Исторический этикет

Визиты, относящиеся к официальной сфере, делились на два типа — ординарные, обычные, предназначенные для поддержания знакомства, производимые с принятой в данном кругу периодичностью, и экстраординарные, приуроченные к определенным событиям. Видам визитов, порядку, правилам их приема или нанесения всегда уделялось большое внимание, в том числе в руководствах по этикету. «Визиты бывают нескольких родов: поздравительные, благодарственные, прощальные и, наконец, визиты для изъявления участия (visite de condoléance), правда, есть еще визиты для свидания и визиты деловые…

Визиты поздравительные делаются: в Новый год, на Пасхе,

вДень именин или рожденья, после свадьбы молодым знакомыми и родственниками.

Визиты благодарственные: после бала, после званого обеда (visite de digestion), после свадьбы, молодыми своим знакомым и родственникам, после домашнего концерта или спектакля и т. п.

Визиты прощальные делаются перед отъездом отъезжающих. Визиты для изъявления участия делаются больным и после похорон», — подробно перечислялось все это разнообразие в рус-

ском «Руководстве» 1847 года1.

ВРоссии на протяжении всего XIX в. «родственным визитам» придавалось особое значение. В мемуарах неизменно отмечалось, что в обществе «строго следили за соблюдением выражений чувств уважения, любви и почтения не только к родителям, но даже и к дальним родственникам. Забыть поздравить с именинами крестную мать или крестного отца, не прийти во время отъезда кого-либо из них проводить их с пожеланием благополучного пути, в воскресенье, перед началом Великого поста, не прийти к крестному отцу и матери «проститься» на Великий пост, обменявшись хлебом-солью, — считалось верхом невежества». Особенно трепетно относились к «родственному чинопочитанию»

вМоскве: по словам П. А Вяземского, здесь «долго патриархально и свято сохранялись родственные связи… Разумеется, во всех

1 Соколов Д. Н. Светский человек, или Руководство к познанию правил общежития. СПб., 1847.

161

странах, во всех городах есть и бабушки, и дядюшки, и троюродные тетушки, и внучатые братья и сестры; но везде эти дядюшки и тетушки более или менее имена нарицательные, в одной Москве уцелело их существенное значение… Круг родства не ограничивается ближайшими родственниками; в Москве родство простирается до едва заметных отростков, уж не до десятой, а разве до двадцатой воды на киселе…»1.

Обязательными являлись визиты к родственникам и знакомым по случаю отъезда или приезда: «И как у нас много родных, то все улицы объездили», — жаловались в таких случаях, но, тем не менее, исправно исполняли необходимый ритуал. В литературе описано поистине огромное количество визитов, которые обязаны были сделать отъезжающие. В некоторых случаях счет шел на многие десятки: «Выбраться из Москвы надолго было для Ивановны, при ее обширном знакомстве, не шуточное дело: надо было проститься со всеми, чтобы никого не обидеть. В четверг … она сделала 11 визитов, в пятницу до обеда — 10, после обеда — 32, в субботу — 10, всего 63, и еще оставались самые близкие родственники». Затем начались ответные визиты: вал посетителей захлестнул дом с такой силой, что на Марью Ивановну напал страх: «ну, если всей сотне вздумается со мной прощаться!» — и приказала отвечать, что ее дома нет».

После свадьбы положено было нанести визиты множеству знакомых и родственников. Для молодых это могло быть тяжелой обязанностью: «мы целые три дня объезжали с визитами всех возможных и невозможных тетушек, дядюшек, кузенов и кузин». Выполнение «праздничных обязанностей», благодарственных визитов, поздравлений по самым разнообразным поводам также регламентировалось этикетом и должно было неукоснительно соблюдаться; особенно важно лично поздравить начальство, правда, эти визиты в меньшей мере могли быть причислены к светским.

В случае смерти члена семьи ритуализированный этикет требовал соответственным образом «оформить» это печальное

1Вяземский П. А. Старая записная книжка // Полн. собр. соч. князя

П.А. Вяземского: В 12 т. СПб.: Тип. М. М. Стасюлевича, 1883–1886.

