Международное предпринимательское право в условиях международной экономической интеграции. Учебник
.pdfштатам, то на сегодняшний день нельзя говорить о системном подходе к законодательному регулированию информации в США.
Для межведомственного обмена информацией применяется Национальная модель обмена информацией (National Information ExchangeModel, NIEM). Передаче подлежат данные в областях судопроизводства, общественной безопасности, реагирования на чрезвычайные ситуации, разведки и национальной безопасности. На текущий момент NIEM поддерживает данные в форматах XSD и Microsoft Excel, а также инструментарий унифицированного языка моделирования (Unified Modeling Language, UML) для графического отображения обмена данными и элементов для каждого сообщения.
В тоже время помимо минусов в США есть, безусловно, и плюсы.
Закон о свободе информации 2016 г. (Freedom of Information Act 2016)
требует полного или частичного раскрытия любой ранее не раскрытой информации и документов, контролируемых правительством Соединенных Штатов, по запросу граждан и организаций. Закон определяет ведомственные отчеты, которые публикуются в открытом доступе, и устанавливает исчерпывающий перечень исключений из общего правила. Фактически все сведения считаются общедоступными, если не указано иное, что позволяет получить доступ к значительным массивам инфор-
мации.Закон об основах обоснованной политики 2018 г. (Foundations for Evidence-Based Policymaking Act of 2018 (Public Law No 115-435) уста-
навливает требование, согласно которому крупнейшие государственные органы разрабатывают ежегодные планы сбора фактических данных. При этом полученные данные считаются открытыми по умолчанию, если прямо не указано иное. Кроме того, федеральные агентства должны провести масштабную инвентаризацию архивов и выложить сведения из них для ознакомления.
В США существует отдельный закон, посвященный защите персональных данных детей до 13 лет – закона о защите конфиденциально-
сти детей в Интернете 1998 г. (Children's Online Privacy Protection Act of 1998 104 (COPPA). В СОРРА урегулирован вопрос получения согласия родителя на обработку персональных данных ребенка, а также порядок его уведомления родителя. Оператор должен получить подтвержденное
31
согласие перед совершением любых действий в отношении ребенка. В запросе родителю указывают цели сбора данных, цели получения согласия, гиперссылку на онлайн-уведомление оператора, способы выражения согласия, указание, что, если родитель своевременно не дает согласия, оператор удаляет контактные данные родителя из своих записей.
В отношении взрослых единого закона, устанавливающего режим оборота и защиты персональных данных в США, не существует. Однако есть целый ряд отраслевых актов: Закон о защите частной жизни води-
телей 1994 г. (Driver's Privacy Protection Act of 1994); Закон о справедли-
вых и точных кредитных операциях 2003 г. (Fair and Accurate Credit Transactions Act of 2003); Закон о честной кредитной отчетности 2003 г. (Fair Credit Reporting Act 2003 108 (FCRA); Закон о правах на образова-
ние и на конфиденциальность семьи (Family Educational Rights and Privacy Act); Закон о мобильности и подотчётности медицинского стра-
хования 1996 г. (Health Insurance Portability and Accountability Act 113 (HIPAA); Закон о предотвращении хищения средств идентификации
(Identity Theft and Assumption Deterrence Act).
Также следует отметить, что в 2019 году Д. Трампом был подписан приказ «О сохранении лидерства США в области искусственного интеллекта» (Executive Order on Maintaining American Leadership in Artificial Intelligence), который позволяет привлекать к обработке федеральных данных и улучшению функционирования государственных информационных систем фирмы, работающие в области искусственного интеллекта (AI-фирмы). Цель – облегчить управление данными, обрабатываемыми государственными органами.
Разработчики искусственного интеллекта (AI) – вроде сообщества исследователей AI Facebook и AI Google получают возможность запрашивать федеральные данные у государства. Запрос производится, вопервых, с целью повышения качества федеральных данных за счёт их обработки высокими AI-технологиями. Во-вторых, с целью улучшения исследования, развития и тестирования самого искусственного интел-
лекта. В результате к исследованиям и внедрению информационных систем привлекаются частные организации, которые должны определить будущие направления развития и сформировать единую платформу для
32
предоставления государственных данных всем желающим, в том числе и предпринимателям.
