Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Цивилизация или варварство. Закарпатье 1918–1945. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 3536 / 5036 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 > Следующая >>>

Кошиц передали в суд Берегова для малолетних

Много обвинений было связано с нелегальной эмиграцией в СССР. Так Василий Галагурич и ряд других крестьян-русинов из села Лигетеш были арестованы 17 мая 1940 года и приговорены к тюремному заключению за то, что в начале апреля 1939 года перед односельчанами он заявил: напрасно венгры призывают русинов в армию, они не подчинятся, убегут в СССР и создадут там легию. В обвинении фигурировало и сравнение им венгерской и чехословацкой военных форм – по его словам выходило, что венгерская хуже. 3 ноября 1939 года кошицкая прокуратура предъявила обвинение учителю из Изы Михаилу Престая за агитацию некоторых эмигрировать в СССР и восхваление порядков там; он говорил что в СССР люди грамотные, что там пять дней работают, а шестой выходной и платный. Поденщик русин из села Ганя Михаил Флинтич был арестован и предан кошицкому трибуналу за одобрение им 24 октября 1939 года в районе Ясиня бегства руськой молодежи из венгерской армии в СССР. Тот же прокурор в ноябре 1939-го передал в кошицкий суд обвинение на восемь человек в том, что в октябре Юрий Панасович и Василий Собран из Оленева в Ждениеве собирали молодежь и готовили ее бежать в СССР

Дебреценская прокуратура предала спецсуду пяти этого города Ивана Попаденца из Нижнего Селища за то, что он 2 июня 1941 года во дворе читал односельчанам письма сына Юрия, бежавшего в СССР в августе 1940-го, о том, как хорошо идут его дела в этой стране

Продолжались аресты русинов за разного рода критические высказывания в

адрес венгерских властей. Кошицкая прокуратура обвинила 64-летнего крестьянина Михаила Циника из Гукливого за то, что он 15 ноября 1939 года высказался «непочтительно» относительно жизни при венграх – он считал, что лучше было при чехах. В канцелярии премьер-министра не возражали против отбывания им наказания. Василий Васюта, почтальон из Ирхоца, обвинен за антивенгерские высказывания 8 июля 1939 года. Прокурор города Кошице передал в трибунал пяти возбужденное им дело против учителя из Нового Давыдкова Василия Бесараба за пренебрежительные его высказывания в Берегове 1 августа 1939 года о венгерской армии. За антивенгерские высказывания был приговорен к тюремному заключению военным трибуналом в Кошице поденщик из Рахова Юрий Слесарчук. По аналогичному обвинению были преданы суду крестьянин Михаил Цап из Великих Лучок с формулировкой «пренебрежительное высказывание в адрес венгерских законов», крестьянин Иван Фехтель – «в грубых тонах ругал венгров», а Иван Соляк из Ставного обвинен в оскорблении личности регента Хорти, и все административные инстанции выразили мнение о желательности творить над ним суд

Иван Симулик, крестьянин из Изы, 18 июня 1940 года пас коров, и полевые сторожи пытались его прогнать. В ответ он непочтительно выразился о венгерских законах, жандармах и нации. Регентский комиссар Подкарпатья 13 декабря 1940 года писал премьер-министру Палу Телеки, что хотя Симулик сейчас в селе Иза ничего не делает, но в чешский период был активным коммунистом, поэтому он счита-

у‡ТЪ¸ ˜ВЪ‚ВЪ‡ﬂ. иУ‰Н‡Ф‡Ъ¸В ФУ‰ ‚О‡ТЪ¸˛ ıУЪЛТЪУ‚ 351

ет желательным проведение судебного разбирательства. В результате Иван Симулик 13 сентября 1941 года был приговорен Дебреценским судом к тюремному заключению с последующим трехгодичным лишением политических прав

