Историческая социология глобальные процессы

Глава 1. Глобальные процессы как объект социологического изучения

экономической аккумуляции, экологический кризис и кризис легитимности политических структур. Основным социальным конфликтом современности И. Валлерстайн считает стремление властвующих групп сохранить существующую мировую иерархию и свое привилегированное положение в ней. Кризис капиталистической системы выражается в том, что эффективность мировой капиталистической экономики неуклонно снижается1.

Следуя за определением современного глобального конфликта И. Валлерстайна, можно выделить несколько аспектов, формирующих его общую картину. Одним из таких аспектов являются неравные отношения государств ядра и периферии. На сохранение неравенства, возникшего еще до устранения колониализма и появления многих современных государств, указывает американский социолог Альберт Бергесен. Он утверждает, что отдельные государства ядра образуют группу государств с одинаковым политическим и экономическим отношением

костальному миру. Таким образом, отношения между метрополиями и колониями продолжают воспроизводиться и в постколониальном контексте2. Однако в процессе глобализации меняется и положение государственного института в глобальном мире, когда его способность

кнезависимым действиям все более ограничивается не только более сильными государствами, но также транснациональными структурами, которые выступают новыми акторами на глобальной арене. Подобные изменения активно обсуждались в 1990-е годы. Преобладающими позициями в дебатах вокруг данной проблематики были, с одной стороны, неолиберальные представления о главенстве рынка и снижении влияния государства в эпоху глобализации, с другой – теории, акцентирующие внимание на увеличении социальных и политических проблем современности.

Среди новых глобальных акторов выделяются не только корпорации, банки и политические объединения, достигшие транснационального уровня, но и классы, некогда сложившиеся в пределах национальных государств, а в настоящее время также ставшие транснациональными. Этот аспект глобализации разрабатывается теоретиками неомарксизма, утверждающими о становлении «транснационального капиталистического класса» и противостоящего ему «транснационального пролетариата» (Лесли Склэр, Уильям Робинсон, Джерри Харрис).

1 См.: Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире. СПб.: Университетская книга, 2001. С. 129.

2 См.: Ibid. S. 366.

21

Историческая социология: глобальные процессы

Другим аспектом глобализационного конфликта стало неоднозначное и противоречивое переплетение двух уровней пространств – локального и глобального, что проявляется даже в повседневных практиках людей. Эти пространства Зигмунт Бауман и Мануэль Кастельс назвали пространствами «потока» и «места».

Сохранение в мировой системе неравных отношений ядра и периферии не исключает возможности утраты государствами главенствующей роли в современном мировом порядке, как утверждает британский социолог Л. Склэр. Эта роль постепенно переходит к «наднациональному капиталистическому классу», конечной целью которого является мировое господство1. Мировая система формирует «капиталистическую глобализацию», которая связана с наднациональными глобальными практиками этого «наднационального капиталистического класса», который в свою очередь опирается на существующие институциональные формы: транснациональные корпорации в экономике, международные организации в политике, идеологию консьюмеризма и рекламу в сфере культуры2. На основе этих наднациональных институциональных практик удерживается статус «капиталистического класса» как хозяина экономического, политического и культурного товара, обращающегося по всему миру.

У. Робинсон и Дж. Харрис провозглашают эпохальное изменение мирового капитализма в последней четверти ХХ в. и его превращение

в«глобальный капитализм». Это изменение характеризуется переходом от государственного капитализма в капитализм транснациональный, связанный с транснациональным мобильным капиталом. Возникает глобальная экономика, в которой главенствующая роль уже не принадлежит отношениям между государствами как замкнутыми пространствами производства и потребления3.

Мобильность наднационального капитала фрагментирует экономики отдельных государств на сегменты, каждый из которых впоследствии встраивается в наднациональные цепочки производства и потребления. Транснациональный капитал выступает глобальным координатором производственных процессов, идущих в разных частях мира. Так, уже

в1980-х годах. сформировалась единая глобальная финансовая систе-

1 См.: Sklair L. Democracy and the Transnational Capitalist Class // ANNALS, AAPSS. 2002. May. Nо 581. Р. 145.

