Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Становление системы планирования в постсоветский период теория и практика. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

1 / 191 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 > Следующая >>>

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное

образовательное учреждение высшего образования

«Казанский национальный исследовательский

технологический университет»

А. В. Морозов

СТАНОВЛЕНИЕ СИСТЕМЫ

ПЛАНИРОВАНИЯ В ПОСТСОВЕТСКИЙ

ПЕРИОД: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Монография

Под редакцией проф. И. В. Гилязутдиновой

Казань

Издательство КНИТУ

2018

УДК 338.26 ББК 65.9(2)23

М45

Печатается по решению редакционно-издательского совета

Казанского национального исследовательского технологического университета

Рецензенты:

д-р экон. наук, проф. А. И. Романова

д-р экон. наук, проф. А. Р. Шарапов

М45

Морозов А. В.

Становление системы планирования в постсоветский период: теория и практика : монография / А. В. Морозов; Минобрнауки России, Казан. нац. исслед. технол. ун-т. – Казань : Изд-во КНИТУ, 2018. – 188 с.

ISBN 978-5-7882-2342-1

Рассмотрен генезис теории планирования в отечественной науке пост-

советского периода, определены методологические основы современных концепций планирования в рыночных условиях (1990–2000-е гг.). Освещены вопросы теории и практики планирования на разных уровнях экономики, раскрыта сущность государственного планирования в условиях совершенствования рыночных отношений. Особое внимание уделено процессам формирования планирования и прогнозирования на макроуровне.

Предназначена для научных работников, преподавателей, аспирантов,

специалистов и руководителей предприятий, а также студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлениям менеджмента и экономики.

Подготовлена на кафедре менеджмента и предпринимательской дея-

тельности.

УДК 338.26 ББК 65.9(2)23

ISBN 978-5-7882-2342-1 © Морозов А. В., 2018

технологический университет, 2018

ВВЕДЕНИЕ

Поскольку область применения традиционной для нашей стра-

ны формы государственного плана – всеобъемлющей экономической директивы – по мере перехода к рыночной экономике и расширения многообразия форм собственности резко сокращается, то по логике подобных рассуждений макроэкономические прогнозы смогут применяться лишь в сохранившемся государственном секторе пореформенной экономики. Между тем такая аргументация вряд ли может быть признана безупречной.

Опыт последних десятилетий построения рыночных отношений в нашей стране показал, что переход к рыночной экономике не дает оснований абсолютизировать категорию рынка, рассматривать его формирование и развитие как автономный процесс. Хотя рыночные отношения, безусловно, далеко не поверхностный «слой» экономической системы, а выражают ее глубинную сущность, все же рыночный механизм – лишь звено экономического механизма любого современного общества. Та разновидность рыночного хозяйства, которая, вероятно, воплотится в реальность в России, не может быть классической системой свободного рынка, базирующейся на устранении всех видов собственности, кроме частной, и исключающей сознательное макрорегулирование общественного производства.

Несравненно большие объективные основания для реализации здесь такого варианта, при котором развитые рыночные отношения, получающие обширные зоны самодействия во взаимосвязи производства и потребления, во избежание чрезмерно глубоких циклических и структурных кризисов будут дополняться другими экономическими достижениями цивилизации, в числе которых – государственное регулирование народного хозяйства как единого целого, включая и его гибкое планирование [87].

В конце 1990-х гг. народнохозяйственное планирование существовало как управленческий институт, однако пятилетние и годовые планы социально-экономического развития не применялись. В то же время программы социально-экономических преобразований отличались декларативностью и предельной общностью, не имелось и закона об индикативном планировании. Все это резко снижало макроэкономическую предсказуемость будущего. Не случайно поэтому правительственные прогнозы тех лет традиционно не сбывались. Так, среднесрочная программа правительства РФ на 1995–1997 гг., обещавшая

населению «финансовую стабилизацию» и на этой основе – «прорыв из инфляционного прошлого в инвестиционное будущее», оказалась на деле лишь благим пожеланием Кабинета. А, например, «Концепция среднесрочной программы правительства РФ на 1997–2000 гг.», разработанная Министерством экономики России, даже прогнозировала рост ВВП на 2 % (для 1997 г.) и 14 % (для 2000 г.). Однако трудно понять, какие прогрессивные преобразования в российской экономике стали основанием для подобного оптимизма.

