Правовое положение взыскателя в исполнительном производстве. Монография

§ 3. Полномочия взыскателя при участии судебного пристава-исполнителя

почему пристав-исполнитель при неясности содержания исполнительного листа вправе, а не обязан обратиться за разъяснением порядка его исполнения. Если приставу-исполнителю непонятно, как исполнять требования исполнительного документа, он не может совершить действия, направленные на его исполнение, что влечет нарушение прав взыскателя. Поэтому Л. В. Белоусов верно отмечает: «Судебный при- став-исполнитель может (и обязан) обратиться в суд или иной орган с просьбой о разъяснении порядка его исполнения в случае неясности изложенных в нем требований»1. А. А. Максуров также указывает, что «судебный пристав-исполнитель, не зная, как правильно исполнить требования исполнительного документа, и обратившись для этого за разъяснением в суд, просто не может до решения судом вопроса по существу совершать юридически безупречные исполнительные действия»2.

Таким образом, полагаем, что необходимо изменить редакцию ч. 1 ст. 32 Закона об исполнительном производстве, указав в ней, что при неясности положений исполнительного документа, способа и порядка его исполнения судебный пристав-исполнитель именно обязан обратиться в суд, другой орган или к должностному лицу, выдавшим исполнительный документ, с заявлением о разъяснении его положений, способа и порядка его исполнения.

Правовое положение взыскателя помогает раскрыть анализ оснований для возвращения исполнительного документа, поскольку это позволяет выделить юридически значимые факты, которые непосредственно влияют на движение исполнительного производства, и последствия их наступления.

28 декабря 2013 г. был принят Федеральный закон № 441-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “Об исполнительном производстве”», который, в частности, внес коррективы в ст. 30, 46. Интерес представляет новая ч. 5 ст. 46 Закона. В ней говорится: «В случае извещения взыскателя о невозможности взыскания по исполнительному документу в соответствии с пунктом 4 части 1 настоящей статьи взыскатель вправе повторно предъявить для исполнения исполнительные документы, указанные в частях 1, 3, 4 и 7 статьи 21 настоящего Федерального закона, не ранее шести месяцев со дня вы-

1Постатейный комментарий к Федеральному закону «О судебных приставах» / под ред. Е. Н. Сидоренко. М.: Статут, 1999. С. 14 (автор комментария – Л. В. Белоусов).

2Максуров А. А. Приостановление исполнительного производства как стадия исполнительного процесса // Журнал российского права. 2002. № 11. С. 2.

121

Глава 2. Основные полномочия взыскателя в исполнительном производстве

несения постановления об окончании исполнительного производства или постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа, а другие исполнительные документы не ранее двух месяцев либо до истечения указанного срока в случае предъявления взыскателем информации об изменении имущественного положения должника».

Поясним, что речь здесь идет об исполнительных листах, выдаваемых на основании судебных актов, судебных приказах, исполнительных документах, содержащих требования о взыскании периодических платежей, судебных актах, актах других органов и должностных лиц по делам об административных правонарушениях. То есть если по этим исполнительным документам, поступившим в ФССП, принято решение об их возвращении в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными, то взыскатель вправе вновь обратиться за принудительным исполнением данных исполнительных документов только в двух случаях: 1) по прошествии шести месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа; 2) ранее истечения данного срока при условии предъявления информации об изменении имущественного положения должника.

Каковы же последствия приведенного нововведения для правового положения взыскателя в исполнительном производстве?

Очевидно, что взыскателю предлагается новая форма активной роли – собирание и представление информации об изменении имущественного положения должника. Другими словами, частный субъект, не обладающий властными полномочиями, в большинстве случаев не имеющий юридических познаний и специальных знаний в области принудительного исполнения, должен начать законным путем собирать информацию об изменении имущественного положения должника. Но как?

