Файловый архив студентов. Файловый архив студентов.
1329 вузов, 5502 предметов.
/ Регистрация
FAQ Обратная связь Вопросы и предложения
Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Башкирский Государственный Аграрный Университет
Предмет:
[НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Файл:

Цивилизация или варварство. Закарпатье 1918–1945. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
ó‡ÒÚ¸ ÔflÚ‡fl
á‡Í‡Ô‡ÚÒ͇fl ìÍ‡Ë̇
У
же в ходе освобождения Закарпатья
войсками 4-го Украинского фронта Красной армии, несмотря на указание Генштаба командирам подразделений разъяснять встречавшему их населению освободительную миссию Красной ар­мии на территории своего союзника – Чехословакии, развернулось мощное стихийное движение за воссоединение края с родственным народом Советской Украины. На местах возникали органы власти – народные комитеты, – которые брали власть в свои руки. Во второй по­ловине октября – первой половине нояб­ря 1944 года быстрыми темпами возрож­далась политическая жизнь в крае. Ее возглавили вышедшие из подполья ком­мунисты и партизаны. (В этих условиях остатки других партий не осмелились поднимать голову.) Они возродили ком­мунистические организации на местах и к концу второй декады ноября 1944 года создали самостоятельную Коммунисти­ческую партию Закарпатской Украины.
Следует напомнить, что гитлеровская Германия в 1939-м отдала Карпатскую Украину хортистской Венгрии, против
этого официально протестовал Совет­ский Союз. Но 21 июня 1941 года в ноте­меморандуме Министерства иностран­ных дел Германии, переданной советско­му правительству уже после нападения на СССР, Германия неуклюже пыталась со­брать воедино свои обвинения в адрес правительства Москвы, призванные оп­равдать вероломное нападение. Между прочим, в меморандуме упомянуто и на­селение Закарпатской Украины. Сделано это было в таком плане: коммунистиче­ская пропаганда в Венгрии «действовала прежде всего среди русинского населе­ния, которое она пленила надеждами ос­вобождения Советской Россией»
1
.
Согласно договоренности между пра­вительством СССР и лондонским прави­тельством Чехословакии в изгнании, на освобожденную часть Закарпатья, в Хуст, прибыла миссия этого правительства во главе с министром Франтишеком Неме­цем (в нее входили и гражданские и воен­ные отделы). Целью миссии было восста­новление власти правительства Чехосло­вакии по его разумению. По договоренно­сти с командованием 4-го Украинского
á‡Í‡Ô‡ÚÒ͇fl ìÍ‡Ë̇
(ÍÓ̈ 1944 – 1945 „Ó‰)
фронта миссия получила право проводить свою деятельность за линией фронта толь­ко на территории пяти восточных округов края, но сразу наткнулась на трудности, связанные с уже созданными там органа­ми власти – народными комитетами.
В составе этой чехословацкой миссии был и Иван Туряница, бывший в домюн­хенской Чехословакии руководителем красных профсоюзов и хорошо знавший настроение населения Закарпатья. В дни оккупации Карпатской Украины венгер­скими войсками он эмигрировал в СССР. Там он прошел подготовку борьбы с на­цистским агрессором, а когда на террито­рии СССР были созданы воинские чехо­словацкие подразделения для борьбы с гитлеровцами совместно с войсками Красной армии, он стал политработни­ком (по тогдашней чешской терминоло­гии – культработником, или просветите­лем) в первой бригаде чехословацких войск. Прибыв в Закарпатье и увидев на­чало создания двоевластия, Туряница по­рвал с командой Немеца и возглавил дви­жение за воссоединение края с Совет­ской Украиной. На первом съезде Ком­партии Закарпатской Украины он был избран первым секретарем ЦК. Съезд принял решение вести борьбу за воссо­единение края с Советской Украиной.
26 ноября 1944 года в Мукачеве со­брался съезд представителей народных комитетов Закарпатской Украины и еди­ногласно принял манифест, обязавший образованную там Народную раду Закар­патской Украины осуществить вековую мечту населения края – воссоединиться в едином украинском государстве – Укра­инской Советской Социалистической Республике. Правительство Закарпатской
Украины немедленно направило в адрес верховных органов СССР и УССР соот­ветствующую просьбу.
