Особенности расследодвания преступлений / Aktualnye_problemy_rassledovania_prestupleniy_Chast_1_2013

(эпизодов преступной деятельности, направленной на незаконное обогащение); в расширении слоев населения, одна часть которого продолжает незаконное обогащение, а вторая, беря пример, начинает и втягивается в этот «промысел».

2.Процессуальная причина – обязать следователей обеспечивать конфискацию имущества, посредством доказывания наличия названных обстоятельств, а не только состава преступления.

3.Социальная – восстановление социальной справедливости. Таким образом, законодатель существенно трансформировал

порядок и правила формирования предмета доказывания: в систему главных фактов включил доказательственный.

Отличительными признаками доказательственного факта являются:

2.1.Наличие в доказательственном факте уголовнопроцессуального (доказательственного) значения и отсутствие уголовно-правового содержания, в то время как главный факт – это обстоятельство, которое определяет квалификацию преступного деяния.

2.2.Доказательственный факт по временному основанию предшествует установлению главного факта; как следствие, формы всеобщей связи и взаимодействия являются условием и средством установления главного факта.

2.3.Установление доказательственного факта не является обязательным при расследовании конкретного преступного деяния.

Любое обстоятельство, указанное в ч. 1 ст. 73 УПК РФ, может быть доказано различной совокупностью доказательственных фактов. Часть из этого множества может не устанавливаться: количество доказательственных фактов, подлежащих установлению, определяется их достаточностью для доказывания и обеспечения достоверности главного факта.

3. Обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, устанавливаются при расследовании любого преступления и всегда конкретны (что и делает возможным их точное формулирование в законе). Доказательственные же факты имеют различное содержание, определяемое ситуациями конкретного расследования1.

К факторам, обуславливающим сложность задачи определения требуемого количества и видов доказательственных фактов, достаточных для вывода о доказанности элементов состава преступления, относятся:

1 Никулочкин Е.О., Сергеев А.Б. Главные и доказательственные факты в системе доказательственного права: соотношение и взаимообусловленность // Проблемы права. 2012. № 4. С. 199-204.

321

-очевидность совершения преступления;

-представленность носителей (источников) информации о преступлении, а в целом – формирующиеся следственные ситуации, возникающие при расследовании конкретного уголовного дела.

Изложенное выше объясняет причину, по которой доказательственные факты, как средства доказывания главных фактов, сами не могут являться таковыми, а следовательно, быть указанными в ст. 73 УПК РФ. Включение доказательственного факта в качестве главного делает дефиницию нормы ст. 73 УПК РФ не логичной и противоречивой. В связи с чем мы предлагаем восстановить прежнюю редакцию ст. 73 УПК РФ.

Содержанием социальной справедливости конфискации в современной редакции является изъятие и обращение в доход государства всего имущества и денежных средств, полученных в результате преступных действий, а не лишение осужденного всего или части имущества, в том числе находящихся в законном правообладании в зависимости от степени и тяжести совершенного преступления (как понималась социальная справедливость в старой исторически сложившейся редакции).

Социально несправедливыми будут являться ситуации:

-когда следствием выявлены не все члены преступной группы, которые должны быть привлечены к уголовной ответственности и которые имеют в обладании преступно приобретенные денежные средства и имущество;

-когда у лица, признанного судом виновным и осужденного, остается не конфискованной, а следовательно, в обладании, часть незаконно приобретенных денежных средств и имущества, которым он сможет пользоваться после отбытия наказания.

С учетом сказанного, при осуществлении правосудия в отношении членов преступной группы, осуществляющих незаконный сбыт наркосодержащих средств, и назначении конфискации максимально полная реализация справедливости достигается при соблюдении двух условий:

а) к уголовной ответственности привлечены все члены преступной группы и конфискация применена в отношении каждого;

б) у каждого лица, в отношении которого судом вынесен приговор

ипринято решение о конфискации, точно определены и доказаны величина денежных средств и перечень имущества, полученного от преступной деятельности, подлежащих обращению в доход государства.