В нашей стране на первом этапе перехода к рыночным отношениям сохранялось централизованное планирование в форме директивного госзаказа, обязательного для предприятий и обеспеченного необходимыми ресурсами. Но по мере развертывания рыночных отношений менялась точка зрения на способ доведения госзаказа до предприятий. Так, программы преобразования российской экономики, выдвигавшиеся в 1990-е гг. отечественными экономистами, как побывавшими во власти, так и их оппонентами, не были в подавляющем большинстве своем реализованы, поскольку изначально были методологически несостоятельны и направлены исключительно на некие политические, а не экономические цели.

Главным недостатком вышеуказанных многочисленных программ являлось «сочетание профессионального экономического прогноза с оптимистической верой в едва ли не абсолютную управляемость всех процессов, даже тех, которые экономическая наука непосредственно не изучает». Доминирующие в научной дискуссии в тот период две крайние точки зрения на соотношение плана и рынка обусловливали необходимость более глубокого изучения планирования и планомерности в рыночных условиях и поиска компромисса. Кроме того, декларированная необходимость перехода отечественной экономики на инновационный путь развития требовала новых форм координации инновационных процессов в хозяйственных системах разного уровня.

Кардинальные социально-экономические изменения в стране, переход к рыночным отношениям требовали освоения новых видов продукции и технологических процессов, изменения номенклатуры и ассортиментных сдвигов. Сужающиеся возможности использования традиционных ресурсов экономического роста выдвинули на первый план инновационные процессы, которые стали неотъемлемой частью и важным звеном экономических преобразований. Особую актуальность приобрела проблема научного и эффективного управления инноваци-

онными процессами. Поэтому в тот период для успешной хозяйственной деятельности организаций стало играть все большее значение планирование, которое становится важным инструментом конкурентной борьбы и формирования эффективной стратегии.

В научной литературе отмечалось, что в те годы происходило также повышение роли «технологического» фактора в экономическом развитии. Уровень развития науки, новых технологий, наукоемких отраслей, инновационная активность компаний, участие в международной научно-технической кооперации формируют основу устойчивого экономического роста, определяют перспективы и влияют на темп развития экономической сферы.

В то же время эффективная деятельность любой организации в нестабильных условиях зависит от многих факторов и, прежде всего, от управления и планирования. Причем сферой применения планирования являются не только технологические, экономические, финансовые, организационные, но и инновационные составляющие производства. При этом для повышения реальности выполнения планов использования инноваций необходимо обязательно учитывать при их формировании факторы риска и неопределенности в деятельности организаций в рыночных условиях хозяйствования.

Расширение и активизация инновационной деятельности способствует развитию массового производства многих видов продукции при одновременном уменьшении общественно необходимых затрат на их изготовление. Развитие науки приводит к созданию принципиально новых и усовершенствованию существующих видов продукции и технологий, ускорению темпов их обновления. При этом возникают новые потребности, выявляются многочисленные способы удовлетворять различные потребности одним продуктом, меняются соотношения между различными потребностями, раскрываются возможности удовлетворения одних и тех же потребностей разными видами продукции и т.д.

Массовый характер производства, ускорение создания принципиальных новшеств и модифицированных видов продукции, изменение условий труда потребовали нового подхода в планировании производственно-хозяйственных процессов на предприятиях и в плановопрогнозной деятельности на макро- и мезоуровнях.

Кроме того, инновации имеют ряд уникальных особенностей, что делает планирование по их внедрению отличным от планирования в других сферах человеческой деятельности. Важнейшей особеннос-

тью новшеств является их неопределенность, степень риска и вероятность положительного исхода. Часто на отдельных этапах трудно предсказать, что будет получено в ходе инновационных исследований. Высокая степень неопределенности сохраняется даже в том случае, когда ведется целенаправленный поиск и исследователи ждут конкретного результата. При этом степень неопределенности, как правило, бывает неодинакова для разных видов инноваций. Вероятность получения положительных результатов в зависимости от вида и характера инновационных исследований колеблется от 5 до 95 %. Это затрудняет планирование.

К важнейшим особенностям инновационных работ относятся их уникальность и неповторимость, неопределенность сроков получения результатов и уровня затрат, множество путей и методов достижения одних и тех же целей, а также необходимость значительного количества специальных ресурсов.

К особенностям инноваций следует отнести возможность многократного использования результатов одного исследования в различных отраслях народного хозяйства. Кроме того, для инновационных работ характерны такие особенности, как перспективность, динамичность и комплексность. Особенностью научных исследований является сложность их проведения, требующая наличия высококвалифицированных кадров. Все это, в свою очередь, должно найти отражение в методах планирования инноваций, их финансирования, оценки и контроля, т.е. учитываться при управлении инновационным процессом.

