Благоразумная жизнь

отчётливо свидетельствует о том, что самые ценные физические, умственные и материальные силы и средства всех сообществ были истрачены на устранение этого внутреннего желания людей: «Всё принадлежит только мне одному, и все люди – это средство исполнения моих желаний!»

Но кредо благоразумной жизни гласит: право жизни принадлежит всем людям. И это право не должно находиться в руках [привилегированных] приверженцев «сугубо естественной жизни».

Сохранение и защита жизни людей от посягательств эгоистов, не имеющих понятия о подлинной жизни – не такая простая задача, это не так легко, как утверждают некоторые. Для этого великого свершения необходимо принятие следующих глубоких истин:

1)Разрушение стальной крепости эгоизма во имя интеллектуальных и моральных свершений – с тем, чтобы на смену высокомерию

ипосягательствам на право жизни других пришло признание этого права и уважение к человеческому достоинству, необходимое для исполнения Божественного закона.

2)Восприятие всех продуктов собственной интеллектуальной и физической де-

241

ятельности в качестве пролога к участию во всеобщей мелодии Вселенной.

3) Расценивание достижений умственного и физического труда в качестве наилучшего результата, который будет неизбежно способствовать установлению правильных отношений между человеком и материальными средствами, чтобы они служили жизни, а жизнь была в услужении у этих средств.

Поэтому если представить, что человеку удастся наилучшим образом производить продукты и предметы первой необходимости, в которых нуждаются другие люди, он никогда не заявит: «Это моя работа!» Наоборот, он скажет: «Это работа, олицетворяющая собой волну моей жизни, поднимающуюся в бесконечно заключенных в вас “я”, которая излилась и воплотила в жизнь ваши благородные желания. На самом деле, я удовлетворил благородные желания жизни, а также свои истинные потребности».

Как это было отмечено, человек, не познавший и не принявший истину свой жизни и жизни других людей, не в силах внедрить экономическую модель, в основе которой лежали бы принципы благоразумной жизни. Высокая и грозная волна собственнического чувства, утверждающего: «Всё принадлежит

242

только мне одному!», не будет укрощена понастоящему до тех пор, пока её создательница в лице сугубо естественной жизни не перевоплотится в благоразумную жизнь, основным элементом которой является участие всех людей во всеобщей мелодии Вселенной.

Поэтому как только будут приняты меры по ее покорению во имя возможности гармоничного сосуществования людей, некоторые из них начнут чувствовать себя оскорбленными и униженными подобного рода «ущемлением их прав» или «присутствием надзирателя в их жизни».

Возможно, вы скажете, что эта сказочная экономика для сказочных людей, которые не обитают на нашей планете, а посему эти утопические речи об исправлении экономического состояния людей подобны неуместным советам и наставлениям; ибо эти речи

243

не слышало в прошлом ни одно человеческое ухо, не слышит сейчас и не услышит в будущем.112

Ответ на этот претензию ясен: тот, кто не готов услышать эту истину, вместо того, чтобы любоваться красивыми и дарующими радость природными пейзажами, будет созерцать несущие смерть оружейные заводы. Если обладатель этих ушей не способен услышать звуки взрывов, несущих смерть миллионам людей, он должен ожидать появления мужчин с сильными мускулистыми руками, которые рано или поздно закроют его глаза и отправят его в могилу, чтобы там он в окружении червей и муравьев исследовал философские основания «сугубо естественной жизни!

Некоторые люди утверждают, будто мораль нельзя смешивать с экономикой. Это

112 В тех случаях, когда Джалал ад-Дин Маулана терял душевное спокойствие по причине своей неистовой любви к истине, говорил предложение, которое внешне кажется грубым, но внутренне – обучающим и ласкающим нашу душу:

Уши осла продай и другие уши купи, Ибо эти речи не воспримут уши осла.

(Поэма о скрытом смысле, 1 дафтар).

244

настолько нелепая и смехотворная отговорка, что даже человек, оправдывающийся ею, не сможет сдержать свой смех. Это всё равно, что заявить, что жизнь нельзя смешивать с самой жизнью! Разве экономика – не продолжение жизни человека? Разумеется, это так, ибо жизнь подобна цветку, который, распускаясь на ветках растения, издаёт аромат и завораживает своей красотой. Разве можно приказать сорвать распустившийся цветок и исследовать его отдельные части? Разве можно изучить жизнь рыбы, которую вы выловили из воды? Разве после этого рыба останется живой, разве вы будете в состоянии исследовать её жизнь?

Конечно, сейчас, когда я задумываюсь над основными аспектами этой проблемы, мне не ведомы конкретные претворения в жизнь ориентированной на человека экономики в рамках благоразумной жизни! Но то, что я и мне подобные люди беспомощны в этом вопросе, не означает то, что решить эту проблему в принципе невозможно. Ибо когда мы видим, что вся история человечества переполнена примерами самопожертвования во имя свободы, справедливости, науки и т.п., это свидетельствует о том, что человек жертвует своей жизнью на пути к этим устремле-

245

ниям. Может ли это обладающее величием существо благодаря переходу от сугубо естественного существования к благоразумной жизни, избавить себя от таких душевных болезней, как установки «всё принадлежит только мне одному» и «отдать себя в руки попечителю равносильно унижению»?