На основании изучения материалов уголовных дел нами определены три блока доказательственных фактов, установление

322

которых предопределяет достижение социальной справедливости изучаемого вида государственного принуждения (института конфискации).

Первый блок доказательственных фактов состоит из обстоятельств, доказывающих точную величину объема денежных средств, полученных от преступной деятельности за весь период существования преступной группы.

Второй блок доказательственных фактов складывается из обстоятельств, устанавливающих и доказывающих общее количество членов преступной группы, среди которых распределялась прибыль от преступной деятельности.

Третий блок доказательственных фактов состоит из обстоятельств, содержащих сведения относительно точных величин денежных средств

иперечня имущества, подлежащего конфискации в отношении каждого члена преступной группы, получившего доход от преступной деятельности.

Однако, как показывает анализ практики расследования и судебного рассмотрения уголовных дел, следователи не ставят перед собой задачи установления перечисленных выше доказательственных фактов (обстоятельств). Поисковые действия ограничены решением задачи правильной квалификации содеянного, а именно установлением крупного или особо крупного размера.

При опросе респонденты назвали причины, по которым ими не выполняется требование, закрепленное в п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ. Среди названных основными явились:

-трудность определения имущества, подпадающего под конфискацию;

-сложность доказывания, что именно на преступно приобретенные деньги, а не на другие приобретено имущество, находящееся в пользовании обвиняемого или третьих лиц.

Установление данных обстоятельств зависит от решения сложной задачи по доказыванию соответствия между суммой денежных средств, официально (законно) полученных, и денежными средствами

иимуществом, находящимися в реальном распоряжении и существенно превышающими доходы обвиняемого.

Если вопросы первых двух блоков периодически рассматриваются исследователями, то вопросы по разрешению задачи третьего блока из поля зрения ученых до настоящего времени выпадали.

Изложенное выше позволяет утверждать: отсутствие в следственной деятельности стремления решать перечисленные задачи существенно сдерживает реализацию правового института конфискации денежных средств и имущества, приобретенных в

323

результате осуществления преступной деятельности. Данное негативное явление, в свою очередь, дает основание противникам современной уголовно-правовой регламентации конфискации критиковать ее и требовать восстановления института конфискации в прежней его редакции, что представляется недопустимым. Восстановление института конфискации в первоначальной редакции будет означать отход России от взятых ею обязательств привести национальное законодательство в соответствие с международными требованиями.

Спозиции обеспечения знаний об эффективных методах расследования обстоятельств, необходимых для доказывания указанных в п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, важно определить оптимальный перечень фактических данных, установление которых существенно облегчает процесс доказывания.

Сучетом сказанного в рамках предмета нашего исследования выявление соответствующих фактических данных при доказывании обстоятельств, указанных в п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, будет способствовать:

- обнаружению фактов сокрытия денежных средств и имущества, приобретенных в результате сбыта наркотических средств;

- определению лиц, у которых находится имущество, заведомо добытое преступным путем и подлежащее конфискации (ст. 175 УК РФ);

- более быстрому обнаружению преступных действий, направленных на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных обвиняемым в сбыте наркотических средств (ст. 174.1 УК РФ);

- места размещения (хранения) денежных средств и иного имущества, приобретенного в результате совершения преступных действий;

- подтвержденному доказательствами, более аргументированному обоснованию ходатайств следователя о получении положительных судебных решений на производство следственных действий, осуществление которых направлено на обеспечение выполнения п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

О.П. Смелкова

Некоторые вопросы возбуждения уголовного дела в отношении отдельных категорий лиц: следователя, прокурора, судьи

Провозглашение России правовым государством предполагает

324

создание эффективного механизма защиты прав и свобод человека и гражданина во всех сферах общественной жизни. На фоне интенсивного вовлечения в преступность России представителей различных социальных групп населения происходит и криминализация сотрудников правоохранительных органов, прокуратуры, суда, в том числе и сотрудников органов предварительного следствия и дознания. Указанными лицами преступления совершаются с использованием своего служебного положения на фоне иных нарушений законности, либо преступления, связанные с невыполнением требований уголовнопроцессуального законодательства. Согласно статистическим данным за 2012 г. к уголовной ответственности было привлечено 122 следователя, 74 прокурора и 96 судей1, как пример самого громкого дела можно привести – дело судьи Новикова, который был привлечен к ответственности по ст. 159 УК РФ2, «дело Мадуева» и др.3

