Историческая социология глобальные процессы

Глава 8. Россия в контексте глобализации

и др.), а также производители, сохранившие сложную кооперацию: предприятия ВПК и производители атомных реакторов. С 1989 по 2010 г. доля продукции с высокой прибавочной стоимостью в российском экспорте упала с 38,7% до 4,7%1.

Специфика осуществления либеральной политики в России, согласно О. И. Шкаратану, определялась тем обстоятельством, что за годы существования СССР в ней сформировался особый класс – партийнохозяйственная номенклатура, которая имела общие интересы и общую идентичность. Основными интересами этой номенклатуры стали сохранение своего руководящего положения в стране, а также перераспределение в свою пользу государственного имущества, которое в советское время находилось под ее контролем, но не являлось собственностью. Сохранявшийся в их распоряжении административный ресурс позволил «успешно» отстранить от участия в приватизации подавляющее большинство населения, которое кроме спекуляций с приватизационными чеками столкнулось еще и с либерализацией цен, фактически «ликвидировавшей» денежные накопления. До инфляционного скачка 1992–1993 гг. их хватило для приватизации не более чем 10%–15% государственной собственности2.

Невозможность для населения полноценного участия в приватизации крупной государственной собственности позволило бывшей советской номенклатуре приватизировать предприятия по заниженным ценам. Между 1992 и 1999 г. 133,2 тыс. различных предприятий и объектов были приватизированы за 9,25 млрд долларов, т. е. в среднем за 70 тыс. долларов каждое. Доходило до того, что целое предприятие могло быть продано за цену одного подержанного импортного автомобиля3.

Объектами купли-продажи становились также бюджетные средства государства, которые формировались за счет налоговых сборов с резидентов. В продажу средства поступали в виде ценных бумаг, эмитированных казначейством. Министерство финансов Российской Федерации выпускало их под названием ГКО (государственные краткосрочные облигации), которые в 1990-е годы активно скупались иностранными инвесторами (крупными западными финансовыми и банковскими структурами), которые вывезли из нашей страны десятки миллиардов

1 См.: Симонян Р. Х. Реформы 1990-х годов и современная социальная структура российского общества (к двадцатилетию экономических реформ) // Социологические исследования. 2012. № 1. С. 38.

2 Cм.: Шкаратан О. И. Указ. соч. С. 23.

3 См.: Там же.

151

Историческая социология: глобальные процессы

долларов бюджетных средств. В августе 1998 г. в России случился дефолт по обязательствам, связанным с ГКО1.

На начальном этапе приватизации также активно действовал «теневой» капитал, большинство представителей которого (кооперативы, малые предприятия) с 1987 г. легализовали свою деятельность, занимаясь экономическим посредничеством. В течение 1990-х годов теневая или «серая» экономика почти полностью срослась с государственными структурами. Согласно данным МВД, ее доля в ВВП России в 1990– 1991 гг. составляла 10% – 11%, а в 1996 г. – 46%2.

«Серую» экономику принято разделять на две части: 1) существующую в рамках официальных институтов и 2) существующую параллельно с ними. К первой относятся теневое производство и продажа товаров, нецелевое использование бюджета или его кража, вывоз капитала за границу или «серые» зарплаты. Вторая часть связана прежде всего с деятельностью криминальных групп в виде крышевания, рэкета и т.д. Особенностью «теневой» экономики в России стали ее постепенная институционализация и вхождение в повседневную жизнь населения.

Нестабильность 1990-х годов оказала влияние также на характер заграничных инвестиций. С 1992 по 1998 г. в российскую экономику было инвестировано 54 млрд долларов, из которых прямыми инвестициями были лишь 15 млрд долларов3. Большая часть кредитов направлялась на покрытие дефицита государственного бюджета или погашение прошлых займов. При этом значительную часть иностранных инвестиций составляли те же российские капиталы, которые были вывезены из страны в офшоры (Кипр, Люксембург, Нидерланды) и затем возвращены обратно.

