Отечественная и зарубежная психология религии параллели и пересечения в прошлом и настоящем. Коллективная монография

Д. А. Горевой. АНТРОПОМОРФИЗМ КАК ИСТОЧНИК ВОЗНИКНОВЕНИЯ РЕЛИГИОЗНЫХ...

осознавая, что в каждом объекте природы «живет» разумное существо, приходит к выводу, что и внутри него должно существовать нечто разумное, что приводит к возникновению идеи души.

В концепции Штернберга первобытный человек приходит к «оживлению» природы, «открытию» души и духов, потому что руководствуется аниматизмом — «мировоззрением, которое оживотворяет все объекты внешнего мира и уподобляет их человеку»1. По его мнению, именно аниматизм является первым открытием, сделанным примитивной философией первобытного человека.

Подводя промежуточный итог, можно отметить, что описанные выше представители антропологической школы в той или иной мере строили свои концепции на основании анимизма или аниматизма. Центральным пунктом данных концепций была антропоморфизация человеком окружающего мира. Данный процесс происходил по разным причинам, будь то борьба за выживание (Штернберг, Богораз), интеллектуальный поиск причинности (Кагаров) или постоянный контакт с животным миром (Харузина). Несмотря на стройность и оригинальность, все четыре концепции не дают ответа на ряд вопросов: как именно человек приходит к анимизму, почему он начинает представлять природу населенной душами, по какому принципу избираются объекты для поклонения и т. д.

Постепенно, к концу 20-х — началу 30-х гг. ХХ в., проблематика происхождения религии перестает интересовать исследователей. Однако в конце ХХ и в самом начале XXI в. данный комплекс вопросов вновь становится популярным в религиоведческих кругах. Связано это с открытиями в области психологии, биологии и когнитивистики. Нам представляется необходимым обратиться к рассмотрению феномена антропоморфизма в когнитивном религиоведении.

Когнитивное религиоведение

Когнитивное религиоведение (КР) — новая дисциплина религиоведения. Ее возникновение принято связывать с публикацией статьи антрополога Стюарта Гатри «A Cognitive Theory of Religion» в 1980 г.2

1 Штернберг Л. Я. Указ. соч. С. 268.

2Guthrie S. E. A Cognitive Theory of Religion // Current Anthropology. 1980. Vol. 21.

№2. Р. 181–203.

231

РАЗДЕЛ 3. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ РЕЛИГИИ: ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ...

Активно развиваться данное направление начало уже в 1990-х гг. Однако сам термин «cognitive science of religion» впервые употребил Э. Т. Лоусон в 2000 г.1 К этому времени относится выход первых монографий С. Гатри2 и П. Буайе3, а также многочисленных статей других авторов4. За более чем треть века данное направление превратилось из отдельной теории религии в отдельную дисциплину религиоведения. Представители КР объединены в Международную ассоциацию когнитивного религиоведения (IACSR)5. На данный момент КР рассматривает следующий круг вопросов: представления детей о сверхъестественном, когнитивные основания религиозных практик и ритуалов, происхождение антропоморфных проекций, возникновение, развитие и трансмиссия религиозных репрезентаций, когнитивные детерминанты морали, когнитивные ограничения религии, а также проблемы, связанные с корреляцией структурных компонентов и функциональных особенностей религии с работой человеческого сознания.

Далее мы рассмотрим теорию антропоморфизма С. Гатри, а также ее критику другими представителями когнитивного религиоведения Дж. Барреттом и П. Буайе.

С. Э. Гатри

Основываясь на данных эволюционной и детской психологии, Стюарт Эллиот Гатри предполагает, что в процессе познания человек использует определенные объяснительные модели, причем на

1 См.: Костылев П. Н. Когнитивное религиоведение: современное состояние исследований // Дні науки філософського факультету: Матеріали доповідей та виступів. Ч. V. Киев, 2008. С. 16.

2 Guthrie S. E. Faces in the Clouds: A New Theory of Religion. N. Y., 1993.

3 Boyer P. The Naturalness of Religious Ideas.A Cognitive Theory of Religion. California: University of California Press, 1994.