Председателем Народной рады Закар­патской Украины был избран Иван Туря­ница. Ему пришлось добиваться проведе­ния этих решений в жизнь. Но его труд не был оценен по достоинству – даже Ники­та Хрущев в своих воспоминаниях, в ко­торых сплошь и рядом перепутаны собы­тия, уже после смерти Туряницы реко­мендовал Киеву (из Москвы): «Подумай­те, ведь он заслуживает того, чтобы как­то отметить его деятельность в Закарпа­тье. Он сыграл там положительную роль в конце войны»
2
. Закончил он тем, что не
знает, что в этом плане было сделано.
В 1941 году на Западе уже занимались планами послевоенного устройства в мире. По просьбе Великобритании памятную за­писку по этому вопросу составил 1 февра­ля и Эдвард Бенеш. В ней в отношении Подкарпатской Руси сказано, что он счи­тает ее составной частью Чехословацкой республики и «никогда не откажется от этой точки зрения». Наоборот, как только позволят обстоятельства, она опять должна быть возвращена под управление Чехословакии
3
. Как было сказано выше, в разговоре с советским полпредом в Лондоне осенью 1939 года он высказывал другое мнение, которое импонировало правительству Советского Союза, хотя оно тогда открыто на это не реагировало.
В 1941 году и в Советском Союзе нача­лась подготовка к созданию правительст­венной комиссии, в задачу которой были включены разработки вариантов будуще­го мира и связанные с этим вопросы стра­тегии. В конце октября 1941 года один из заместителей наркома иностранных дел
424 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Лозовский С.А. подготовил И.В. Сталину записку с предложением создать две ко­миссии: финансово-экономическую и политическую, которая занялась бы раз­работкой вопросов границ Советского Союза, Германии, ее союзников и госу­дарственного устройства этих стран в по­слевоенный период.
События развивались следующим обра­зом. На заседании Политбюро ЦК ВКП(б) 28 января 1942 года было принято постано­вление о комиссии по послевоенным про­ектам государственного устройства стран Европы, Азии и других частей мира. В нем определялись задачи и утверждался состав комиссии по подготовке материалов. В нее вошли: Вячеслав Молотов – председатель и члены – А.Я. Вышинский, В.Г Декано­зов, С.А. Раковский, А.А. Соболев, К.А. Уманский, Я.В. Суриц и Й. Варга. Во­просы Центральной Европы входили в компетенцию Деканозова и Сурица.
Рассматривая стратегические вопро­сы, комиссия рекомендовала иметь на за­падных границах соседями дружествен­ные государства и получить возможность оказывать свое влияние на государства Центральной и Юго-Восточной Европы. В качестве проводника своего влияния была рекомендована Чехословакия. Для этого планировалось создание мощного чехословацкого государства и установле­ние с ним общей границы, как это пред­лагал в своей первой беседе с И.М. Май­ским в Лондоне Эдвард Бенеш. Уже тогда в этой комиссии обсуждалась проблема выселения немцев из Чехословакии, воз­вращения ей Тешинской области, при­надлежащей тогда Польше и, если поя­вится иная возможность, то прирезать к ней дополнительные территории
4
.
4 сентября 1943 года постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) при Народном комиссариате иностранных дел была об­разована комиссия по вопросам мирных договоров и послевоенного устройства под председательством М.М. Литвинова (тогда заместителя наркома иностранных дел и одновременно полпреда СССР в США) и комиссия по вопросу перемирия под руководством К.Е. Ворошилова. В свя­зи с границами Чехословакии затраги­вался вопрос и Закарпатской Украины (в материалах комиссии Литвинова она фигурировала как Прикарпатская Украи­на). Комиссия считала, что СССР выгод­но стремиться к созданию сильной Че­хословакии, которая ввиду политических настроений ее населения, а также в свя­зи с недавним подписанием советско-че­хословацкого пакта о взаимопомощи на 20 лет, способна быть важным проводни­ком «нашего влияния» в Центральной и Юго-Восточной Европе. Следовательно, и эта комиссия по стратегическим сооб­ражениям высказалась за общую границу с этой страной
5
. В этом плане нужно пре­жде всего учитывать и решение проблемы Закарпатской Украины.