Отмеченные аспекты, характеризующие инновации, определяют особенности отбора инновационных проектов, их прогнозирования и планирования, а также разработки стратегических планов.

Необходимо признать, что, несмотря на значительное количество работ, посвященных решению проблем управления и планирования инновационной активности в рассматриваемый период (1990–2000-е гг.), некоторые ее аспекты еще не получили достаточного освещения в научных исследованиях. Необходимость дальнейшего теоретического обоснования и методического обеспечения планирования инновационной активности на российских предприятиях определила выбор темы данного исследования.

Глава 1

ГЕНЕЗИС ТЕОРИИ ПЛАНИРОВАНИЯ

В ПОСТСОВЕТСКОЙ ЭКОНОМИКЕ

В 1920-е гг. в СССР в центре внимания экономистов встали во-

просы методологии планирования, сбалансированности и реалистичности плановых ориентиров, соотношение долгосрочных и краткосрочных целей, их содержание (проблема темпов и пропорций, соотношения между темпами развития промышленности и сельского хозяйства). Важность ситуации определялась значимостью рассматриваемых проблем для будущего СССР и тем, что за расхождением по теоретическим и практическим вопросам стояли различия методологического характера; большинство вопросов соприкасались с политическими и идеологическими проблемами формирующегося общества и экономики.

Одним из основоположников научной системы планирования

стал экономист Н.Д. Кондратьев. Он выступил с резкой критикой проекта первого пятилетнего плана, суть которой выражалась в следующем: по его мнению, определение плановых ориентиров должно базироваться на объективном анализе реального положения в экономике, ее прошлых и ожидаемых в будущем тенденций развития. Он считал, что экономическая наука еще не в состоянии дать надежный, выраженный количественно прогноз изменения множества экономических показателей на сколько-нибудь отдаленную перспективу. Поэтому перспективные планы могут содержать лишь самые общие ориентиры, характеризующие главные направления развития экономики, т.е. они должны быть планами-прогнозами.

По мнению Кондратьева, залогом стабильного, бескризисного развития экономики является ее сбалансированность. В связи с этим одной из определяющих черт научной системы планирования он считал согласованность целей, определенных в рамках перспективного плана, и путей их реализации. Применительно к главной задаче того периода – индустриализации страны – это означало необходимость определения ее реальных масштабов и темпов, а также последствий связанных с ней изменений структуры экономики. Ученый подчеркивал необходимость согласования установок на форсирование индустриального развития с задачей развития сельского хозяйства, которые возникали в связи с индустриализацией, и без решения которых, по

его мнению, был невозможен успешный экономический рост и социальное развитие страны в будущем. В этой связи он поднимал проблему экономической динамики, объясняя ее тем, что только динамические закономерности могут указать путь и формы перехода событий из стадии настоящего к той или иной стадии будущего. Особенно важно, что разработку проблем экономической динамики Н.Д. Кондратьев непосредственно связывал с прогностической функцией экономической науки.

По мнению ученого, в капиталистическом хозяйстве построение прогноза экономического развития необходимо для реализации мероприятий государственного регулирования. Неизмеримо важнее роль предвидения при социализме – без него немыслимо научно обоснованное планирование: «Мы являемся свидетелями эпохи, когда на очередь практического осуществления в грандиозном масштабе поставлена задача овладения стихийными силами социальноэкономической жизни и подчинения их сознательному, планомерному руководству со стороны государства. Эта задача предполагает не только знание, видение упомянутых сил, но и предвидение их действия. Только на основе этого знания и предвидения возможно построение реального плана и перспектив сознательного организационнорегулирующего действия… План, конечно, не только предвидение стихийно развертывающихся событий. План одновременно есть и программа сознательных действий. Но план без всякого предвидения – ничто» [109, с. 246, 247].

Анализируя эти различия, Кондратьев говорил о том, что советское государство выступает не только в роли силы, воздействующей на них со стороны, но также и в роли их хозяина и руководителя. А в отношении планирования сельского хозяйства и других областей частного хозяйства положение государства в СССР, несмотря на сходство с положением его в капиталистических странах, все же имело существенные отличия. Различие это состояло, по его мнению, в том, что, имея в своих руках землю, преобладающую часть промышленности, транспорта, кредитной системы и значительную часть торговой сети, советское государство располагало значительно большими возможностями воздействия на сферу частного хозяйства, чем в капиталистических странах.