Согласно положениям Конституции РФ процессуальной неприкосновенностью обладают: Президент РФ (ст. 91), члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы Федерального Собрания РФ (ст. 98), судьи (ст. 122). УПК РФ, в свою очередь, расширил круг лиц, в отношении которых осуществляется особый порядок производства по уголовным делам (ст. 447 УПК), в том числе: прокурора, следователя, судьи.

Производство по уголовным делам в отношении указанных лиц проводится по нормам, установленным УПК, с изъятиями, предусмотренными главой 52, а также статьями УПК РФ, определяющими: подследственность (п. «б» ч. 2 ст. 151 УПК) и подсудность уголовного дела (ч. 4 ст. 31 УПК); право на свидетельский иммунитет (ч. 3 ст. 56 УПК); временное отстранение от должности высшего должностного лица субъекта РФ (ч. 5 ст. 114 УПК) и др. Особенности производства в отношении отдельных категорий лиц заключаются в особых правилах возбуждения уголовного дела; задержания лица, избрания меры пресечения и производства

отдельных следственных действий; направления уголовного дела в суд4.

1 Соловьев. Н.Г. Реформа следственного аппарата: от перераспределения подследственности до модернизации УК // Российская юстиция. 2012. № 12. С.

2.

2Новая газета. Судья, от которого невозможно отказаться. 2011. № 15. С. 14-

3Басков В. Все ли равны перед законом и судом? // Российская юстиция. 2012. № 9. С. 54-58.

4Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 2011. С. 211.

325

Как уже упоминалось ранее нормы УПК РФ о привлечении к уголовной ответственности специальных субъектов судопроизводства в целом направлены на создание дополнительных гарантий их неприкосновенности и независимости. Однако, стоит отметить, что положительный фактор такой неприкосновенности в случае совершения ими деяния, имеющего признаки преступления, при несовершенстве норм уголовного судопроизводства приводит к отрицательным результатам. Согласно главе 17 УПК РФ особенностями судопроизводства в отношении отдельных категорий лиц является только возбуждение уголовного дела, так как дальнейшее расследование производится в обычном порядке. Ст. 448 п. 10 УПК РФ сказано, что решение о возбуждении уголовного дела принимается в отношении следователя, адвоката – прокурором с согласия судьи районного суда, а в отношении прокурора – вышестоящим прокурором с согласия судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления1. Иными словами, прокурор определенного уровня направляет в суд представление в отношении нижестоящего прокурора, следователя или адвоката с просьбой дать заключение о наличии в его действиях признаков преступления. По этому представлению суд в течение 10 суток обязан вынести решение о согласии на возбуждение уголовного дела или об отказе в этом. Однако, если в одних случаях (в отношении судей или депутатов), когда суд решает вопрос о даче согласия на возбуждение уголовного дела, речь идет о Верховном Суде РФ или суде субъекта Федерации, в данном случае имеется в виду суд по месту совершения деяния, то есть районный (городской) суд. Тем самым законодатель, видимо, решил не загружать излишними делами высшие суды субъектов Федерации, интересным становится вопрос: как решать данную ситуацию в сельской местности? Где обычное место совершения преступлений прокуроров и следователей – их рабочие места, где постоянно проживают прокурорско-следственные работники и адвокаты. Видится, что место совершения преступления, место работы и место жительства, как правило, совпадают с местом рассмотрения вопроса о возбуждении уголовного преследования. И судья, который бок о бок работал с прокурором или следователем не один год, должен в один день изменить свое отношение к нему и вынести решение о возбуждении уголовного дела или отказать в этом. Будет ли такое решение объективным?

Думается, что из элементарных этических понятий судья не может

1 Руднев В. Иммунитеты в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция.

2012. № 8. С. 14-16.

