Становление и развитие школьного исторического образования в России ХVI – начала ХХ вв. Монография

изведения переделывали на христианский лад. Так, сопутствовавший Александру Великому бог Гермес превратился в ветхозаветного пророка «иерусалимского царя» Иеремию [4]. Кроме того, вкрадывались ошибки переводчиков: появился «алконост» из слов «алкион есть»; феникс-птица – из слов «финиковая пальма»; полулюди-полупсы из тигров, поскольку переводчик просто не знал, что это за звери; лебеди из шакалов; чудовище о пяти ногах вместо быка. Свои добавления внесли и переписчики, написавшие вместо слова «ловитва» – молитва, «дело» – тело и т.д. [5]. Наряду с переводными хронографами появляются собственные, предлагавшие краткие обзоры всемирной и русской истории. История переделок хронографов рассматривается разными исследователями, в частности А. Поповым [6], в более позднее время – П. Н. Милюковым.

В «Летописец эллинский и римский» был сделан целый ряд вставок, учитывающих религиозный интерес русского читателя: это повести о построении святой Софии, о разделении церквей и взятии Константинополя турками [7]. Но вскоре этот летописец заменил другой, обновленный, в нем хронистов VII–IХ вв. сменили два хрониста ХII в. – Манассия и Зонара. Авторы попытались исторические сведения привести в определенный порядок – так, после библейских текстов было помещено повествование о древних народах, затем шло описание событий из византийской и русской истории с дополнениями сведений о восточных славянах [8].

Поскольку эти сведения заканчивались началом ХI в., то составитель доводил повествование по болгарским и сербским источникам до начала ХV в. Наряду с отрывками из летописей сюда включался и авторский текст. В хронографе впервые связно излагалась славянская история в связи с главнейшими событиями древней русской истории. Эта часть хронографа послужила основой для последующих вставок в национально-патриотическом духе. К 1512 г. переделанный хронограф стал окончательно русской собственностью [9].

Через сто лет на Руси произошли значительные изменения: прекратилось летописание, вместо греческого влияния усилилось латинское, возрос интерес читателей к светским

11

знаниям. Ход русской истории после летописей объяснялся как результат деяний ее правителей. Исходя из этой концепции, Русь изначально якобы была единой монархией. В результате ошибочных решений о разделе она превратилась

вудельное государство, в самостоятельные территории выделилась юго-западная Русь и северные республики. Но такая раздробленность привела к порабощению Руси монголотатарами, однако мудрые действия Ивана III позволили восстановить единовластие, изгнать захватчиков и создать единое государство. По мнению П. Н. Милюкова, такое построение русской истории «было шагом назад от объективной истины, но шагом вперед к ее постижению. <…> Эта схема впервые вывела русскую историографию из периода простого летописания» [10].

Спрос читателя на научные знания нашел отражение

вхронографе 1617 г., возвратившемся к классической истории и мифологии. Вместо византийских хроник в основу изложения событий была положена польская хроника Мартина Бельского, имевшаяся в русском переводе с 1554 г. По содержанию эта хроника повторяла прежнюю и включала

всебя ветхозаветную и новозаветную историю, изложенную по системе четырех монархий, материалы из греческой и римской мифологии, рассказы о Троянской войне и Магомете, об открытии Америки. Но был в ней и новый материал: это описание Вселенной (космография) и сведения из истории Западной Европы.

Изменилось изложение русской истории в летописце. По-прежнему основу содержания составляли летописи, но их постарались художественно обработать, переделать

внационально-патриотическом духе, дать характеристики правителей XVI–ХVII вв. [11]. Любителям исторического чтения был известен «Хрисмологион» – своеобразная всеобщая история [12]. Исторические статьи появились также

впечатной азбуке Василия Бурцева (1634 г.), например сказание о составлении Кириллом азбуки – «в разум детям учащимся буквам» [13].