2 См.: Suša O. Ke klasifikaci sociologických teorií soudobé globalizace: přístupy a

problémy… S. 367.

3 См.: Robinson W., Harris J. Towards a global ruling class? Globalization and the transnational capitalist class // Science & Society. 2000. Spring. Vol. 64. Nо 1. P. 12, 19.

22

Глава 1. Глобальные процессы как объект социологического изучения

ма с глобальным отношением капитала и труда, которую У. Робинсон называет «транснациональным классовым отношением», при котором «супермобильный капитал суперэксплуатирует труд»1.

Глобализация для У. Робинсона означает процесс перехода от мировой системы (в понимании И. Валлерстайна) к «глобальному обществу», в котором с появлением мобильного капитала главенствующую роль начинают играть ТНК во главе «блоков транснациональных сил», включающих альянсы менеджеров, собственников капитала, политиков, медиа, технократию и т.д. (что соответствует понятию «транснационального капиталистического класса» Л. Склэра). Особое внимание У. Робинсон уделяет такой «дискурсивной формации», как «неолиберальный консенсус». По его мнению, этот консенсус выражает согласие интересов доминирующих групп глобального общества. Конечным результатом глобализации для У. Робинсона является установление «транснационального государства», состоящего из наднациональных сетевых институций и форумов2.

Немецкий социолог Н. Луман считает, что информатизация и развитие глобальных коммуникаций (включая транспортную систему) стали основанием для качественного скачка в развитии глобального или мирового общества, однако это не превратило глобальное общество в «супергосударство»: люди продолжают жить в относительно замкнутом «контейнере» своих национально-государственных образований. Тем не менее глобализация породила глобальные структурные связи.

Современное глобальное общество построено на функциональной дифференциации, которая делит его на региональные сегменты с неравными отношениями и культурными отличиями. Функциональная дифференциация между субсистемами глобального общества делает возможным глобальное неравенство, ведь дифференцирование происходит вне зависимости от этических или нравственных ценностей, от представлений о равенстве или справедливости. Функциональное деление порождает функциональное неравенство между обществами, что закономерно ставит вопрос: насколько социальная реальность адекватна провозглашениям типа «права человека»? Суть в том, что реальные люди существуют в неравных условиях, продиктованных неравенством на глобальном уровне между государствами, равно как и между региональными объединениями3.

1Suša O. Ke klasifikaci sociologických teorií soudobé globalizace: přístupy a problémy...

S. 368.

2 См.: Ibid. S. 369.

3 См.: Ibid. S. 378.

23

Историческая социология: глобальные процессы

Современные социологи все чаще обращают внимание на то, что с ростом значения транснационального уровня взаимоотношений возникает проблема пересечения социальных пространств (глобального

илокального, реального и виртуального). Согласно М. Кастельсу и З. Бауману, глобальное или транснациональное противостоит локальному1.

Так, М. Кастельс сформулировал теорию «сетевого общества», которое он определяет как капиталистическое общество с капитализмом нового типа. Этот «новый» капитализм возник благодаря современным технологиям в области коммуникаций и информации, стал транснациональным и мобильным. В результате появилась глобальная экономика. Предприятия и их прибыль попали в зависимость от глобальной сети финансовых рынков, при этом глобальный финансовый рынок работает по рыночным правилам только отчасти, в гораздо большей степени он зависит от функционирования информационных и коммуникационных систем2.

