Теория государства и права. Часть 2. Теория права. Учебник

дарственных органов. Процессуально правовые нормы определяют порядок, процедуру оформления и защиты прав, установленных ма териально правовыми нормами, порядок и последовательность дей ствий государственных органов и должностных лиц, применяющих правовые нормы. Материально правовые нормы образуют как бы пер вый слой права, указывают, «что делать». Процессуально правовые нормы, составляющие как бы второй слой, определяют юридические способы охраны, защиты и восстановления первого слоя права, ука зывают, «как делать».

Понятие «процесса» еще недавно связывалось в литературе только с правосудием, поскольку деятельность органов следствия и суда наи более детально урегулирована правом (УПК и ГПК). В последние годы понятие процесса распространяется на урегулированную правом дея тельность всех вообще органов государства («законодательный про цесс», «административно правовой процесс»).

Классификация правовых норм иногда связывается с юридической силой нормативных актов, в которых содержатся правовые нормы и их элементы, с компетенцией государственных органов, издающих эти акты. При выявлении элементов правовой нормы могут обнару житься противоречия между установленными на разных законода тельных уровнях условиями применения или определениями содер жания нормы. В этих случаях применяются следующие правила: оп ределения норм, содержащиеся в нормативных актах Российской Федерации, имеют преимущество по отношению к нормам, установ ленным в актах субъектов Федерации; во всех случаях расхождения норм закона и подзаконных актов действуют определения законов; последующий нормативный акт того же (или вышестоящего) госу дарственного органа вносит изменения в предыдущие.

Кроме перечисленных видов в литературе названы еще несколько видов правовых норм.

Видами правовых норм иногда называют «рекомендательные» и «поощрительные» нормы. По юридической природе те и другие отно сятся к управомочивающим нормам. Выделение их в особые виды связано с особенностями их социально психологического (мотива ционного) влияния на поведение людей и общественные отношения (см. § 4 гл. XXV).

С точки зрения осуществимости правовых норм, они оценива ются как эффективные и неэффективные (малоэффективные), причем различаются социальная эффективность правовых норм (каков прак тический результат действия нормы, ее социальный эффект, сораз

мерны ли общественные затраты на ее реализацию?) и эффективность юридическая. Юридически неэффективны так называемые «мертвые нормы», гипотезы которых предусматривают практически не суще ствующие либо недоказуемые условия реализации нормы или диспо зиция определяет действия невозможные, а также «бессильные нор мы», т. е. нормы, не обеспеченные санкцией.

Исходя из моральных критериев правовые нормы оцениваются как справедливые или несправедливые (хорошие и плохие, правильные

инеправильные и т. п.). Деление правовых норм на «справедливые» и «несправедливые» связано с господствующей в данном обществе (или его части) моралью и составляет часть общественного правосознания. Если в индивидуальных спорах (в суде, в других государственных орга нах) одна и та же норма, относящаяся к спорному делу, может по разному оцениваться сторонами спора о праве, то в правосознании общества или класса действующие правовые нормы нередко получа ют общепризнанную оценку, выраженную в общественном мнении. В нашей стране, например, порицались как несправедливые дейст вовавшие правовые нормы о неравенстве внебрачных детей, о чрез мерно суровых наказаниях за мелкие хищения, о необоснованных при вилегиях должностных лиц и др. В демократическом обществе и го сударстве массовое правосознание имеет возможность влиять на законодательную власть, добиваясь изменения или отмены неспра ведливых правовых норм, противоречащих общественному мнению.

Всвязи с нравственной оценкой правовых норм к ним предлага лось применить понятие «ценность». В процессе обсуждения этой про блемы резонно отмечалось, что с самого начала дискуссии о «цен ности» права речь шла, по существу, не о ценности, а о его соци альной полезности и необходимости. Для оценки отдельно взятых правовых норм достаточны такие критерии, как справедливость (или несправедливость) и эффективность (или неэффективность). Что ка сается права в целом, то обоснованно указывалось на ряд присущих ему побочных явлений и отрицательных свойств (узаконение принуж дения, унификация людей, конформизм, тенденция к расширению

идр.).

