Благоразумная жизнь

рамки, тем самым, уничтожают эти лучшие его стремления109.

9. Политика в благоразумной жизни

Ни у кого не возникает сомнений, что в словарном запасе человека не было и нет слова, которое, подобно слову «политика», заключало бы в себе аналогичное содержание, обладало бы таким же объективным влиянием, в котором были бы заложены столь же поразительные противоречия! Если вы хотите объяснить значение слова политика в понимании осведомлённых и мудрых людей, которые признают сущность человека, получится следующее: политика – это управление жизнью людей на пути достижения ими наилучших материальных и моральных целей. Но если мы обратим внимание на наглядные действия обычных политиков, которые в большинстве своём, к сожалению, и являются руководителями политических систем, то обязательно станем свидетелями самых

109 Для получения большей информации см. Мухаммад Таки Джа‘фари. Эстетика и искусство с позиции ислама, автор, пятое издание, 2007 год, раздел «Искусство в благоразумной жизни»/27.

231

позорных и прискорбных событий. Все эти события пропитаны духом овеществления жизни людей, открывающего дорогу разного рода грязным играм и махинациям!

Тот факт, что политика пронизана духом постыдного противоречия и несоответствия реального положения дел красивым целям, способен удивить только тех людей, которые не понимают истинной сути «сугубо естественной жизни. Тогда как тех людей, которым открылось подлинное лицо ничтожного естественного существования, искренне изумляет та политика, которая лишена вышеупомянутых противоречий и несоответствий! Да, поразительно, что многие люди не желают выйти за рамки эгоизма и инстинкта самосохранения, тем самым, осознав себя иного рода существами, которым дано имя «человек». Вполне естественно, что такая жизнь – при всём том, что в её люди могут достигнуть самого высокого положения с точки зрения обретения могущества, раскрытия умственных, душевных и физических способностей – не принесёт никаких результатов, помимо расширения и уплотнения навязанных обществу искусственных рамок. И если вы захотите вручить бразды управления общественной жизнью в руки такого человека, и

232

этот политик не будет рассматривать людей, которых вы ему доверили, в качестве движущейся вещи, это будет поистине тем поразительным противоречием, сопоставимым с перевоплощением чёрной эфы во внешне привлекательного, справедливого, мудрого, освободившегося от оков материального мира человека!

О, Господь! О чём же мы сейчас говорим! Неужели это на самом деле происходит в культуре и общественной жизни? Неужели это может быть правдой? Неужели автор этих речей не имеет понятия о человеке, ибо прилетел с другой планеты или, подобно грибу, вылез из земли?

Боже! Неужели автор этих речей заражён болезнью пессимизма? Но всем нам понятно, что все эти вопросы просто бессмысленны, ибо эта речь – сущая правда. И если вам нужны доказательства, пойдите в библиотеку и возьмите книгу Макиавелли «Государь», полистайте ее. А если у вас нет доступа к этой книге, достаточно будет провести короткую беседу с обычными искусными политиками, но при условии, что ваша человечность на их внутренний настрой. Ибо если им станет ведомо о вашем намерении узнать всю изнанку их ремесла, благодаря которому они в один

233

миг овеществляют людей, а также о вашем желании посмотреть им в глаза с презрением, вызванным их удивительной способностью путём ничтожных манипуляций превращать человека в вещь, то они, безусловно, произнесут такую проникновенную речь, что даже такие личности, как ‘Увайс ал-Карани и Абу Зарр ал-Гифари проиграют на их фоне.110

Это ясно, как белый день, и не нуждается в каких-либо разъяснениях. В прошлом я не понимал, что Макиавелли создал самую логически правильно выстроенную работу о философии политики с учетом ценностей «сугубо естественной жизни. Предательство и преступление, которые приписываются человеколюбивыми антропологами Макиавелли, заключаются в том, что он даже ни разу не задумался о благоразумной жизни и возможности закладывания её предпосылок

110 Конечно, в этой сжатой аналитической заметки политики мы не хотим огульно обвинять всех тех, кто избрал для себя подобную профессию, ибо высокопоставленные политики, которые усердствуют на пути превращения вещей в людей, и быть может, даже отдали свои жизни на этом пути, были в прошлом и есть в настоящее время, и мы одобряем их действия и искренне приветствуем их.

234

в обществе посредством руководства интеллектуально развитых предводителей и лидеров. Вместо того, чтобы больше говорить о жизни людей и их выдающихся способностях, в своей работе Макиавелли описывает собственный внутренний мир, сформированный буржуазным положением. Он рассматривает вопросы правления в рамках сугубо естественной жизни людей, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не покидают стен стальной крепости эгоизма. И он поучает их: мол, если вы расширите территорию этой стальной крепости и покроете её стены золотом, она превратится в истинный рай!

Но политика в благоразумной жизни, в отличие от описанного выше, имеет исходную я цель, которая постоянно творчески осмысляется и развивается. Эта цель заключается в оказании помощи людям с тем, чтобы заложить предпосылки для осмысленной жизни, в которой будут сбалансированы и упорядочены все составляющие. В ней найдётся место как для в той или иной степени принудительной деятельности, характерной для естественной жизни, так и для свободного развития, увенчанного в воле. Отправная точка благоразумной жизни – это уничтожение стальной крепости инстинкта самосо-

235

хранения и эгоизма, освобождение и направление источника жизни в своем природное

иистинное русло. Путь этот проходит по маршруту постоянной работы личности над собой для постижения возвышенной цели жизни.