. Судили и Ивана Качура, русина, родившегося в Иваново, переведенного вглубь Венгрии в Шайокерестур в качестве дорожного рабочего в 1939 году, за восхваление русских и чехов, высказывания против венгров. И начальник комитата Боршод из Мишколца писал о нем премьер-министру как о ворчливом человеке, больше восхвалявшем сечевиков, чем коммунистов

Федор Лендьел из Ракошина был арестован 29 сентября 1939 года и предан суду за выраженную им надежду на освобождение края Советским Союзом и воссоединение. А поденщик Иван Вербещук 24 сентября в Ясиня в нетрезвом состоянии заявил, что не успокоится до тех пор, «пока здесь не будет коммунизм или Украина». Особому трибуналу в Кошице был передан Алексей Маллика, работавший на строительстве железной дороги между Тересвой и Солотвиной. Он 29 августа заявил перед 500 рабочими по поручению 150 рабочих, чтобы утром на следующий день на работу они не вышли в знак протеста против неравной платы за равный труд. Работавшие там венгры получали 5 пенгё поденных, а русины – 2,70. Туда же попал и Василий Рети, прочитавший перед товарищами 14 октября упоминавшуюся выше листовку «Забытый народ Закарпатья…» и передавший один экземпляр сыну Василию

Приводить аналогичные примеры можно было бы долго, и эта проблема за-

служивает особого исследования. Положение населения в Подкарпатье после его оккупации венгерскими войсками частично отражено и в донесении заместителя начальника Генштаба Надаи премьер-министру Телеки 7 июля 1939 года, к которому тот приложил сообщение руководителя военной администрации генерала Новаковича начальнику Генштаба из Ужгорода от 30 июня. В нем сказано: он еще 12 июня информировал, что благоприятное настроение населения с точки зрения венгерской государственной идеи становится неспокойным. В дополнение к этому добавил, что подстрекатели стремятся использовать более тяжелое экономическое положение населения и неуверенность правового положения Подкарпатья и настраивают жителей против Венгрии, обещая лучшую перемену, где присоединением Подкарпатья к Германии, где – к России. Подобные известия встречаются и в письмах украинских повстанцев и сечевиков, поселившихся в Германии, часть их собралась в Братиславе.

Поведение русинских учителей во многих местах также вызывает нарекания: в Севлюшском округе они бойкотировали все венгерские культурные мероприятия, в Севлюше никто из них не был на постановках театрального общества

. 4 июня 1939 года было проведено собрание учителей в Мукачеве, вызвавшее переполох властей, о чем свидетельствует переписка премьера Телеки с регентским комиссаром Калманом Томчани. В результате был составлен и передан властям список из 70 человек для строгой проверки их лояльности. Целью собрания было создать Союз подкарпатских учителей. Хотя

352 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËﬂ ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

в принятом постановлении были верноподданнические заявления в адрес правителей Венгрии, из-за содержавшихся в нем жалоб и требований оно вызвало гнев властей. В нем авторы жаловались на то, что присланные из Венгрии служащие и местные венгры враждебно относятся к карпатороссам, протестовали против переименования улиц (Дуновича, Добрянского, Пушкина и других). По распоряжению военного командования Ужгорода и Мукачева сменили существовавшие надписи у входа в населенные пункты на венгерские. Требовали прекратить открытие венгерских школ в селах, где живут только русины, там, по мнению учителей, следует во главе школ поставить русских директоров. В венгерских школах на территории Подкарпатья ввести шесть часов русского языка в неделю, признать русскую грамматику и прекратить языковые эксперименты. Автономное управление краем поручить знающим русский язык, русинам по происхождению. Назначить представителей русинов в качестве чиновников во все министерства. Всем чиновникам в Подкарпатье принимать заявления от населения на русском языке

. Союз закарпатских учителей был рас-

пущен, не успев родиться.

