ценностная картина мира в рамках одной языковой культурыпредставляетсобойнеоднородноеобразование,посколькууразличныхсоциальныхгруппмогутбытьразличные(дажепротивоположные) ценности; в таком случае целесообразно в каждой культуре выделять несколько модальных личностей, воплощающих типы национальногохарактера(например,английскийаристократ,русскийинтеллигент, немецкий философ); 6) ценностные картины мира существуют как в коллективном,такииндивидуальномсознании.Типыречевойкультуры – элитарная, среднелитературная, народно-речевая и др. тесно связаны с ценностными картинами мира соответствующих обобщенных и индивидуальных личностей [Карасик, 2002, с. 168].

Так, ценностная картина мира западного человека выглядит крайне амбивалентно. Теодор Адорно полагал, что капиталистическое общество по своей природе является нигилистским, поскольку его членыфункционируют,находясьна«капиталистическомрынке»,преследуяисключительносвоисобственныеинтересы.Какследствие,людив такомобщественемогутчеткоразграничитьдоброизло,аихморальные принципы крайне субъективны [Adorno, Horkheimer, 1944, www; Fagan, 1995, www]. Карл Ясперс, анализируя массовое общество, отмечал,чтоегоидеаламиявляютсяпреимущественногедонизм,лишенныедуховностиразвлечения,антиэстетизмиантиинтеллектуализм,погонязамодой.Оносводитбытиечеловекаквсеобщему,ктривиальности наслаждения, и определяет этого человека как производственную единицу (цит. по: [Ильин, 2010, с. 115]). Европейские ценности подвергал жесткой критике и Ж. Бодрийар: «Я сейчас говорю о моральных, трансцендентных, истинных ценностях. Мы о них рассуждаем, но в реальности их больше нет. <…> Происходит нивелирование ценностей. И то, что происходит с модернизмом, это не упадок, это опошление. И это происходит на мировом уровне: все культуры упрощаются, делаются всеобщим достоянием, поскольку идет широкий обмен. Все становится равноценным, эквивалентным, и в этот момент всеобщего упрощения окончательно уходят страсть, идеал. Упадок ли это–незнаю.Скорееречьидетодвиженииктотальнойбанальности» [Архангельская, 2002].

Этойжеидеевторятиотечественныеисследователи:«Постмодернизм, отрицая любые бинарности, не разделяет массовую культуру и

41

элитарную.Онотвергаетиерархическиетеориимассовойиэлитарной культурыкаканахронизм;культурапостмодернизмаориентированана эстетические потребности масс и подчеркивает их потребительскую сторону. Постмодернизм соединяет эти части вместе, стирает различия между ними. Он рассматривает человека (любого человека) как продукт этой глобальной культуры, а если мы все от нее зависим, тогда она уже может быть названа массовой. То есть внутри постмодернистского дискурса существует только массовая культура, и нет более никакихальтернативныхвариантовкультур.<…>Однакоиронияпостмодернатеперьвоспринимаетмасскультнекакпрофанный,китчевый, тривиальный и невыразительный, а эстетизирует его как оригинальный и альтернативный, формирует гедонистическую эстетику досуга. То есть происходит эстетизация неценного “мусора культуры”, играющаяролькомпенсацииобесцениваниятрадиционныхценностей.Но тенденции растворения постмодернистского искусства в жизни и его сближениясэстетикойповседневностиподвергаютсямногимиисследователями критике. Собственно, постмодернистская трактовка массовой культуры вообще снимает вопрос относительно существования последней: массовая культура становится всем, так как вся культура массовая» [Ильин, 2010, с. 124].

Д.А. Леонтьев обращает внимание на то, что отчасти возникновение гуманистической психологии в США в 60-х гг. ХХ в. стало своеобразным ответом на настроения в американском обществе, которые Ш. Бюлер и А. Аллен обозначили как кризис ценностей, одиночество, проблему идентичности, смысла и авторитета (приводится по: [Леон- тьевД.А.,1997б,с.20–23]).«Разрушениетрадиционнойсистемыцен- ностей и прагматизация жизни в “обществе потребления” сделали типичнымконфликтмеждустремлениемчеловекаклюбви,искренности

иглубоким человеческим отношениям, с одной стороны, и невозможностью установить эти отношения – с другой» [Там же].