162

событие. Помимо самих похорон необходимо было разослать траурные извещения и принять визиты соболезнования, так как именно это поведение маркировалось в качестве этикетно «правильного»: оно воспринималось как исполнение долга по отношению к умершему, как свидетельство об уважении к его памяти. Не горе семьи было важно в данной ситуации, а именно исполнение этикетного ритуала. В ином случае произошел бы скандал, семью обвинили бы в равнодушии, она могла бы подвергнуться остракизму.

Еще одной разновидностью визитов «по случаю» были визиты к больным «для изъявления участия». Прием больным человеком соболезнующих гостей был сам по себе парадоксальным, так же, как и траурные визиты. Правда, заболевшие хозяин или хозяйка дома были вправе не принимать гостей, и повод этот считался вполне уважительным. «Войдя в дом, вы приказываете человеку доложить о себе, и если вам объявят, что хозяина нет дома, то хотя бы вы и были убеждены в противном, отнюдь не должно подавать вида, что вы знаете, что он дома, и не настаивать, чтобы вас впустили…», комментировали эту ситуацию пособия по этикету. Тем не менее, родные, близкие, знакомые обязаны были являться с визитами, чтобы справиться о здоровье больного даже

втом случае, если хозяин или хозяйка действительно отменяли посещения «по причине своего недомогания».

Нередко плохое самочувствие служило поводом отказать нежеланному гостю в приеме, чем при случае могли злоупотреблять. Это не был выход за рамки светских приличий: «посвященные

втайны тонкого этикета знают, что и без явной пошлой грубости можно выказывать свою антипатию сотнею видов». Здесь уж посетитель ничего не мог поделать, даже если понимал подоплеку ситуации. Существовало, однако, непреложное правило: отказ

вприеме без объяснения причин и выражения сожаления означал разрыв отношений.

На светский визит необходимо было ответить — визит надо было «отдать». Исключением были визиты к престарелым особам, к высокопоставленным лицам, а также визиты подчиненных, младших по званию, которые в обязательном порядке являлись

163

с поздравлениями на Новый год, Рождество, Пасху, именины. Хозяйка дома, принимавшая посетителей, также не обязана была отдавать визит мужчинам, если только они не были пожилыми родственниками. Визит мог нанести сам император, члены его семьи. Государь обычно «предуведомлял» хозяина или хозяйку дома, и, по правилам придворного этикета, государь по своему желанию имел возможность остаться наедине со своим конфидентом, другие посетители или члены семьи должны были удалиться. В подобном случае тоже была предусмотрена отдача визита, для которого устанавливались особые сроки.

Сами визиты проходили практически по одному и тому же сценарию, отличаясь локальной спецификой. Разнилась атмосфера, обстановка, периодичность. В Петербурге, отмечал современник, где «все люди заняты делом или бездельем», приглашают «из милости»: «нельзя посещать знакомых иначе, как только в известные дни, часы и на известное время». Москвичи в этом плане менее церемонны, более гостеприимны: у них привычными были ежедневные визиты, они могли звать «с первого знакомства каждый день к обеду и на вечер».

Встречали «по одежке», собственно говоря, встречала прислуга, одновременно оценивая «статус» гостя. В качестве «одежки» выступал транспорт. Аристократия, или «все, что претендовало на аристократию», ездила в каретах и колясках «четвернею, цугом, с форейтором». Наемных карет, неисправных и грязных, было до крайности мало, а нижним военным чинам вообще запрещено было «разъезжать по столицам в экипажах и на извозчиках». Прислуга соответствующим образом реагировала на появление визитера, пришедшего пешком: она «не подымалась с места, и вы сами должны снимать с себя верхнее платье», и потому «даму непременно должна была везти четверня».