После установления венгерской верховной власти, администрации, с 15 июня 1939 года начали действовать в Подкарпатье и гражданские суды. Еще 26 мая министр юстиции прислал премьер-министру проект постановления правительства о распространении венгерского права частной собственности на территорию Подкарпатья. Восстанавливалось право требовать собственность, если она менялась с 28 октября 1918 года. Это относи-

лось в основном к землевладению. Постановление правительства было принято и опубликовано 24 июня 1939 года

Точно через месяц Андрей Бродий вручил государственному секретарю Тибору Патаки просьбу за подписью Михаила Бачинского оставить землю, полученную по чехословацкой аграрной реформе, русинам-переселенцам в Дедово, Шоме, Новой и Старой Ботраде, Есене, Гати, на хуторе Хуняди, Пустакеренце, колонии Новое Село и Фаркашфалве, всего в списке 145 русинов

. Связано это было с тем, что венгерские власти активно и поспешно готовились к ревизии чехословацкой аграрной реформы с целью вернуть разделенные земли их владельцам для начала на территории, перешедшей к Венгрии по первому Венскому арбитражу, названной Фелвидеком. По этому вопросу опубликовано несколько постановлений правительства, а касавшееся и всего Подкарпатья было обнародовано 11 октября 1939 года. На территории Фелвидека в ходе чехословацкой аграрной реформы было изъято 720 крупных землевладений общей площадью 849 815 кадастровых хольдов, из которых распределили среди 45 235 крестьян 121 685 хольдов, 3608 переселенцам досталось в общем 49 580 хольдов, остальное перешло общественным организациям и государству.

Венгерское правительство в ходе ревизии отменило право на землю на площади 140 293 хольдов. На 21 августа 1940-го рассмотрено право почти на 67 тыс. хольдов, из которых «малым людям» было передано 31 630, на 6 тысячах создали среднепоместные хозяйства, в том числе 200 хольдов дали Якобу Гюлхеру. Сын депутата Белы Пинтера получил 70 хольдов.

у‡ТЪ¸ ˜ВЪ‚ВЪ‡ﬂ. иУ‰Н‡Ф‡Ъ¸В ФУ‰ ‚О‡ТЪ¸˛ ıУЪЛТЪУ‚ 353

Хуняди из 5 тысяч хольдов получил обратно 300. Выступая при обсуждении бюджета в парламенте 14 декабря 1940 года, премьер Телеки подтвердил свои прежние высказывания: выселение русинов не является препятствием, чтобы вернуть землю Роберту Жилинскому. В результате 58 бывших владельцев-помещиков получили 7464 хольда земли. Хотя некоторые историки считают Телеки другом подкарпатских русинов, но в это трудно поверить. Из тех 106 672 хольдов, которые правительство Телеки сочло возможным оставить за теми, кто получил землю от чехов, на долю русинов досталось всего 13 588, а остальное пришлось почти поровну на венгров и словаков. Ревизия продолжалась на землях Фелвидека. В этом выступлении в парламенте Телеки сказал, что он отстаивал передачу Роберту Жилинскому его бывших земель до тех пор, пока он не умер: «Я сказал, что поселенцы русины, которые были кругом, не причина того, чтобы ущемить его интересы. А как только его имение унаследовал его внук, польский гражданин, я снял этот вопрос»

. В ходе ревизии реформы на этой территории были затронуты хозяйства 1/16 части мелких крестьян.

Осенью 1940 года был подготовлен проект ревизии и отмены чехословацкого закона о земельной реформе 1919 года в отношении бывшей Карпатской Украины. Цель его заключалась в восстановлении права собственности прежних владельцев не только в частных владениях, но и в кооперативах, урбариях, общественных пастбищах, сельских муниципальных или перешедших в государственную собственность. В проекте постановления правительства, названного «Об

урегулировании землевладения в Подкарпатье», в первом параграфе говорилось: надо пересмотреть все вопросы, связанные с отчуждением для аграрной реформы земель (на основе 215 закона от 16 апреля 1919 года Чехословацкой республики), и по необходимости отменить его действие с той целью, чтобы «восстановить неравномерность и несправедливость, постигшую коренное население». Под этой формулировкой было скрыто, что речь идет прежде всего о лицах венгерской национальности. Там же предлагалось пересмотреть участие в водочных заводах, долю участия в сельском, общинном, урбариальном владениях, в пастбищах и лесах и отменить их. Второй параграф предписывал отнять земли, полученные по закону аграрной реформы без соучастия бывшего владельца.