Интересна сама формулировка «изменение имущественного положения должника». Видимо, законодатель подразумевает, что на момент возвращения исполнительного документа в материалах исполнительного производства каким-то образом зафиксировано имущественное положение должника и взыскатель с ним ознакомлен. Далее он должен, если заинтересован в исполнении исполнительного документа, начать собирать доказательства изменения данного имущественного положения должника. При этом возникает вопрос о том, как должна

122

§ 3. Полномочия взыскателя при участии судебного пристава-исполнителя

подтверждаться информация об изменении положения должника: ведь если довести это положение Закона до абсурда, можно представить ситуацию, при которой устного заявления взыскателя относительно изменения положения должника будет явно достаточно.

Здесь нельзя не отметить следующую правовую позицию ЕСПЧ: «Если государством предприняты адекватные и достаточные меры, на него не может быть возложена ответственность за уклонение “частного” ответчика от погашения задолженности; в случае же уклонения государства от обеспечения эффективного исполнения решения против частного лица ЕСПЧ налагает на государство обязательство вмешаться и выплатить заявителю присужденную решением сумму вместо частного должника»1.

Закон не содержит ответов и на другие важные вопросы. Например, каким должно быть содержание нового заявления взыскателя о возбуждении исполнительного производства? Должны ли в нем быть указания на изменение имущественного положения должника? Должны ли к нему прилагаться какие-либо доказательства этого изменения? Должен ли к заявлению взыскателя прилагаться ранее вынесенный акт пристава-исполнителя об отсутствии у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и о том, что все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными? Как будет происходить рассмотрение нового заявления взыскателя в ФССП? Извещается ли взыскатель об этом? Может ли пристав-исполнитель потребовать доказательств изменения имущественного положения должника? Может ли он вновь возвратить взыскателю заявление даже при наличии в нем указания на изменение имущественного положения должника? Каковы основания для такого возврата?

Несмотря на отсутствие в Законе ответов на эти, как представляется, довольно важные с практической точки зрения вопросы, можно утверждать: правовое положение взыскателя изменилось. Если он не хочет ждать шесть месяцев для появления у него права на обращение в службу судебных приставов для принудительного исполнения исполнительного документа, он должен начать собирать соответствующие сведения.

Эта новая норма, позволяющая говорить об активной роли взыскателя в исполнительном производстве, имеет схожие черты с нор-

1 См.: Постановление ЕСПЧ от 17 декабря 2009 г. по делу «Кунашко (Kunashko) против Российской Федерации» (жалоба № 36337/03) // СПС «КонсультантПлюс».

123

Глава 2. Основные полномочия взыскателя в исполнительном производстве

мой ст. 56 ГПК, предусматривающей обязанность каждой из сторон процесса доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований. Однако данное положение является нормой для судебного производства, когда вопрос о праве еще не разрешен, причем в процессе, где в полной мере действуют принципы состязательности и равноправия сторон. В исполнительном производстве действуют иные принципы.

И. В. Решетникова и В. В. Ярков верно отмечают, что исполнительное производство не состязательно по своему характеру, принципы

иправа и обязанности его участников носят здесь иной характер1. На ошибочность утверждения о существовании в исполнительном производстве состязательного начала указывала и О. В. Исаенкова2. Подтверждает эту позицию Конституционный Суд РФ, отметив в Постановлении от 12 июля 2007 г. № 10-П, что, в отличие от судебного процесса, в исполнительном производстве не действует принцип состязательности3.

Таким образом, анализируемое положение не соответствует позиции Конституционного Суда, поскольку возлагает на взыскателя обязанность, противоречащую принципу исполнительного производства – принципу преимущественной защиты интересов взыскателя.

Отметим также, что взыскатель не обладает властными полномочиями, поэтому для него чрезвычайно сложно получить какую-либо информацию о должнике, подтвержденную документально. Каким образом, по мнению законодателя, он может получить подобные сведения? Закон не предусматривает возникновения у взыскателя какихлибо дополнительных прав после вынесения судебным приставомисполнителем указанного постановления, позволяющих выполнить данное обязательство. Не может рассматриваться в качестве такового

иследующее его право.