Если какой-то политик заявит: «Это просто невозможно, и человек, каким мы знаем его на протяжении эпох и столетий, не способен вынести такую жизнь», несомненно, этот политик или не имеет ни малейшего представления об истинной природе человека, или в оправдание своей профессии говорит ложь, прибегая к помощи Макиавелли. Разве именно эти люди на пути обретения высшего положения в «сугубо естественной жизни не изрекали столь «глубоких» мыслей?

Разве именно эти люди для воплощения идей своего «естества» не проявили усердия

иизумительного снисхождения и терпимости? Разве это не те люди, которые для получения мнимой популярности задействовали все интеллектуальные и эстетические ресурсы, используя которые, можно было бы исправить общество и направить его в сторону благоразумной жизни?

236

Некоторые из этих личностей обладают такими превосходными умственными способностями, что если бы они задействовали их для постижения и принятия благоразумной жизни, то кажется, изменив направление истории “сугубо естественной жизни”, они бы подготовили людей к вхождению в собственно человеческую историю.

Этот процесс начнётся тогда, когда политические деятели действительно согласятся с тем, что они ответственны за перевоплощение вещей в людей.

10.Экономика

вблагоразумной жизни

Если мы изучим вопросы экономики, определяющие первостепенные жизненные потребности, с позиции «сугубо естественной жизни, то обязательно придём к следующему результату: покуда инстинкт самосохранения и эгоизм будут довлеть над человеком, они будут непрестанно побуждать его завладеть абсолютным правом собственности на весь живой мир бытия, не говоря уже о средствах к существованию.

237

Истина заключается в том, что мы либо не постигли истинной сути эгоизма в сугубо естественной жизни, либо наши познания в этой области весьма скудны. Именно поэтому мы не придаём ему должного значения, говоря: достаточно, чтобы психологи и философы развлекали себя этим понятием и выполняли эту работу за нас: мы живём, так что значит быть умеренным и сберегать ресурсы? Ведь я ем, пью, иду, а также выполняю свою работу!

Им не понять, что если этой проблеме не будет уделено серьёзного внимания, и наша претензия на владение необходимыми средствами для жизни, которые добываются посредством умственной и физической деятельности людей, будет считаться законной, тогда появятся Анастазы, которые будут вести себя, как это описывает Монтескье111:

«Ввёл налог на использование вдыхаемого воздуха!»

111 М о н т е с к ь е , Ш а р л ь Л у и д е С е к о н д а (1689-1755 н.э.) – французский философ, правовед, сторонник натурализма и рационализма, автор романа «Персидские письма», труда «О духе законов», статей из «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремёсел».

238

А также найдутся и те, которые отправят людей за чертоги планеты Земля, поскольку считают, эта планета принадлежит им!

Да, если эгоизм таков, каким знаем его мы, то в рамках «сугубо естественной жизни обладатель этого качества считает закон об абсолютном праве собственности (обязательного для всех, кроме него самого) незыблемым и утверждает, будто : выступающие против него делают это по причине собственной слабости и несостоятельности. И тогда такое господство немыслимо. Так что же делать? Всё, что бы ни предпринимали борцы с этой страшной болезнью, они не могли извести её: упёртый собственник непременно вообразит, что его сущность изрезали и, изъяв его эгоизм, окончательно его растоптали! И тогда его внутренний голос будет нашёптывать ему: как же мы несчастны, что уже общественные лидеры говорят, что над нами нужен контроль! А это значит: мы либо сумасшедшие, либо несовершеннолетние.

Ответ этим эгоистам будет краток: по закону вы не сумасшедшие и не несовершеннолетние, просто вы, развиваясь телесно и естественным образом, не смогли покинуть стальную крепость своего эгоизма и зажить подлинной – благоразумной – жизнью. На-

239

оборот считая укрепление этой стальной крепости залогом развития и усовершенствования, вы полагаете, что это бесконечное чувство можно насытить привилегиями и развлечениями, свойственными «сугубо естественной жизни. Вы не понимаете, что насыщение этого чувства в пределах естественной жизни обязательно выйдет за пределы необходимого. Это выльется в жажду овладения всем и всеми, и вы сами станете жертвой этого же чувства, которое свойственно также и другим людям.

Поэтому даже приверженцы «сугубо естественной жизни» признают необходимость контроля над экономической деятельности ради обуздания эгоизма собственников.

Наше утверждение о том, что, возможно, контроль над финансами человека обернётся вмешательством в его личную жизнь, вызвано тем, что в качестве попечителей выступают, как правило, люди, которые, погружаясь с головой в «сугубо естественную жизнь, не заботятся о человеческих судьбах. Если их усилия будут логически нацелены на улучшение жизни людей, то единственным результатом этих стараний будет отказ от вмешательства людей в частную жизнь друг друга. История нашей естественной жизни

240