Отнятые по первому параграфу земли переходили венгерскому государству. Владельцам земли предполагалось вернуть сумму, уплаченную ими за полученные наделы по реформе, но без процентов, которые они уплатили. Не возвращались им и капиталовложения, а перерасчеты проводились 7:1 (чешских корун к пенгё)

. Министр земледелия 23 ноября 1940 года докладывал на заседании правительства о ревизии земельной реформы на территории Карпатской Украины. Там было разделено 111 808 хольдов земли среди 62 841 человека. Кроме пересмотра этих наделов, было выделено также 79 тыс. хольдов леса. Министр сделал вывод: нужно, чтобы намеченная под ревизию земля попала в соответствующие руки с национальной точки зрения

. Членам правительства было ясно, о ком он говорил.

354 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËﬂ ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

Мирная конференция после войны 28 сентября 1945 года запросила венгерское правительство о деятельности его в период хортистов на захваченных территориях. В качестве положительного момента в отношении Подкарпатья оно отметило, что «одним из крупных мероприятий, проведенным венгерским правительством в первые годы оккупации, была ревизия чехословацкой аграрной реформы». Отмечалось, что в ходе реформы чехи в Словакии и Подкарпатской Руси создали 94 колонии для переселенцев с горных округов, для которых было выделено 50 тыс. хольдов земли. Но на долю русинов Подкарпатья выпало из них всего 1,5%. Ревизия началась сразу после Венского арбитража на землях, переданных Венгрии в Южной Словакии и югозападной части Подкарпатья. На площади в 41 787 хольдов вновь поселили венгров-крестьян, 19 790 хольдов возвратили бывшим владельцам, в основном крупным помещикам, и 25 451 хольд продали. Эти данные можно сравнить с вышеприведенными

В качестве положительного в цитируемом документе фигурировало и сообщение, что в Подкарпатье была создана Сельскохозяйственная палата, в которой 90 человек были представителями местного населения.

При обсуждении бюджета министерства земледелия на 1943–1944 финансовый год Степан Фенцик в своем выступлении подчеркнул, что в Подкарпатье, где живет самый бедный народ, еще никто не притронулся к землевладению. Отвечая ему, министр земледелия Банфи сказал, что даже собраны данные, и венгерское правительство будет стремиться

«решить этот вопрос в соответствии с всеобщим интересом»

Тогдашние венгерские власти кроме коммунистического движения самым опасным для себя считали украинское национальное движение. Еще 14 марта 1939 года венгерский консул в Братиславе прислал в МИД Венгрии список на 10 страницах тех коммунистов сел Карпатской Украины, которые играли активную руководящую роль в украинских организациях. В апреле было дано указание полиции использовать эти списки в разведывательной работе

Юлий Бращайко и Николай Долинай (члены делегации Августина Волошина) направили 19 июня письмо министру культов и просвещения Балинту Хоману (а тот переслал его премьеру), в котором настаивали на признании украинского языка официальным в Подкарпатье. 13 июля полиция из Свалявы сообщала в Будапешт, что после прихода к власти Волошина коммунисты продолжали деятельность под украинской маской, а 13 октября известили правительство, что в Нижних Верецких и окрестностях проукраински настроенные лица рады непосредственному советскому соседству

В августе и сентябре велась переписка между МВД, жандармерией и контрразведкой Генштаба по поводу письма Волошина в Подкарпатский банк в Хусте. Вклад на его имя вызвал сомнение насчет его происхождения, в связи с чем сомнительна полномочность Волошина распоряжаться им. Жандармский центр полагал, что речь идет о тех тысячах долларов, которые прислали американские украинцы по обращению Волошина о помощи в феврале 1939 года. Волошин собирался