Взыскатель вправе при наличии у него исполнительного листа с неистекшим сроком предъявления к исполнению обратиться в налоговый орган

с заявлением о представлении сведений о наличии у должника имущества

(ч. 8 ст. 69 Закона об исполнительном производстве).

1См.: Решетникова И. В., Ярков В. В. Указ. соч. С. 204.

2См.: Исаенкова О. В. Проблемы исполнительного права в гражданской юрисдикции: дис. … д-ра юрид. наук. С. 160.

3См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 12 июля 2007 г. № 10-П по делу о проверке конституционности положения абзаца третьего части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В. В. Безменова и Н. В. Калабуна // СПС «КонсультантПлюс».

124

§ 3. Полномочия взыскателя при участии судебного пристава-исполнителя

При реализации взыскателем данного права зачастую возникают сложности: информацию либо не представляют1, либо представляют недостоверную2. Зачастую проблема заключается в том, что из Закона неясно, должен ли взыскатель представлять нотариально заверенную копию исполнительного листа либо достаточно копии исполнительного листа, заверенного, например, самой организацией. В настоящее время практика склоняется к необходимости представления именно нотариально заверенной копии исполнительного листа. Так, в письме ФНС России от 24 июля 2017 г. № СА-4-9/14444@ «О проведении анализа жалоб налогоплательщиков на отказы в предоставлении налоговыми органами сведений о банковских счетах должников» говорится, что «взыскатель должен одновременно предъявить подлинник или заверенную в установленном законодательством Российской Федерации порядке (нотариусом или судом, выдавшим взыскателю исполнительный лист) копию исполнительного листа». Вместе с тем на практике ранее принимались и противоположные решения3.

Думается, необходимость нотариального либо судебного удостоверения исполнительного листа, направляемого взыскателем с целью получения информации, осложняет его правовое положение. Рассмотрим складывающуюся правовую модель в целом.

Во-первых, взыскатель прошел долгий и затратный путь правового урегулирования спора, получил исполнительный лист.

Во-вторых, взыскатель имеет неисполненный исполнительный лист (соответственно, ему не передано от должника присужденное), и у него отсутствуют сведения об имуществе должника.

В-третьих, взыскатель с целью принудительного исполнения и в том числе с целью сбора информации об изменении имущественного положения должника решает запросить сведения у налогового органа. Но при этом он будет вынужден нести либо финансовые и временные затраты на нотариальное удостоверение исполнительного листа, либо

1См., например, постановления ФАС Волго-Вятского округа от 29 июля 2010 г. по делу № А82-19740/2009, от 13 февраля 2015 г. по делу № А33-4536/2014; ФАС Московского округа от 13 сентября 2013 г. по делу № А40-169068/12; ФАС Северо-Кав- казского округа от 4 июня 2012 г. по делу № А53-12602/2011; ФАС Уральского округа от 25 ноября 2010 г. по делу № А07-6316/2010 (СПС «КонсультантПлюс»).

2См., например: Постановление ФАС Северо-Западного округа от 16 октября 2013 г. по делу № А44-7816/2012 // СПС «КонсультантПлюс».

3См., например, постановления ФАС Волго-Вятского округа от 9 ноября 2009 г. по делу № А43-12945/2009-31-360, ФАС Уральского округа от 25 ноября 2010 г. по делу

№А07-6316/2010 (СПС «КонсультантПлюс»).

125

Глава 2. Основные полномочия взыскателя в исполнительном производстве

аналогичные расходы, но в меньшем количестве, на удостоверение копии исполнительного листа судом (причем возможность выполнения этого действия сомнительна) или обращаться в налоговый орган с его оригиналом. А как быть, если взыскатель, например, решил воспользоваться второй формой реализации права на принудительное исполнение и обратился с неисполненным судебным приставом-исполнителем исполнительным листом к работодателю должника либо в банк (в котором предположительно у должника находится расчетный счет)?