Чтокасаетсяроссийскогообщества,токритикамассовойкультуры

ирезультатов ее распространения по нашей стране связывается многими учеными именно с ценностными сдвигами: «Сегодня человеку говорят другое – нет ничего выше твоих целей и желаний, стань тем, чем ты хочешь быть, но чем ты никогда не был, сколько соблазнов сулиттебемир,выбирайсебяизяркихмедийныхкартинок,роликов,шоу, строй себя, создавай свой автопроект. <…> Сегодня доминирует личностькакбренд.Массовоеобществодаетзаявкунапредставленность, на продвижение, на востребованность, на саморекламу и т. д., и т. п., т.е.напродаваемость.<…>Постмодернистскийтипидентичностивы-

42

страивается около следующих характеристик: нужно быть вечно молодым, мобильным, деятельным, успешным» [Воропай, 2009, с. 17].

Анализ теоретического материала по проблеме исследования позволяетприйтиквыводу,чтоосновнымиценностямимассовойкультурыявляютсяиндивидуальныегедонистическиеиматериальныеценности. Кроме того, массовая культура может быть охарактеризована как антиинтеллектуальная, нацеленная на снижение эстетических вкусов, информационныхиинтеллектуальныхпотребностейаудитории;стремящаяся к усреднению, упрощению своей продукции вплоть до эстетизации зла, насилия, агрессии.

Процесс этнической самоидентификации очень сложный и многоаспектный. В рамках данного исследования мы делаем акцент на отказеотсвоихтрадиционныхценностейвпользучужих,болеепривлекательных.

Будем рассматривать массовую культуру с точки зрения этнопсихолингвистики,посколькумассоваякультураноситглобальныйхарактериотчастипротивостоитэтническойкультуре.Многочисленныеработы отечественных исследователей по лингвокультурологии, социолингвистике и психолингвистике постулируют неразрывную связь национального языка с культурой говорящего на нем народа, а также закрепленность в языке основных культурных доминант [Степанов, 1997; Булыгина, Шмелев, 1997; Уфимцева, 2003, 2012; Карасик, 2002; Вежбицкая, 1999]. Мы полагаем, что массовая культура наднациональна, формы ее проявления могут быть потенциально конфликтны для этнической культуры.

Сутьчеловеческогомышлениязаключаетсявупорядочении,катего- ризациимираприпомощибессознательныхструктур–бинарныхоппо- зиций,которыезадаютуниверсальнуюлогикумышления[Леви-Строс, 1983, с. 173]. Культурологическая оппозиция «свое – чужое» являетсябазовой,архетипическойвомногихкультурахиполучаетсвоюреализацию на следующих уровнях: 1) расовой (этнической) принадлежности (белые vs. черные, гражданин vs. иммигрант); 2) генетического родства (родственники vs. неродственники); 3) гендерной принадлежности (мужчина vs. женщина); 4) социальной стратификации (начальник vs. подчиненный, образованный vs. необразованный, социально успешный vs. не достигший социального успеха); 5) религиозной принадлежности (католики vs. протестанты); 6) локальности (городской vs. сельский, «наш двор» vs. «чужой двор»); 7) политической принадлежности (коммунисты vs. демократы).

43

Различия между культурами формируют этнические предубеждения во многих сферах жизни людей, четко проводя грань между «своей» и «чужой» культурой. Культурологический признак «свое – чу- жое»культурно-историческизакрепленвсемантикемногихязыковых единиц, как исконных, так и заимствованных. При этом раскрываются специфические характеристики людей, принадлежащих к различным культурам и, соответственно, разделяющих различные системы оценочных норм. Например, в славянской культуре «чужому» приписываютсятакиекачества,какинакость,различныефизическиеаномалии, чернота тела, неприятный запах, людоедство, колдовство и т. д. Вместестемсуществуютспециальныеобряды,вкоторыхнаблюдаетсясвоеобразнаясакрализация«чужого»,инородцаилииноверца[Тол-

стая, 1995, с. 25].