у‡ТЪ¸ ˜ВЪ‚ВЪ‡ﬂ. иУ‰Н‡Ф‡Ъ¸В ФУ‰ ‚О‡ТЪ¸˛ ıУЪЛТЪУ‚ 355

использовать эти деньги в собственных интересах, на поддержку эмигрировавших подкарпатских украинцев. Но до того из этого счета в банке выдали Юлию Бращайке 5 тыс. чешских корун. Может, поэтому он поддерживал мысль о неправомочности Волошина распоряжаться этим вкладом

Бращайко 12 ноября написал из Хуста письмо госсекретарю премьер-министра Тибору Патаки, в котором сообщал, что Николай Долинай и Юлий Перевузник выехали в Словакию после того, как не получили с марта по октябрь работу, и просил вмешаться в дела «проверки» вдовы Антона Бращайко – врача из Ужгорода, работника финотдела Н. Паратунского, учителя М. Карбованца и других. Юлий Бращайко еще 17 октября передал через Освальда и Патаки меморандум, адресованный премьеру Телеки. В нем он ссылается на то, что Патаки рекомендовал ему 3–4 месяца не политизировать, а потом и он сможет быть назначен в Подкарпатье кем-то. Он спрашивал, когда именно, и просил снять с людей полицейский надзор в Мараморошском административном управлении, особенно в Хусте. Далее он писал, что с болью в душе узнал от властей, что интеллигенция, как и представители крестьян, даже малолетние студенты пытаются бежать в Советскую Украину. Причиной тому, по его мнению, – материальная сторона. Кроме того, все эти люди боятся, что не будут оправданы, что на Советской Украине украинская культура, где они смогут развиваться. Что касается простого народа, то это недостаток работы, и местные рабочие получают меньше, чем те, которых привезли из Венгрии. Не ведется ника-

кой культурной деятельности, а народ в культурном отношении за 20 лет значительно вырос. Он обращал внимание и на грубое обращение и избиение жандармами людей, когда те еще и не знают, виновны они или нет. Приводил он и ряд других фактов, которые не могли понравиться премьеру

Представители украинской эмиграции за рубежом тоже проявляли активность. В ноябре 1939 года сторонник Юлия Ревая, бывший активный деятель украинского крыла аграрной партии Чехословакии, один из руководителей Карпатской Украины Августин Штефан посетил итальянское посольство в Братиславе с просьбой принять его. Посол обратился к венгерскому поверенному в делах в Словакии Дьёрдю Сабо за советом, как поступить. Сабо просил принять украинского эмигранта и сообщить ему, что тот хочет. Вскоре итальянское посольство в Братиславе посетил бывший министр правительства Волошина Штефан в сопровождении бывшего личного секретаря Волошина. Как информировал Сабо посланник граф Ронкаллини, его на месте не было, и принял их секретарь посольства. Гости заявили, что их целью является информировать посольство о положении в Закарпатье.

Штефан жаловался на то, что в Закарпатье местную интеллигенцию заменили венгерской и даже рабочих привозят из Венгрии, в результате в крае большая безработица. В этих условиях население обязательно потянется к ставшей соседом Советской России, следствием чего, рано или поздно, будет присоединение этой территории к России. Чтобы не допустить этого, Штефан предложил венграм

356 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËﬂ ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

пустить украинских эмигрантов домой. Их 4–5 тысяч, в основном находящихся в Германии. В донесении об этом в МИД Венгрии Сабо сообщал, что с этой целью (зондировать почву о возможности возвращения в Венгрию) обращался и Дмитрий Немчук. В ответе из МИДа Сабо получил указание срочно информировать итальянского представителя о социальных мерах венгерского правительства в Подкарпатье, чтобы не сложилось впечатление, что оно создало там инкубатор для большевизма

