Историческая социология глобальные процессы

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

3.Появление разнообразных вариантов модернизации в зависимости от уровня развития конкретного общества и характера проблем,

скоторыми оно сталкивается.

4.Неоднозначность противопоставления традиции и современности.

5.Недостаточный учет воздействия внешних факторов (войн, завоеваний, колониализма, торговли и движения капитала).

6.Разная скорость модернизации у разных обществ и заметное влияние на нее заимствованных технологий и опыта.

7.Сомнительность ориентации на модернизацию по западному образцу как универсальную1.

Еще одним недостатком теорий модернизации «первой волны» стала их значительная приверженность европоцентризму. Три десятилетия успешного развития Запада после окончания Второй мировой войны представлялись в них как образец для всего остального мира; неявно звучала старая дихотомия периода колониализма «варварство – культура», которая трансформировалась в антиномию «традиция – модерн»2.

Наибольшее влияние теорий модернизации «первой волны» пришлось на рубеж 1950–60-х годов. Затем интерес к ним ослабел и вновь усилился лишь в 1980-е годы. Как и изначально, причиной этому послужила «холодная война», но на этот раз ее окончание, связанное с распадом СССР и социалистического лагеря, которые являли собой альтернативный проект модернизма.

Возникшие в это время новые теории модернизации, которые принято относить ко «второй волне», представляли собой попытку теоретически обосновать возможность и направленность модернизационных преобразований в бывших социалистических государствах и применить к ним западную либеральную и капиталистическую модель развития. Импульсом для теоретиков послужила новая волна демократизации, экономическое «чудо» в виде быстрых темпов развития четырех «азиатских тигров» и других незападных стран. Идея модерна снова преподносилась как проявление глобализации, универсальное для всех обществ и культур3.

Западное общество и в этот раз представлялось эталоном общественного устройства, которому нужно было следовать, а не искать собственных путей развития. Однако к этому времени уже само западное общество успело существенно измениться. Если во время появления

1 См: Штомпка П. Указ. соч. С. 178–179.

2 Černý K. Teorie modernizace… S. 256.

3 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce… S. 274–275.

31

Историческая социология: глобальные процессы

«первой волны» теорий модернизации речь шла об индустриальном обществе модерна, то во время появления «второй» – уже об информационном или постиндустриальном обществе постмодерна. Многое из того, что представлялось незыблемым изначально (например, социальное государство), стало проблемой.

Целью модернизации «первой волны» было построение социального государства (высокая пенсия, отсутствие безработицы, развитой средний класс, доступное образование и здравоохранение, соблюдение прав человека, регулирование рынка). Идеальный образ такого государства описан в книге Д. Белла «Постиндустриальное общество». Модернизация предполагала «экспорт» индустриального общества (в западном варианте) в аграрные государства Юга, проходила в условиях послевоенного экономического роста.

А вот идеалом модернизации «второй волны» стала, наоборот, ликвидация социального государства: ослабление контроля над рынком

исокращение социальных гарантий во имя повышения конкурентоспособности экономики страны на мировом рынке; передача предоставления социальных услуг из рук государства в руки частников; гибкое трудоустройство и т.д.

Итак, теории модернизации можно разделить на «классические» теории «первой волны» и на «современные» теории «второй волны». К первым относят теории Уолта Ростоу, Сеймура Мартина Липсета, Даниэля Лернера; ко вторым – теории Фрэнсиса Фукуямы, Рональда Инглхарта

иШмуэля Айзенштадта. Рассмотрим их более подробно.

š6. Š %!,, % !…,ƒ= ,, &C !"%L "% …/[

6.1. r% 2 p%“2%3. o 2 “2= ,L !=ƒ",2,

Показательную для модернизационных теорий концепцию предложил американский экономист и политический мыслитель Уолт Уитмен Ростоу (1919–2003). Ученый выделил пять стадий развития традиционных обществ, пройдя через которые они из аграрных трансформируются в индустриальные.

На первом этапе находятся традиционные общества. Это общества, в которых преобладает земледелие, основанное на традиционных, из поколения в поколение передаваемых способах хозяйствования. Технические инновации (такие, как новые методы ирригации или выведе-

32

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

ние новых сортов) крайне редки, а их использование несистематично, от случая к случаю. Технические новшества также могут быть утеряны. Научное познание находится на низком уровне развития и не используется на практике. В системе ценностей преобладает фаталистическое представление о том, что из поколения в поколение ничего не меняется: потомки будут жить точно так же, как жили их предки.