ВХVI–ХVII вв. из переводных исторических произведений наиболее известны «Всемирная хроника Мартина Бельского» и «Хроника чудес Дикостена» [14]. Произведениям

12

того времени присущи торжественный тон, изысканные обороты и мудреные слова, легендарность и баснословие.

В ХVII в. появилась хроника Феодосия Сафонова, содержащая фрагменты летописей и иных источников. Сафонов переработал и сократил Ипатьевскую летопись, включив в нее польские источники [15].

Человек, стремившийся познать историю, мог обратиться также к историческим запискам современников событий ХVI–ХVII вв. Это сочинения князя Курбского о правлении Ивана Грозного, Авраамия Палицына «Сказание об осаде Троицкого монастыря и о бывших потом в России мятежах»; записка о России Григория Котошихина, современника царя Алексея, бывшего подьячего Посольского приказа, бежавшего в Швецию. Он дал описание современной ему России по памяти, так как документов за границей у него не было, кроме Уложения – сборника законов того времени.

1.3. Азбуковники ХV–ХVII вв.

Зарождение историко-методической мысли относится к периоду появления в России первых азбуковников – сборников, содержащих исторические сведения. Азбуковники получили распространение в ХV–ХVII вв., причем самый древний из дошедших до нас датируется 1282 г. В иностранных религиозных книгах встречалось много непонятных слов, при переводе которых, как уже отмечалось, допускались многочисленные ошибки переводчиков и переписчиков. Азбуковники и призваны были объяснять эти непонятные слова. Так были разработаны и систематизированы списки иностранных или славянских слов с объяснением их значения. Для удобства их располагали в алфавитном, азбучном порядке, что и дало им название «азбуковники». Составитель азбуковника, попавшего в библиотеку Соловецкого монастыря, в толковании статьи «О диких людях» писал так: «Аще истинно есть или ложно, неведе, но убо в книгах сие обрете понудихся и та зде написати, такоже и о зверех и о птицах, и древесах, и травах, и рыбах,

икаменях, яже зде написаны по буквам» (по алфавиту) [16]. Эти рукописи постоянно перерабатывались, дополнялись

ипостепенно стали приобретать энциклопедический характер.

13

Азбуковник ХIII в., составленный для новгородского владыки, назывался «Речь жидовского языка преложена на Русскую, неразумно на разум», давал объяснение 174 словам в следующем виде: «Авел – пара; Вавилон – смятение; Ерусалим – обетование; Июдеи – исповедание». Азбуковник ХV в. «Толкование неудобьпознаваемых в писаных речам» раскрывает всего 61 слово. Вот некоторые из толкований: «Cамолюбие – еже к телу страсть и угодное тому; Художество – хытрость». Смерчь объясняли следующим образом: «Пиавица – облак дождевой, иже воду от моря взимает, яко в губу, и паки проливает на землю» [17]. В ХVI в. списки слов значительно увеличиваются в количестве, появляется объяснение новых понятий. Азбуковники получают широкое распространение со второй половины ХVII в., когда составители их черпают запас сведений уже не столько из византийских источников, сколько из польских хроник, космографий, лечебников, ссылаются на средневековые классические авторитеты.

Все азбуковники условно можно разделить на энциклопедические и школьные. Первые включали сведения по истории: «О Иулии Кесаре», «О взятии Царьграда от латин», «О сожжении Гуса», «О славянском языце и о русском», «Об убиении Бориса и Глеба», статьи по греческой и славянской мифологии. Второго вида азбуковники, имея универсальный характер, рассказывали о школьном благочинии,

онерадивоучащихся, о сотворении мира и первых людях,

онароде израильском, царях Давиде и Соломоне. Имелись здесь краткие толкования о мудростях философских – грамматике, диалектике, греческом языке, риторике, музыке, арифметике, геометрии, астрономии. Все эти науки поочередно выводились в лицах, рассказывая читателю о своем содержании и восхваляя приносимую людям пользу.