Из всех венгерских дипломатов судьбе Подкарпатья больше всех уделял внимание посланник в Берлине Деме Стояи. 4 июля 1940 года он писал в строго секретном письме в МИД Венгрии, на котором была пометка «вскрыть только министру», что Венский арбитраж и позиция, занятая Германией в этом вопросе, свидетельствуют о том, что в случае венгеро-советского конфликта Венгрия не может рассчитывать на помощь Германии и даже Италии. Может быть, в конкретном случае, например, если бы русские потребовали Подкарпатье, имперский канцлер увидел бы новое положение, то есть вторжение русских в Дунайский бассейн, в результате которого Венгрия попала бы в тяжелое положение, и русские окончательно закрыли бы «немецкое экономическое жизненное пространство» и связи в направлении востока

В тот же день (1 июля) Стояи беседовал в Берлине с советским послом Шварцовым, который с большой самоуверенностью рассказывал о могучей военной силе современного Советского Союза. В донесении в МИД Венгрии посланник под-

черкивал, что когда отвечал на интересовавший посла вопрос, зачем Венгрия мобилизуется, ответил, что у нее уже отмобилизованы большие силы, которые могут оказать решительное сопротивление румынской провокации. В связи с этим в донесении он отметил: «Этим я хотел одновременно выразить нашу полную самоуверенность и большую силу, чтобы посол мог сделать выводы о возможных русских планах в отношении Подкарпатья»

В то же время в самом Подкарпатье украинцы также давали о себе знать. У выхода из села Рокосова неизвестные поставили дубовый крест с надписью: «Українським героям 15 березня 1939 р.» По указанию регентского комиссара крест повалили. Велось следствие, в результате которого был послан в центр специальный рапорт начальника полиции Ужгорода. По нему это произошло на рассвете 14 марта 1941 года на перекрестке шоссейной и железной дорог. Установлено черное табло. На нем золотом написано: «Борцям за волю України». Сообщение премьеру поступило и о том, что 15 марта 1941 года из Хустской крепости удалили венгерский флаг и водрузили украинский сине-желтый

. В одном из венгерских архивов по этому поводу собралось солидное дело. Подозрение пало на Д. Бандусяка, М. Бисуна и других

Ласло Бардошши, в то время премьерминистр, позже, на процессе военных преступников после войны, заявил, что он не мог принять предложение советского правительства оставаться Венгрии хотя бы нейтральной в войне гитлеровской Германии против СССР, поскольку оставался открытым вопрос о Закарпатской Украине

у‡ТЪ¸ ˜ВЪ‚ВЪ‡ﬂ. иУ‰Н‡Ф‡Ъ¸В ФУ‰ ‚О‡ТЪ¸˛ ıУЪЛТЪУ‚ 357

МИД Венгрии 27 августа 1941 года сообщал своим дипломатическим представителям в зарубежных странах, что украинская пропаганда вообще, и даже в немецких изданиях, привыкла подчеркивать претензии украинского государства на Закарпатье. Для личного сведения МИД им по этому вопросу секретно сообщал, что венгерский посланник в Берлине имел беседу со статссекретарем германского МИДа Вайцзеккером, и тот самым решительным образом дословно заявил: «Закарпатье венгерское и останется венгерским»

Далее Стояи еще заявил, что немцы в ближайшее время не собираются восстанавливать Украину и пропаганду в этом направлении прекратили. Немцы планируют пока на Украине образовать только административные единицы без всякого политического характера.