4 Barrett J. L., Keil. F. C. Conceptualizing a Nonnatural Entity: Anthropomorphism in God Concepts // Cognitive Psychology. 1996. № 31. P. 219–247; Barrett J. L. Cognitive Constrains on Hindu Concepts of the Divine // Journal for the Scientific Study of Religion. 1998. Vol. 37. № 4. P. 608–619; Boyer P. What Makes Anthropomorphism Natural: Intuitive Ontology and Cultural Representation // The Journal of the Royal Anthropological Institute. 1996. Vol. 2. № 1. P. 83–97; Atran S. A. Folk biology and the anthropology of science: Cognitive universal and cultural particulars // Behavioral & Brain Sciences. 1998. Vol. 21. № 4. P. 547–609.

5 IACSR — International Association for the Cognitive Science of Religion. Подробнее см.: URL: http://www.iacsr.com/home.html (дата обращения: 20.06.2016).

232

Д. А. Горевой. АНТРОПОМОРФИЗМ КАК ИСТОЧНИК ВОЗНИКНОВЕНИЯ РЕЛИГИОЗНЫХ...

начальной стадии развития эти модели наиболее просты и наиболее «экономичны». Такой моделью объяснения или метафорой является человекоподобная (human-like) метафора, т. е. антропоморфизм. Сам Гатри определяет антропоморфизм следующим образом: «…это интерпретация нечеловеческих и неличностных явлений в терминах человеческих и личностных характеристик»1. Он считает, что способность «видеть лица в облаках»2 присутствует не просто так. По его мнению, первобытному человеку было выгоднее принять куст за животное, нежели допустить ошибку, которая могла стоить ему жизни. Это обусловлено тем, что в процессе эволюции в нашем мышлении сформировался механизм, направленный на поиск человека или иного живого существа даже там, где их нет3. «Они (анимизм и антропоморфизм. — Д. Г.) возникают неизбежно, как побочные продукты, а именно как ложноположительные результаты наших попыток обнаружить в неопределенном окружающем мире то, что имеет для нас наибольшее значение», — отмечает Гатри. Таким образом, он приходит к выводу, что человек на бессознательном уровне оснащен необходимыми механизмами для распознавания агентов перцептивной чувствительностью и концептуальной моделью, так называемой «теорией психического» (Theory of Mind, или ТоМ4), т. е. «способностью приписывать ментальные состояния, такие как верования, желания, эмоции, воспоминания и восприятие других людей, и понимать, как эти ментальные состояния формируются и мотивируют действия другого человека»5.

Следует отметить, что Гатри рассматривает религию как одну из «мировоззренческих и поведенческих систем», которая «пытается объяснить и контролировать весь мир»6. В таком случае функцио-

1 Guthrie S.E. Cognitive Theory of Religion. P. 181.

2 Guthrie. Faces in the Clouds. P. 62.

3 См.: Guthrie. Anthropology and anthropomorphism in religion. P. 37.

4 Возникают некоторые трудности с переводом данного концепта на русский язык, поскольку это не «теория сознания» в ее классическом понимании, это скорее «теория разума [другого]», «модель [другого] психического» или «модель [восприятия] психики». Эти варианты, в частности, были предложены переводчиками статьи: Sørencen J. Religion in Mind: A Review Article of the Cognitive Science Of Religion // Numen. 2005. Vol. 52. P. 465–494. Подробнее см.: URL: http://religious-life.ru/2013/04/sorensen- religion-in-mind-part1/ (дата обращения: 20.06.2016).

5 Barrett J. L. Cognitive Science, Religion and Theology: From Human Minds to Divine Minds. West Conshohocken: Templeton Press, 2011. P. 206.

6 Guthrie S. E. A Cognitive Theory of Religion. P. 181.

233

РАЗДЕЛ 3. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ РЕЛИГИИ: ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ...

нальная активность антропоморфизма, направленная на поиск потенциальных агентов, и происходящие в результате этого ложноположительные срабатывания, напоминает логику известного пари Паскаля. Оно гласит, что выгоднее верить в существование Бога, поскольку в случае ошибки человек теряет меньше, чем если бы не верил и ошибся. Однако если у Паскаля основным аргументом является прагматизм, то у Гатри антропоморфизм — это следствие ложноположительного, ошибочного срабатывания наших когнитивных механизмов.

