Международное предпринимательское право в условиях международной экономической интеграции. Учебник

УДК [341+346.26]:339.92(075.8)

ББК 67.91+65.5 я73 К59

Печатается по решению Кафедры международного права юридического факультета Южного федерального университета

(протокол № 9 от 19 апреля 2021 г.)

Рецензенты:

кандидат юридических наук, доцент кафедры истории государства и права ФГБОУ ВО «Саратовская государственная юридическая академия»

Т. А. Желдыбина;

кандидат юридических наук, доцент, заведующая кафедрой международного права юридического факультета Южного федерального университета

А. Е. Тарасова

Козлов, Д. В.

К59 Международное предпринимательское право в условиях международной экономической интеграции : учебник / Д. В. Козлов, А. Б. Арзуманян, Е. В. Василенко, А. В. Шиянов ; Южный федеральный университет. – Ростов-на-Дону ; Таганрог : Издательство Южного федерального университета, 2021.– 194 с.

ISBN 978-5-9275-3985-7

Cодержит систематическое изложение материала, входящего в учебную программу курса «Международное частное право» и ряд спецкурсов, изучаемых студентами бакалавриата (40.03.01) и магистратуры (40.04.01) по направлению «Юриспруденция» Южного федерального университета. Последовательно рассматриваются следующие темы: новые объекты предпринимательского права, регулирование искусственного интеллекта, формы поддержки предпринимателей, международно-правовое регулирование предпринимательских рынков, преодоление последствий COVID-19. Содержит упражнения и контрольные вопросы. Основан на последних нормативных источниках.

Публикуется в авторской редакции.

§ 2. Внедрение искусственного интеллекта в сферу предпринимательства и основные вопросы правового регулирования……………………………………………... 123

Глава 5. Правовое регулирование предпринимательской деятельности на международных рынках…………………………… 138

§ 1. Юридическая природа международных рынков……………….. 138 § 2. Особенности правового регулирования международных рынков товаров…………………………………….. 146 § 3. Основы правового регулирования международных

рынков услуг и работ………………………………………………….. 154 § 4. Особенности правового регулирования международных рынков капиталов……………………………………………………... 163 § 5. Основы правового регулирования международных

рынков рабочей силы…………………………………………………. 171

Глава 6. Регулирование экологических отношений субъектов международного предпринимательства……………………………... 180 § 1. Международно-правовые и внутригосударственные экологические стандарты в предпринимательской сфере………….. 180 § 2. Международно-правовые аспекты управления

экологическими рисками на предприятии…………………………... 188

4

Введение

Историческое развитие всегда идет неравномерно. Периоды относительного спокойствия сменяются временем бурных перемен, когда старые правила перестают действовать, а новые только появляются. Сейчас наступил второй период, и время перемен отражается во многих областях политической и общественной жизни, включая и право.

Международное право в целом и международное предпринимательское право в частности не является исключением. Наряду с правовыми институтами, действующими на протяжении столетий и десятилетий, в нем быстро набирают вес и нормы, ранее не известные, либо не имевшие особого значения.

Подобная новизна рассматриваемых норм зачастую делает их «незаметными» для исследователей, привыкших уделять внимание, направлениям, уже апробированным теорией и практикой. Безусловно, это необходимо, особенно для студентов и других лиц, только начинающих погружаться в изучение международного предпринимательского права. Исходя из вышеизложенного, первая часть учебника, вышедшая в прошлом году, посвящена основополагающим институтам, чья роль и значение сохраняются даже в наше бурное время перемен.

Вторая часть учебника, наоборот, описывает новые активно развивающиеся части международного предпринимательского права современности. Она начинается с новых объектов, которые появились в последние десятилетия, широко применяются в экономической деятельности, но еще слабо охвачены правовым регулированием. В качестве примера можно привести криптовалюты и виртуальное имущество в компьютерных играх. Объекты интеллектуальной собственности в цифровой среде выделены в отдельную главу, поскольку здесь уже существует достаточно разработанное национальное законодательство и действующие международные соглашения. Вышеперечисленные факты позволяют остановиться на интеллектуальной собственности более подробно.