Взаимоотношения с соседями также включаются в оппозицию «мы vs. они», нередко оказываясь более актуальными, чем отношения с далекими чужаками. Традиция отделения себя от других существует с тех пор, как люди стали различать друг друга по цвету кожи и другим физическим характеристикам, языку, традициям и привычкам. Ю.М. Лотман по этому поводу пишет, что «пространство, котороеопределяетсякак“наше”,“свое”,“культурное”,“безопасное”,про- тивостоит“их-пространству”,“чужому”,“враждебному”,“опасному”, “хаотическому”.<…>Всякаякультураначинаетсясразбиениямирана внутреннее(“свое”)пространствоивнешнее(“их”).Какэтобинарное разбиениеинтерпретируется–зависитоттипологиикультуры.Однако самотакоеразбиениепринадлежиткуниверсалиям.Границаможетотделять живых от мертвых, оседлых от кочевых, город от степи, иметь государственный,социальный,национальный,конфессиональныйили какой-либоинойхарактер»[Лотман,1996,с.175].Ю.М.Лотманхарак- теризует понятие границы как двусмысленное, так как граница и разделяет, и объединяет. Граница необходима обеим граничащим культурам,иникакое«мы»неможетсуществоватьбез«они»[Тамже,с.191].

Как справедливо отмечает Ю.С. Степанов, «противопоставление “свои – чужие” пронизывает, в разных видах, всю культуру и является однимизглавныхконцептоввсякогоколлективного,массового,народного,национальногомироощущения.<…>Мыдолжныговоритьздесь нетолькоодействительном,объективносуществующемразличиилюдей по линии “свои – чужие”, но и о тех мифологизированных, а подчас и просто фантастических формах, которые это различие приобретает в их сознаниях. А эта сфера, “свои – чужие”, – как раз такая, где самопротивопоставлениесоздаетсянетолькообъективнымиданными, но и субъективным отражением в сознании» [Степанов, 1997, с. 472].

44

Описывая различия между «своим» и «чужим», А.Б. Пеньковский отмечает, что «“свой” мир – это мир уникальных, индивидуальных, определенных в своей конкретности и известных в своей определенности для субъекта сознания и речи дискретных объектов, называемых собственными именами. <…> “Чужой” мир – мир неподвижный, статичный и плоский. Это мир, в котором нет дискретных объектов, и потомуонвоспринимаетсянерасчлененно–какречьначужомязыке»

[Пеньковский, 1989, с. 58].

Врамках данного исследования мы рассматриваем культурологи- ческийпризнак«свое–чужое»черезпризмуроднойэтническойкуль- туры,противостоящеймассовой.ВэтомсмыслеК.Э.Разлоговзамечает:«Другойпарадокссостоитвтом,чтоединственнаяформакультуры, по своей направленности соответствующая декларируемым преобразованиям “переходного периода”, – культура массовая (эстрада, популярныеизданияифильмы,телевизионныешоу,одеждаипотребительскиестандартыит.д.)представляетсяглавнымврагомдлявсехтрадиционных культурных сообществ, обладающих могущественным влиянием на властные структуры, к счастью, бессильных противостоять стихии коммерциализации и “пиратства”. Именно массовая культура,

ине без оснований, нередко обвиняется в пропаганде войны и насилия. Но она же культивирует и универсальность добрых чувств в комедиях, мелодрамах, мюзиклах. Достаточно вспомнить те же латиноамериканские сериалы, популярные во всех концах света» [Разлогов, 2003,с.149].Сегодня,отмечаетК.Э.Разлогов,идетвыстраиваниеразных культурных сообществ, наблюдается множественность культур и идентичностей, которые, в свою очередь, могут противопоставляться друг другу на основе признака «свое – чужое».

Влюбомязыкеикультуресуществуютпонятия,выражающиеценностные доминанты данной культуры – «ключевые слова культуры», «слова, особенно важные и показательные для отдельно взятой культуры» [Вежбицкая, 1999, с. 282]. «Ключевые слова культуры» должны отвечать определенным требованиям, чтобы являться таковыми: во-первых, они должны быть общеупотребительными, т. е. они должнычастоиспользоватьсявопределеннойсфере,напримервсфереэмоций или морали. Во-вторых, «ключевые слова культуры» должны являться некоторыми центральными точками, «вокруг которых организованыцелыеобластикультурыикоторыемогутпомочьнамвыяснить основные ценности и установки, выражаемые с помощью этих слов»

[Там же, с. 284].