Серьезные последствия имели изменения в военной промышленности. СССР сосредоточил на своей территории большую часть военного производства стран Варшавского договора. В этой сфере концентрировалась основная часть интеллектуальных сил страны: 1,8 млн человек работали в области разработок нового вооружения. Российская Федерация унаследовала 80% ВПК Советского Союза. В ходе реформ предполагался перевод части оборонных предприятий на выпуск мирной продукции. Однако на практике их просто закрывали и массово увольняли сотрудников. Уже в 1992 г. количество занятых в этой сфере сократилось

1 См.: Шкаратан О. И. Указ. соч. С. 667.

2См.: Косальс Л. Я., Рывкина Р. В. Становление институтов теневой экономики

впостсоветской России // Социологические исследования. 2002. № 4. С. 20.

3 См.: Kovinski D. Zahraniční kapitál v ekonomice Ruska – dějiny a současnost // Studia Territorialia. 2012. № 7 (10). S. 186.

152

Глава 8. Россия в контексте глобализации

до 600 тыс. человек и продолжало сокращаться дальше1. В результате вырос поток трудовой эмиграции за границу. Ее размер и состав установить довольно сложно (с 1986 г. в анкетах эмигрантов отсутствовали пункты об образовании и специализации). По данным на 2005 г., 40 тыс. научных сотрудников в США и Западной Европе являлись эмигрантами из России, еще 30 тыс. совершали регулярные рабочие поездки за границу. Их труд обеспечивал около 20% –25% рынка высоких технологий в США и не менее 10% мирового2.

Еще одним результатом реформ можно назвать рост имущественного расслоения и количества бедного населения. Так, если в 1990 г. 20% богатейших граждан получали 32,7% доходов, а 20% беднейших – 10%, то в 2000 г. соответственно 46,7% и 6% и в 2010 г. – 47,7% и 5%3.

В начале 1990-х годов. Российская Федерация перестала быть одним из полюсов биполярной мировой системы. Ее экономика с 3-го места

вмире опустилась на 14-е. Сократившийся бюджет страны в 1998 г. стал сопоставим с городским бюджетом г. Нью-Йорка. В том же году Россия пережила наибольший экономический спад на протяжении всех лет ее существования, а ее доля в мировом ВВП составила 1,7% (для сравнения: доля ВВП США в 1998 г. составляла 21% от мирового ВВП, ЕС – чуть менее 21%, Японии – 8%, Китая – 7%). Последующий период быстрого экономического роста (ВВП увеличивался примерно на 7% в год) позволил к 2008 г. довести долю России в мировом ВВП до 3,02%4.

Однако начался очередной экономический кризис 2007–2008 гг., который также негативно сказался на экономике нашей страны. Если

всентябре 2008 г. объем промышленного производства в России вырос на 6,3% по сравнению с соответствующим периодом 2007 г., то уже

вянваре следующего, 2009 г. составлял минус 16% от соответствующего показателя, в феврале – минус 13,2%, в марте – минус 13,7%. Объемы строительства упали от плюс 9,8% в сентябре 2008 г. до минус 20,7%

вфеврале 2009 г. Торговля перешла с роста в 14,3% к падению на 2,4%. В настроениях и поведении населения проявились очевидные признаки ухудшения социальных условий жизни и деятельности5. Последовавший за тем экономический кризис 2014–2015 гг., а также девальвация

1 См.: Шкаратан О. И. Указ. соч. С. 11.

2 См.: Там же. С. 12.

3 См.: Уровень жизни. Росстат. // URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/population/urov/urov_32g.doc

4 См.: Жуков В. И. Мировой кризис: экономика и социология глобальных процессов // Социологические исследования. 2010. № 2. С. 5.

5 См.: Там же.

153

Историческая социология: глобальные процессы

национальной валюты вновь привели к снижению доли России в мировой экономике, торговле и финансах1.

На сегодняшний день Российская Федерация остается изолированной от многих важных сегментов мировой экономики. Попытки региональной интеграции стали приносить первые плоды только

в2010–2015 гг. Главный приоритет для политико-экономической стратегии современной России – формирование интеграционного ядра как элемента многополярной глобальной системы. Однако реализация этой задачи усложняется происходящими фундаментальными сдвигами

вобщемировой силовой архитектуре: в октябре 2014 г. экономика Китая, признанная МВФ крупнейшей в мире, опередила экономику США, остававшуюся мировым лидером с 1872 г. В ответ Вашингтон инициировал ускорение интеграции с Европейским союзом, провозгласив проект Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (Transatlantic Trade and Investment Partnership– TTIP). США также пытаются изолировать Китай, формируя зону свободной торговли в регионе Тихого океана без участия Пекина. Для России возникает перспектива оказаться, образно говоря, зажатой в тисках между двумя мощными и все более активно противостоящими друг другу центрами силы в современном мире2.