Кроме того, особое внимание уделяются вопросам развития искусственного интеллекта ввиду его огромной значимости для будущего

5

развития всего человечества. В данном вопросе рассматриваются все основные правовые инструменты, закрепляющие правила поведения.

Проблемы международно-правового регулирования предпринимательских рынков и формы поддержки предпринимателей оцениваются с учетом последних серьёзных новелл в данной области. Они охватывают сферу регионального нормотворчества международных интеграционных объединений, способы преодоления последствий коронавирусной инфекции. Акцент делается на рассмотрении не только западного (европейского и англосаксонского) подходов, но и изучается опыт правоприменения стран Азии и Дальнего Востока.

Таким образом, вторая часть учебника носит более новаторский характер. Она будет интересна студентам бакалавриата и магистратуры по направлениям юриспруденции и экономики. Кроме того, изложенный материал заинтересует лиц, увлеченных международным правом и мировым отношениями, которые способны понять и оценить новое и неизвестное.

6

Глава 1. Новые объекты Международного предпринимательского права

Теория – это когда все известно, но ничего не работает. Практика – это когда все работает, но никто не знает почему.

Мы же объединяем теорию и практику: ничего не работает, и никто не знает почему!

(А. Эйнштейн)

§ 1. Общая характеристика новых объектов

Ты никогда не решишь проблему, если будешь думать так же, как те, кто ее создал.

(А. Эйнштейн)

Современное развитие экономики характеризуется многочисленными и качественными изменениями в различных сферах жизни. Целый ряд правил, являющихся незыблемыми на протяжении столетий, теряют свое значение и отходят в область прошлого. Подобная трансформация отражается и в правовом регулировании предпринимательских и имущественных отношений. Правда, ряд прогнозов, озвученных ранее, не оправдались, не выдержав проверку реальностью.

Главной ошибкой стало, наверное, определение центрального вектора развития. В начале тысячелетия господствовало мнение, что будущее за постиндустриальной экономикой, где доминирует сфера слуг. Индустриальное производство должно было пройти путь, аналогичный сельскому хозяйству, и стать уделом стран периферии. Ядро экономического мира – наиболее развитые государства наперегонки расширяли сферу услуг.

Кризис 2008-2009 годов, ухудшение ситуации в 2010-х, COVID19 и неумолимо надвигающееся новое экономическое цунами продемонстрировали ошибочность такого подхода. Страны, расширившие сферу услуг в ущерб производству, оказались наиболее уязвимыми и несут основные потери. Уничтожение производства привело к тому, что в рамках постиндустриальности современные развитые государства не в состоянии обеспечить за счет своих собственных средств даже базовые потребности своих граждан. В результате без массированных поставок

7

из Китая предметов широкого потребления ни Европа, ни США существовать не могут.

Получаются, что услуги не заменяют, а дополняют производство, надстраиваясь над ним, трансформируя его и меняя вектор его развития. Сфера услуг не может действовать и развиваться без сферы производства. Теперь основная ставка делается на повторную индустриализацию с учетом использования новых технологий в виде информационных данных и микроэлектронных компонентов.

Таким образом, несмотря на проходящие тектонические изменения и смену экономического уклада, прогнозы и самое главное действия по развитию общественных отношений оказались неправильными. Однако развитие виртуальной реальности идет ускоренными темпами. Используемые ею технологии заставляют меняться и реальный мир. Широкое распространение Интернета привело к массированному внедрению дистанционных механизмов в работе и управлении, без которых уже невозможно представить сегодняшнее производство.

Соответственно новая «дополненная» реальность требует и правовой реакции в виде появления законодательных новелл. В области предпринимательства вызывает интерес изучение новых виртуальных объектов, позволяющих получать хорошую прибыль. Они не только участвуют в производстве, но и в распределении, обмене и потреблении. В качестве данных объектов можно рассматривать совокупную стоимость произведённых благ.

С точки зрения юриспруденции способность удовлетворять потребности субъектов предпринимательства выступает краеугольным признаком любого объекта. Такая способность позволяет объекту являться благом. В случае, когда определённое благо перестает интересовать субъектов, оно выходит из сферы регулирования гражданского права и, наоборот, благо, удовлетворяющее потребности частного характера, подлежит включению в предмет гражданского права.