Вучебных азбуковниках также помещался букварь, религиозно-нравственные поучения, краткие статьи по природоведению, например «О громе и молнии», «О четырех временах года». Азы арифметики учащиеся познавали в процессе чтения объяснений дней недели и знакомства с календарем и летосчислением. Грамматика давалась в вопросах и ответах, правда, очень сбивчиво. Таким образом, школь-

14

ный азбуковник – это всякое руководство, предназначенное для обучения юношества. Азбуковник читали в школе под руководством учителя во время отдыха и перерыва в учебных занятиях [18]. Как предполагают исследователи педагогики советского времени, эти азбуковники могли применяться в качестве учебных пособий [19].

1.4.«Синопсис»

В1674 г. в Киеве появилось историческое произведение «Синопсис» (Обозрение). Под названием «Синопсис, или краткое описание от различных летописцев» книга была издана

вПетербурге в 1758 г. Это произведение, получившее особенно широкое распространение в ХVIII в., издавалось более 30 раз (вплоть до 1836 г.) и считалось основным руководством по русской истории до появления в 1760 г. «Краткого летописца» М. В. Ломоносова. «Синопсис» – это книга для чтения, самообразования, применяемая также во время обучения в качестве учебного пособия.

«Синопсис» был составлен архимандритом КиевоПечерской лавры Иннокентием Гизелем и представлял собой краткое собрание из разных летописцев, рассказывающих «о начале славяно-российского народа и первоначальных князей богоспасаемого города Киева» [20]. В основе сочинения Гизеля находилась история Древнерусского государства, последующие же события раскрывались автором вскользь, конспективно. В пособии были показаны военные действия, давался перечень имен русских князей, украинских гетманов. К концу ХVIII в. объем «Синопсиса» возрос до 300 и более страниц [21].

По мнению П. П. Пекарского, это произведение – «близкий сколок с хроники Сафонова с некоторыми добавлениями», например, изложения истории нашествия Мамая [22]. Цель этого произведения заключалась в религиозном возвеличивании национальной истории [23].

Критическую оценку «Синопсису» дают российский историк и государственный деятель В. Н. Татищев и немецкий историк Август Людовик Шлецер. Первый пишет: «Сокращенная история, именуемая “Синопсис”, хотя весьма кратка

15

имного нужное пропущено, но вместо того польских басен

инедоказательных включений со избытком внесено» [24]. Второй же называет «Синопсис» «уродливым» произведением, основание которому положили Стрыйковский и другие польские авторы [25]. «Полуобразованный русский, – писал Шлецер в автобиографии, – с необыкновенною охотою берется за всякое чтение: особенно любит он отечественную историю», но «у этой доброй публики не было ни одного удобочитаемого руководства: так называемый киевский “Синопсис” не заслуживает этого имени. Это жалкое сочинение, не извлеченное непосредственно из русских летописей, а из их переписчиков, из Стрыйковского, ниже всех описаний [26]. «“Синопсис”, следуя польским и литовским источникам, опускает главное, выдвигая на первое место незначительные события, перемешивает их с именами многочисленных князей. Таким образом, “Синопсису” присуща недооценка первоисточников и почти полное отсутствие критического взгляда на события истории» [27].

«Синопсис» и азбуковники, приспосабливая подачу материала к интересам читателей, не являлись учебниками. Как уже отмечалось, «Синопсис» был печатным источником сведений по русской истории, служил своеобразным учебным пособием [28]. Цель древнерусских исторических сочинений состояла не только в том, чтобы рассказать о прошедших событиях, но, прежде всего, «наставить» читателя, пробудить в нем лучшие качества и чувства души.

* * *

Первые исторические труды, с которыми мог познакомиться читатель – летописи. Переводы первых литературных трудов относятся ко времени Ярослава Мудрого. С конца ХV в. начинают переводить исторические материалы южных славян, появляются хронографы и летописцы со вставками переводчиков, учитывающих интересы русского читателя. Вместо греческого влияния усиливается латинское, а вместо византийских хронографов появляются хронографы, созданные на основе польских хроник. Получить исторические знания также можно было из исторических записок современников событий ХVI–ХVII вв.

