Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Становление системы планирования в постсоветский период теория и практика. Монография
.pdf
11
зяйства. Оставаясь сторонником «генетических» планов, он допускал
применение приемов теологического планирования по отношению к
промышленности. Возможность распространения этих приемов на
сельскохозяйственное планирование он считал крайне ограниченной.
Причина такой дифференциации заключалась в том, что по отношению к кооперативным и частным предприятиям государство выступало лишь в роли регулирующей и воздействующей силы. По его
мнению, прогноз на такой срок в строгой количественной форме является наиболее сложным видом. Он писал: «Наши претензии рисовать в
точном количественном выражении будущее движение различных
элементов хозяйства без достаточного учета природы этих элементов,
без достаточного внимания к срокам предвидения и экономическому
обоснованию перспектив сплошь и рядом превосходят наши объективные возможности и приводят к совершенно иллюзорным, необоснованным и ошибочным построениям. В итоге и получается, что план
сводится к часто бессодержательному набору мертвых статистических
таблиц и кратких пояснений к ним» [13, c. 23, 24].
Н.Д. Кондратьев критиковал недостатки основного метода социальных проектировок – балансового. Он не отрицал того, что с технико-экономической точки зрения балансовым методом можно согласовать плановые задания с реальными ресурсами. Однако этот метод
терял свою силу, если объектом балансирования становились стоимостные показатели, которые «мы не можем и не имеем права брать как
данные» [8, с. 5]. Планы, в которых «на одну доску поставлены предсказания в отношении натуральных элементов продукции с одной стороны, и движение прибыли, оборачиваемости товаров, эмиссии и т.д. –
с другой». По его мнению, многие экономисты в недопустимой для
научного прогноза форме упрощали действительность. Они игнорировали экономическую природу стоимостных показателей, что неизбежно вело к отрыву этих планов от действительности. Так, по мнению
научного противника Кондратьева, С.Г. Струмилина, рынок является
сферой безраздельного господства «слепой стихии», а план – прямым
отрицанием рынка, выражением свободной воли трудящихся масс.
Струмилин утверждал, что кратчайший путь к социализму лежит через уничтожение рынка [96, с. 224, 256].
Н.Д. Кондратьев одним из первых в советской экономической
литературе выступил с критикой волюнтаризма в планировании, подмены реального желаемым. Предостерегая от последствий плановых
«экспериментов», он писал: «С чисто целевой точки зрения, чем шире
12
перспективы, тем лучше. Но было бы величайшим самозаблуждением
строить эти перспективы вне связи с границами достижимых результатов. Действительность все равно заставит ценой, быть может, тяжелой расплаты за ошибки свести перспективы к рамкам реально достижимого. И мы должны ставить в плане именно эти реальные перспективы, хотя бы они субъективно нас и не удовлетворяли» [13, с. 7].
Кондратьев определял направление исследований, которое
должно составить ядро науки о планировании – изучение динамических закономерностей развития хозяйства: «…регулирование и планирование могут быть рациональными лишь на основании знания происходящих динамических процессов хозяйственной жизни» [15, с. 1].
«Между тем, теоретическая экономика… – как она сложилась, по преимуществу вращается в плоскости исследования статистических отношений различных элементов. Проблемы динамики освещаются теоретической экономией, но гораздо в меньшей степени и меньшими успехами. Господствующий тон современной экономики есть тон статистической экономики. И мы обладаем достаточным запасом готовых
научных выводов, которые позволили бы нам уверенно подойти к
практическим проблемам динамического характера…» [3, с. 2].
В исследованиях экономической динамики ученый предлагал не
ограничиваться констатацией эмпирических показателей, но давать и
их причинное истолкование, количественно выражать те или иные перспективы экономического роста. Он писал: «Совершенно очевидно, что
чем больше количество установленных связей и закономерностей каузально обоснованы и количественно выражены, тем большим и тем более точным знанием действительно мы располагаем…» [13, с. 12].
Исходя из этого посыла, необходимым условием научного планирования была организация всесторонних и систематических наблюдений за народным хозяйством и его конъюнктурой. Кондратьев подчеркивал, что в современных условиях изучение экономической
конъюнктуры и динамических процессов, совершающихся в народном
хозяйстве, привлекает к себе исключительное внимание за рубежом,
но с особой силой потребность в наблюдении и познании текущей
конъюнктуры и ее колебаний проявилась в СССР вследствие особенностей его хозяйственной структуры. Ученый отмечал, что опыт последних лет показал: без такого изучения работа по планированию народного хозяйства оказалась бы весьма затрудненной.