Возвращаясь к противоречию глобального и локального, отметим, что М. Кастельс приписывает глобализации способность «включения»

и«исключения». Глобальные сетевые структуры, раскинувшиеся по всему Земному шару, обеспечивают глобальную мобильность для ресурсов, финансов, информации, связывают производственные цепочки. Однако все это доступно лишь для элементов, включенных в сетевую структуру. Для тех же, кто остался за ее пределами, остается участь быть замкнутыми в своей локальности. Так, сетевые структуры сегментируют единые пространства национальных государств и создают в них сегменты – как включенные в глобальные сети, так и сегменты, которые не имеют к ним доступа3.

Глобальное сетевое общество, по М. Кастельсу, является своего рода пространством течений (капитала, информации и т.д.), которое формируется технологической инфраструктурой (например, телекоммуникациями) и персонами (например, элитами). Организационная структура сетей не зависит от представлений о правильном или справедливом устройстве общества. Таким образом, модель сетевого общества М. Кастельса представляет мировой порядок как систему властных отношений, к которой индивидуальные социальные акторы (т. е. люди) могут только приспосабливаться4.

1 См.: Suša O. Op. cit. S. 369.

2 См.: Ibid. S. 368.

3 См.: Ibid. S. 369.

4 См.: Ibid. S. 376.

24

Глава 1. Глобальные процессы как объект социологического изучения

Похожим образом З. Бауман очерчивает контуры новой глобальной стратификации, в которой одни люди «глобально интегрированы», а другие «локально замкнуты». При этом люди, имеющие доступ к глобальному пространству, обладающие глобальной мобильностью и пользующиеся коммуникационными технологиями, являются планетарным меньшинством. Из них формируется глобальная элита. Остальные люди, коих большинство, остаются локально замкнутыми и зависимыми, выгоды глобализации для них недоступны1. З. Бауман выдвинул тезис о параллельном процессе экстерриториализации капитала в торговой и промышленной сферах и об увеличении числа слабых государств, которые остаются независимыми только формально. Их единственной ролью в новых условиях остается обеспечение полицейского порядка, необходимого для свободного предпринимательства глобальных игроков.

Английский социолог Энтони Гидденс выделяет четыре аспекта глобализации: 1) мировую капиталистическую экономику; 2) систему национальных государств; 3) мировой военный порядок; 4) международное разделение труда. Мировая капиталистическая экономика характеризуется деятельностью наднациональных организаций, которые играют ключевую роль в мировом хозяйстве и, хотя не обладают контролем над территориями и военной силой, способны влиять на политику отдельных государств. Система национальных государств, влияние которых зависит от их богатства и военной силы, формирует глобальный политический порядок. Международное разделение труда основывается на специализации отдельных стран на определенном виде деятельности: производстве какой-либо продукции или добыче тех или иных ресурсов.

Дополнительным аспектом глобализации Гидденс называет культурную глобализацию, которая становится возможной благодаря развитию коммуникационных технологий, их способности связывать мир воедино2.

Вопросы для обсуждения

1.Какие критерии вы могли бы предложить для верификации социальных процессов в континууме «развитие – функционирование – упадок»? Как, исходя из этого, можно оценить протекание социальных процессов в современной России?

1 См.: Ibid. S. 369.

2 См.: Šubrt J. Anthony Giddens: Teorie strukturace, teorie modernity // Šubrt J. Soudobá sociologie I (teoretické koncepce a jejich autoři). Praha: Karolinum, 2007. S. 168– 169.

25

c ="= 2.

&j =““, “*, [ , “%"! ……/ 2 %!,, % !…,ƒ= ,,

š 5. o% .% / * %C! …, C%… 2, & % !…,ƒ= , [

Понятие «модернизация» обычно трактуется в трех смыслах. В первом, наиболее общем, она характеризует прогрессивные социальные изменения, приводящие общество к более передовому, лучшему состоянию в соответствии с принятой шкалой улучшений1.