Таким образом, практика нотариального удостоверения копии исполнительного листа явно не соответствует принципу преимущественной защиты прав взыскателя.

Также неверным видится положение о том, что пристав-испол- нитель вправе запрашивать нужные ему сведения как у налоговых органов, так и у иных органов и организаций, а взыскатель с неисполненным исполнительным листом – лишь у налоговых органов. В данной ситуации полученные приставом сведения будут содержаться в материалах исполнительного производства, с которыми взыскатель имеет право знакомиться. Кроме того, ему необходимо предоставить право при наличии неисполненного исполнительного листа обращаться с соответствующим запросом, в частности, к органам, осуществляющим государственную регистрацию прав на имущество, и лицам, осуществляющим учет прав на ценные бумаги.

Далее, в ч. 5 ст. 46 Закона об исполнительном производстве установлен новый срок повторной подачи исполнительных документов – шесть месяцев со дня вынесения постановления об окончании исполнительного производства и о возвращении взыскателю исполнительного документа. Интересно, что изначально проект Федерального закона № 293486-6 «О внесении изменений в Федеральный закон “Об исполнительном производстве”» этой нормы не содержал. Она появилась в законопроекте лишь ко времени рассмотрения его во втором чтении Государственной Думой РФ1.

Данный срок нельзя признать обоснованным. Например, почему взыскатель, если он не согласен с актом пристава-исполнителя об отсутствии у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и о том, что все принятые допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными, не может сразу обратиться в ФССП с новым заявлением о возбуждении исполнительного производства? Чем обусловлен этот шестимесячный

1 СПС «КонсультантПлюс».

126

§ 3. Полномочия взыскателя при участии судебного пристава-исполнителя

срок? Видимо, он является некой стимулирующей мерой, аналогичной налоговым каникулам. Однако нововведение влечет за собой непосредственное нарушение права взыскателя на исполнение требований исполнительного документа и оправдывает неисполнение вступивших в законную силу судебных решений, что недопустимо. А потому необходимо вернуться к ранее действовавшему правовому регулированию этого вопроса либо ограничить действие данного положения публичными взыскателями как носителями властных полномочий.

Взыскатель вправе требовать, чтобы содержащиеся в исполнительном документе требования были исполнены судебным приставом-исполни- телем, по общему правилу, в двухмесячный срок со дня возбуждения

исполнительного производства.

Данный срок, вернее, его частое несоблюдение1, как известно, вызывает огромные проблемы2. Так, в деле «Пелипенко против России» ЕСПЧ установил, что вынесенное в пользу заявителей решение, обязывающее частную компанию предоставить им надлежащее жилое помещение, не исполнялось с 2002 г. до момента их обращения в международный суд (2010 г.)3.

Задержка исполнения судебного решения, как удачно определил А. Ф. Клейнман, превращает законные требования в ius nudum (голое право), роняя авторитет суда4. В свою очередь, М. В. Шимановский подчеркивал, что «всякие затруднения, всякое отдаление в осуществлении своего права в этой части процесса более чувствительно и более волнует заинтересованное лицо, чем в предыдущих стадиях»5.

В литературе нашего времени на этот счет высказаны различные точки зрения.

1См., например, постановления Арбитражного суда Уральского округа от 11 мая 2018 г. № Ф09-2253/18 по делу № А07-17927/2017, от 13 марта 2018 г. № Ф09-830/18 по делу № А76-992/2017, от 16 февраля 2018 г. № Ф09-8657/17 по делу № А76-2190/2017; Арбитражного суда Московского округа от 27 марта 2018 г. № Ф05-2525/2018 по делу

№А40-171768/2017, от 5 сентября 2017 г. № Ф05-12056/2017 по делу № А40-210793/2016; Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 3 марта 2017 г. № Ф04-7048/2017 по делу № А75-7462/2016, Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 27 января 2017 г. № Ф02-7620/2016 по делу № А78-7767/2016 (СПС «КонсультантПлюс»).