45

Потенциальную конфликтность культур можно обнаружить, если сопоставить основные ценностные ориентации этноса, выраженные ключевымисловамикультуры.Примертакогосопоставлениянаходим уяпонскогоисследователяпокультурологии[Yoshino,1993].Онсравниваетамериканскуюияпонскуюкультуры,противопоставляятипичные образцы поведения «индивидуализм vs. коллективизм», образцы речевогоповедения«отстаиваниесвоейпозицииvs.молчаливоесогласие», образцы восприятия мира «логика vs. отсутствие логики», «рациональность vs. нерациональность» [Ibid., p. 11].

ЗаслуживаетвниманиязамечаниеК.Гирцаотом,чточеловекзависит от символов культуры – языка, ритуала, мифа. «Эти символы – не просто выражения, инструменты или корреляты нашего биологического, психологического и социального бытия; они – его предпосылки. Без людей не было бы культуры, это точно; но что более примечательно, без культуры не было бы людей» [Гирц, 1997, с. 132]. Ценностиконкретногонародаопределяютсякультуройвсамомширокомпонимании этого слова и являются продуктами культуры. «Культура состоит из выраженных и скрытых схем мышления и поведения, являющихся специфическим, обособляющим достижением человеческих общностейивоплощенныхвсимволах,припомощикоторыхонивоспринимаются и передаются от человека к человеку и от поколения к поколению. Сюда необходимо включить также и те достижения, которые проявляются в созданных культурным обществом материальных благах. Ядром любой культуры являются идеи <…>, и особенно ценности,передающиесяприпомощитрадиций.Культурныесистемы могут рассматриваться, с одной стороны, как результат совершенных действий, с другой стороны, как одна из основ действия в будущем»

[Kroeber, Kluckhohn, 1952, p. 181].

В каждой культуре свои ценности, а соответственно, и «ключевые слова культуры», их выражающие: на Яве («абсолютно яванские и совершенно непереводимые») – «терпение», «равнодушие», «смирение», «уважение» [Гирц, 197, с. 136]; в японской культуре: omoiyari (угадываниеневыраженныхчувствижеланий),kokoro (приблизительно: сердце, ум), ne (я думаю, что ты сделал бы то же самое), amae (зависимость от другого человека) [Вежбицкая, 1999, с. 653–679]. Обратимся теперь к анализу тех ценностей, которые характерны для русской и англоязычной культур.

Врусскойкультуреиязыкезначимостьимеюттакиеконцепты,как Справедливость,Правда,Добро,Судьба,Воля,ТоскаиУдаль.Т.А.Булыгина и Д.Н. Шмелев отмечают, что «таким концептам часто отвеча-

46

ют “лексические пары”: правда и истина; долг и обязанность; свобода и воля; добро и благо и т. д.» [Булыгина, Шмелев, 1997, с. 481]. В ментальностинародаэтиконцептывыражаютсяследующимобразом:ИстинапринадлежитБогу;отвлеченнаяихолодная(познатьистину);Добронаходитсявнутринас,мысудимодобре,исходяизнамерений(делать добро); Долг – внутренний голос, совесть; Воля не желает знать границинепонимаетчужихправ;Душа–средоточиевнутреннейжиз- ни человека, самая важная часть человеческого существа (на душе, в

душе, русская душа, душа болит, добродушный, бездушный); Судь-

ба – рок, фатум, фортуна; доля, участь, удел, жребий (решается судь-

ба, судьбы не миновать, от судьбы не уйдешь) [Там же, с. 484–490].

Экспликация ценностей русской культуры возможна через анализ сочетаемости этнонима русский: сочетания «русская душа» и «русская душевность» содержат в своем значении целый ряд ассоциаций: «нечто высокое, нематериальное», «не зависящее от денег», «человек срусскойдушойвпервуюочередьзаботитсяоближнем».Вэтомпримере русское на основе дихотомии «свои – чужие» противопоставляется западному с его материальными ценностями.