Второй смысл данного термина тождествен понятию «осовременивание» и означает комплекс социальных, политических, экономических, культурных и интеллектуальных трансформаций, происходивших с XVI в. в Западной Европе (а позже и в США) и достигших своего апогея в XIX–XX вв. К ним принято относить процессы индустриализации, урбанизации, рационализации, бюрократизации, демократизации, доминирующего влияния капитализма, распространения индивидуализма

имотивации успеха. Модернизация в этом смысле означает достижение состояния «современности», «процесс превращения традиционного общества по мере его трансформации в общество, для которого характерны машинная технология, рациональные и секулярные отношения, а также высоко дифференцированные социальные структуры»2. Классические социологические работы по модернизации в этом смысле принадлежат О. Конту, Г. Спенсеру, К. Марксу, М. Веберу, Э. Дюркгейму

иФ. Тённису.

Наконец, есть третье специфическое значение термина «модернизация», относящееся только к отсталым или слаборазвитым обществам и описывающее их усилия, направленные на то, чтобы «догнать» более развитые страны, которые сосуществуют с ними в одном историческом времени, в рамках единого глобального общества3. Такое понимание модернизации возникло в начале «холодной войны», отражало принятое тогда разделение на первый (развитые страны Запада), второй (социали-

1 См.: Штомпка П. Указ. соч. С. 170.

2 Там же.

3 См.: Там же.

27

Историческая социология: глобальные процессы

стический лагерь) и третий (постколониальные развивающиеся государства) миры и «приближение» отсталых стран третьего мира к развитым странам первого1.

Теории, появившиеся в США после окончания Второй мировой войны, которые описывали данный процесс, получили название «теорий модернизации». Их возникновение проходило на фоне оптимистической атмосферы быстрого послевоенного экономического развития, восстановления разрушенных войной стран Европы и Азии. В этот же период возникло понятие, а позже и практическое воплощение «социального государства», ориентированного на создание условий, обеспечивающих минимально приемлемый уровень социаль- но-экономической защищенности для всех членов общества, включая пенсионноеобеспечение,доступноездравоохранение,всеобщееобразование и т.д.2

Появление теорий модернизации также было тесно связано с политической конъюнктурой того времени и во многом стимулировалось политическим заказом американского истеблишмента. Начавшаяся «холодная война» сопровождалась не только военно-политическим противостоянием СССР и США, но и соперничеством между этими государствами за влияние на страны третьего мира. Тогдашний президент США Гарри Трумэн (1945–1953) проводил политику, направленную на «сдерживание» коммунизма, что в свою очередь стимулировало ученых и на разработку теорий модернизации, которая в таком контексте предполагала расширение влияния США на страны глобального Юга3.

Все эти теории имеют несколько общих черт. Модернизация в них представлена как универсальный исторический процесс, начало которому положила европейская промышленная революция и который после окончания Второй мировой войны приобрел глобальный масштаб. Соответственно этот процесс представлялся неизбежным для каждого общества без исключения, с той лишь разницей, что для одних он проходил раньше, для других позже. Традиционное и современное общества понимались как противоположные. Если для первого характерны получение социального статуса не за личные заслуги, а в зависимости от происхождения, партикуляризм, коллективизм и ориентация на других, отсутствие рациональности, нечеткость и разнообразие исполняемых

1 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce // Šubrt J. Op. cit. S. 271.

2 См.: Černý K. Teorie modernizace: Diagnózy charakteru společnosti a sociální změny ve XX století // Šubrt J. Op. cit. S. 256.

3 См.: Ibid.

28

Глава 2. «Классические» и современные теории модернизации

ролей, то для второго (или общества модерна) – учет личных заслуг и эффективности для достижения статуса, универсализм (со всеми людьми одинаковое обращение, взаимозаменяемость каждого человека), индивидуализм и ориентация на себя, рациональность и эмоциональная нейтральность, наличие специфических и специализированных социальных ролей1, экономизм (доминирование экономической активности над всей социальной жизнью), экспансия и глобализм2.