В связи с началом германо-советской войны венгерские власти особое внимание уделяли Подкарпатью, как региону пограничной зоны с СССР, через которую направлялись на фронт венгерские войска, воевавшие на стороне гитлеровской Германии. По всему краю немедленно были арестованы сотни людей, о которых знали, что они симпатизируют Советскому Союзу. В донесении из Мукачева полиция сообщала, что был интернирован 21 человек, 12 рабочих арестованы за отказ работать. В июне 1942 года в этом городе находились 227 человек под постоянным полицейским наблюдением, которые каким-либо способом обнаружили склонность к коммунизму. Положение в городе было очень сложным. Плохо было с одеждой, обувью, питанием. Паек хлеба тогда составлял 100 граммов на человека вместо 150 по стране

Совершенно по-другому выглядели квартальные донесения начальника краевой полиции в Ужгороде в МВД в Будапешт. Так, в донесении за второй квартал 1942 года об общем политическом положении в Подкарпатье сказано, что настроение населения, несмотря на трудности с питанием и его приобретением, вызванные войной, спокойное. Обеспечение продуктами удовлетворительное. Серьезная часть населения воздерживается от политических и антигосударственных движений. Следствие против советского парашютиста Алексея Борканюка и связанных с ним лиц, о котором написано в своем донесении за первый квартал, ужгородским отделом контрразведки завершено, они переданы будапештской прокуратуре. В ходе этого следствия отдел напал на след организованного коммунистического и украинского движения. О коммунистическом движении было сказано выше, а в отношении украинского в донесении сказано, что его цель – присоединить Закарпатье к Великой Украине. Участвовавшие в движении арестованные поддерживали связь с украинской партией Бандеры, действовавшей во Львове. Для достижения этой цели значительная часть их сторонников проходила военную подготовку. Кроме того, они издавали газету «Чин», которую размножали вручную, и ввезли в страну большое количество украинской националистической литературы, которую давали читать своим сторонникам. В ходе следствия ужгородский отдел контрразведки арестовал 150–200 украинцев

Управление полиции действовало во взаимопонимании с ужгородским отделом контрразведки и поддерживало его

358 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËﬂ ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

политической картотекой и другими материалами, писал начальник ужгородской полиции пограничной территории. В одном из донесений того времени указывалось, что раскрытое украинское движение охватило почти все Закарпатье. Еще продолжают свою тайную подрывную работу на территории хустского, солотвинского и свалявского представительств погранполиции. Тут же указывалось, что в этот период русинского и великорусского движений не было.

По донесению начальника полиции пограничной области из Ужгорода в МВД о его деятельности и подчиненных ему представительств за третий квартал 1942 года, как и в информации за предыдущую четверть, он писал о спокойном настроении населения, на этот раз подчеркивая хороший урожай основных продуктов питания в Подкарпатье: картофеля и кукурузы и «много возможностей работ». Большое политическое движение не наблюдалось. Коммунистическое и тайное украинское движение, о которых он писал в предыдущем отчете, в большей части своей раскрыты, но допросы и следствие еще продолжаются. Он повторил почти всю конкретику из прежнего донесения. В отношении арестованных участников украинского движения отметил, что и они преданы суду военного трибунала начальника Генерального штаба венгерской армии. Повторив об их цели, связях и деятельности, сообщил: 130 арестованных участников украинского движения военный трибунал начальника Генерального штаба приговорил к 221 году, шести месяцам и двум неделям тюремного заключения. Он пообещал также дополнительно прислать «подробное, исчерпывающее»

донесение об этих раскрытых организациях

. Если такое и было, то его в архиве

разыскать не удалось.

Регентский комиссар Подкарпатья Вильмош Томчани в один день (1 декабря 1942 года) написал министру внутренних дел Ференцу Керестеш-Фишеру и начальнику Генерального штаба Ф. Сомбатхеи письма. Министру он писал о том, что студенты, школьники, служащие, учителя, если они арестованы контрразведкой Генерального штаба, то неизвестно, где они находятся, и просил сообщить о них начальству

С самого начала оккупации отношения населения края с венгерской военной администрацией не складывались и из-за того, что жандармы приказывали всем, кого они считали подозрительными в нелояльности, являться в их управления, местами по несколько раз в неделю, где их подвергали различным пыткам и издевательствам. Даже начальник Раховского округа писал в МВД, регентскому комиссару, жаловался в канцелярию премьер-министра (12 августа 1939 года). Некоторые села находятся далеко, на визит в управление уходит весь день. Такого человека не принимают на работу