Таким образом, в концепции Гатри религия, как познавательная система, возникшая в качестве побочного продукта развития человека, является своего рода когнитивной ошибкой1.

Дж. Л. Барретт

Американский психолог Джастин Льюис Барретт, работая над изучением данной проблемы, провел ряд экспериментальных исследований2, в которых не подтвердилась роль антропоморфизма в формировании религиозных представлений. Так, проведя совместно с Фрэнком Кейлом серию экспериментов среди студентов разных специальностей, в том числе и студентов-теологов, он пришел к выводу, что в сознании человека есть два уровня восприятия религиозных агентов3. Первый уровень является базовым и простым; для него характерны антропоморфные представления о богах. Второй уровень — «теологический», т. е. он отображает в сознании человека представления, полученные посредством изучения религии или рефлексии на теологические темы. Однако, в отличие от положений теории антропоморфизма, Барретт и Кейл отмечают, что эти уровни изменяются не по мере взросления человека — от «наивных» антропоморфных представлений к более абстрактным, «теологиче-

1 Данная точка зрения стоит в оппозиции к большинству теорий в современном когнитивном религиоведении, согласно которым религия является хоть и побочным, но все же «естественным» продуктом нашей когнитивной архитектуры. Ниже мы рассмотрим эту теорию на примере концепций П. Буайе и Дж. Барретта.

2 См.: Barrett J. L., Keil F. Op. cit. P. 219–247; Barrett J. L., Richert R. A. Op. cit. P. 300–

312.

3 См.: Barrett J. L., Keil F. Op. cit. P. 243.

234

Д. А. Горевой. АНТРОПОМОРФИЗМ КАК ИСТОЧНИК ВОЗНИКНОВЕНИЯ РЕЛИГИОЗНЫХ...

ским» концепциям1. Барретт считает, что уровни представлений о Боге зависят от когнитивной нагрузки2. Так, «теологический» уровень, предполагающий рефлексию, требует некоторых когнитивных затрат и актуализируется, когда все усилия направлены на объект осмысления. Обработка понятий базового уровня требует меньших усилий, а потому она возможна и при дополнительной когнитивной нагрузке.

Тем не менее следует отметить, что, критикуя теорию Гатри, Барретт не отрицает склонности человека к антропоморфизации, а лишь подчеркивает, что в теории Гатри роль антропоморфизма в происхождении религиозных репрезентаций слишком преувеличена. Он вводит понятие гиперактивного/гиперсенситивного механизма обнаружения агентности (Hyperactive/Hypersensitive Agency Detection Device, HADD)3. Барретт утверждает, что данный когнитивный механизм возникает в процессе эволюционного развития человека как адаптация к окружающей среде, поскольку необнаружение потенциального агента хуже, нежели ложное обнаружение агента там, где его в действительности нет4. Поскольку этот механизм является адаптацией, а не побочным продуктом эволюционного развития, вызванным ошибкой, то религиозные репрезентации, порождаемые, но не полностью обусловленные, деятельностью только лишь HADD, становятся естественными.

Однако, по мнению Барретта, одной деятельности HADD мало, чтобы возникли представления о необходимости поклонения рели-

1 См.: Ibid. P. 244.

2 См.: Barrett J. L. Theological Correctness: Cognitive Constraint and the Study of Religion // Method & Theory in the Study of Religion. 1999. Vol. 11. P. 338.

3 Барретт дает разную расшифровку HADD. См., например: Barrett J. L. Exploring the Natural Foundations of Religion // Trends in Cognitive Sciences. 2000. Vol. 4. № 1. P. 31 (Hyperactive ADD); Idem. Why Would Anyone Believe in God? Walnut Creek, CA: AltaMira Press, 2004. P. 33. (Hypersensitive ADD). Также существуют различные версии перевода данного термина на русский язык: Малевич Т. В. Когнитивные детерминанты «естественной религии» в концепции Джастина Барретта // Человек и религия: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Минск, 2013. С. 311; Сергиенко Р. А. Когнитивный подход к объяснению природы религии и религиозных представлений // Вестник КГПУ им. В. П. Астафьева. 2011. Т. 2. № 3 (17). С. 40; Шахнович М. М. Когнитивная наука и исследования религии // Государство, религия, Церковь в России и за рубежом. 2013. № 3. С. 40. В настоящей монографии см. статью Малевич Т. В., Фолиева Т. А. «Естественность» религии и «естественная религия» в когнитивном религиоведении..