326

рассматривать дело в отношении прокурора или следователя, с которыми он проводил свободное время, дружил. Кроме волокиты, такое судебное рассмотрение вряд ли к чему приведет, и независимо от того, какие отношения сложились у прокурора, следователя, адвоката с судьей, который будет выносить решение, такое решение, скорее всего, будет небеспристрастным и находиться под угрозой отмены на основании ст. 61 УПК, где перечислены обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу. В ч. 2 ст. 61 УПК РФ указано, что судья не может участвовать в производстве по уголовному делу, если есть обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела. Поэтому при совершении преступления прокурором или следователем на территории района, где они работают, суд этого района автоматически должен быть лишен права рассмотрения этого дела.

Стоит отметить, что в Германии и США существует такое понятие как специальный прокурор и специальный следователь, что означает - это внештатное, процессуальное лицо, уполномоченное на проведение расследования уголовно-наказуемого деяния, совершенного с участием или с заинтересованностью высокопоставленных лиц – судьи, прокурора, когда имеются основания сомневаться, что расследование обычным порядком будет объективным. Специальный прокурор, следователь – назначается, как правило, из числа бывших прокуроров, следователей, пользующихся доверием общества. Специальный прокурор, следователь наделяется всеми без исключения полномочиями штатного прокурора, следователя и осуществляет свою деятельность независимо от каких-либо органов или должностных лиц. По необходимости, ему предоставляется требуемый персонал. Из бюджета выделяются средства для финансирования деятельности специального прокурора. Отстранение специального прокурора или его замена возможны в исключительных случаях совершения дисциплинарных проступков или процессуальных нарушений, и только с ведома Конгресса1.

Другая проблема, которая возникает при применении норм о возбуждении уголовного дела в отношении специальных субъектов, касается не только прокурорско-следственных работников и судей, но и всех лиц, к которым применяется особый порядок уголовного судопроизводства при возбуждении уголовного дела с согласия суда2.

1Центр правовых и экономических исследований, 2010-2013 // Center for Legal and Economic Studies, 2010-2013. All Rights Reserved.

2Курохтин Ю.А. К вопросу об ответственности судей // Юристлиб. 2012. № 3.

327

Речь идет о порядке судебного заседания, в котором рассматривается вопрос о даче согласия на возбуждение уголовного дела. В ч. 2 ст. 448 УПК сказано, что рассмотрение представления прокурора проводится с его участием, а также с участием лица, в отношении которого внесено представление, и его защитника в закрытом судебном заседании в срок не позднее 10 суток со дня поступления представления прокурора в суд. Законодатель предположил, что дело будет рассмотрено в 10суточный срок, однако сам же создал препятствия, чтобы как можно дольше оттянуть время рассмотрения дела.

Уголовно-процессуальный закон так «защищает» права и интересы прокуроров и следователей, что правоохранительные органы не имеют возможности в течение нескольких месяцев возбудить уголовное дело в отношении их, хотя есть все признаки преступления. Если в суде требуется обязательное участие лица, в отношении которого рассматривается дело, и его защитника, возбудить дело в короткие сроки становится практически невозможным1. Человек может «заболеть» на несколько месяцев, постоянно менять адвокатов либо вообще уехать в неизвестном направлении, кроме таких мер, как отстранение от должности и избрание меры пресечения в виде заключения под стражу законодатель не предусмотрел. Исчезают следы преступлений, свидетели забывают о многих обстоятельствах происшедшего, лица, заявившие о преступлении, наблюдая буквально издевательство над правосудием, могут отказаться от своих заявлений. Причем, учитывая высокое социальное положение прокуроров и следователей, в отношении которых необходимо возбудить уголовное дело, возможно давление и угрозы в адрес заявителей и свидетелей. А они, не понимая всех тонкостей уголовного процесса, справедливо полагают, что виновные не будут наказаны. То есть стадия возбуждения уголовного дела превращается в стадию его развала на самом начальном этапе. Причем на этой стадии рассматриваются только поводы для возбуждения уголовного дела, предусмотренные ст. 140 УПК. А суд, решая вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении прокурора, следователя или адвоката, лишь оценивает достаточность этих поводов.