Уместно сказать, что некоторые науч­ные работники, так или иначе затраги­вавшие в своих трудах эту проблему, вы­ражают сомнение насчет правомерности оценки движения в Закарпатье за воссо­единение как стихийного. Одни исследо­ватели идут на поводу формулировок, со­держащихся в документах – донесениях тех представителей лондонского чехо­словацкого правительства в изгнании, которые преследовали цели определен­ной политической группы и, находясь в тылу, нарушали условия военного коман-
ó‡ÒÚ¸ ÔflÚ‡fl. á‡Í‡Ô‡ÚÒ͇fl ìÍ‡Ë̇ 425
дования фронта, провоцировали кон­фликт с ним.
Некоторые из исследователей восста­ют против термина «воссоединение», по­тому что Закарпатье никогда не входило в состав Украины. Но тот, кто внимательно читал документы, в которых Вячеслав Молотов употреблял этот термин, заме­тил бы, что он этого и не утверждал – он имел в виду объединение народов в еди­ном государстве. Молотов употреблял слово «воссоединение» так, как оно тол­куется в первом томе четырехтомного словаря русского языка. В.В. Марьина в своей книге дважды возвращается к это­му вопросу. Приведем одну цитату: «Тер­мин «воссоединение», в действительно­сти не отвечавший исторической правде, поскольку Закарпатская Украина нико­гда не входила ни в состав России, ни в состав Украины»
6
… А ведь употребление этого термина в данном конкретном слу­чае этого и не требует.
Сам президент Бенеш, особенно после подписания договора с СССР в декабре 1943 года, несмотря на свои прежние вы­сказывания советским дипломатам в Лондоне, давал указания в инструкциях своим представителям на удержание Подкарпатской Руси в составе Чехосло­вакии в послевоенный период.
Кроме этих проблем, у отдельных ис­следователей возник ряд вопросов, каса­ющихся правовых претензий того или другого государства на владение террито­рией Закарпатской Украины. Они подни­мались как авторами разделов или пара­графов второго тома «Очерков» истории края, изданных в Ужгороде на украин­ском языке (особенно в параграфах пос­ледней главы тома, принадлежащих перу
И.М. Гранчака и М.П. Макары), так и в авторской позиции В.В. Марьиной, а также в приведенных в ее книге докумен­тах или выдержках из них.
Самым большим недостатком книги, названной последней, является недоразу­мение, связанное с непризнанием ею раз­личий в смысле слов «народный» и «на­циональный», одинаковом в украинском и русском языках и отличном в чешском. Так, в чешском языке «народни» означает «национальный» (например, «народни вибор» означает «национальный коми­тет»), а слову «народный» в чешском язы­ке соответствует «лидови» (например, «лидова република» – народная респуб­лика). Поскольку В.В. Марьина пользо­валась в основном документами чешско­го происхождения, авторы которых упот­ребляли эти слова в чешском понимании, и эти термины как-то по недосмотру пе­реводчиков перекочевали в издания на русском языке, эти понятия были, мягко говоря, искажены.
Чтобы не быть голословным, следует упомянуть о следующем. Документ № 31у В.В. Марьиной озаглавлен «Манифест первого съезда национальных комитетов Закарпатской Украины», в то время как он официально назывался: «Манифест первого съезда народных комитетов За­карпатской Украины о воссоединении Закарпатской Украины с Советской Ук­раиной»
7
.
Останавливаясь на изложении основ­ных положений названного документа, Марьина указывает на некоторые изме­нения, внесенные постфактум в этот ис­торический документ. Воспроизведем до­словно: «Съезд единодушно принял по­становление, гласящее: «1. Воссоединить
426 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Закарпатскую Украину со своей великой матерью Советской Украиной. 2. Про­сить Верховный Совет Украинской Со­ветской Социалистической Республики и Верховный Совет Союза Советских Со­циалистических Республик включить (в последующих публикациях документа это слово было заменено на «принять». – В. М.) Закарпатскую Украину в состав Ук­раинской Советской Социалистической Республики. 3. Избрать Народную Раду (в дальнейших публикациях – Народный Совет. –
В. М.) как единственную цент­ральную власть, действующую по воле народа на территории Закарпатской Ук­раины. 4. Уполномочить и обязать (слово «обязать» в дальнейших публикациях ис­ключено. –
В. М.) Народную Раду Кар­патской Украины осуществить постанов­ление съезда о присоединении Закарпат­ской Украины к Советской Украине»
8
.