В настоящее время в интеллектуальном сообществе России формируется несколько политико-экономических школ, по-разному оценивающих возникшие перед страной проблемы. Разделение произошло между сторонниками либерально-институциональной парадигмы, дирижистских подходов и мир-системного анализа. Как утверждает С. Л. Ткаченко, такое разделение эпистемологически близко характерному для современной западной международной политэкономии делению на либералов, реалистов и марксистов.

Российские либерал-институционалисты делают акцент на развитии институциональной среды, продолжении политики реформ, сокращении доли нерыночных (контролируемых государством) секторов экономики и приватизации госкорпораций, повышении эффективно-

1 См.: Ткаченко С. Л. Международная политэкономия – российская школа // Вестник СПбГУ. 2015. № 4 (6). С. 110.

2 См.: Там же.

154

Глава 8. Россия в контексте глобализации

сти бюджетных расходов, поддержке малого и среднего бизнеса, снижении бюджетной нагрузки и недопущении увеличения доли бюджетных расходов в ВВП. Подобные рецепты частично предлагает странам, начавшим социально-экономические реформы, либеральная теория дуалистической экономики, в качестве практических рекомендаций эти рецепты содержатся в положениях Вашингтонского консенсуса.

Российских дирижистов в научной дискуссии представляет прежде всего академик С. Глазьев. Представители этого направления настаивают на необходимости взимания специальной ренты из экспортных секторов и централизованное перераспределение ресурсов в пользу обрабатывающей промышленности. Дирижисты придерживаются взглядов о благотворной силе индустриализации и считают государство единственным игроком, способным сформулировать и решить данную задачу. Логике дирижизма, согласно С. Л. Ткаченко, следуют также те исследователи, кто связывает выживание России с ее способностью регулировать иностранные инвестиционные потоки, создавать свои собственные мощные промышленные компании.

Близки ко взглядам дирижистов идеи приверженцев неомарксистской теории современной мировой системы, предлагающих рецепты для перемещения стран периферии в направлении центра мирового экономического развития. В рамках данного направления Россия рассматривается как часть глобального Юга – периферии мировой капиталистической системы1. Во многом близок к этой позиции А. И. Фурсов, для которого Россия выступает «противо-центром» западной экономической модели, что, по мнению С. Л. Ткаченко, по форме очень напоминает полупериферию или даже периферию в модели И. Валлерстайна2.

Российские дирижисты и представители мир-системного анализа стоят в оппозиции к либерал-институционалистским рецептам экономического развития страны и ее интеграции в мировую экономику. И те и другие считают принципиально важным сохранение экономической самодостаточности, внешнеполитической субъектности и особых отношений со странами бывшего СССР. С. Л. Ткаченко отмечает определенное влияние отечественного бизнеса, объединенного в рамках Российской торгово-промышленной палаты, на данную группу в связи с опасениями конкуренции в результате прихода на отечественный рынок иностранных компаний. Данная группа экономистов и бизнесменов длительное время сопротивлялась вступлению России в ВТО в 2012 г. А нынешнее обострение международной обстановки в связи с кризисом

1 См., напр.: Постиндустриальный мир и Россия. М., 2001.

2 См.: Ткаченко С. Л. Указ. соч. С. 111.

155

Историческая социология: глобальные процессы

вокруг Украины активно используется данной группой для отказа от интеграции России в мировую экономику «на стандартных условиях», требования усиления протекционистских мер в торговле и роста государственной помощи бизнесу1.