Считая рынок носителем стихийного начала в экономике, а план – начала рационального, Кондратьев особо выделял моменты их единства, а потому не рассматривал их в качестве альтернатив друг

другу. Рынок с его стихийными процессами, по его мнению, не являлся синонимом неуправляемости. В своей концепции планирования он полагал возможным использование механизмов саморегулирования, в первую очередь – в частнохозяйственном секторе экономики.

Необходимость органичного соединения плана и рынка диктовалась системой народного хозяйства, которая сложилась в стране в годы НЭПа. В СССР на основе «конкурентно-рыночных отношений» функционировали предприятия частного и кооперативного секторов хозяйства. Рынок является связующим звеном в отношениях государственных предприятий, которые, по словам экономиста, «одной стороной своей жизни втянуты в рыночные отношения и вынуждены считаться с рынком как с фактом» [13, с. 6].

Важность рынка определялась его уникальной способностью служить источником экономической информации, являющейся необходимым инструментом планирования. Эту мысль Кондратьев сформулировал следующим образом: «…существование нэпа не только не отрицает плана, но является предпосылкой для построения его. Рынок и цены, несомненно, являются предпосылкой построения плана, хотя бы потому, что в противном случае мы теряем всякую возможность соизмерения хозяйственных явлений» [14, с. 98]. Предназначение плана он видел в том, чтобы обеспечить развитие производительных сил более высоким темпом, чем тот, «который обусловливался бы исключительно комбинацией стихийных факторов» [3, с. 28]. Однако план был призван обеспечить не только динамичное, но и пропорциональное, и бескризисное развитие хозяйства. Построить такой план было возможно, лишь согласуясь с законами рынка, неукоснительно добиваясь равновесия спроса и предложения, устойчивости денежного обращения, обратимости валюты. Он считал необходимым сверяться с рынком на протяжении всего цикла предпланового периода.

В процессе реализации плана он расценивал реакцию как объективный критерий правильности того или иного решения. Этим объяснялось то внимание, которое он уделял совершенствованию статистического аппарата конъюнктурных исследований по пути развития способности отражения даже слабых сигналов рынка.

Построение перспективных планов, согласно концепции Кондратьева, охватывало три взаимосвязанных этапа, или элемента.

Первый этап – определение перспектив развития отдельных отраслей и экономики в целом, исходя из анализа объективной хозяйственной деятельности и тенденций ее стихийного развития.

Второй этап планирования, выражающий собой активную, преобразовательную функцию плана, включал в себя «построение системы мероприятий и средств воздействия государства на ход этого стихийного развития в целях направления его по максимально желательному руслу».

Третий этап состоял в окончательном установлении перспектив экономического роста, учитывающих предполагаемый эффект воздействия органов планового управления хозяйством на течение социально-экономических процессов. «Следовательно, эти перспективы в принципе являются не простым выражением стихийно-необходимым ходом событий, но и не простым выражением только наших пожеланий и наших усилий. Они являются выражением желательных результатов хозяйственного строительства в рамках возможного» [13, с. 7].

Полученный таким образом «активный» прогноз развития экономики, наряду с указанием плановых мероприятий по его реализации, ложился в основу директив перспективного плана. Контрольные цифры перспективного плана, таким образом, носят целеуказывающий, рекомендательный характер и не связаны с навязыванием обязательных решений об объеме производства. План являлся руководящим заданием для государственных органов, проводящих мероприятия экономической политики.

Отсутствие обязательных для выполнения адресных заданий рассматривалось противниками ученого как принципиальный недостаток его концепции планирования, т.к. в основе его системы лежал генетический метод планирования. При этом методе перспективы плана определяются на конечном этапе его построения после выявления объективных тенденций развития экономики и возможностей их корректировки и изменения методами государственного воздействия.

В противоположность генетическому телеологический метод планирования заключался в том, чтобы, как указывал Кондратьев, «поставить себе заранее определенную задачу и затем выяснить способы ее осуществления» [7, с. 100]. Сторонники генетического подхода считали возможным усиление плановых начал в экономике при сохранении в ней важнейших рыночных регуляторов.

Методология построения планов в концепции Кондратьева носила черты универсальности, т.е. была в равной степени применима к государственному, частному и кооперативному секторам хозяйства. Это, однако, не отрицало дифференциации приемов построения планов на каждом из его этапов применительно к различным укладам хо-

1 / 191 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]