Под последующими изданиями, по­видимому, надо полагать совместное со­ветско-чехословацкое издание докумен­тов и материалов по истории советско­чехословацких отношений, конкретно вторую книгу четвертого тома 1983 года издания. Трудно судить, кому из состави­телей и редакционной коллегии тома принадлежит идея «улучшить» текст ис­торического документа, что в мировой практике в серьезных научных изданиях вообще не принято. Но факт остается фа­ктом – в рассматриваемом документе по всему его тексту в издании на русском языке проведена замена слова «воссоеди­нение» на «присоединение», за исключе­нием первого пункта постановляющей его части. Даже второе предложение пер­вого абзаца манифеста в этом варианте звучит: «Окончилось столетнее господ-
ство чужеземцев на исконной земле За­карпатской Украины». В оригинале же сказано: «Положен конец многовековому господству венгров и всех чужеземцев на исконных украинских землях Закарпат­ской Украины».
Кстати, взаимоотношения чехословац­кого (лондонского) правительственного делегата Франтишека Немеца и генерала Гасала (провозгласившего себя главноко­мандующим чехословацких войск) на ос­вобожденной части Закарпатской Украи­ны с командующим войсками 4-го Укра­инского фронта генералом армии И.Е. Пе­тровым и членом военного совета фронта Л.З. Мехлисом освещены по односторон­ним чехословацким источникам, ранее опубликованным в Праге.
Симпатии автора книги в споре сторон по нарушениям советско-чехословацких договоренностей явно на стороне чеш­ских представителей (он считает пози­цию командования 4-го Украинского фронта по отношению к чехословацкой правительственной делегации «фарисей­ской» и «лицемерной»), хотя командова­ние советских войск не могло не реагиро­вать на действия гражданских и военных представителей чехов, создававших ре­зервный полк и другие военные службы в тылу Красной армии в полосе военных действий фронта, причем не пополняя войсками 1-й чехословацкий корпус. Чешская администрация протестовала против того, чтобы советское командова­ние принимало заявления от русских и украинцев, желавших добровольно сра­жаться в рядах армии против венгерских и немецких захватчиков. Чашу терпения переполнило появление без уведомления командования фронта около 40 офицеров
ó‡ÒÚ¸ ÔflÚ‡fl. á‡Í‡Ô‡ÚÒ͇fl ìÍ‡Ë̇ 427
чехословацкой армии (контрразведки) из-за рубежа, которые, переодевшись в гражданскую одежду, пробрались в за­претную зону военных действий.
В книге много мест, содержащих до­мыслы. К таким относятся и рассуждения о причине отставки Петрова с должности командующего фронтом. Автор хотел бы связать это с конфликтом с Немецем, сла­бым продвижением войск фронта в янва­ре – феврале 1945 года. А ведь Петров был переведен на работу на другой фронт в конце марта, когда войска 4-го Украин­ского фронта уже вели бои за освобожде­ние промышленного района Моравской Остравы. На эту проблему проливает свет документ, направленный Ставкой Вер­ховного главнокомандования за подпи­сью Сталина и Антонова лично Петрову и Мехлису, опубликованный во втором то­ме воспоминаний маршала Советского Союза К.С. Москаленко
9
.