Законодательство Великобритании не выделяет общий режим информации, а равно не описывает общих субъектов информационных правовых отношений. Основу регулирования цифровой экономики в Великобритании составляет Акт о цифровой экономике (Digital Economy Act 2017). Он старается охватить все вопросы так или иначе связанные с информацией, поэтому затрагиваются проблемы, которые в других странах относятся к иным направлениям. Данный акт регулирует вопросы доступа к цифровым сервисам (универсальное обслуживание); построение цифровой инфраструктуры; введения интернет-фильтров провайдерами; некоторые вопросы интеллектуальной собственности; ряд вопросов в сфере цифрового правительства (digital government), например, раскрытие некоторых категорий информации (в частности, в исследовательских целях).
В отличие от ЕС правительство Великобритании рассматривает информацию как ценный актив, который должен использоваться и защищаться соразмерно ее ценности. Заинтересованные лица имеют право узнавать информацию о себе, но в большинстве случаев на платной основе. Вообще, по мнению Туманного Альбиона, государственные информационные системы – это не средство облегчения жизни людей и вектор развития общество, а ценное благо, которое надо продать подороже, руководствуясь классическими правилами спроса и предложения.
Публичная информация (public information) охватывает все данные органов власти и управления. Она подлежит обязательной публикации в соответствии со схемами (publication schemes), утверждёнными каждой из властных структур. Соответственно органы власти самостоятельно определяют объем и каналы информации, передаваемой для всеобщего ознакомления.
Право любого заинтересованного лица получить необходимые ему сведения закреплено в Акт о свободе информации 2000 года
(Freedom of Information Act 2000). Право на доступ к информации (right of access to information) включает право быть информированным о наличии у органа публичной власти соответствующей информации и право
33
на получение указанной информации по запросу лица. Сведения выдаются в течение 20-60 дней.
Ряд направлений в Великобритании регулируется отдельными законами. В частности, Акт о государственной тайне (Official Secrets Act 1989) запрещает разглашения информации в сферах безопасности, разведывательной деятельности, обороны, международных отношений.
Положение о коммерческой тайне (Trade Secrets Regulations 2018)
защищает интересы обладателя информации, которая не может быть легко получена третьим лицом, имеет коммерческую ценность, а обладатель такой информации предпринял надлежащие действия по сохранению таковой в тайне. Акт о защите данных (Data Protection Act 2018) принят в развитие GDPR и содержит аналогичное регулирование. Акт регулирует вопросы защиты персональных данных, в частности, принципы обработки, права субъектов персональных данных, обязанности оператора (controller).
Положение о повторном использовании информации, находящейся в распоряжении публичных органов власти (Re-use of Public Sector Information Regulations 2015) регулирует право частных субъектов на повторное использование информации в коммерческих и некоммерческих целях. Исходя из вышеуказанных положений сведения, попавшие в открытый доступ, могут использоваться всеми желающими без каких-либо ограничений.
Наконец следует отметить, что в соответствии со Стратегией трансформации правительства и Цифровая стратегией развития Великобритании с 2017 года запущена единая платформа электронного правительства GOV.UK. Переход к централизованной модели её управления основывался на использовании облачных технологий. Аналогов подобной системы нет ни в США, ни в государствах ЕС.
В Китае правила о государственных информационных данных сконцентрированы на подзаконном уровне. Ядром системы выступает Положение об открытой государственной информации, вступившее в силу 01.05.2008. Согласно Положению, государственные органы на всех уровнях должны создать и поддерживать системы открытой государственной информации для соответствующих административных органов и назначить органы управления, отвечающие за ежедневную работу с
34
открытой правительственной информацией. Таким образом данный документ, призван прежде всего урегулировать правила для органов власти, а обеспечение доступа к сведениям для частных организаций является второстепенной задачей.
Правоприменительная практика это подтверждает, поскольку по итогам работы Положения принимаются дополнения и разъяснения. Заключение Главного управления Государственного совета по дальнейшему развитию открытости государственной информации от 01.10.2013 направлено на усиление проверок при раскрытии государственной информации на предмет государственной тайны. Отдельно подчеркивается необходимость контроля за соблюдением норм о безопасности.
Защита персональных данных в Китае действует с 2017 года. Общие правила гражданского права (General Rules of the Civil Law) в статье 111 указывает, что персональные данные физических лиц защищены законом, а незаконный сбор, использование, обработка или передача персональных данных других лиц не допускается.
Закон о кибербезопасности принят Постоянным комитетом ВСНП и вступил в силу с 01.07.2017. Закон устанавливает общие положения и продвижение кибербезопасности, правила функционирования информационно-коммуникационных сетей, раннее обнаружение и действия в ответ на чрезвычайные обстоятельства, ответственность за нарушение законодательства.