Правовые нормы необходимы, многие из них полезны, эффек тивны, справедливы; однако еще древние не без оснований утвер ждали: summum jus, summa injuria (чрезмерно строгое следование праву порождает наивысшую несправедливость). Проблема ценности пра вовых норм усложняется еще и тем, что «ценность» не является об щепринятым масштабом; как замечают современные исследователи, «в любом обществе существует определенный конфликт ценностей, и

выбор между ними совершается в сфере права и морали»1. Поэтому деление правовых норм на «ценные» и иные (менее ценные, нецен ные и т. п.) не имеет объективных оснований.

Стремление придать правотворчеству научный характер побудило некоторых правоведов поставить проблему «истинности» правовых норм. Однако попытки применить к социальным нормам понятия «ис тинности» или «ложности» с самого начала встретили возражения спе циалистов по деонтической логике и ряда правоведов. Главная труд ность деления правовых норм на «истинные» и «неистинные» («лож ные») — отсутствие критерия, руководствуясь которым можно было бы отличить одни от других2.

Наконец, иногда от норм правил поведения (норм непосредст венного регулирования человеческого поведения) отличают «исход ные правовые нормы» (нормы начала, нормы принципы, нормы де финиции и другие нормы, имеющие наиболее общий характер, наи более высокую форму абстрагирования)3. Для такого деления нет объективных оснований, если исходить из того, что сущность права состоит в регулировании поведения людей и их отношений. Так назы ваемые нормы принципы, дефинитивные и иные нормы представляют собой нормативные предписания высокого уровня обобщения, вы несенные за скобки многих правовых норм правил поведения, но об ретающие действенность и юридическую силу лишь в составе каждой из них. Кроме того, к нормам принципам, нормам определениям и т. д. иногда относят содержащиеся в законах и других нормативных актах декларативные, программные, социально политические, нрав

1 См.: Синха Сурия Пракаш. Юриспруденция. Философия права. Краткий курс. М., 1996. С. 283.

2 Кельзен утверждал, что правовая норма не обладает ни истинностью, ни лож ностью: она лишь действительна или недействительна: «Ни один юрист не может от рицать существенного различия между опубликованным в официальном вестнике за коном и научным комментарием к этому закону, между уголовным кодексом и учеб ником по уголовному праву. Это различие проявляется в следующем: сформулирован ные правоведением высказывания о долженствовании, описывающие право, никого ни к чему не обязывающие и не управомочивающие, могут быть истинными или ложны ми, в то время как установленные правовой властью нормы долженствования, обязы вающие или управомочивающие правовых субъектов, не могут быть ни истинными, ни ложными, но лишь действительными или недействительными; точно так же, как бытийные факты не могут быть ни истинными, ни ложными: они либо есть, либо их нет, и лишь высказывания о фактах могут быть истинными или ложными» (Чистое учение о праве Ганса Кельзена. Сборник переводов. Вып. 1. М., 1987. С. 32, 102—103).

3 См.: Нормы советского права. Проблемы теории. Саратов, 1987. С. 159—160

и др.

ственные положения, призванные обосновать и поддержать автори тет права, но не содержащие юридических норм; соответственно, они не могут рассматриваться как разновидности норм права.

Что касается предложенного некоторыми авторами деления норм на дефинитивные, описательные, ссылочные и т. п., то это клас сификация не правовых норм, а статей нормативных актов.

§ 4. Соотношение норм права и текстов нормативных актов

Основным источником (формой) права нашей страны являются нормативные акты, в текстах (разделах, частях, статьях) которых из лагаются правовые нормы.

При подготовке и принятии нормативных актов обязательно учи тываются специфические признаки правовых норм (общий характер, неперсонифицированность, обращенность в будущее и др.) и их струк тура (каждое правило должно иметь обозначение условий примене ния и охраняться государством от нарушений). Однако норма права не тождественна статье закона, а структура последней не совпадает со структурой правовой нормы. Это определяется рядом обстоятельств.

В одной статье нормативного акта (и даже — в одном норма тивном акте) не могут быть выражены в полном объеме все элементы, из которых состоит правовая норма. При подготовке, принятии и из дании нормативного акта правовой материал по правилам законода тельной техники группируется таким образом, чтобы акт был ком пактен, а его предписания легковоспринимаемы. Поэтому при под готовке проекта закона или иного нормативного акта его текст делится на разделы, статьи, части статей; в кодексах — на главы, разделы или на общую и особенную части. В начале многих нормативных актов обозначаются положения, имеющие отношение ко всем последую щим разделам, связанные с многими или со всеми нормами данной отрасли права. Объединение близких по своим предписаниям норм или их частей в одну статью или раздел нормативного акта позволяет избежать повторений и длиннот1. Изложение одной правовой нормы

вразных нормативных актах иногда обусловлено различием компе

1 Так, положение ст. 23 Уголовного кодекса РФ относится ко всем нормам осо бенной части уголовного права, и ее отсутствие в Общей части Кодекса потребовало бы включения в каждую статью Особенной части формулировки: «Лицо, совершившее данное преступление в состоянии опьянения, подлежит уголовной ответственности».