2Валеев Д. Х. Процессуальные гарантии прав граждан и организаций в исполнительном производстве. Казань, 2001. С. 52.

3См.: Бюллетень ЕСПЧ. 2014. № 7.

4См.: Клейнман А. Ф. Гражданский процесс: учебник для юрид. школ и курсов. М., 1940. С. 154.

5Шимановский М. В. О некоторых недостатках, встречающихся на практике при приведении решений в исполнение по уставам 20 ноября 1864 года. Казань, 1881. С. 26.

127

Глава 2. Основные полномочия взыскателя в исполнительном производстве

Так, Т. В. Шакитько предлагает предусмотреть санкционирование судом продления срока исполнительного производства1. Очевидно, однако, что реализация данного предложения значительно увеличит нагрузку на судебную систему, а это в складывающейся ситуации может быть очень опасным, так как повлияет на эффективность судебной защиты в целом.

О. В. Грицай настаивает на необходимости закрепления в Законе принципа своевременности исполнения, называя его также принципом быстроты, и одновременно включает в его содержание эффективность исполнения2. Но то, что требования, содержащиеся в исполнительных документах, должны исполняться насколько возможно быстро, несомненно3.

Масштаб проблемы ярко иллюстрирует такой пример: в постановлении ФАС Московского округа от 7 марта 2014 г. № Ф05-1134/2014 по делу № А40-15636/13 говорится следующее: «24.10.2011 было возбуждено исполнительное производство. С иском о признании незаконным бездействия судебных приставов-исполнителей заявитель обратился 04.02.2013 (заявление поступило в суд 12.02.2013). Согласно доказательствам, имеющимся в материалах дела, исполнительные действия по исполнению решения суда начали совершаться судебным приставом-исполнителем после обращения взыскателя в суд с настоящим требованием». То есть по прошествии 1 года 3 месяцев и 19 дней4.

Разработчики проекта Исполнительного кодекса РФ предусмотрели в ст. 66 увеличение данного срока до четырех месяцев5, что вряд ли целесообразно, поскольку в результате без промежуточных кон-

1См.: Шакитько Т. В. Указ. соч. С. 8.

2См.: Грицай О. В. Принципы современного исполнительного производства // Арбитражный и гражданский процесс. 2002. № 6. С. 40–41.

3См.: Исаенкова О. В. Проблемы исполнительного права в гражданской юрисдикции: монография. С. 196.

4См. также постановления Арбитражного суда Центрального округа от 27 декабря 2017 г. № Ф10-5438/2017 по делу № А64-1285/2017 (бездействие 197 дней), Арбитражного суда Дальневосточного округа от 1 апреля 2016 г. № Ф03-1134/2016 по делу № А04-6175/2015 (бездействие 5 лет 4 месяца 4 дня); решение Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 7 сентября 2017 г. № Ф02-3982/2017 по делу № А691464/2017 (бездействие более 5 лет – присуждена компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок в размере 150 тыс. руб.) (СПС «КонсультантПлюс»).

5См.: Шерстюк В. М., Ярков В. В. Исполнительный кодекс Российской Федерации (проект). М., 2008. С. 49.

128

§ 3. Полномочия взыскателя при участии судебного пристава-исполнителя

трольных мероприятий лишь увеличится срок бездействия судебных приставов-исполнителей1.

Думается, в этой сфере требуется особый контроль за соблюдением срока исполнительного производства, а потому более эффективной здесь станет процедура продления срока исполнительного производства, аналогичная процедуре продления срока предварительного следствия по уголовным делам.