Количество производимых товаров в традиционном обществе ограничено продуктивностью работника, которая без инноваций остается на одном и том же уровне; увеличение производства достигается экстенсивным путем через освоение новых земель1; производимых излишков хватает на скромную локальную торговлю; преобладает натуральный обмен. Традиционные общества экономически самодостаточны и существуют относительно изолированно друг от друга. В социальной структуре преобладают клановость и семья. Власть основывается на владении землей как главным экономическим ресурсом. Изменения в традиционном обществе происходят в форме флуктуаций (урожайные/неурожайные годы, рост/снижение рождаемости, обнаружение/утрата торговых путей, смена династий и т. п.). Однако, согласно У. Ростоу, в традиционном обществе заложен потенциал для скачка в их развитии2.

Второй этап – подготовка к старту. Переход к нему обеспечило появление новой «ньютоновской перспективы», которая представляет мир управляемым природными законами, которые можно познавать научно. Такой подход дал толчок к развитию науки и созданию новых технологий. Однако их практическое применение тормозится структурами традиционного общества. Требуется время, для того чтобы влиятельные слои общества пришли к пониманию первенства экономического развития для достижения всех остальных целей, будь то независимость и военное превосходство или личное обогащение и рост престижного потребления. Но даже при наличии такого понимания модернизация зависит от активной позиции централизованного национального государства3. Показательно, что в истории человечества было всего одно государство, элиты которого самостоятельно пришли к пониманию необходимости экономического роста. Это была Англия. Модернизация всех остальных государств началась с внешнего импульса4.

1 См.: Rostow W. W. The Economic History Review // New Series. 1959. Vol. 12. No. 1.

P. 4.

2 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce… S. 277–278.

3 См.: Ibid S. 278.

4 См.: Rostow W. W. Op. cit. P. 4.

33

Историческая социология: глобальные процессы

Вэкономической сфере на данном этапе происходит внедрение новых технологий в сельском хозяйстве, добыче сырья и транспортной инфраструктуре. Растет рынок, накапливается первоначальный капитал, усиливается значение банков. Появляется возможность инвестировать в новые отрасли (прежде всего в текстильную промышленность). Инновации тем не менее сосредоточиваются в немногочисленных зонах экономического роста, которые соседствуют со старыми социальными структурами, феодальными способами ведения хозяйства, традиционными политическими институтами1.

На третьем этапе старта (или взлета)2 экономический рост распространяется с единичных изолированных регионов на всю страну; преодолевается влияние традиционных социальных структур и ценностей; происходит промышленная революция, и начинается индустриализация.

Вразных странах этот этап начинался в разное время: в Англии –

вконце XVIII в., во Франции – в 1830-е годы, в США – в 1850-е, в Японии – в 1880-е, в Турции, Мексике и Аргентине – в 1940-е, в Китае и Индии – в 1950-е годы3. Для данного этапа характерно существование одной или нескольких ключевых промышленных отраслей с наибольшими темпами роста, которые выступают в роли двигателей всей остальной экономики. Происходит это за счет высокой прибыльности ключевых отраслей, которую можно инвестировать в новое производство4. Так, для Англии ключевой отраслью выступила текстильная промышленность, для США, Франции, Германии, России и Канады – строительство железных дорог, для Швеции кроме железных дорог такой отраслью стала современная деревообработка5.

Следующий этап зрелости настает приблизительно через 60 лет после старта. В это время начинают развиваться все отрасли экономики, причем старые отрасли из предыдущей фазы могут прийти в упадок. Двигателем роста становится технический прогресс. Растут зарплаты и покупательная способность населения, увеличиваются свободные капиталы. Согласно У. Ростоу, переход от одного этапа к другому не предопределен. Ряд развивающихся стран не достигли фазы зрелости в силу различных причин (недостаток квалифицированных кадров, низкая покупательная способность населения или недостаточно емкий внутренний рынок)6.

1 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce... S. 280. 2 См.: Rostow W. W. Op. cit. P. 7.

3 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce... S. 280. 4 См.: Ibid. S. 281.

5 Cм.: Rostow W. W. Op. cit. P. 7.

6 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce...