тенции органов, определяющих разные части правовой нормы1. В раз ных статьях нормативных актов, а то и в разных кодексах содержатся материально правовые и процессуальные нормы. В результате эле менты одной нормы обычно размещаются в разных статьях норма тивных актов, и, наоборот, одна статья может содержать части не скольких норм.

Частицы, элементы правовых норм находят выражение в статьях, пунктах, параграфах текстов нормативных актов в виде определений общего характера, обладающих рядом признаков нормы. Те из них, которые представляют собой логически завершенные, обязательные для соблюдения положения, называются нормативными предписания ми. Некоторые нормативные предписания по содержанию и логичес кой структуре «если — то — иначе» близки к правовой норме, но и они не могут применяться без учета общих и других положений зако нодательства, в соединении с которым они только и могут образовать норму; другие правовые предписания логически строятся по форме: «если — то»; есть и такие, что не имеют другой структуры, кроме грам матической2.

Формулировка многих правовых предписаний строго зависит от содержания выражаемых ими правовых норм; таковы, как отмечено, управомочивающие, обязывающие, запрещающие нормы права. Пос ледние (запрещающие) нередко вообще как бы выносятся за рамки ряда норм и целых отраслей права, в пределах которых находятся ох раняемые ими диспозиции, формулируются как перечни деяний, ко торые запрещено совершать, и санкций, соответствующих качествам и тяжести этих деяний (уголовные кодексы, кодексы об администра тивных правонарушениях, положение о материальной ответственно сти рабочих и служащих и др.).

При помощи этих санкций, как отмечено, охраняются обшир ные комплексы различных отраслей права; таковы также положения гражданского процессуального кодекса, регулирующие исполнитель ное производство — как санкция, они связаны с рядом норм граж данского, трудового, семейного, административного, уголовного пра ва; общий характер (по отношению ко всему гражданскому праву)

1 Это неизбежно, например, при издании бланкетных норм; так, администра тивная ответственность за нарушение ветеринарно санитарных правил определена Кодексом РФ об административных правонарушениях, сами же эти правила устанав ливаются местными органами власти и управления.

2 Некоторые части статей нормативных актов (особенно «отсылочные») вообще не образуют правовых предписаний (например, «те же действия, совершенные повтор но, влекут...» и т. д.).

имеет предписание о возмещении убытков. Существование в законо дательстве правовых предписаний, выражающих общие для многих норм санкции, облегчает деятельность законодателя — при дальней шем развитии права учитывается, что новые нормы права (диспози ции) включаются в комплекс норм, уже охраняемый определенной санкцией.

Важное место среди нормативных предписаний занимают обоб щения условий действия и применения правовых норм. Таковы со держащиеся в законах и других нормативных актах общие положения о субъектах права, их видах и правовых статусах, об условиях дей ствия нормативно правовых актов, порядке их реализации, о проце дурах решения юридических споров, о правовом режиме различных имуществ и др. Нормативные предписания такого уровня в процессе реализации права осуществляются через правовые нормы, регулиру ющие поведение отдельных лиц; вместе с тем они имеют самостоя тельное значение в системе правового воздействия.

Особенное значение среди нормативных предписаний имеют за конодательные определения основных прав и свобод граждан. Обыч но они излагаются в конституциях или в специальных нормативно правовых актах («Декларация прав человека и гражданина», «Билль о правах»). После Второй мировой войны ряд основных прав и свобод закреплен в международных документах, положения которых призна ны обязательными в Российской Федерации.