Специфическую картину, согласно Т. Шаклеиной, представляет научный дискурс о России, идущий в США и странах Запада. Одна из его особенностей – малое количество исследований, которые существуют прежде всего в формате комментариев и коротких аналитических опусов, исходящих от экспертов «мозговых центров»2. Т. Шаклеина акцентирует внимание на «вычеркивании» России с карты мира и из мировой политики практически во всех работах теоретического характера, посвященных мировому порядку и стратегии США (за редким исключением), что говорит о крайне низкой оценке роли нашей страны. Одновременно с этим в работах нагнетаются страхи относительно российской угрозы, несоразмерные с оценкой ее международного положения. Т. Шаклеина в этой связи отмечает, что подобное отношение к России объясняется ее ядерной мощью, сопоставимой с ядерной мощью США.

Подобная однобокость в оценке Российской Федерации и ее роли как международного актора сохраняется более 20 лет. Сегодня, как утверждает Т. Шаклеина, можно говорить уже о целом поколении политологов – специалистов по международным отношениям, мыслящих и пишущих о будущем мира без России. При этом, как только Россия оказывается в фокусе зрения специалистов, тут же активируется установка на терминологию периода «холодной войны»3.

š 35. p%““, , …%"/ "… …, 3 !%ƒ/

Внынешних конкретно-исторических условиях, как утверждает

Е.С. Ларина, Россия находится в состоянии противоборства с условным Западом в экономическом и технологическом измерениях, традиционным инструментом для которого является механизм санкций, причем этот механизм в том или ином виде действует уже более 200 лет4.

Как специальное юридическое и организационное средство давления на противника, санкции впервые были использованы британским

1 См.: Ткаченко С. Л. Указ. соч. С. 112.

2 См.: Шаклеина Т. Лидерство и современный мировой порядок // Международные процессы. 2015. № 4 (43). С. 17.

3 См.: Там же.

4 См.: Ларина Е. С. Умножающие скорбь. Как выжить в эпоху войны элит. М.: Книжный мир, 2016. С. 42.

156

Глава 8. Россия в контексте глобализации

правительством Уильяма Питта против Наполеона. Это была так называемая «континентальная блокада»1. Они имеют определенный потенциал в качестве инструмента воздействия на противоборствующую сторону, однако, как показывает практика, могут принести победу лишь

висключительных случаях. Примером такого случая являются падение режима апартеида в ЮАР и переход власти к представителям коренного населения страны2.

Экономические санкции, несмотря на внешнюю грозность, носят дополняющий характер и являются своего рода вспомогательными по отношению к технологическим. Объясняется это тем, что в настоящее время сложились глобальные рынки капитала. Огромные объемы инвестиционных ресурсов и свободных финансовых средств накопились на рынках Китая, Ближнего Востока, в таких финансовых центрах, как Гонконг, Сингапур и т. п. Технологические санкции представляют собой более сложную картину. Несмотря на глобализацию экономики, соответствующей ей технологической глобализации пока не произошло. США, ФРГ, Франция, Великобритания, Япония, Израиль и ряд других западных стран по-прежнему концентрируют в своих руках собственность на основные критические технологии3.

В2011 г. в США была реанимирована (под другим названием) программа Socrates, нацеленная, помимо прочего, на мониторинг конкурентоспособности не только отраслей, но даже отдельных секторов и технологических блоков и предприятий в странах, способных составить им конкуренцию. Соединение функционала программы Socrates и возможностей АНБ позволяет американской разведке отслеживать поставки не только готовых изделий в сферах критических и высоких технологий, но и их комплектующих в любую страну мира. Одним из путей отслеживания является система финансовых транзакций.

США обладают высоким уровнем информированности об импорте

вРоссию не только готовых изделий, но и комплектующих для производимой в нашей стране продукции. Это стало возможным благодаря специфике переговорного процесса по вступлению в ВТО, длившегося более десяти лет. В ходе переговоров детально прорабатывался размер пошлин, рассматривались и другие вопросы регулирования экспортноимпортных операций по изделиям любого типа, включая комплектующие, субстанции для переработки и т. п. По каждому вопросу западная сторона требовала предоставления от российских экономических

1 См.: Там же.

2 См.: Там же.

3 См.: Там же. С. 43.