Приехав или придя, в дверь стучали, позднее отпирали по звонку в колокольчик. Как и многие нововведения, он получил распространение сначала в Петербурге, а потом и в Москве. Раздевшись, оставив верхнее платье слуге, в передней оставляли также и трость, поскольку, в отличие от XVIII в., в комнаты входили теперь без трости. Лакей, проводя посетителя,

164

докладывал о нем. На многолюдных приемах имя, титул громко провозглашались на французский манер, а на придворных раутах требовалось назвать еще и чин вновь прибывшего гостя. Хозяин или хозяйка, соизмеряясь со статусом, лично приветствовали гостя.

В светских салонах для создания непринужденной обстановки использовались определенные интерьерные решения,

втом числе, произвольная расстановка мебели. «Произвольной» она казалась на первый взгляд, будучи на самом деле продуманной композицией. Это была маленькая революция в оборудовании пространства салона: несколько кружков стульев, поставленных «как попало», соседствовали со свободными проходами, тем самым они давали возможность выбирать собеседников, переходить от одной группы к другой. Использовалась диваны с низкой спинкой, стулья для кавалеров и кресла для дам — так называемая «галерея». Самое почетное место — на диване, рядом с хозяйкой, его могли занимать только дамы. Мужчинам, как правило, предлагались стулья, хозяйка могла сама указывать место.

Официальное время визита — 15 минут. Смотря по обстоятельствам, он мог быть продлен. В беседе участвовали все гости, темы зависели от состава и интересов присутствующих. Когда положенное время истекало, гость мог прощаться, и его уход также регламентировался светским «протоколом» в соответствии со статусом и рангом посетителя. Хозяйка провожала почетного гостя или же даму лишь до двери гостиной, поскольку не могла оставить других гостей; в таком случае ей мог помочь муж, взрослый сын или дочь. Провожая других посетителей — мужчин, молодых женщин, она может не покидать своего места, лишь вставая, чтобы проститься с дамой своего возраста.

Сконца XVIII в. распространяются модные новшества —

вобиход входят визитные карточки. Они были очень удобны, так как заменяли визиты. Слуге вручали карточки (визитные билеты), он отвозил их адресатам, и визиты считались отданными, отпадала необходимость объезжать многочисленных родственников

165

изнакомых. Тем не менее, в то же время различали, кто вручил визитный билет, слуга или сам господин — для учета и сортировки даже предназначались разные ящики. Личный визит, отданный в соответствии с этикетными нормами, считался учтивее карточки.

Неизменным на протяжении всего столетия оставался этикет визитного костюма. Последний всегда должен был соответствовать случаю, а также шиться по моде данного времени. Требовался тщательный выбор туалета, то есть платья, головных уборов, украшений: при траурном визите следует выбирать черное платье, при поздравлении с именинами — цветное. Дополнением служили перчатки, шляпки для дам. У мужчин для обеда и вечера предназначались мундир или фрак, утром необходимо делать визиты в сюртуке. Главное правило гласило, что дневной костюм не может быть ярким, чрезмерно нарядным, открытым. Кроме того, ожидалось, что хозяйка будет одета скромнее и проще, чем посетившие ее с визитом гости.

Салонная жизнь высшего света перенимается средним классом, служит образцом для средней и даже мелкой буржуазии, которая успешно осваивает «светский» образ жизни. Так же, как в светском обществе, у парижского или какого-нибудь иного лавочника, чиновника или директора лицея нанимается горничная или слуга, так же назначается день приемов, так же собираются гости. Правда, «салоном» служит гостиная или столовая, где тесно и мало места для танцев, угощение более чем скромное, а хозяйка надевает свои перчатки уже не первый раз. Приемы, воспроизводящие образ жизни света, служат предметом насмешек

иобвинений в вульгарности со стороны «верхов», но светские манеры, этикет, пусть в простой и несколько утрированной форме, распространяется все шире, втягивая в свою орбиту значительные слои населения. Издается большое количество пособий, призванных просветить неофитов, познакомить новичков с тонкостями салонной культуры. Светские манеры демократизируются, приобретают характер буржуазной учтивости, превращаются в дальнейшем в вежливость, обязательную для всех слоев населения.