Анализ проблем долговременной периодичности объяснялся
прежде всего его стремлением создать универсальную концепцию, ох-
13
ватывающую все виды циклических колебаний и пригодную для построения как краткосрочных, так и долгосрочных прогнозов развития
экономики.
Одной из попыток сформулировать единую теорию перспективного планирования в СССР стали тезисы Р.Е. Вейсберга, ответственного работника Госплана СССР. Тезисы были отредактированы
Г.М. Кржижановским, который в тот период возглавлял Центральную комиссию перспективного планирования (ЦКПП) при Президиуме Госплана СССР. Именно они послужили методологической
основой формирования пятилетнего плана в СССР.
Необходимо отметить, что работа Р.Е. Вейсберга наряду с работами Н.Д. Кондратьева была одной из первых попыток определения методологии планирования с обширным анализом стоящих перед экономикой проблем, путей и методов их разрешения.
В своей работе Вейсберг пытался определить тенденции развития советского хозяйства, ее основные принципы и на их основе разработать универсальную методологию планирования. Так, в разделе
«Трудности планового строительства», он писал: «План – столь же
насущная необходимость для хозяйства, развивающегося на социалистических началах, как свободная конкуренция для хозяйства капиталистического» [1, с. 3], это высказывание показывает, что в этот
период еще не существовало непримиримого противопоставления
планового и рыночного начала.
В 1920–1930-е гг. основой развития социалистической хозяйственной системы стала индустриализация, поэтому, выстраивая методологию планирования, одним из важнейших методов в системе
экономических принципов перспективного планирования Вейсберг
видел именно индустриализацию страны. Из этого метода он вычленял электрификацию и кооперацию, подчеркивая при этом, что у каждого из этих элементов существует своя методология развития.
Он говорил о необходимости формирования новых социальноклассовых отношений в обществе, а уже на их основе – трансформации досоциалистической экономики, основанной на ее многоукладности, – в индустриально-развитую, с ликвидацией технической и
экономической отсталости деревни.
В тезисах Вейсберга нашли отражение проблемы районирования экономики и планомерного размещения производительных сил.
Так, автор подчеркивал, что господствующее мнение о том, что в
процессе индустриализации необходимо в каждом районе строить
14
как можно больше предприятий, необходимо отвергнуть: «Действительная индустриализация возможна лишь при условии, что каждая
республика, каждый район будут концентрировать свое внимание на
развитие той специальной экономической функции, которая выпадает на их долю в силу естественно-географических особенностей, но,
чтобы они вписывались в русло единого экономического пространства» [1, с. 19].
Вейсбергом, пожалуй, впервые в советской науке ставилась
проблема усиления роли научно-технического прогресса (НТП) в индустриализации, поднимался вопрос о создании замещающих производств, что позволило бы создать отрасли экономики, ориентированные как на военно-промышленный комплекс (ВПК), так и на экспорт.
Он также поднимал проблему взаимоувязки планов, предприятий, отраслей, формирования единой технической политики на основе современных достижений науки. Соответственно, он вновь обращался к проблеме электрификации в целом и, в частности, электрификации транспорта, т.к. без ее решения невозможно говорить о
высоких темпах экономического роста. Отталкиваясь от этих коренных вопросов развития народного хозяйства, он непосредственно переходил к вопросам методологии формирования сквозных планов
народного хозяйства.
Первое, на что обращал внимание Вейсберг, это определение
цели развития и ее научное обоснование. Ставится проблема рационального планирования и регулирования: «Мы планируем то, что
нам непосредственно подчинено, т.е. государственное хозяйство»,
что же касается частного хозяйства, то «…мы практикуем методы
регулирования, т.е. методы косвенного воздействия, главным образом, через экономические мероприятия» [1, с. 19].
Касаясь непосредственно методов планирования, он подчеркивал, что статическое и динамическое наблюдение народнохозяйственных процессов за прошлый период в планировании необходимо
использовать в минимальном количестве, а для периода реконструкции оно становится малопригодным. В большей мере в планировании, по его мнению, должен использоваться технико-экономический
анализ. А для его качественного проведения необходимо разработать
единую систему статистических показателей. Вайсберг считал, что
одним из основных методов планирования должен стать балансовый
метод, а его основой – технико-экономический и статистический
анализы. Следует четко определять варианты плана и, соответствен-
15
но, стадии реализации в каждом варианте, а для этого необходимо
добиться системности планирования. Здесь мы видим точки соприкосновения в исследованиях Р.Е. Вейсберга и Н.Д. Кондратьева по
поводу плановых и рыночных начал в социалистической экономике
и отдельных ее отраслях, но также и существенные различия по поводу методов планирования. Необходимо отметить, что уже в конце
30-х гг. ХХ в. победила точка зрения сторонников директивного планирования на основе балансового метода.