Англичанеиамериканцы,традиционноассоциирующиесявмассовом сознании с Западом, руководствуются иными ценностными ориентирами.Дляанглоязычнойкультурыпринципиальноважнымиявля-

ются: Individualism (physical and emotional self-dependence, a separate identity, freedom of choice, privacy); Equality (equality of opportunity, people are not equal in wealth, education, background, etc.); Self-reliance (fearofdependence);Self-assertion(assertoneselfinordertoprotectone’s own rights; God helps those who help themselves; If you don’t look up for yourself, no one else will; You have to blow your own horn; active mastery rather than passive acceptance); Concern for rights and privileges (think of rights rather than duties); Success, Achievement; Pragmatism; Antiintellectualism [Connor, 1997, p. 56].

Восприятие ценностных доминант чужой культуры осложняется «различной проработанностью» предметных источников метафор и сравнений: «Смех неприятия чужой культуры возникает в тех случаях, если предметные источники метафор и сравнений “проработаны” в двух культурах с диаметрально противоположных оценочных позиций, если при тщательной “проработке” в одной из культур исключительноподзнакомположительнойоценочноймодальноститежесамые объекты в другой культуре остаются незамеченными или скорее оцениваются отрицательно. Тем более, что для прямо противоположной

47

оценки одних и тех же объектов в разных культурах существует глубинное,онтологическоеобъяснениеспецификиэстетическоговосприятия» [Толстая, 1995, с. 125]. То, что одобряется, скажем, американцами, русским кажется нелепым. Дотошность американских производителей, пытающихся оградить себя от ответственности перед потребителем, доходит до абсурда: на каруселях висят знаки «Может вызвать головокружение», спиртные напитки, сигареты и заменители сахара упреждают, что их использование способно повлечь за собой рак или рождениенеполноценныхдетей,анадписьнафенах«Неиспользовать поддушем»наводитнамысльотом,чтобокобокснормальнымиамериканцамиобитаетнекаяразновидностьслабоумныхпресмыкающихся, которые не имеют ни малейшего понятия об элементарных вещах.

Разницаввосприятииносителемкультурыииностранцемопределенных ценностей может привести к возникновению противоречий, конфликтности. Вызывая непонимание у реципиента, чужая культура ставит много вопросов: «Почему они так думают (ведут себя, обращают на это внимание и т. п.)?», «Странно, что … а у нас бы никогда такнесделали!»,«Этотакпо-американски(по-русски,по-европейски, по-восточному и т. п.)». Одним из базовых параметров соотнесения себя с другими и выстраиванием своей идентичности является культурологическая оппозиция «свое – чужое». Противопоставление своей этнической культуры культуре массовой также происходит по данному признаку.

2.3.1. Христианские ценности и их специфика

Христианство исходит из понимания ценности как абсолютного блага, имеющего значимость в любом отношении и для любого субъекта.Христианскиеценностивключаюткакевангельскиезаповеди,так

инравственныеправила,составляяцелуюсистему.Однакоониимеют значимостьтолькодлячеловека,которыйеслинеразделяетполностью положенийданноговероучения(христианского),тостараетсясогласовывать свои действия с нравственными положениями, заложенными христианством. Можно сказать, что любая ценность начинает «работать» тогда, когда она рассматривается и признается обществом в качествеценностииобязательногоруководствакдействию.Помнению Б. Паскаля: «Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть,

идостаточно мрака для тех, кто не хочет» [Паскаль, 2018].

48

По мнению Ю.С. Гаранова, религиозные (христианские) ценно- сти–«абсолютныедуховно-нравственныеисточникиобретениялично- стью(человеком)связистрансцендентным,достижениявысшейформы совершенствования, благодати, спасения (освобождения), духовного бессмертия, мистического знания» [Гаранов, 2014, с. 50]. Стремление к данным ценностям характеризует уровень духовности, нравственности личности, ее направленность к высшему идеалу, который связывается с трансцендентным, сверхприродным бытием.

Проводя классификацию христианских ценностей, Ю.С. Гаранов выделяет: 1) религиозно-онтологические ценности (Бог, бытие, природа); 2) религиозно-антропологические ценности (человек, душа, свобода воли, вера, надежда, любовь, благодать, спасение и т. п.); 3)религиозно-этическиеценности(благо,любовькаккближнему,так икврагу,непротивлениезлу,прощение,страдание,мученичество,свя- тость,добродетель);4)религиозно-эстетическиеценности(красотакак отражение Бога, прекрасное как форма добра) – наделенные сакраль- ным,мистическимсмысломвысшиекачествачувственно-образногоот- ношениячеловекакмиру;5)религиозно-когнитивныеценности(Свя- щенное Писание и Предание, молитвенные практики); 6) религиозносимволическиеценности(икона,богослужение,молитва,обрядыиритуалы); 7) религиозно-социальные ценности (церковь, христианская община, соборность, государство, человечество) [Там же, с. 50–51].