16

Зарождение историко-методической мысли относится ко времени появления в России азбуковников – сборников, содержащих исторические сведения. Условно все азбуковники подразделяются на энциклопедические и школьные. В ХVIII в. основным руководством по русской истории становится «Синопсис» – книга для чтения, самообразования, применяемая также в качестве учебного пособия.

Примечания

1.Воробьев М. Н. Православное просвещение на Руси (Х–ХVII вв.) / М. Н. Воробьев // Педагогика. – 1996. – № 2. – С. 85.

2.Милюков П. Н. Очерки истории русской культуры / П. Н. Милюков. – СПб., 1897. – Ч. 2. – С. 258.

3.Попов А. Обзор хронографов русской редакции: в 2 вып. / А. Попов. – М., 1866–1869. – Вып. 2. – С. 97.

4.Коваленский М. Русская история для средней школы / М. Коваленский. – М., 1907. – Ч. 1. Вып. 1. – С. 177.

5.Коваленский М. Указ. соч. – С. 180–181.

6.Попов А. Обзор хронографов русской редакции / А. Попов. – М., 1869.

7.Милюков П. Н. Указ. соч. – С. 258–259.

8.Григорьев В. В. Исторический очерк русской школы / В. В. Григорьев. – М., 1900. – С. 17–18.

9.Милюков П. Н. Указ. соч. – С. 259.

10.Милюков П. Н. Указ. соч. – С. 262.

11.Милюков П. Н. Указ. соч. – С. 260.

12.Миропольский С. И. Очерк истории церковно-приход- ской школы от ее возникновения на Руси до настоящего времени / С. И. Миропольский. – СПб., 1910. – С. 212.

13.Соболевский А. И. Образованность Московской Руси ХV–ХVII вв. / А. И. Соболевский. – СПб., 1894.

14.Забелин И. Е. Характер древнего народного образования России / И. Е. Забелин // Отечественные записки. – 1856, март. – С. 18.

15.Пекарский П. П. Введение в историю просвещения в России ХVIII столетия / П. П. Пекарский. – СПб., 1862. – С. 316.

17

16.Карпов А. Азбуковники, или Алфавиты иностранных речей по спискам Соловецкой библиотеки / А. Карпов. – Казань, 1877. – С. 171.

17.Коваленский М. Русская история. Для средней школы / М. Коваленский. – М., 1907. – Ч. I. Вып. I. – С. 183.

18.Князьков С. А. Из прошлого русской земли / С. А. Князьков. – М., 1907. – С. 572.

19.Константинов Н. А. История педагогики: учебник для педвузов / Н. А. Константинов, Е. Н. Медынский, М. Ф. Шабаева. – М., 1966. – С. 182.

20.Руднев Я. И. История как наука и как учебный предмет народной школы / Я. И. Руднев. – СПб., 1913. – С. 23.

21.Новый Синопсис, или краткое описание о происхождении славено-российского владычествования всероссийских государей до вступления на престол Петра Великого, Петра Захарьина. – Николаев, 1798. – С. 339.

22.Пекарский П. П. Введение в историю просвещения в России ХVIII столетия / П. П. Пекарский. – СПб., 1862. – С. 316.

23.Милюков П. Н. Указ. соч. – С. 261.

24.Татищев В. Н. История России / В. Н. Татищев. – М., 1768. – Кн. I. Ч. I. – С. 9.

25.Шлецер А. Л. Нестор / А. Л. Шлецер; пер. Языкова. – СПб., 1809. – Ч. I. – С. 147–148.

26.Сборник Отделения русского языка и словесности Академии Наук. – СПб., 1875. – Т. 13. – С. 56.

27.Соловьев С. М. История России с древнейших времен / С. М. Соловьев. – М., 1993. – Кн. 10. – С. 522.