Кроме этого главного признака объекты гражданского права и предпринимательства вплоть до последнего времени обладают следующими характеристиками: дискретность, юридическая привязка, системность и оборотоспособность.

8

Под дискретностью (от лат. diskretus – прерывистый, раздельный) понимается «качественная, а также физическая и/или учетная определенность и обособленность объектов гражданских прав от всех других объектов». Особо отмечается, что в ряде случаев только физического, пространственного обособления для объекта недостаточно, требуется его дополнительное, специальное обособление при помощи определенных приемов и способов, в том числе учетных. Для выделения какоголибо объекта в качестве объекта гражданских прав необходимо наличие у него в качестве признака совокупности и физической (пространственной), и качественной дискретности, при этом последняя связывается со способностью объекта удовлетворять материальные и нематериальные потребности носителей субъективных прав.

Юридическая привязка объектов гражданских прав – это нормативно гарантированная возможность правового закрепления их за субъектами гражданского права: физическими и юридическими лицами, РФ, субъектами РФ, муниципальными образованиями. При этом правообъектность тех или иных благ устанавливается различным образом: одни из них являются объектами гражданских прав в силу прямого указания закона, другим же для приобретения объектных характеристик требуется специальная квалификация в качестве объекта». Необходимость выделения такого признака, обусловлена тем, что такая юридическая привязка обеспечивает правовое «связывание» объектов с носителями субъективных прав, создает ту самую «несвободность» предметов внешнего мира, которая и выступает предпосылкой господства лиц, признаваемых субъектами права, над предметами внешнего мира.

Признак системности существует в двух аспектах, из которых под первым понимается интегрированность правовой идеи об объектах прав в систему основных категорий права, а под вторым – системное построение самой категории объектов. Первый аспект, в принципе, не нуждается в дополнительном обосновании, да и в отношении второго следует заметить, что системность характерна как праву в целом, так и его категориям в частности. Фактически иллюстрацией системности объектов гражданских прав является сама ст. 128 ГК РФ, перечисляющая виды таких объектов применительно к современному состоянию правового

9

регулирования имущественных и личных неимущественных отношений и создающая этим предпосылки к формированию их системы.

Оборотоспособность – это возможность объектов переходить от одного лица к другому. При этом объектами гражданского права могут быть полностью оборотоспособные объекты, ограниченно оборотоспособные объекты и объекты, изъятые из оборота. Благо способно быть объектом гражданских прав вне зависимости от оборотоспособности, а ее отсутствие у объекта лишь характеризует определенным образом его правовой режим, но не исключает его из числа объектов гражданских прав.

Если наложить данные характеристики на виртуальные объекты, то получается любопытная картина. Безусловно, они могут и должны рассматриваться в качестве благ, то есть обладают главным признаком, позволяющим их рассматривать ка объект гражданских прав. Они обладают определённой ценностью, интересны для субъектов, их можно использовать и устанавливать над ними некий контроль.

Дальше ситуация выглядит сложнее. Дискретность предполагает возможность отделения одного объекта от другого, вычленение рассматриваемого блага из массы других, в том числе однородных. Подобный признак хорошо подходит к вещам как объектам материального мира и сложился еще в давние времена. С тех пор именно вокруг вещей группируются все объекты гражданских прав и именно характеристики вещей распространяются на всю совокупность объектов в целом. Соответственно признаки материальных благ по умолчанию расширяются на сферу нематериального мира, хотя там действуют уже другие правила. До поры до времени пока группа нематериальных благ была незначительной, это не имело особой важности. Однако сейчас рост объема виртуальной «массы» серьезно меняет ситуацию.

Дискретность хорошо это показывает. В нематериальном мире сложно провести разграничение двух объектов в принципе, а если они обладают однородными признакам, тем более. В результате приходится вводить «подпорки», которые призваны перенести действие этого признака из вещественных в другие условия. Наиболее распространённый подход – это введение правил учета нематериальных объектов. Предполагается, что некий сгусток нематериального мира выделяется и вносится на специальные счета, реестры, базы данных и т. п.

10