11.Образование и воспитание

вблагоразумной жизни113

Образование и воспитание в понимании благоразумной жизни – это культивирование способности к постижению истинной жизни и побуждение молодого поколения к постепенному переходу от «сугубо естественной жизни к благоразумной жизни.

113 Для получения более полной информации см.: Мухаммад Таки Джа‘фари. Столпы образования и воспитания. Первое издание, 2009 год. Эта книга включает в себя темы, связанные с воспитанием и образованием. Книга была составлена после его смерти в результате выборки материалов из написанных им книг: «Комментарии, критика и анализ “Поэмы о скрытом смысле”», «Перевод и комментарии “Путь красноречия”», «Исламское законодательство».

246

Возможно, вы возразите, утверждая: как молодёжь может понять и принять это определение образования и воспитания, живя в обществе, зрелые члены которого испытывают опасение, услышав о“благоразумной жизни, или же улыбаются и продолжают свой иллюзорный путь по тропе «сугубо естественной жизни? Мы также, в свою очередь, предвидим этот побег от того, чтобы стать человеком, поскольку мы сами являемся свидетелями роста числа людей, убегающих от правды и справедливости., И мы призваны привнести правильную логику и порядок в их жизни. Мы должны отбросить все извинения и отговорки по этому поводу и приступить к решению этой проблемы.

Когда мы говорим, что основная задача образовательно-воспитательного процесса – побудить детей, молодёжь и даже людей среднего и почтенного возраста отказаться от «сугубо естественного существования» к благоразумной жизни, мы не имеем в виду, что собираемся сделать Авиценнц из семилетнего ребенка за два или три дня. Наше воспитание также не нацелено на то, чтобы превратить тупого бандита в Фадила ибн Айаза. Ибо всем нам и так понятно, что подобная живость восприятия выходит за рам-

247

ки возможностей обычного и естественного образовательно-воспитательного процесса.

Мы говорим о внушении (с учётом научных воспитательно-образовательных условий и принципов) той истины людям, личность которых нам предстоит сформировать. Мы должны привить им мысль: всё то, что предстаёт их глазам в качестве действительности, подлежащей изучению или развитию, является неотъемлемой частью их самих.

Поясним: основная задача воспитательнообразовательного процесса в рамках благоразумной жизни заключается в том, чтобы, доподлинно изучив психологическое состояние людей, которых предстоит учить и воспитывать, довести до их сведения, что всё излагаемое им полностью отвечает их врождённым, природным качествам. Здесь можно провести много аналогий: человек считает употребление пищи и воды необходимым для утоления природного чувства голода и жажды, ребёнок который видит в игре со своими игрушками позитивный опыт взаимодействия с миром, в котором он нуждается по своей природе.

К примеру, человек считает очевидной ту истину, что цифровой ряд состоит из 0, 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, и у него при этом нет ощуще-

248

ния, что ему навязывают что-то чуждое его натуре. Точно так же, в процессе нравственного воспитания человека вначале необходимо разъяснить такие этические понятия, ценность которых признают все разумные люди – как то необходимость правдивости и справедливости… Нравственные принципы должны быть разъяснены человеку таким образом, чтобы он обнаружил, раскрыл их в себе.

Поэтому на более высоком уровне, где выносятся на обсуждение сложные нравственные проблемы и где существует разнообразие позиций людей относительно этих же проблем, воспитанный человек благодаря базе, которая была заложена на начальных этапах, отличит истину от неправды и правильное от ошибочного. Ибо предполагается, что на начальных этапах воспитатель взывает к чистой, незамутнённой природе человека,, и он познаёт моральные образцы критерии поиска ответов на запутанные этические вопросы.

И если воспитательно-образовательный процесс будет основываться на иных началах люди не откроют в себе той ясной истины и не обнаружат в себе эти нравственные качества и таланты, что приведёт к их постепен-

249

ному уничтожению. Они уподобятся пустому листу бумаги, на котором в любой момент чужеродное перо что-то напишет или нарисует.

Поэтому создание приемлемого образа действительности, зиждущегося на основе истины и отвечающего природным нуждам человека, посредством воспитания и обучения является насущной необходимостью, равносильной необходимости существования в обществе человека, а не подражающего человеку животного, которое только имитирует человека.

Если в обществе будут популяризированы воспитание и обучение подобного рода, тогда возрастёт число гениев, изобретателей и мыслителей в различных сферах. Между прочим, обладатели этих преимуществ, следуя указаниям благоразумной жизни, не станут важничать и хвастаться перед обществом своим превосходством.

Мухаммад Таки Джа‘фари Лето 1981 г.

250