4 См.: Barrett J. L. Exploring the Natural Foundations of Religion. P. 31.

235

РАЗДЕЛ 3. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ РЕЛИГИИ: ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ...

гиозному агенту1. Успешный религиозный агент должен обладать пятью свойствами:

быть минимально контринтуитивным2; быть интенциональным;

обладать стратегической (важной для адепта) информацией; должен иметь возможность действовать во всем мире; должен мотивировать людей к поведению, которое укрепляет их

веру3.

Основным достижением Барретта являются его эмпирическая проверка отдельных положений теорий Гатри и Пиаже. В результате чего он пришел к выводу, что антропоморфизм не является единственным источником религии. Для формирования идеи Бога, пусть и человекоподобного, необходимо нечто большее, нежели склонность к персонификации, а именно «пять свойств успешного религиозного агента».

П. Буайе

Французско-американский антрополог Паскаль Буайе, рассматривая вопрос распространения религиозных репрезентаций, выдвинул гипотезу, согласно которой для запоминания и передачи последних они должны быть контринтуитивными, причем для лучшего «выживания» в процессе культурной трансмиссии — минимально контринтуитивными. Сама концепция контринтуитивности религиозных репрезентаций базируется на теории разделения сознания на три специфические области4, отвечающие за операционализацию определенных смысловых категорий:

1 Идея о том, что одной только антропоморфизации не хватает для формирования объекта поклонения, трансформировалась в когнитивном религиоведении в так называемую «проблему Микки Мауса». Подробнее см.: Сергиенко Р. А. «Проблема Микки Мауса» и «Проблема Зевса» в современном когнитивном религиоведении // Вестник КемГУ. 2011. № 4. С. 236–241.

2 О понятии «контринтуитивность» см.: Анофриев И. С. Понятие «контринтуитивность» в когнитивном религиоведении // Точки. Puncta. 2012. № 1–4 (11). С. 155–159.

3 См.: Barrett J. L. Why Santa Claus is Not a God // Journal of Cognition and Culture. 2008. № 8 (1–2). P. 149–161.

4 Данная теория восходит к теории модулярности сознания Дж. Фодора и работам Н. Хомского.

236

Д. А. Горевой. АНТРОПОМОРФИЗМ КАК ИСТОЧНИК ВОЗНИКНОВЕНИЯ РЕЛИГИОЗНЫХ...

обыденная физика — «наивные» представления о мире; обыденная биология — «наивные» представления о живом; обыденная психология — «наивные» представления о созна-

нии1.

Опираясь на исследования Фрэнка Кейла, посвященные изучению категорий человеческого сознания2, Буайе выделяет пять онтологических категорий, а именно «личности», «артефакты», «живые существа», «события» и «абстрактные объекты»3. Как утверждает Буайе, человек обладает корпусом интуитивного знания (своего рода интуитивными ожиданиями) относительно каждой из указанных категорий. В тех случаях, когда предмет не отвечает интуитивным ожиданиям своей категории, он становится контринтуитивным. Это может происходить либо из-за нарушения интуитивных представлений в рамках одной категории, либо вследствие переноса ожиданий одной категории на предмет другой категории. Буайе отмечает, что антропоморфизм есть не что иное, как перенос интуитивных ожиданий с онтологической категории «личности» на другие категории. Следовательно, антропоморфизм представляет собой один из примеров проявления контринтуитивности, а значит, он имеет преимущество при запоминании и трансмиссии4.

Таким образом, Буайе сводит процесс возникновения религии к нарушению в процессах мышления и операционализации понятий в сознании человека.