Анализ представленных документов показывает, что в отличие от ЕС и США Китай делает упор на сохранение и контроль за государственной тайной и используют в основном публично-правовые нормы. Тенденция к расширению возможностей граждан и организаций и закрепления большей прозрачности существует, но не является преобладающей. Можно сказать, что Китай демонстрирует другой подход к регулированию и предоставлению доступа в отношении информации в государственных информационных системах.
В Российской Федерации рассматриваемая проблема подробно описывается в Концепции создания и функционирования национальной системы управления данными.
Под государственными данными понимается информация, содержащаяся в информационных ресурсах органов и организаций госу-
35
дарственного сектора, а также в информационных ресурсах, созданных в целях реализации полномочий органов и организаций государственного сектора. Управление государственными данными определяется как совокупность процессов сбора, хранения, обработки, предоставления, распространения и уничтожения государственных данных, обеспечения качества государственных данных, включая их систематизацию и гармонизацию.
На законодательном уровне основным нормативным актом является закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» от 27.07.2006 № 149-ФЗ. Кроме него важное значение имеют Федеральный закон «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ, законы «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» от 09.02.2009 № 8-ФЗ, «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» от 22.12.2008 № 262-ФЗ; «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» от 27.07.2010 № 210-ФЗ.
Однако часть их положений уже устарели, а остальные подвергаются трансформации в рамках выполнения национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации».
Реализация данной национальной программы призвана объединить все государственные сервисы в единую платформу для общения с гражданами и организациями, усовершенствовать оказание государственных услуг, перевести общение с органами власти и управления всех уровней в дистанционный электронный формат. Иными словами в результате должна появиться структура, напоминающая электронное правительство Великобритании GOV.UK только на более глубоком и продвинутом уровне. Срок реализации национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации» установлен до 01.01.2025.
Кроме того прорабатываются механизмы дальнейшего расширения сервисов по предоставлению государственных услуг на территорию стран-участников ЕАЭС. Именно в этой сфере акцент делается на предпринимательские отношения. Предполагается, что удастся существенно облегчить работу коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей в рамках единого экономического пространства
36
и упростить их взаимодействие с государственными органами власти и управления.
В настоящее время проходит проверку в тестовом режиме федеральная государственная информационная система «Единая информационная платформа национальной системы управления данными». Она призвана стать управляющей структурой для остальных звеньев. Параллельно запускаются и другие механизмы.
В целом на сегодняшний день следует признать, что система цифрового взаимодействия G2B в России является одной из лучших среди ведущих государств мира. Российские государственные информационные системы накопили внушительные объемы данных, значительная часть которых выкладывается в общий доступ бесплатно. При этом обновление и усовершенствование идет каждый год. В Китае уровень доступа к государственным сведением сильно ограничен по сравнению с Россией, в Великобритании охватывает только ряд высших органов власти, в США и ЕС еще не приступили толком к реализации идеи единого электронного правительства. Остальные сильные государства даже региональные державы значительно отстают.
Правовой статус сведений в государственных информационных системах по умолчанию может быть отнесен к базам данных. Однако подобное построение следует признать весьма условным. Государства размещают значительную часть сведений в открытом доступе, несут обязанность по постоянному обновлению, обеспечивают связь информационных массивов с публичными вопросами власти и управления. Все вышеперечисленное не вписывается в классическую концепцию исключительного права (интеллектуальной собственности). Следовательно, место государственных информационных систем среди объектов гражданского права еще далеко не определено.
Контрольные вопросы:
1. Правовое регулирование государственных информационных систем в ЕС.
2. Сходства и различия в правовом регулировании государственных сведений в США и Великобритании.
3. Особенности правового регулирования государственных информационных систем в Китае.
37
Литература
1. Регламент ЕС 2016/679 «О защите физических лиц в отношении обработки персональных данных и о свободном перемещении таких данных и отмене Директивы 95/46/ EC (Общие положения о защите данных)», принятый 14.04.2016 (Регламент GDPR) // https://gdprtext.com/ru/.
2. Закон США об открытых, общедоступных, электронных и необходимых государственных данных 2018 (Open, Public, Electronic, and Necessary Government Data Act of 2018) // https://www.datacoalition.org/open-government-data-act/ .
3. Акт о цифровой экономике Великобритании 2017 года (Digital Economy Act 2017) // https://www.gov.uk/government/collections/digital- economy-bill-2016.