S. 281–282.

34

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

Последний этап модернизации У. Ростоу называет веком массового потребления. Экономика достигших данного этапа стран полностью ориентируется на массовое потребление товаров и услуг и не имеет ничего общего с обеспечением жизненно необходимых потребностей (в еде,

вжилье, одежде). Общество начинает ориентироваться на качество жизни, развитое социальное обеспечение, безопасность, охрану окружающей среды. К 1960 г. такими странами, согласно У. Ростоу, стали США, Канада, Великобритания, страны Западной Европы, Австралия и Япония. Причем для тех стран, в которых этап старта начался раньше, дорога к этапу массового потребления оказалась более долгой, чем для тех,

вкоторых модернизация началась позднее1.

Теория стадий развития У. Ростоу построена на основе специфического опыта исторического общественно-экономического развития США, Англии и Западной Европы. Ее соответствие разнообразным ситуациям в развивающихся странах довольно проблематично. Например, предположение, что привлечение заграничных инвестиций для перспективных отраслей или регионов сделает из них локомотивы развития, в действительности обернулось ростом непогашаемых долгов (в 1982 г. в развивающихся странах разразился долговой кризис)2. Отягощенные долгами государства так и не перешли к этапу старта, а те, которые перешли, не смогли продвинуться дальше и так и остались с однойдвумя, как правило, сырьевыми экспортными отраслями (кофе, табак, хлопок).

Другим слабым местом теории У. Ростоу является игнорирование феномена колониализма или неоколониализма, когда развитие западных стран происходит за счет эксплуатации регионов, которые выступают зависимой периферией. В ней не учитывается разное положение стран в географическом, климатическом, культурном и других отношениях.

6.2. q L 3! l. k,C“ 2.

q" ƒ %*!=2,, “ % !…,ƒ= , L

Другой американский социолог, Сеймур Мартин Липсет (1922– 2008), соотнес наличие демократического политического устройства общества с социально-экономической модернизацией. Будучи ангажированным ученым периода «холодной войны», С. Липсет искал пути научного определения условий для существования стабильной демо-

1 См.: Ibid. S. 282.

2 Cм.: Ibid. S. 283.

35

Историческая социология: глобальные процессы

кратии, которая, по его мнению, возможна лишь в обществах с высоким материальным уровнем жизни населения, высоким уровнем образования и сформированным средним классом, который должен поглотить рабочий класс и передать ему свои ценности. Таким образом, по его мнению, нивелируется конфликт между высшими и низшими слоями общества.

Отличие современных развитых обществ от традиционных и обществ раннего модерна, как утверждает С. Липсет, заключается в наличии широких возможностей для повышения личного материального благосостояния, социального статуса и влияния. В обществах второго типа количество ресурсов, как правило, ограничено, а единственным средством к овладению ими является централизованное государство. Элита, захватившая в таком государстве власть, владеет единственным источником ресурсов, тогда как большинство населения не имеет к нему доступа. В развитом обществе существует ротация политической элиты, так как для повышения благосостояния не требуется наличия политической власти. Однако соотношение между стабильной демократией и уровнем экономического развития имеет лишь вероятностный характер. Так, в бедных Индии или Мали существует стабильная демократия,

ав богатой Саудовской Аравии ее нет1.

Кпроблеме стабильности демократии у С. Липсета добавляется проблема легитимности демократических режимов и эффективности политических систем. Эффективность политической системы определяется ее способностью обеспечивать функционирование правительства в соответствии с ожиданиями общества, включая те общественные группы, которые способны ей угрожать (например, армия)2. Согласно общему определению, уровень легитимности определяется уровнем соответствия интересов большинства социальных групп ценностям, олицетворяемым политическими институтами3. Уровень легитимности институтов поразному воспринимается разными социальными группами. В зависимости от этого отличается стабильность режима в разных странах. Кризис легитимности может настать в случае (1) радикальной трансформации политической системы (падение монархии и отношение к демократии аристократии, клира и традиционалистов), (2) появления новых политических акторов, социальных групп в результате модернизации и воз-

1 См.: Černý K. S. 296.

2 См.: Lipset S. M. Some Social Requisites of Democracy: Economic Development and Political Legitimacy // The American Political Science Review. 1959. Mar. Vol. 53. No. 1. Р. 85.

3 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce… S. 291.