Анализ теоретических подходов методологии планирования показывает, что вплоть до середины 1970-х гг. в советской экономической литературе по этому поводу еще шли споры, и не существовало
единой трактовки содержания категории «Планирование народного
хозяйства».
Так, в работе «Экономические основы народнохозяйственного
планирования в СССР» экономист А.Д. Курский давал следующее определение: «Планирование народного хозяйства является важнейшим
проявлением хозяйственно-организаторской функции социалистического государства» [59, с. 34].
Близкую к указанному определению трактовку давал И.А. Евенко. Он пишет: «Государственное народнохозяйственное планирование
является составной частью государственного управления и партийного руководства развитием социалистической экономики и культуры по
пути к коммунизму» [40, с. 5].
Еще более развернутую характеристику данной категории выдвигал Г.М. Сорокин в работе «Планирование народного хозяйства в
СССР»: «В переходный период от капитализма к социализму и при
социализме планирование является формой государственного руководства народного хозяйства на основе познания и использования объективных экономических законов социализма», т.е. происходит смещение акцентов от планирования народнохозяйственной деятельности в
большей степени к управлению, во главу угла ставится функция плана
«управление» [94, c. 9].
В этот период экономисты-плановики формируют категорийный
аппарат, подчеркивая тем самым, что планирование – это «наука, т.е.
система определенных знаний о формах и методах планомерной организации общественного производства, разработке планов, их проверке и
обеспечении выполнения» [25, с. 8]. Данная наука базируется на марксистско-ленинской политической экономии. Особо подчеркивалось,
что экономической основой планирования народного хозяйства являет-
16
ся общественная собственность на средства производства и возможно
оно только после разрушения частной собственности, т.е. то, о чем говорил в своих работах Н.Д. Кондратьев о взаимодополнении государственного и частного секторов, отрицается начисто. Формулировался так
называемый основной экономический закон – закон планомерного,
пропорционального развития народного хозяйства. На основе этого положения формировались методология и методика планирования.
Исходя из господствующей на тот момент идеологии, говорилось, что методологической основой всех наук, в том числе и науки
планирования, является диалектический материализм. Но каждая наука создает применительно своему частному предмету, который ею
изучается, свою методологию и методику. Наиболее полную, на наш
взгляд, на тот исторический период характеристику содержания методологии и методике планирования дал Г.М. Сорокин: «К методологии
планирования, как правило, относят общие вопросы разработки единого народнохозяйственного плана, а к методике – приемы и способы
составления и анализа выполнения его определенных разделов и показателей» [94, с. 290]. Близкое к этому определению давали М.Г. Колодный и А.П. Степанов: «Методология социалистического планирования представляет собой совокупность важнейших теоретических
принципов, методов и приемов, с помощью которых осуществляется
плановое руководство народным хозяйством, решаются вопросы составления единого народнохозяйственного плана» [51, с. 27].
В работе «Планирование народного хозяйства СССР», выпущенной коллективом авторов под руководством М.В. Бреева, давалась трактовка методологии планирования как «совокупности методов познания
и организационного преобразования общественного воспроизводства»
[80, с. 28–47]. В связи с этим методы планирования относятся к методологии, а не к методике планирования, хотя методы (балансовый, вариантов, нормативный, технико-экономических расчетов) в практике планирования всегда выступают как совокупность приемов и способов составления и анализа отдельных разделов и показателей плана.
Различные точки зрения существовали и по вопросу о принципах методологии планирования. Так, уже упоминавшийся А.Д. Курский к таким принципам относил: а) демократический централизм;
б) сочетание перспективных и текущих планов; в) обеспечение ведущих звеньев развития народного хозяйства; г) единство государственного плана; д) экономическую эффективность заданий народнохозяйственного плана; е) проверку выполнения народнохозяйственного
плана [59, с. 45, 46].
17
Г.М. Сорокин, указывая, что методология планирования должна
решать наиболее общие вопросы составления планов, относил к проблемам методологии проблемы темпов, планирования структуры, соотношений, пропорций народного хозяйства [94, с. 297–299].