166

Образцы этикетных ситуаций Правила и нормы

Соколов Д. Н. Светский человек,

или Руководство к познанию правил общежития С.-ПЕТЕРБУРГЪ

1847 О посещениях

«Цель посещений — сблизить людей и установить между ними дружественнейшие сношения, нежели те, которые родятся от временных взаимных выгод или дел.

Посещения бывают двадцати родов: церемонные, тягостные и от нечего делать; каждое имеет особенный свой порядок.

Визит платится всегда с точностью.

Отправляясь для делания визитов, припомните себе о домашних занятиях того, кого намереваетесь посетить. Для церемонного приезжайте в такое время, когда дела требуют беспрестанного его занятия; для дружеского же, напротив: избирайте время, когда он свободен, и вам будут рады.

Войти без докладу невежливо. Когда не найдете слуги в передней, то постучите тихонько в дверь и потерпите несколько минут отпирать, пока не услышите из комнаты приглашения: средством сим избегают иногда затруднительного положения.

Когда посетивший вас говорит о погоде или спрашивает, что нового в ведомостях, то вынимайте часы ваши как можно чаще с беспокойством. Ничего нет драгоценнее времени, написано в Латынском алфавите; а посетитель такой похищает оное.

Тон и разговоры должны согласоваться с обстоятельствами, для которых учинено посещение. Есть люди, которые, посетив для утешения в несчастии, рассказывают о созвездии Медведицы, о Турецком паше; негодуют о убийствах, случающихся на улице Saint-Denis; в посещениях же по делам рассказывают о положении родильницы, предсказывают падение министра итомусамомудолжностному,укоторогоищутпокровительства.

167

Поздравительные визиты чем короче, тем лучше. Предложить руку посетившей вас даме — вежливость весь-

ма приятная: проводите ее до кареты.

Сделавшего вам визит проводите до дверей передней, не запирая и держа оную в руке, следуйте за гостем вашим глазами до тех пор, пока, оборотясь, не простится он с вами. Вежливость сия несколько беспокойна особенно зимою; но должно ей следовать.

Несколько затруднительно, когда из многих посещений, сделанных в одно время, кто-нибудь из посетителей отъезжает: в случае сем следует тотчас сделать умственное сравнение между отношением, которое имеют к вам остающиеся в гостиной и отъезжающий, и по заключению сему провожать или остаться.

Визиты после бала, обеда или концерта платятся через неделю; отсрочка оных соображается с мерою удовольствия, которым наслаждались у Амфитриона.

Возвратившемуся с дороги другу делают первый визит. О поздравительных визитах на Новый год не знаем мы

никаких правил; вообще побуждаются они большею или меньшею пользою.

Изъявление желаний на Новом годе следует согласовать с сердечными чувствами и с состоянием кошелька…»

ХОРОШИЙ ТОН СБОРНИК ПРАВИЛ И СОВЕТОВЪ

НА ВСЕ СЛУЧАИ ЖИЗНИ ОБЩЕСТВЕННОЙ И СЕМЕЙНОЙ С.-ПЕТЕРБУРГЪ

Изданіе Германа Гоппе 1881

Хорошій тонъ въ светской жизни

Подобно тому, какъ въ музыкѣ всѣ пріятные и ласкающіе слухъ звуки, сливаясь въ одно, образуютъ гармонію, чарующему вліянію которой мы невольно поддаемся, — точно также безотчетно влечетъ насъ симпатія къ той личности, у которой во

168

всѣхъ движеніяхъ, разговорѣ, манерѣ держать себя господствуетъ полнѣйшая гармонія.

Это-то и есть тотъ хорошій тонъ, къ усвоенію и достиженію котораго долженъ стремиться всякій образованный человѣкъ.

Какъ въ большинствѣ случаевъ, такъ и тутъ пословица мѣтко обозначаетъ появленіе человѣка въ обществѣ: «по платью встрѣчаютъ, по уму провожаютъ».