36

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

никновения вопроса о включении их в политическую систему, (3) роста политических столкновений, разделяющих общество, и (4) длительного отсутствия эффективного управления.

6.3. d=…,. k !… !.

Š!= , ,%……/L , “%"! ……/L %" *

Представитель классических теорий модернизации американский социолог Даниэль Лернер (1917–1980) выдвинул тезис, что «модерн есть прежде всего состояние мысли»1. Ученый выделил три типа личности, ментально отчужденных друг от друга: традиционный, переходный и современный. В процессе перехода от традиционного общества к современному соотношение этих типов в популяции изменяется: традиционный тип перестает доминировать, появляется переходный тип и, наконец, начинает преобладать современный тип личности.

Человек традиционного типа неграмотен, живет в четко ограниченной, тесно связанной общности (семья, деревня), занимается земледелием или скотоводством, минимально подвержен воздействию СМИ, коммуникация обеспечивается устно. Он не может представить себе другую жизнь, представить себя в другой социальной роли или в другом месте. Источники его идентичности ограничиваются деревней, племенем или городским кварталом. Человек традиционного типа довольствуется тем малым, что имеет.

Однако с началом модернизационных изменений желания и потребности людей начинают быстро расти. Так появляется переходный тип личности. Его характеризует способность представить себя в других обстоятельствах, появляется мнение о проблемах более широкого круга (всей страны и даже всего мира). Человек переходного типа стремится принимать участие в политической жизни, участвовать в общественных дискуссиях и становится новым политическим актором, что нарушает монополию существующей изолированной элиты. Возникает угроза волнений, революций. Человек переходного типа также стремится принимать участие в зарождающемся консьюмеризме. Однако его характерной чертой остается противоречие между растущими требованиями и объективной реальностью. Движущей силой модернизации становится появление способности к эмпатии – представлять себя в роли другого. Человек переходного типа уже не ориентируется на образцы из прошлого. Он полон надежд и ожиданий от будущего.

1 Ibid. S. 297.

37

Историческая социология: глобальные процессы

Наконец, человек современного типа рационален, бесконечно флексибилен, космополитичен, образован, секулярен, ориентирован на будущее и рост материального уровня жизни.

Главным фактором перехода от традиционного типа личности к переходному, по мнению Д. Лернера, являются СМИ. С их помощью традиционное общество устной коммуникации трансформируется в современное общество, основанное на новых коммуникационных технологиях. Другим важным фактором (Д. Лернер обращается к примеру ближневосточных стран) является опыт развитых стран (США, Япония, Европа, СССР), которые выступают своего рода референтной группой

идемонстрируют международный авторитет, престиж, статус великой державы, а также урбанизацию, проникновение образцов городской жизни в деревню, рост уровня образования и т.д.1

Особенностью исследований Д. Лернера является их направленность на расширение влияния США в ущерб СССР в условиях «холодной войны», они касались ближневосточных, богатых нефтью стран: Ливии, Египта, Сирии, Иордании и Ирана. Результаты количественных опросов использовались для формирования представления о целевой аудитории вещания радиостанции «Голос Америки» в данном регионе. Под влиянием американских СМИ предполагалось выработать у традиционного местного населения эмпатию в отношении американских ценностей, идеалов, культуры потребления, товаров, стиля жизни2.

Центральная идея теории Д. Лернера состоит в утверждении необходимости стран глобального Юга следовать образцу развитых стран глобального Севера. Хотя модернизация – западное явление, это произошло лишь по стечению обстоятельств. Слабым местом его теории являются непроработанность процесса психологических изменений

ипроблематичность массмедиа как главного фактора модернизации3.

6.4. q. . t. u=…2,… 2%…. m !="…% !…% !=ƒ",2,

Сэмюэл Филлипс Хантингтон (1927–2008) широко известен своими публикациями по цивилизационной проблематике (статья «Столкновение цивилизаций?» 1993 г. и книга «Столкновение цивилизаций» 1996 г.). Однако перед увлечением данной проблематикой С. Хантингтон работал с темой модернизации. Его научный интерес сосредоточивался на взаимосвязи экономической и политической модернизации. Данной

1 См.: Černý K. S. 301.

2 См.: Ibid. S. 302.

3 См.: Ibid.

38

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

теме он посвятил монументальный труд «Политический порядок в меняющихся обществах» (1968), в котором подверг критике теории модернизации «первой волны».