Видится, на основании обозначенных проблем, предложить:

1. Применение рецессии законодательства других стран, относительно возбуждения уголовных дел в отношении прокуроров, следователей, судей – отнести к компетенции судов субъектов РФ;

С. 15-18.

1 Радутная Н.В. Покушение на неприкосновенность судьи // Российская юстиция. 2012. № 12. С. 11-12.

328

2.Введение институтов – специальных прокуроров, следователей, с последующей разработкой законопроекта, регламентирующего их деятельность; Целесообразность данного предложения заключается в том, чтобы устранить подозрения в необъективном решении вопроса независимо от существа самого решения.

3.Статью 448 УПК РФ дополнить п. 1.1, изложив его в следующей редакции: «Решение о возбуждении уголовного дела в отношении прокурора, следователя производить независимо от участия данных лиц, с уведомлением о месте и времени рассмотрения дела, в 3-х дневный срок, с возможностью продления для дополнительной проверки до 10 суток только с согласия суда в исключительных случаях». Видится, что данная поправка будет соответствовать требованиям ст. 144 УПК о порядке и сроках возбуждения уголовного дела в обычном режиме и конституционным принципам равноправия граждан.

4.Актуальным и нерешенным остается вопрос о сохранении иммунитета в отношении прокурора, следователя, судьи, в силу увеличения тенденции совершения должностных и коррупционных преступлений данными категория лиц.

В.Л. Согоян

К вопросу о правовом регулировании установления срока предварительного следствия

Судебная защита прав и свобод каждого человека гарантируется ст. 46 Конституции РФ. При этом одним из основных элементов конституционного права на судебную защиту является право каждого при предъявлении ему уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, что предусмотрено п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Предоставив руководителю следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, право устанавливать срок дополнительного следствия, УПК РФ не определил – руководитель какого следственного органа и сколько раз может устанавливать этот срок.

При возобновлении приостановленного или прекращенного уголовного дела либо возвращении уголовного дела для производства дополнительного расследования срок дополнительного следствия, согласно ч. 6 ст. 162 УПК РФ, устанавливается руководителем следственного органа, в производстве которого находится уголовное

329

дело, и не может превышать одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю.

Правоприменители по-разному оценивают указанные полномочия руководителя следственного органа по установлению срока дополнительного следствия.

Используя принцип «не запрещённое законом – дозволено» прокуроры, а с сентября 2007 г. руководители следственных органов стали неоднократно устанавливать сроки дополнительного следствия, фактически продлевая сроки предварительного расследования, в том числе сверх трёх месяцев.

Конституционный Суд РФ в Определении от 11.07.2006 № 352-О «По запросу Промышленного районного суда города Оренбурга о проверке конституционности части шестой статьи 162 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации» такое продление расценил как произвольное и нарушающее права, гарантированные ст. 46 Конституции РФ. В определении суд отметил, что «Норма части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации, как закрепляющая исключение из установленных законом общих правил, не подлежит расширительному истолкованию, прямого же указания на возможность неоднократного продления срока предварительного следствия она не содержит и, следовательно, не может рассматриваться как позволяющая прокурору неоднократно, тем более по одному и тому же основанию, продлевать срок предварительного следствия, если в результате общая его продолжительность будет более чем на один месяц превышать срок, установление которого в соответствии с частями четвертой и пятой данной статьи относится к компетенции этого прокурора»1.

Таким образом, этим решением Конституционного Суда РФ дан ответ правоприменителям о недопустимости неоднократного установления срока дополнительного следствия, если в результате общая его продолжительность будет более чем на один месяц превышать срок, установление которого в соответствии с ч. 4 и 5 ст. 162 УПК РФ относится к компетенции этого руководителя следственного органа (ранее прокурора).

Однако в стадии досудебного производства при расследовании уголовных дел нередки случаи, когда необходимость установления дополнительного срока следствия, независимо от её основания,

1 Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2006 № 352-О «По запросу Промышленного районного суда города Оренбурга о проверке конституционности части шестой статьи 162 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «Консультант плюс».

330