В нападках на военное командование и центральную власть Советского Союза не отставали и авторы второго тома «Очерков», изданных в 1995 году в Ужго­роде, похлестче подбирая выражения. Они не приняли во внимание «правку», осуществленную в четвертом томе доку­ментов о советско-чехословацких отно­шениях на русском языке, хотя и сооб­щили, что И.И. Поп «нашел в москов­ских архивах» экземпляр манифеста на русском языке, и цитировали первона­чальный вариант. Однако И.М. Гранчак счел возможным поставить под сомнение всенародный характер съезда. Он сооб­щил читателям: на первом съезде присут­ствовали 663 делегата, а в Закарпатье бы­ло более 500 населенных пунктов. Но он не учел, что это были делегаты народных
комитетов, при создании которых мелкие населенные пункты присоединялись к более крупным. Не выдерживают крити­ки и все перечисленные им примеры про­тивников воссоединения. Красноречиво против этого говорит следующий факт. Узнав о готовящемся съезде представите­лей народных комитетов в Мукачеве, Не­мец срочно созвал представителей пяти округов в Хуст, чтобы опередить Мукаче­во и образовать там земскую управу, то есть областную чехословацкую админи­страцию. Это совпало с приглашением Немеца к Петрову на 13.30. Первоначаль­но он даже отказал Петрову. Только когда убедился, что на созванное им совещание никто не пришел, он послал Петрову те­леграмму: прибудет к 13 часам.
Гранчак назойливо в третьем парагра­фе несколько раз возвращался к утвер­ждению, что съезд народных комитетов, хотя и был наибольшим форумом в исто­рии Закарпатья, но все же не был всена­родным, и выискивал те социальные и национальные слои, которые могли бы быть против такого решения. Он не учел, что значительная часть коллаборациони­стов в октябре бежала в обозе венгеро-не­мецких оккупантов, более 100 тыс. евреев из Закарпатья уже были вывезены в гер­манские лагеря смерти и физически уничтожены. Десятки тысяч украинцев – узников венгерских тюрем и лагерей ин­тернированных еще не возвратились до­мой, как и тысячи насильственно моби­лизованных на военные работы. Не соби­рались возвращаться в Закарпатье и нем­цы, мобилизованные в германские вой­ска СС. Служивших в венгерской армии солдат, с приближением Красной армии разбежавшихся по домам, собирали в ка-
428 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
честве военнопленных. Если бы Гранчак учел все это, то не написал бы, что лишь треть населения была тогда за воссоеди­нение с Советской Украиной. Поднят им и вопрос о референдуме, который пред­лагал провести Бенеш. Но ведь тот факт, что манифест подписали более четверти миллиона населения края
10
, то есть почти все взрослое население, Гранчак призна­ет. Однако Марьина разделила точку зре­ния Виднянского и Гайдоша, ошибочно утверждавших, что число подписавших «Манифест» составило лишь 50% взрос­лого населения. В таком случае населе­ние края должно было насчитывать уже более миллиона человек, что произошло только позже – в течение 50 лет.
Гранчак пустился в излишние рассуж­дения об авторстве текста манифеста. Он утверждал, что документ написан в каби­нетах ЦК ВКП(б), ибо ни один «настоя­щий» закарпатец не мог бы критиковать положение населения края в чехословац­кий период наравне с прежним венгер­ским господством, не мог бы употребить термин «закарпато-украинский народ», поскольку там живут и другие народы: венгры, немцы, румыны, словаки. А ведь это выглядит подтасовкой. Речь идет о борьбе украинского населения края за воссоединение с УССР. В то время число румын, словаков, немцев в Закарпатье было очень небольшим – значительным по численности оставалось только вен­герское национальное меньшинство. (Желицки писал, что венгры на этом съезде представлены не были, а М. Троян, изучавший социальный и национальный состав его делегатов, писал, что там при­сутствовало 12 венгров, конкретно ука­зав, от каких населенных пунктов, два
немца, несколько евреев, три словака и один цыган)
11
.
Продолжая фантазировать вокруг ав­торства манифеста, Гранчак полагал, что оно принадлежит ученому или политиче­скому деятелю «киевско-московских кру­гов». Он высказывал свое убеждение, что с текстом его знакомились и редактиро­вали и Л. Брежнев, возглавлявший по­литотдел 18-й армии, и Л. Мехлис, кото­рого он называет не членом военного со­вета фронта, кем тот в то время был, а ко­мандовавшим «органами НКВД в Закар­патье», и Н. Хрущев, возглавлявший ЦК КП(б)У. Среди закарпатских коммуни­стов, возглавлявших движение за воссо­единение, утверждал он, и вообще среди политического актива в целом в те време­на не было человека, который мог бы на­писать такой документ. «Мы разделяем точку зрения, – писал он, – что «Мани­фест» был составлен в кабинетах ЦК ВКП(б) и послан в Киев для перевода на украинский язык». Он рассмотрел и ряд других вариантов и предложений, выска­зывавшихся за пределами зала заседания, не имевших никакого влияния на едино­гласное принятие решения съезда, обра­тившегося к верховной власти Украины и СССР с просьбой воссоединить Закар­патскую Украину с УССР.