28.Лихарева Н. И. Из истории педагогической мысли / Н. И. Лихарева // Вопросы методики истории в России ХVIII в. – СПб., 1911. – С. 31.

18

ТЕМА 2.

ПЕРВЫЕ ШКОЛЫ И НАЧАЛА ОБРАЗОВАННОСТИ

2.1.Получение знаний по истории

вдопетровское время

ВДревней Руси образованных людей было немного, по мнению некоторых исследователей, десятки, «а то и единицы» [1]. По всей вероятности, первые русские школы напоминали греческие, платные частные школы приходские священники содержали в церквах. Вероятно, обучение начиналось с 7 лет – возраста, который полагается для первой исповеди. Как отмечал Н. А. Лавровский в своем труде по истории древнерусских училищ, до ХV в. начало учения совпадало с постригами (обрезанием волос), которые служили обрядом признания гражданской личности ребенка.

Занятия в таких школах начинались 1 ноября, в день Косьмы и Дамиама – ближайших помощников в обучении, или 1 декабря – в день пророка Наума. Все эти школы служили лишь для начального образования. Очевидно, более качественным образованием отличалась Новгородская школа, в которой давали не только азы грамотности, но и «учили книгам» детей старост и поповых – более всего «охочих

кучению» [2]. В основном же распространение грамотности до ХVI в. шло путем частного и единичного домашнего обучения детей князей, бояр, знатных горожан. Были мастера грамоты, бравшие к себе на обучение по несколько учеников. В ХV–ХVI вв. наряду с церковно-приходскими школами существовали частные училища – школы грамоты.

Нашествие монголо-татар подорвало начатки просвещения на Руси. О недостатке грамотных людей отмечается в источниках конца ХV в., так, новгородский архиепископ

19

Геннадий пишет в своем письме к московскому митрополиту Симону: «Не можем добыти, кто бы горазд грамоте…». Он просил митрополита походатайствовать перед Великим князем Московским, чтобы велел «училища учинити». Архиепископ Геннадий наметил программу обучения в этих училищах: ученики вначале должны были усвоить азбуку, потом научиться читать титловые слова. В рукописях наиболее часто употребляемые слова писали сокращенно, а сверху над сокращенным словом ставили особый знак – титло. Например, вместо слова «бог» писали «бг», вместо «человек» – «чк». Затем следовало чтение Псалтыри, содержащей религиозные песнопения, и других книг.

Во времена царя Ивана Васильевича Стоглавый собор подтвердил, что в Московском государстве учиться негде, призвав организовывать училища «у священников, диаконов и дьяков, могущих наставлять грамоте, чтению и письму» [3]. В распространении грамотности в ХIV–ХVI вв. сыграл большую роль Троице-Сергиев монастырь, основанный в ХIV в. До наших дней дошла иллюстрация, изображающая детскую школу в этом монастыре. Культурными центрами были также Соловецкий, Кирилло-Белозерский, Антониев-Сийский (в 100 км от Холмогор) монастыри.

По мнению А. И. Соболевского, все же грамотных в ХV в. и, особенно, в ХVI–ХVII вв. было немало. Как он считает, «низшая ступень грамотности была разлита во всем населении довольно равномерно» [4].

Древние училища Руси были не только учебищами, но и занимались христианским воспитанием. Цель такой школы – воспитание любви к православной церкви, послушание ее заповедям, жизнь по вере. В основе воспитания – страх Божий. Важнейший долг детей – почитание родителей и старших. Грамотность же служила только средством для достижения этой цели. Воспитание было высокопатриотическим, поскольку Русская земля – это общая отчизна для всех ее сынов, с единой верой, языком, преданиями, бытом [5].

Образованность допетровской Руси носила исключительно церковный характер. В древнее время само слово «книга» означало священное писание и церковные книги вообще [6]. Библиотеку ХIII–ХIV вв. знатного человека могли состав-

20