157

Историческая социология: глобальные процессы

органов соответствующей информации, обосновывающей ее позицию. Таким образом, по факту у западных контрагентов, действующих, в том числе, по прямому заданию разведок, скопился огромный массив сведений по структуре российского импорта, включая не только готовые высокотехнологичные изделия, но и комплектующие для их производства1. Кроме того, была получена информация о возможностях реального импортозамещения как готовой продукции, так компонентов и сырья, необходимых для производства готовых изделий на территории России. Информация по локализации предоставлялась для того, чтобы обосновать российскую позицию по отсрочке введения тех или иных норм ВТО либо временного их изменения2.

Как утверждает Е. С. Ларина, новые вызовы и угрозы потребуют от России асимметричных, неожиданных, имеющих непросчитываемый характер решений, рассчитанных на выживание страны в сложных и жестких противоборствах, происходящих, в том числе, в максимально неблагоприятной для нее обстановке3.

š 36. p%““,L“*%-*,2=L“*, %2…% …,

"3“ %", . %K= ,ƒ= ,,

Вавгусте 2015 г. в южно-корейском г. Кенджу прошла международная научная конференция, которая была посвящена возрождению Шелкового пути в рамках поиска и теоретического осмысления альтернативных моделей государственного устройства. На конференции,

вчастности, выступал президент Южной Кореи г-н Пак Кын Хе, который предложил свое видение «евразийской концепции». Ключевым пунктом такой концепции, по его мнению, должно быть строительство сети автомобильных и железных дорог, а также энергетических объектов Азии и Европы, которые бы связали обе Кореи, Россию, Китай, Среднюю Азию и Европу4.

Для нашей страны проект Шелкового пути интересен с точки зрения развития Сибири и Дальнего Востока. По данным за 2011 г., объем транзита через Транссибирскую магистраль составил более 15 млн тонн5.

1 См.: Ларина Е. С. Указ. соч. С. 44.

2 См.: Там же.

3 См.: Там же. С. 42.

4 См.: Тангалычева Р. К. Ренессанс шелкового пути как символ нового моста между Востоком и Западом в XXI веке // Журнал социологии и социальной антропологии. 2015. № 4 (81). С. 202.

5 См.: Там же. С. 203.

158

Глава 8. Россия в контексте глобализации

Как отмечает Е. С. Ларина, существующая в среде российских аналитиков точка зрения на Китай и США как долгосрочных стратегических противников остается неподтвержденной. Даже отсутствие КНР

впроекте Транстихоокеанского партнерства не свидетельствует в пользу такого мнения. Китай стремился вступить в партнерство, однако это не произошло из-за его отказа сделать конвертируемым курс юаня, манипуляций со статистикой, непрогнозируемого государственного регулирования финансовых рынков и нерешенности национальной принадлежности морской акватории. КНР – это экспортно-ориентированная страна, которая не может позволить себе вступать в конфронтацию с основными рынками сбыта ее продукции1. США и Европа также являются для Китая ценным источником технологий.

КНР заботится о своих интересах в Евразии. Шелковый путь – его главный инвестиционный, экономический и политический проект на ближайшие десятилетия – предусматривает экспансию Поднебесной

вЦентральную и Среднюю Азию, Закавказье, прокладку основных транспортных артерий в Европу, минуя территорию России2.

Китайская экспансия в Азии, утверждает Е. С. Ларина, не противоречит доктрине партнерств элиты США. Имея за плечами опыт Ирака и Афганистана, значительная ее часть не стремится прямо участвовать

ввоенных действиях в «горячих точках» планеты. Американская стратегия в XXI в. рассчитана на делегирование функций прямого силового участия в конфликтах (а значит, и несения всех связанных с ведением войн издержек) третьим сторонам. Для Средней и Центральной Азии, а также некоторых районов Юго-Восточной Азии американская элита

вкачестве такого посредника рассматривает как Китай, так и Россию3.

Вопросы для обсуждения

1.Сегодня сложилось устойчивое мнение, что Россия оказалась в проигрыше на мировой арене вследствие политико-экономической изоляции от остального мира в период существования СССР. Насколько верна эта оценка и какие доводы вы могли бы привести в ее опровержение?

2.Пример КНР последней четверти ХХ в. показывает, что успешная модернизация экономики возможна и в условиях достаточно жесткого авторитарного режима, опирающегося на принципы коммуни-

1 См.: Ларина Е. С. Указ. соч. С. 56.

2 См.: Там же. С. 57.

3 См.: Там же.

159