, а ведь 25 июля правительство приняло постановление, как должны вести себя в Подкарпатье служащие, в том числе и в органах насилия, то есть корректно, не как завоеватели, и так далее, учитывать условия, вызванные 20-летним господством Чехословакии, партборьбу и другие факторы. Регентскому комиссару было поручено ознакомить всех служащих в Подкарпатье с этим постановлением устно, правда, кроме армии. На этом факте отразились не лучшие отношения премьер-министра

у‡ТЪ¸ ˜ВЪ‚ВЪ‡ﬂ. иУ‰Н‡Ф‡Ъ¸В ФУ‰ ‚О‡ТЪ¸˛ ıУЪЛТЪУ‚ 359

Телеки с военными властями77. Не лучше складывались у него отношения и с гитлеровской Германией.

В ходе венгеро-немецких экономических и политических переговоров состоялась беседа между венгерским представителем Никлом и германским – Клодиусом. Немцы прежде всего просили помочь им мясом и жиром, а также поставлять продовольствие для словацкой армии, ибо иначе они вынуждены будут дать им из того, что получали от Венгрии. Одним из пунктов переговоров были нефтяные концессии для немцев в Подкарпатье. Они полагали, что на востоке и западе края имелись залежи нефти промышленного значения. Обсуждался этот вопрос с венгерским министром промышленности и на завтраке у германского посланника О. Эрдманнсдорфа. Но тот, по словам Клодиуса, склонен был обсудить только техническую сторону вопроса. Венгерская сторона предложила, что она будет проводить бурение, а немцам предоставит чувствительные льготные доходы. Сошлись на том, что это не спешно (переговоры происходили 15 сентября), ибо через несколько дней в немецких руках будут нефтеносные районы Борислава и Дрогобыча в Западной Украине. Но, как показали события, они просчитались. Немецкая сторона также требовала получения из Подкарпатья древесины и рекомендовала увеличить там выпуск древесного угля для экспорта в Германию

После отказа Телеки признать соглашение Германии с правительством Волошина, оно продолжало иными путями добиваться своей цели частичными претензиями. Так, 15 декабря 1940 года посланник Стояи сообщил премьер-мини-

стру Телеки, что к нему обратилась немецкая инспекция по строительству за разрешением вести разведку и эксплуатацию мрамора в Закарпатье. Ведомство рекомендовало посланнику посоветовать просителю обратиться через МИД и германское посольство в Будапеште

. Немцы также скупали акции предприятий различных отраслей экономики.

Политика же венгерского правительства была сознательно направлена на снижение жизненного уровня населения края. Сохранился протокол межминистерского заседания по контролю цен от 28 марта 1939 года. Там был поставлен вопрос и о ценах и политике цен в Закарпатье, поскольку жизненный уровень населения в чешский период был более высоким, чем в Венгрии. Участники совещания считали, что особой политики вести там не нужно, а уравнять его со всей страной. Для начала организация «Венгр за венгра» направила туда 50 вагонов кукурузы и столько же пшеницы, которые разделили. Нужно начать общественные работы и этим способствовать ликвидации в разнице

. Когда побывавшему в Подкарпатье премьеру сказали, что в Рахове сильно подорожало мясо – говядина стоила до 2,64 пенгё за килограмм, то его подчиненные это отрицали, называли более чем в два раза ниже цены

В первой декаде августа по два представителя министерства торговли и промышленности и министерства внешней торговли посетили Подкарпатье. Они прошли по линии Мукачево – Свалява – Воловец – Долгое – Липецка Поляна – Тячев – Воловое – Вышний Синевир – Рахов – Говерла – Ясиня – Татарский перевал и важнейшие села на этом пути.

360 ñË‚ËÎËÁ‡ˆËﬂ ËÎË ‚‡‚‡ÒÚ‚Ó: á‡Í‡Ô‡Ú¸Â 1918–1945

<<< < Предыдущая 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 3536 / 5036 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]