4. Решение Высшего Евразийского экономического совета «Об Основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года» от 11.10.2017 № 12 // http://www.eaeunion.org. 2017.
5. Паспорт национального проекта «Национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации» // https://digital.gov.ru/ru/activity/directions/858/.
6. Федеральный закон «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» от 27.07.2010 № 210-ФЗ // СЗ РФ. 2010. № 31. Ст. 4179
7. Распоряжение Правительства Российской Федерации «Об утверждении Концепции создания и функционирования национальной системы управления данными и плана мероприятий дорожную карту») по созданию национальной системы управления данными на 2019 – 2021 годы» от 03.06.2019 № 1189-р // СЗ РФ. 2019. № 23. Ст. 3041
38
§ 4. Имущество в компьютерных играх
Пока простые бухгалтеры сводили годовой баланс, сидя за компьютерами, главный бухгалтер сводил армию орков против армии нежити в WarCraft 3.
Дмитрий Шевцов
Данный параграф посвящен предметам, которые заняли прочное место в виртуальной среде, но при этом игнорируются действующим правовым полем во всех государствах. Соответственно основная часть материала содержит описание существующей картины. В конце выдвигаются некоторые предложения.
Компьютерные игры превратились на сегодняшний день в рынок с миллиардными оборотами и глобальным охватом. Львиную долю прибыли для создателей игрового контента составляют, конечно, прямые продажи и продвижение игр многочисленным пользователям. В то же время быстрыми темпами увеличивается емкость сектора внутриигровых сделок в онлайн-играх.
Подавляющий объем подобных игр составляют массовые многопользовательские онлайн-игры (ММО). В этих играх одновременно участвуют большое количество игроков из различных государств, которые фактически постоянно живут в вымышленном игровом мире. Значительное количество участников (иногда составляющее несколько тысяч человек) и функционирование только в рамках Интернета составляют два главных отличия ММО от остальных компьютерных игр.
Следует отметить, что возможности монетизации предусматриваются сейчас едва ли не во всех выпускаемых играх. Даже формально бесплатные образцы располагают платными дополнениями, где невозможно играть без денежных затрат. Наиболее распространен данный факт при выпуске многочисленных обновлений, дополнений, улучшений и продвижений ММО. По мнению исследователей, все игры, в которых участники могут тратить свои деньги, подразделяются на 2 группы:
без возможности для игроков обмениваться предметами;с системой обмена предметами между игроками.
Первая категория игр представлена в основном разработками для мобильных телефонов и наиболее простым ММО контентом. Самый из-
39
вестный в РФ, да и на всем постсоветском пространстве продукт – это
Wargaming World Of Tanks.
В подобных играх все финансовые потоки проходят исключительно через создателей игры, которые только напрямую реализуют внутриигровые товары или услуги (бонусы). Возможности для передачи имущества с одного аккаунта на другой технически отсутствуют. Пользовательское соглашение, которое обязан заключить любой участник игры, запрещает передачу или продажу учетной записи третьим лицам. Соответственно владелец аккаунта существенно ограничен в распоряжении своим игровым имуществом.
Такой подход, безусловно, очень упрощает работу создателей игры, позволяя им контролировать все перечисления, анализировать развитие геймплея, а также прогнозировать предпочтения игроков и направления движения денежных потоков. Однако отсутствие возможности распорядиться своими предметами серьезно снижает интерес для потенциальных участников, которые фактически не могут выйти из игры, не бросив все накопленное. Приобретенное имущество висит мертвым грузом на аккаунте.
Понимая возникающие трудности, разработчики игр стали в последнее время позволять продавать накопленные игровые ценности, но только за внутриигровые активы и обязательно с комиссией, достигающей в среднем 50%. Теперь можно вернуть часть потраченных средств легальным способом.
Любопытно, что приобретаемое в играх преимущество далеко не всегда дает преимущество над другими игроками или позволяет пройти какой-нибудь уровень. Все чаще предлагаются для покупки незначительные, а то и ненужные улучшения. Примером служат иконки (изображения) для персонажей, скины для героев, улучшение используемого интерфейса, изменение цвета и т. п. Тенденции к монетизации любого шага и желания участника превалирует в игровой индустрии. Удивительно, но такая повышенная жадность находит отклик и понимание у владельцев аккаунтов.
Еще интересней ситуация выглядит в отношении игр для мобильных телефонов. В них в принципе, не предусмотрена связь внутри игрового сообщества и обмен информацией. Общение между участни-
40