Так, согласно ч. 1, 2 ст. 162 УПК предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий двух месяцев со дня возбуждения уголовного дела. Срок предварительного следствия может быть продлен до трех месяцев руководителем соответствующего следственного органа. По уголовному делу, расследование которого представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа по субъекту РФ и иным приравненным к нему руководителем следственного органа, а также их заместителями до 12 месяцев. Причем, как отмечает В. С. Шадрин, хотя срок предварительного следствия верхним пределом не ограничен, это не должно восприниматься как наличие возможности вести расследование бесконечно2.

Приведенное утверждение представляется верным и в отношении срока исполнительного производства. На переходном этапе целесообразно предусмотреть в законе лишь положение о возможности продления срока исполнительного производства до трех месяцев руководителем соответствующего отдела службы судебных приставов. Это окажет положительное воздействие на систему принудительного исполнения в целом и на судебных приставов-исполнителей в частности. Они станут планировать исполнительные действия, будут вынуждены обосновывать необходимость продления срока, приводить перечень тех действий, которые совершены ими по возбужденному исполнительному производству.

Также видится соответствующим принципу преимущественной защиты прав взыскателя закрепление в законе необходимости извещать

1Например, по возбужденному 24 октября 2011 г. исполнительному производству исполнительные действия начали совершаться судебным приставом-исполнителем после обращения взыскателя в суд 12 февраля 2013 г. (Постановление ФАС Московского округа от 7 марта 2014 г. № Ф05-1134/2014 по делу № А40-15636/13 // СПС «КонсультантПлюс»).

2См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). 3-е изд., перераб. и доп. / под ред. В. М. Лебедева, В. П. Божьева. М.: Юрайт, 2007. С. 176 (автор комментария – В. С. Шадрин).

129

Глава 2. Основные полномочия взыскателя в исполнительном производстве

взыскателя о времени и месте рассмотрения вопроса о продлении срока исполнительного производства с целью как информирования о ходе исполнительного производства, так и предоставления ему возможности участия в процедуре продления срока. Участие взыскателя позволит ему обратить внимание руководителя соответствующего отдела службы судебных приставов на определенные недостатки в работе судебного пристава-исполнителя, без обращения к форме обжалования его действий, бездействия. В результате, во-первых, увеличится число исполнительных производств, оканчиваемых в срок, что позитивно повлияет на положение взыскателя в исполнительном производстве, во-вторых, снизится нагрузка на суды, рассматривающие жалобы на бездействие судебных приставов-исполнителей1.

В литературе по этому вопросу отмечалось, что создание «действующего механизма реальной судебной защиты субъективных прав требует наделения суда большими полномочиями в процессе исполнения судебных постановлений»2. П. П. Заворотько еще во второй половине прошлого века относил к принципам исполнительной деятельности органов исполнения «принцип быстроты исполнения» и предлагал «обязать судебных исполнителей докладывать судье о каждом случае задержки исполнения»3.

Данный подход будет верным и при решении вопроса о продлении срока исполнительного производства, поскольку возложение указанной обязанности на руководителей отделов службы судебных приставов неизбежно приведет к возникновению у них соответствующей заинтересованности. Однако предложенное информирование суда обусловит возрастание нагрузки на судебную систему в целом, что на переходном этапе вряд ли целесообразно.

Спорным видится и положение ч. 3 ст. 36 Закона об исполнительном производстве о том, что поручение судебного пристава-исполни- теля должно быть исполнено получившим его судебным приставомисполнителем в течение 15 дней. Подобный срок не установлен для основного судебного пристава-исполнителя, который возбуждает само исполнительное производство, он не указан и в порядке производства

1См. подробнее: Комментарий к Федеральному закону «Об исполнительном производстве» и практике его применения (постатейный) / отв. ред. И. В. Решетникова.

С.78 (автор комментария – И. В. Решетникова).

2Малешин Д. Я. Суд в процессе исполнения судебных постановлений: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 4.

3Заворотько П. П. Охрана прав советских граждан в стадии исполнения судебных решений: автореф. дис. …канд. юрид. наук. Киев, 1956. С. 7.

130