Нормы права и статьи законов не всегда тождественны по той причине, что тексту нормативного акта, как и любому литературному произведению, нередко свойственны образность, ориентация на мас совое правосознание, обращенность к общественному мнению. Так, для уголовного законодательства традиционны как бы неправильные формулировки: «преступление (хищение, вымогательство, убийство, клевета, хулиганство, разбой, мошенничество, получение или дача взятки, заведомо ложный донос и т. д.) наказывается...», хотя на са мом деле наказывается не преступление, а преступник (вор, убийца, взяточник, хулиган, мошенник, клеветник и т. п.). В законодатель стве используются условные термины; например, «молодой специа лист» может оказаться по возрасту далеко не молодым работником, осваивающим новую для него специальность и потому имеющим пра во на некоторые льготы. Некоторые исторически сложившиеся тер мины и определения законодательства противоречат их обыденному значению. Отдельные средства транспорта по закону относятся к «не движимым вещам». Лица, ничего не теряющие, а приобретающие по завещанию дополнительные права, именуются «отказополучателями».

Вряде статей нормативных актов для смыслового усиления должное описывается как сущее: «Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого»; «Депутату обеспечиваются усло вия для беспрепятственного и эффективного осуществления его прав и обязанностей». В тех же целях (для смыслового усиления, образно го выражения непререкаемости закона) запрещенное порой характе ризуется как вообще невозможное: «Никто не может быть произволь но лишен жизни»; «Собственность не может использоваться в целях, противоречащих интересам общества, правам других граждан».

Различие между нормами права и статьями законов заключается и в том, что в тексте нормативного акта могут содержаться не только нормативно правовые предписания, но и индивидуальные распоря жения, а также обоснования нормативного акта, фактические утвер ждения, программные положения, призывы, декларации, правила об щежития, морально политические нормы и принципы. Одним из на следия времен, когда законодательство было формой пропаганды, является наличие в текстах законов идеологических и политических сентенций, имеющих программный, декларативный характер. Стрем ление придать текстам законов непременно политическое звучание приводило к тому, что эти тексты неправильно выражали правовые нормы. Так, если в законах говорится об обжаловании в суд «неза конных действий» должностных лиц и государственных органов (ва риант: «действий, нарушающих права и свободы граждан»), то полу чается так, что суд может принимать жалобы только на действия, неза конность которых где то и кем то уже установлена (зачем тогда вообще обращаться в суд?), а жалобы на законные действия принимать вооб ще не должен, хотя бы жалобщик и считал свои права нарушенными.

Вдругом нормативном акте определяется порядок возмещения ущер ба, причиненного гражданину «незаконными действиями органов следствия, дознания, суда»; выходило, что ущерб, причиненный за конными, но ошибочными действиями этих органов (официальным признанием печальной неизбежности таких ошибок является хотя бы существование обширных институтов обжалования актов этих орга нов), возмещению не подлежит.

Наконец, особое место в системе права и законодательства за нимают содержащиеся в конституциях и других основных законах пра вовые предписания, предполагающие и требующие их конкретизации в текущем законодательстве. Это — своеобразные ориентиры нормо творческой деятельности, оказывающие лишь косвенное влияние на практику реализации права, ибо невозможно осуществить право, о котором сказано, что оно осуществляется в «установленном законом

порядке», а этот порядок законом еще не установлен, равно как нельзя наказать нарушителя запрета, если сказано, что правонарушение «ка рается по закону», но соответствующий закон еще не принят. Право вые предписания, условия и порядок реализации которых в системе права и законодательства не определены, неизбежно остаются неосу ществимыми, декларативными, поскольку правовые нормы еще не получили в текстах нормативных актов полного выражения.

В действующей Конституции Российской Федерации содержат ся положения, для реализации которых требуется принятие допол нительных законов. Таково, в частности, право гражданина на заме ну военной службы альтернативной гражданской службой в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 59 Конституции. Поскольку федеральный закон, предусмотренный той же статьей, еще не принят, названное право осуществить невозможно; поэтому Конституция в данном слу чае имеет прямое действие лишь по отношению к органам законода тельной власти, которым надлежит принять соответствующий закон, а также к органам правосудия, оправдывающим тех, кто отказывается от военной службы по основаниям, указанным в ст. 59 Конституции.

Важной задачей правоведения является разработка способов пе ревода тех положений закона, которые носят самый общий, абст рактный характер, в нормативные предписания, через которые эти законоположения воплощаются в систему правовых норм, регули рующих поведение членов общества. В теоретическом плане эта про блема усложняется тем, что в последние годы в учебной и научной литературе распространилось противопоставление норм права и текс тов закона, основанное на абстрактном предположении, что право (мера свободы) всегда хорошо и справедливо, а закон (текст норма тивного акта) нередко бывает несправедливым и плохим. Однако не осуществимость ч. 3 ст. 59 Конституции Российской Федерации являет яркий пример прямо противоположного соотношения, когда хоро шему и справедливому закону не только не соответствуют осуществи мые нормы права, но и в общественной жизни из за этого несоответ ствия возникают правовые конфликты и аномалии.