На съезд было приглашено 126 гостей. Среди них было семь командиров парти­занских соединений и отрядов, в том чис­ле А. Тканко и В. Русин. Командование 18-й армии представлял начальник по­литуправления полковник Л. Брежнев и начальник 7-го отдела (работа среди на­селения) полковник С. Тюльпанов. Боль­шинство приглашенных гостей составля­ли представители активных борцов за
ó‡ÒÚ¸ ÔflÚ‡fl. á‡Í‡Ô‡ÚÒ͇fl ìÍ‡Ë̇ 429
воссоединение прежних десятилетий. Их список и составил присутствовавший на съезде также в качестве гостя будущий профессор Ужгородского университета М. Троян.
На съезде делегатов народных комите­тов в Мукачеве 26 ноября 1944 года было провозглашено государственное образо­вание Закарпатская Украина с единствен­ным заданием – осуществить воссоедине­ние края с Советской Украиной. Доклад­чиком на съезде по этому вопросу был из­бранный за неделю до того на съезде Ком­партии Закарпатской Украины первым секретарем краевой партийной организа­ции Иван Туряница, который выполнил наряду с требованиями народных комите­тов и рекомендацию Компартии. Кроме манифеста о воссоединении Закарпат­ской Украины с УССР и выходе из соста­ва Чехословакии, зачитанного на съезде Д. Тарахоничем при всеобщем одобрении и торжественном ликовании, была созда­на законодательно-распорядительная го­сударственная власть – Народная рада За­карпатской Украины, провозглашенная как единственно реальная власть, дейст­вующая по воле народа в крае. В нее бы­ли избраны 17 человек, председателем стал Иван Туряница, а заместителями – П. Линтур и П. Сова.
Кроме того, съезд принял постановле­ние о конфискации земельных угодий венгерских и немецких помещиков и бе­жавших с ними коллаборационистов и на­делении землей и лесом крестьян, рабочих и служащих Закарпатской Украины.
На следующий день было создано пра­вительство Народной рады Закарпатской Украины. Члены его назывались уполно­моченными Рады. Они возглавили отде-
лы: внутренних дел и государственной безопасности (И. Ваш), коммунального хозяйства (П. Сова), финансов (Т. Иваш­ко), земледелия (М. Молдавчук), лесного хозяйства (М. Цуперяк), промышленно­сти и торговли (С. Вайс), юстиции (С. Бо­рецкий), образования (И. Керча), ком­муникаций (Г. Русин), здравоохранения (И. Керечанин), социального обеспече­ния (Ф. Чекан).
Немедленно начался процесс социаль­но-экономических преобразований. Со­вершенствовалась структура государст­венного управления, уточнялись функ­ции окружных, городских и сельских на­родных комитетов, а также центральных органов Народной рады. Создавались об­щественные организации, в том числе профсоюзные, молодежные, кооператив­ные. Одновременно Народная рада рас­пустила и запретила на территории края фашистские и профашистские партии и организации. 18 декабря 1944 года был создан Специальный суд Закарпатской Украины, рассматривавший в основном дела военных преступников и сотрудни­чавших с оккупационными властями. В тот же день был принят декрет Народ­ной рады о создании вооруженных сил по защите края от внешних и внутренних врагов. Базировались они в основном на бывших партизанах с центральным шта­бом в Ужгороде и окружными штабами в центрах округов. Поскольку к их работе в силу необходимости привлекались на время рабочие и служащие, назывались они народной дружиной. Начальником центрального штаба был назначен Герой СССР А.С. Тканко.
15 апреля 1945 года декретом Народ­ной рады на народную дружину была воз-
430 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËfl ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡ԇڸ 1918–1945
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
Помощь Обратная связь Вопросы и предложения Пользовательское соглашение Политика конфиденциальности