Обнаружив основные характеристики и преимущества при распространении антропоморфизма, Буайе стремится проследить нейрофизиологическую корреляцию между работой когнитивной архитектуры человеческого сознания и деятельностью головного мозга. Вместе со своими коллегами П. Буайе проводил эксперименты, связанные с восприятием движущихся объектов5. Во время исследования отслеживалась деятельность головного мозга субъектов с помощью функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). В этом

1 См.: Boyer P. The Naturalness of Religious Ideas. P. 103–110.

2 См.: Keil F. C. Semantic and Conceptual Development: An Ontological Perspective. Cambridge, MA: Harvard University Press, 1979.

3 Boyer P. What Makes Anthropomorphism Natural. P. 84.

4 См.: Ibid. P. 89.

5 См.: Blakemore S.-J., Boyer P., Pachot-Clouard M., Meltzo A., Segebarth C., Decety J.

The detection of contingency and animacy from simple animations in the human brain // Celebral Cortex. 2003. № 13. P. 837–844.

237

РАЗДЕЛ 3. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ РЕЛИГИИ: ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ...

исследовании подопытным предлагалось наблюдать за динамикой объектов, часть из которых двигалась геометрически правильно (т. е. интуитивно, без неожиданного изменения курса), а другая часть — целенаправленно (goal-directed). Важно, что для точности эксперимента были выбраны такие фигуры, которые не вызывают у подопытных ассоциаций с агентом или любой другой биологической формой. Это сделано для того, чтобы сконцентрироваться на деятельности только механизма выявления агентности HADD и ненароком не активизировать другие когнитивные механизмы и ответственные за них участки мозга, как, например, STS (верхняя височная борозда).

Это исследование показало, что при «сознательном» движении (self-propelled manner) активизируется правая язычковая извилина затылочной доли головного мозга, которая участвует в восприятии сложных визуальных сцен с большой степенью обработки информации1. Также эта извилина активизируется, когда предметы находятся в пределах глобального, а не локального уровня сцен2. Однако обнаружением движения все же «занимается» теменная доля мозга. Так, за механическое движение «отвечает» правая борозда теменной доли мозга и средняя височная доля. За целенаправленное движение — обе стороны теменной доли. Интересно, что за деятельность Theory of mind «отвечает» правое полушарие головного мозга. В исследованиях Хапа показано, что люди, которые пережили инсульт правого полушария, имеют значительные проблемы с заданиями, которые выполняет Theory of mind3.

Также в рамках этого эксперимента Буайе с коллегами пришли к выводу, что как деятельность Theory of mind, так и HADD не зависят от ожиданий и внимания субъекта4, т. е. эти механизмы будут все равно срабатывать независимо от того, концентрируется человек на этих процессах или нет.

1 См.: Menon V.,White C. D., Eliez S., Glover G. H., Reiss A. L. Analysis of adistributed neural system involved in spatial information, novelty, andmemory processing // Human Brain Mapping. 2000. № 11. P. 117–129.

2 См.: Fink G. R.,Halligan P. W., Marshall J. C., Frith C. D., Frackowiak R. S. J., Dolan R. J.

Where in the brain does visual attention select the forest andthe trees? // Nature.1996. № 382. P. 626–628.

3 См.: Happ F., Brownell H., Winner E. Acquired ‘theory of mind’ impairments following stroke // Cognition. 1999. № 70. P. 211–240.

4 См.: Blakemore S.-J. Boyer P., Pachot-Clouard M., Meltzo A., Segebarth C., Decety J.

Op. cit. P. 843.

238

Д. А. Горевой. АНТРОПОМОРФИЗМ КАК ИСТОЧНИК ВОЗНИКНОВЕНИЯ РЕЛИГИОЗНЫХ...