Для повышения эффективности правового регулирования нема лое значение имеют совершенствование законодательства, его систе матизация, изложение правовых норм общепонятным языком, широ кое применение правил законодательной техники. Правовой нормой трудно руководствоваться, если ее элементы размещены в большом числе нормативных актов, часть изданий которых не всем доступна, а последующие изменения не всегда общеизвестны. Политические и моральные сентенции уместны не в тексте нормативных актов, а если

без них почему либо трудно обойтись — в преамбулах; законодатель должен стремиться к точному выражению своих мыслей и намерений в тексте законов без иносказаний и двусмысленностей; если закон не является законом прямого действия, а содержит обещания принять дополнительные нормативные акты о порядке реализации тех или иных правоположений — обещанные акты должны быть оперативно подготовлены и приняты, дабы законодательство не содержало не осуществимых положений. Серьезные преграды на пути реализации права создают противоречия в текстах нормативных актов, дающие основания логически конструировать разные по содержанию право вые нормы, относящиеся к одному и тому же отношению. Особенно опасны для практики правового регулирования противоречия между содержанием законов и подзаконных актов, если последним отдается предпочтение государственными органами и должностными лицами, применяющими правовые нормы.

Во всех странах, где нормативные акты являются основным ис точником права, существует проблема соотношения «буквы» и «духа закона», обусловленная тем, что, во первых, мысль законодателя не всегда достаточно точно выражена в тексте нормативных актов, во вторых, тем, что текст со временем почти неизбежно устаревает, и содержащиеся в нем термины, определения, понятия становятся узки или, напротив, широки для обозначения новых явлений обществен ной жизни. Поэтому процесс применения и другие формы реализа ции правовых норм носят в известной мере творческий характер: во первых, в процессе изучения текстов нормативных актов логически конструируется правовая норма с ее тремя элементами (кто, когда, при каких условиях — к чему обязан, на что имеет право, какие меры государственного принуждения применяются в случае нарушения пра вовой нормы); во вторых, в процессе конструирования правовой нор мы определяется, какие именно положения, содержащиеся в тексте нормативного акта, имеют юридическое значение; в третьих, может оказаться, что норма права не получила в тексте закона точного вы ражения и изложения («порядок обжалования незаконных актов», «мо лодой специалист», «никто не может быть произвольно лишен жиз ни» и т. п.) и потому текст нормативного акта подлежит не букваль ному, а ограничительному или распространительному толкованию (см. гл. XXV).

Г Л А В А VIII

Правовые отношения

§1. Понятие правовых отношений

иих основные виды

Право в объективном и субъективном смысле. Понятие правового отношения является одним из основных в юридической науке. Поня тие права как системы норм, установленных или санкционированных государством, раскрывает одну из сторон правовой действительнос ти. Такие нормы суть правила поведения, регуляторы общественных отношений между людьми. Поскольку это регулятор общественный, выступающий по отношению к каждому отдельному лицу или орга низации как некая внешняя среда, то понятие «право как система норм» носит объективный характер, т. е. не принадлежит какому либо субъекту, не составляет его личного, хотя бы и социального свойства. Поэтому нормы права или право как систему норм называют объек тивным правом.

Нормы права, однако, существуют не сами по себе, а для людей и их организаций, в том числе и государства призваны регулировать действия людей или организаций, предоставляя им свободу действий, возможность поведения и использования материальных и духовных благ, а также связывая их свободу и поведение определенными рам ками, предписаниями, ограничениями. Предусмотренная нормами права свобода, или возможность поведения, носит то же название — право. Но это уже не норма, лежащая за рамками возможностей влас ти, личной принадлежности лица (субъекта) — человека или органи зации. Наоборот, это то, что по объективному праву (закону) принад лежит субъекту, составляет его личную свободу или возможность по ведения, пользования принадлежащими ему вещами, способностями, знаниями и многими иными (в том числе и общественными) блага ми. Такая свобода и возможность поведения, закрепленная или до пускаемая законом (объективным правом), в юридической науке но сит название субъективное право.