Сама современность (или модернизм) в первых теориях модернизации понималась двояко: исторически и аналитически. Согласно историческому пониманию, она возникла в результате трех великих революций: английской, американской и французской. Американская и французская революции дали миру политическую основу современности (конституционную демократию, принципы верховенства закона и суверенитет); английская промышленная революция – экономическую основу (рынок рабочей силы, индустриализацию, урбанизм, капитализм). Как утверждает К. Кумар, «современное общество возникло между XVI

иXVIII вв. в странах Северо-Западной Европы – в частности, в Англии, Нидерландах, Северной Франции и Северной Германии»3.

Вотличие от исторического, аналитическое понимание модернизации предполагает выявление фундаментальных черт, присущих современности, и их комбинаций. В сущности, и сама наука социология возникла как реакция на формирование современного общества. Уже О. Конт выделял такие его отличительные особенности, как установка на получение прибыли, использование науки и техники в производстве, становление классовых отношений в виде антагонизма собственников

инаемных работников, создание экономической системы на основе предпринимательства и конкуренции. Такое же разделение мы найдем

иу Г. Спенсера (между военным и промышленным обществом), Фердинанда Тённиса (между общностью и обществом), Э. Дюркгейма (между механической и органической солидарностью), К. Маркса (между феодальным и капиталистическим обществом), М. Вебера (между традиционным и капиталистическим обществом)4.

Механизмы модернизации в представлении теоретиков «первой волны» теорий модернизации выглядят следующим образом.

1. Эволюционизм. В основе модернизации лежит процесс структурной и функциональной дифференциации обществ (разделения труда).

1 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce… S. 272. 2 См.: Штомпка П. Указ. соч. С. 76.

3 Там же. С. 72.

4 См.: Там же. С. 101.

29

Историческая социология: глобальные процессы

Этот процесс естествен, неизбежен, проходит поэтапно в строгой последовательности – эволюционно и бесконфликтно1.

2.Социал-дарвинизм. В мире неизбежно происходит борьба обществ, экономик, культур, военных систем. В результате модернизации общества становятся все более развитыми и лучше удовлетворяющими потребности большинства людей. Отсталые общества, соприкасаясь

сболее развитыми, сами начинают развиваться, иначе их ждет поражение.

3.Технологический детерминизм (теория конвергенции) (Сэмюэл Хантингтон, У. Ростоу). Новейшие технологии постепенно меняют общества, делая их современными. Под их воздействием прежде разные общества становятся все более похожими друг на друга2. «Модернизация – это процесс, ведущий к однородности, – утверждает С. Хантингтон. – Если традиционные общества невероятно разнообразны и объединяет их только отсутствие современных черт, то современные общества обладают одинаковым набором основных качеств. Модернизация порождает тенденцию к сходству обществ»3. Источники модернизационных изменений эндогенны, сокрыты в самих модернизирующихся обществах. Процесс модернизации инициируется национальной элитой, которая им впоследствии руководит в соответствии с заранее подготовленным планом. Примером для развивающихся стран служит Запад, который в соответствии с эволюционистскими представлениями дальше всех продвинулся в своем развитии4.

Теории модернизации «первой волны» относят к макросоциологическим теориям социальных изменений с глобальной перспективой5. Однако при всей их значимости достаточно скоро стало очевидно, что они охватывают и объясняют далеко не все процессы, происходящие в обществах «догоняющего модерна». Более того, становились все более заметными скрытые в них противоречия. К важнейшим из них можно отнести следующие.

1.Расширение нищеты в отсталых странах, сохранение диктаторских режимов, частые войны, возникновение новых форм религиозного фундаментализма, национализма, идеологического давления.

2.Разрушение традиционных институтов, приводящее к социальной дезорганизации.

1 См.: Штомпка П. Указ. соч. С. 176.

2 См.: Там же.

3 Там же. С. 177.

4 См.: Černý K. První a druhá vlna modernizační teorie po druhé světové válce… S. 273. 5 См.: Ibid.

30