2.7.2. Правила построения дефиниции

Сформулируем теперь несколько наиболее важных правил в отношении дефиниций типа равенства, соблюдение которых облегчит решение данной задачи. В совокупности и во взаимной связи они составляют содержание логического принципа дефинитивной корректности.

Правило 1. В дефиниции не должно содержаться «круга».

В правильно построенном определении дефиниендум (определяемое) не должен входить в состав дефиниенса (определяющего). В противном случае совершается ошибка idem per idem, т.е. «то самое через то же» (неизвестное х через это же х). Ошибка такого рода совершается и тогда, когда выражение х определяется с помощью выражения y, а выражение y – при помощи x. Пример: «Логика – это наука о правильном мышлении, т.е. мышлении в соответствии c принципами и законами логики». Таким образом, данное правило гласит, что за дефиницию можно принять только такое выражение, в котором нет разъяснения значения некоторого термина с помощью этого же термина.

Правило 2. Дефиниция должна быть соразмерной, т.е. определяемое и определяющее выражения должны означать одно и то же множество объектов (правило соразмерности определения).

Объемы определяемого и определяющего выражений не должны находиться в логическом подчинении, т.е. они не могут находиться в отношении рода к виду. Совокупность признаков, входящих в содержания этих понятий, должна быть достаточной, а каждый признак в отдельности – необходимым для того, чтобы дефиниция позволяла точно очертить круг предметов, являющихся значением определяемого языкового выражения. Из следующих трех вариантов отношений между объемами дефиниендума и дефиниенса допустимым является только вариант 1:

в.1	в.2	в.3

Если в каком-то предложении встречается одно из выражений А или ВС, всегда должна существовать возможность заменить его другим. При этом предложение, истинное до замены, должно остаться истинным и после нее. Если объем дефиниенса ВС включает в себя предметы, не входящие в объем дефиниендума А, то дефиниция оказывается слишком широкой (в.2). Примеры: «Врач – это медицинский работник» (в объем понятия «медицинский работник» входят, кроме врачей, работники среднего и младшего медицинского персонала); «Рецидивист – это лицо, совершившее умышленное преступление» (объем этого понятия должен быть ограничен указанием на наличие у такого лица судимости за ранее совершенное умышленное преступление).

Древнегреческий философ Платон предложил определять человека как двуногое существо, которое не имеет перьев. Тогда ему указали, что под это определение подходит общипанный цыпленок, и, следовательно, оно несоразмерно. Платон в ответ на это замечание сузил определение, добавив к признаку «быть двуногим существом» признак «иметь широкие ногти».

Дефиниция оказывается слишком узкой, когда ее дефиниенс не включает всех предметов, которые должны принадлежать к объему дефиниендума (в.3). Примеры этой ошибки: «Смерть – естественный конец всякого живого существа» (не учтены случаи неестественной – насильственной – смерти); «Рецидивист – это лицо, совершившее умышленное преступление после судимости за ранее совершенное умышленное преступление против личности» (не учтены другие виды преступления, за которые обвиняемый мог быть осужден в прошлом – разбой, измена Родине и т.п.)

Правило 3. Дефиниция должна быть ясной.

Оно предполагает, что в определяющей части могут использоваться только термины, значения которых известны тем, на кого рассчитана данная дефиниция. Можно, к примеру, слово «пропедевтика» определить через слово «пролегомены», но если те, кому адресовано это определение, не знают, что пролегомены – это введение в изучение какой-либо научной дисциплины, тогда эта дефиниция не выполняет своего прямого назначения: одно непонятное выражение x разъясняется через y, тоже непонятное. Ясность не является, конечно, абсолютной и неизменной характеристикой. Ясное для одного может оказаться не совсем понятным для другого и совершенно темным и невразумительным для третьего.

Легко отличить предметы, подпадающие под определяемое выражение по каким-то поверхностным, несущественным признакам (как это имеет место в определений слова «человек» посредством признаков типа «иметь широки ногти» или «мягкую мочку уха». Строя дефиницию, важно включать в дефиниенс характеристики существенных свойств выделяемых ею предметов, отвлекаясь от несущественного в них. Например, хорошее определение слова «человек» должно не только отличать человека от всех иных существ. Оно должно содержать такую его характеристику, из которой вытекали бы другие важные его особенности. С этой точки зрения более удачным является определение человека как существа, обладающего разумом.

Далее, не следует в качестве элемента дефиниции использовать метафоры, как это имеет место в сравнении неосторожно сказанного слова с вылетевшим из рук воробьем, верблюда – с кораблем (пустыни) и т.п.

Об одной забавной истории. Известный естествоиспытатель, французский геолог и зоолог, основатель сравнительной анатомии и палеонтологии Жорж Кювье как-то зашел в Академию наук (в Париже), где трудилась комиссия по составлению энциклопедического словаря. Его попросили оценить выработанную комиссией дефиницию слова «рак»: «Рак – это небольшая красная рыба, которая ходит задом наперед». «Великолепно, – сказал Кювье, – однако разрешите мне сделать небольшое замечание. Дело в том, что рак не рыба, он не красный и не ходит задом наперед. За исключением всего этого, ваше определение превосходно» (Войшвилло Е.К., Дегтярев М.Г. Логика. С.64).

В области правовых отношений, имеющей дело с человеческими судьбами, значимость строгих и точных дефиниций юридических терминов особенно высока, и поэтому знание элементарных правил их построения трудно переоценить. В правовых документах такого уровня и такой общественной значимости определения носят предписывающий характер, выражая волю законодателя: полагать то – то и то тем – то и тем, и не иначе. Вот как определяется, к примеру, термин «преступление» в УК Российской Федерации: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания» Поэтому вопрос о правильности или ошибочности (неправильности) не является уместным в практике правовой деятельности до тех пор, пока законодатель не посчитает целесообразным ввести иное определение. Но это обстоятельство лишь подчеркивает значимость построения логически корректных дефиниций правовых терминов.

В заключение рассмотрим две, казалось бы, исключающие друг друга оценки роли дефиниций в человеческом познании. Вот убеждение Д. Гершеля, английского астронома и физика XIX века: «Нельзя внести точность в рассуждения, если она сначала не введена в определения». Дефиниция – самое надежное средство, предохраняющее от неточностей и связанных с ними недоразумений в общении и научном мышлении. Но при его использовании нужно, как и в случае любых других средств, чувствовать и соблюдать меру. Прежде всего, невозможно определить абсолютно все, точно так же как невозможно доказать все. Определение сводит неизвестное к известному, не более. Оно всегда предполагает, что есть вещи, известные без всякого определения и разъяснения, ясные сами по себе и не требующие дальнейших уточнений с помощью чего-то еще более очевидного. В одном руководстве по пожарному делу содержалось такое определение: «Сосуд, имеющий форму ведра с надписью "пож. вед." и предназначенный для тушения пожаров, называется пожарным ведром». Стремление определять все, что попадается на глаза и что, возможно, ни в каких определениях не нуждается, в лучшем случае порождает, как в этом примере, банальности. Фактически каждое определение, сводя неизвестное, непонятное к известному, понятному, предполагает, что есть термины, которые уже не требуют разъяснений, их значение интуитивно ясно. Кроме того, возможности построения точных дефиниций нередко ограничены недостаточной изученностью соответствующих предметов и явлений, неопределенностью их природы.