Заключение

Антропоморфизм является важным фактором в появлении и формировании религиозных представлений. Мы проследили развитие теории антропоморфизма от древности до наших дней. Несмотря на то что Ксенофан был первым, кто затронул эту проблему, среди последующих исследователей только Гатри упоминает о нем. Влияние Фейербаха чувствуется у многих авторов, но в наибольшей степени — у Штернберга и того же Гатри, хотя первый не ссылался на немецкого философа. Так, например, прослеживается параллель относительно наделения гипертрофированными и максимизированными характеристиками человека Бога у Фейербаха и духов у Штернберга. Довольно близкими являются взгляды на религию как на познавательную систему у Тайлора, Штернберга, Кагарова и Гатри. Скепсис относительно ключевой роли антропоморфизма в возникновении религиозных объектов поклонения наблюдается у В. Н. Харузиной и у Дж. Л. Барретта.

Размышляя над вопросом, каким образом человек отличает живое существо от неживого, Штернберг, Богораз и Гатри приходят к выводу, что первоначальным и главным признаком живого существа является движение. Примечательно, что при этом Богораз и Гатри, ученые из разных эпох и исследовательских традиций, приводят один и тот же хрестоматийный пример собаки Чарльза Дарвина, реагирующей на раскрытие зонта ветром1.

С другой стороны, эти кажущиеся схожими выводы не всегда имеют под собою одинаковую исследовательскую базу. Так, например, довольно схожи заключения Штернберга и Буайе относительно характеристик, принципиально отличающих людей от духов. Однако Штернберг не имел теоретического подспорья, чтобы, подобно Буайе, построить теорию контринтуитивности, он просто выделил показавшийся ему важным факт из массива этнографического ма-

1 Оба исследователя пересказывают пассаж из дарвиновского труда «Происхождение человека и половой отбор», где автор, указывая на реакцию своей собаки на раскрытие зонта ветром, отмечает, что между человеком и высшими животными нет принципиальной разницы. Оба вида подсознательно чувствуют, что движение без всякой на то видимой причины является признаком присутствия странного живого агента. Подробнее см.: Bogoraz W. Religious ideas. S. 130; Guthrie S. E. Animal Animism: Evolutionary Roots of Religious Cognition // Current Approaches in the Cognitive Science of Religion / Ed. by I. Pyysiäinen, V. Anttonen. L., 2002. P. 38.

239

РАЗДЕЛ 3. КОГНИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ РЕЛИГИИ: ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ...

териала. Буайе же строит свою теорию на основе теории трех специфических онтологических областей человеческого сознания, которая восходит к теории модулярности сознания Дж. Фодора и трудам

Н.Хомского.

Однако, несмотря на более чем двухтысячелетнее осмысление

данной проблемы, она и по сей день является нерешенной. Эмпирические исследования Барретта не только подтверждают или опровергают уже существующие гипотезы, но и косвенно дают материал для формирования новых концепций. На наш взгляд, перспектива дальнейших исследований антропоморфизма заключается в применении методов экспериментальной психологии для верификации и фальсификации теоретических положений теории антропоморфного происхождения религии. Учитывая относительное сходство между теориями предыдущих исследователей и современным когнитивным религиоведением, представляется нелишним для будущих когнитивных исследований религии принимать во внимание тот массив критики, который был высказан на протяжении всей истории развития теорий антропоморфного происхождения религии.

Размышление над тем фактом, что различные исследователи из разных школ и традиций, основываясь на разных эмпирических материалах, пользующиеся разным методологическим инструментарием, приходят зачастую к подобным выводам, порождает определенного рода вопросы. Можно ли утверждение Гатри об экономичности модели объяснения human-like применить не к объекту, а к субъекту? Следовательно, можно ли утверждать, что антропоморфизм как теория происхождения религии является следствием антропоморфизма, присущего исследователям религии как познающим субъектам? Однако ответ на этот вопрос выходит за рамки тематики данной статьи и может быть адресован широкому кругу исследователей — начиная от эпистемологов, заканчивая когнитивистами и нейроучеными.

Библиография

Анофриев И. С. Понятие «антропоморфизм» как основа «когнитивной теории религии» Стюарта Гатри // Дні науки філософського факультету: Матеріали доповідей та виступів. 2012. Ч. 4. С. 3–5.

Антонов К. М. От дореволюционной науки о религии к советскому религиоведению: становление «советской» формации дискурса о религии и судьба системы научно-исследовательских программ // «Наука о религии», «Научный

240