Усиление нестабильности и рост числа конфликтов в странах Азии, Африки и Южной Америки С. Хантингтон связывал с неравномерным развитием и несогласованностью между отдельными областями модернизации или слишком быстрым ее протеканием, чем расходился во взглядах с теоретиками модернизации «первой волны». Последние предполагали, что политическая, социальная и экономическая модернизации происходят равномерно и согласованно, а причины конфликтов

инестабильности в модернизирующихся странах объясняются чересчур медленным процессом модернизации.

Таким образом, по С. Хантингтону, нестабильность и конфликты являются результатом внутренней динамики модернизирующихся стран. Традиционное общество перед началом модернизации находится в стабильном состоянии. Общество модерна также является стабильным. Нестабильность возникает в процессе модернизации вследствие распада традиционных социальных структур и исчезновения авторитетов. Возникновение новых потребностей и ожиданий, связанных с экономическим ростом и увеличением доли образованной части населения, не нивелируется появлением новых институтов и норм, – возникает ситуация аномии. Дезорганизованные и неудовлетворенные группы сильнее подвержены влиянию новых политических идеологий и движений, которые заполняют возникший вакуум1. Если традиционное общество составляет преимущественно апатичное в политическом отношении население, проживающее в сельской местности, то для модернизирующегося общества характерно вовлечение в политику все новых социальных групп. Такими группами становятся интеллигенция, крупные бюрократы, высшее армейское командование, городской средний класс, рабочие, студенты и даже деревенское население. Неспособность политических структур ассимилировать новые социальные группы выводит их на улицы или в нелегальную зону. Таким образом, в модернизирующихся странах возникает повышенный риск военных переворотов, революций

игражданских войн2.

Другим направлением исследований С. Хантингтона стала так называемая «третья волна демократизации» – переход от недемократических политических режимов к демократическим в нескольких десятках стран во второй половине XX в. Начало «третьей волне» демократиза-

1 См.: Černý K. Teorie modernizace… S. 271.

2 См.: Ibid.

39

Историческая социология: глобальные процессы

ции положил переворот 1974 г. в Португалии. В результате в стране после 48 лет диктаторского режима Антонио Салазара была установлена демократия. После этого события вплоть до 1990-х годов демократические политические режимы появились почти в 30 странах1. Волна демократизации определялась С. Хантингтоном как «группа переходов от недемократических режимов к демократическим, происходящих в определенный период времени, количество которых значительно превышает количество переходов в противоположном направлении в данный период»2.

«Первая» такая волна имела место в 1828–1926 гг. Точкой ее отсчета послужили выборы 1828 г. в США, в которых доля белого мужского населения, имевшая право голосовать, достигла 50%3. «Первая волна» демократизации затронула около 30 стран в Западной Европе и Южной Америке, а также некоторые государства, образовавшиеся в результате распада Австро-Венгерской, Российской и Германской империй. Во второй половине 1920–30 гг. произошел «откат» демократического процесса, связанный с появлением фашистских режимов.

«Вторая волна» демократизации началась после окончания Второй мировой войны и была связана с возвращением демократических режимов в страны Западной Европы и Южной Америки, установлением демократии в Турции и Греции. Также «вторая волна» была связана с начавшимся процессом деколонизации и установлением демократических режимов в ряде новых независимых стран, таких как Индия, ШриЛанка, Нигерия. Однако в 1960-е годы во многих странах Южной Америки, Африки и Азии произошли перевороты, свергнувшие демократические правительства. Этот второй «откат» сменился «третьей волной» демократизации лишь в середине 1970-х годов.

š 7. Š %!,, % !…,ƒ= ,, &"2%!%L "% …/[

7.1. t!.…“,“ t3*3 =. &j%… ,“2%!,,[

Возможно, самым знаменитым представителем «второй волны» теорий модернизации является американский философ и политолог Фрэнсис Фукуяма (р. 1952) с его тезисом о «конце истории»4. Главная идея

1См.: Хантингтон С. Демократизация в конце XX века. М.: РОССПЭН, 2003.

С.15.

2 Там же. С. 26.

3 См.: Там же. С. 27.

4 Фукуяма Ф. Конец истории? // ПолитНаука. URL: http://www.politnauka.org/ library/dem/fukuyama-endofhistory.php.

40