К числу основных христианских ценностей могут быть отнесены: вера,добро(доброта),любовь,милосердие,скромность,всепрощение, чистота нравов, в число ценностей может быть включена и такая ценность, как Бог (божественное).

1.Бог(Божественное).Христианскоевероучение(как,впрочем,и любая религиозная концепция) постулирует ценность всего, идущего свыше, от Бога, и, соответственно, бренность, никчемность, греховность всего земного. Диада «божественное :: земное» позволяет четко структурироватьсистемуценностныхориентироврелигиозногодискурса. Все, идущее от Бога и связанное с ним, имеет непреходящую цен-

ность:«СилаТвояпростираетсяпревышенебес!…Когдавзираюяна небесаТвои,делоТвоихперстов,налунуизвезды,которыеТыпоставил: то, что есть человек, что Ты помнишь его?...» (Псалтирь 8: 2-5).

Божественныймиримирпростыхлюдейпротивопоставляютсякак:

–мракибездна::светиспасение:«ВоззваликГосподувскорбисво- ей, и Он спас их от бедствий их; вывел их из тьмы смертной, и расторгнул узы их» (Псалтирь 107: 13-14);

49

–бренность земного :: прочность и постоянство небесного: «Дни человека – как трава; как цвет полевой, так он цветет. Пройдет над ним ветер, и нет его, и место его уже не узнает его» (Псалтирь 103: 15-16); «Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты – жезл царства Твоего, Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие; посему помазал Тебя, Боже, Бог твой» (Псалтирь 45: 7-8);

–страдания земной жизни :: покой и умиротворение божествен-

ного: «Объяли меня муки смертные, и потоки беззакония устрашили меня» (Псалтирь 18: 5); «Только в Боге успокаивается душа моя; от Него спасение мое» (Псалтирь 62: 1);

–созидательнаясилаБога::бессмысленностьвсехдействийчело-

века: «Ты устроил внутренности мои и соткал меня во чреве матери моей. Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои,

идуша моя вполне сознает это…» (Псалтирь 139: 13-14); «Не надейтесь на сына человеческого, нет в том спасения» (Псалтирь 146: 3).

Средихарактеристикбожественногоможновыделитьследующие:

–силабожественного:«Господьразрешаетузников;Господьотвер- зает очи слепым, Господь восставляет согбенных…» (Псалтирь 146: 8); «Господь премудростью основал землю, небеса утвердил разумом; Егопремудростьюразверзлисьбездны,иоблакакропятросою»(Прит-

чи Соломоновы 3: 19-20);

–вечность божественного – божественное как первооснова всего:

«Тыпоставилземлюнатвердыхосновах:непоколеблетсяонавовеки

ивеки…» (Псалтирь 104: 5);

–безграничнаявластьбожественного:«Господьнанебесахпоста-

вил престол Свой, а Царство Его всем обладает» (Псалтирь 103: 19); «Бог наш на небесах и на земле; творит все, что хочет…» (Псалтирь

115:3);

–божественное как источник мудрости: «Господь дает мудрость,

из уст Его – знание и разум» (Притчи Соломоновы 2: 6);

–божественное как благодать, нисходящая на человека: «Господь Бог есть солнце и щит, Господь дает благодать и славу; ходящих в непорочности Он не лишает благ» (Псалтирь 84: 12);

–праведность божественного: «Бог есть судия: одного унижает, адругоговозносит.…Всерогинечестивыхсломлю,ивознесутсяроги праведника» (Псалтирь 75: 8);

–способностьбожественногослужитьзащитойдлячеловека:«Го-

сподь спас их от бедствий их, и они приближались ко вратам смерти. Но воззвали к Господу в скорби своей, и Он спас их от бедствий

их» (Псалтирь 107: 19-20).

50