Хорошій тонъ, какъ его требуетъ хорошее общество, можетъ быть изученъ. Онъ состоитъ, правда, изъ безчисленнаго множества внѣшнихъ пріемовъ, но имѣющихъ въ основаніи приличіе, нравственность и вѣжливость, и высказывается лучше всего въ томъ случаѣ, если къ нему присоединяется тактъ, но это послѣднее качество прирожденное иизучить его нельзя. Оно есть инстинктивное пониманіе того, что годится ичего не должно дѣлать, — чувство, которое присуще каждому мало-мальски развитому человѣку, хотя, конечно, въ различныхъ степеняхъ; болѣе всего это чувство развито и сказывается у женщинъ.

Конечно, усвоить манеру хорошо держать себя, при всѣхъ случаяхъ жизни, будетъ гораздо легче личностямъ, у которыхъ сильно развито чувство такта, чѣмъ тѣмъ, которыя лишены этаго качества. Но есть люди, которые вовсе и не имѣютъ такого похвальнаго желанія, и находятъ, что имъ и не надо придерживаться различныхъ правилъ общежитія. Но кто не хочетъ жить отшельникомъ и по своему положенію долженъ вращаться въ обществе, тотъ обязанъ подчиняться его правиламъ и требованіямъ и относиться къ нимъ съ уважениемъ.

Изъ этого видно, что тактъ и хорошій тонъ — два различныя понятія, и если первый есть качество прирожденное, то вторый требуетъ изученія и усвоенія

Известно, что основаніе хорошаго тона въ обществе, главнымъ образомъ, отличительная черта — вежливость.

…вѣжливость централизуетъ, такъ сказать, всѣтѣ доброд­ѣ­тели, которыя намъ необходимы для общежитія, если мы хотимъ нравиться и быть полезными обществу. Еще скорѣе можно назвать вѣжливость талантомъ, т.е. талантомъ внѣшнимъ, такъ какъ ее можно усвоить, и она, дѣйствительно, есть дѣло воспитания и пріученія.

169

Какъ часто называютъ любезностью то, что есть только выраженіе вѣжливоети, т. е. ту легкость и деликатность въ обращеніи, которыя всегда производятъ такое хорошее и выгодное впечатлѣніе. Естественность и ласковое обращеніе необходимы, чтобы быть пріятнымъ въ обществѣ, но ихъ недостаточно, такъ какъ они не могутъ спасти насъ отъ ошибки противъ хорошаго тона; вежливость-же всегда поможетъ выйти изъ затруднительнаго положенія и еще больше заставитъ цѣнить все хорошія стороны какъ семейной, такъ и общественной жизни.

О манерѣ держать себя

Сумма качествъ, которыя выдаютъ благовоспитаннаго человѣка, обозначаются выраженіемъ: «хорошо держать себя». «Она хорошо или дурно себя держитъ» есть выраженіе, соотвѣтствующее мнѣнію, что она — благовоспитанная, образованная личность, достойный членъ хорошаго общества, Знакомство съ которымъ нравится и которая ищутъ, — или наоборотъ. Понятно, само собою, что нравственныя качества человѣка имѣютъ большое вліяние на манеру, привычку держать себя. Особа,склоннаякъдурнымънравамъ,илидажекъпороку,рѣдко будетъ умѣть хорошо держать себя, и непріятныя положенія

ипогрѣшности противъ хорошаго тона неизбѣжны. Умственное развитіе въ этомъ случаѣ мало, или даже ничего не значитъ.

Хорошая манера держать себя есть большею частью послѣдствіе наблюденій и подражаній, привычка самообладанія

исдержанности. Хотя воспитаніе и должно стремиться къ тому, чтобы всѣ формы хорошаго тона прививались такъ, чтобы, дѣйствуя одна на другую, онѣ производили-бы то, что мы назвали гармоническимъ впечатлѣніемъ, но оно не въ состояніи одно, безъ помощи общества, дать безупречную манеру держать себя. Она пріобрѣтается уже въ обществе, путемъ практики, но дается легче тѣмъ, которыя съ дѣтства пріучены действовать всегда согласно съ хорошимъ тономъ. Манера хорошо держать себя придаетъ миловидность, пріобрѣтаетъ расположеніе и отличіе. Путь

170