В рассматриваемый период к числу важнейших принципов методологии планирования народного хозяйства многие экономисты относили:
а) демократический централизм;
б) единство политики и экономики;
в) научную обоснованность и реальность плановых заданий,
обеспечивающих экономичность общественного производства;
г) пропорциональность развития на основе выделения ведущих
звеньев экономики;
д) комплексность и единство плана;
е) личную и коллективную материальную и моральную заинтересованность трудящихся в результатах труда;
ж) контроль за ходом выполнения плана в целях уточнения его в
соответствии с проверкой и мобилизацией резервов.
Все эти принципы применялись в практике планирования комплексно, что позволяло осуществлять разработку единого народнохозяйственного плана. К числу таких связанных между собой основных
стадий разработки плана относили:
а) анализ фактического состояния экономики и культуры, сложившихся соотношений в экономике;
б) выявление потенциальных возможностей, ресурсов экономического развития;
в) выявление потребностей общества, определение задач развития экономики и социальных проблем народнохозяйственного плана
на предстоящий период, согласование между собой ресурсов и потребностей;
г) выбор методов решения задач планирования.
Задачей системы органов планирования народного хозяйства в
тот период являлись разработка, обоснование и обеспечение возможности выполнения и проверка хода выполнения народнохозяйственных планов. Это означало, что Госплан наряду с планированием должен был выполнять и функции учета (статистического), и функции регулирования (оперативного управления). Как правило, такое соединение разнородных функций мешало выполнению главной функции –
планирования народного хозяйства.
18
Руководство (управление) социалистическим обществом было
немыслимо без использования комплекса методов – экономических,
организационных, воспитательных. Подчеркивалось, что в условиях
социализма невозможно организовать выполнение планов развития
хозяйства, не прибегая к сочетанию административных, организационных и экономических методов. Таким образом, делался вывод о
том, что планирование народного хозяйства есть функция управления.
В 1960–1970 гг. в СССР шла острая дискуссия о совершенствовании системы планирования, и было сформулировано положение об
«оптимальном планировании». Оптимальное планирование должно
представлять собой такую ступень планирования, на которой происходит дальнейшее творческое развитие теоретических основ планирования, принципов методологии, методов разработки и обоснования
планов на основе органического сочетания прогнозов и перспективных планов, всестороннего использования возможностей, которые
предоставляются математическим программированием и электронновычислительной техникой.
К числу фундаментальных положений теории оптимального
планирования относили:
1) тезис о принципиальной невозможности полного удовлетво-
рения потребностей общества в связи с ограниченностью ресурсов;
2) тезис об удовлетворении личных потребностей как основе и
исходном пункте планирования;
3) тезис о многоступенчатости экономической системы социа-
лизма и локальной замкнутости в решении соответствующих каждой
ступени вопросов;
4) тезис о цене как одинаковой денежной оценке единицы ре-
сурса (не только воспроизводимого, но и невоспроизводимого), приносящей равную полезность.
Таким образом, авторы отходили от господствующей теории в
сторону рыночной практики, за что подвергались жесткой критике со
стороны ряда ученых-ортодоксов Так, в частности, историк экономики
М.З. Бор в своей работе «Очерки по методологии и методике планирования» навесил на них «позорный» ярлык «рыночников» [25].
Как известно, тезис о редкости благ является отправным пунктом для рыночной экономической теории. В известном учебнике
П. Самуэльсона говорится: «Вопросы: Что? Как? и Для кого? производить не составляли бы проблемы, если бы ресурсы не были ограничены. Если бы можно было производить любой товар в неограниченных
19
количествах, или если бы человеческие потребности были полностью
удовлетворены… тогда не было бы экономических благ, то есть товаров, обладающих относительной редкостью, и тогда вряд ли была бы
какая-либо нужда в изучении экономической теории или в том, чтобы
«экономить». Экономическая теория есть наука… какие из редких
производительных ресурсов люди и общество… избирают для производства различных товаров и распределения их в целях потребления» [25].
Таким образом, тезис об ограниченности производственных ресурсов стал выдвигаться учеными в качестве принципиальной основы
теории оптимального планирования впервые после 1920-х гг. В частности, в своих статьях С.Г. Струмилин поднял вопрос о понятии дефицитности ресурсов и продукции. Он считал, что материальные, трудовые и природные ресурсы и научно-технические знания социалистического общества в каждый данный момент ограничены, и возникает проблема их наиболее экономически эффективного использования.
В работах сторонников теории оптимального планирования
встречается ссылка на то, что основной экономический закон социализма заключает в себе положение о все более полном удовлетворении потребностей общества и каждого его члена. Эта ссылка используется ими, когда они доказывают необходимость научиться непосредственно сопоставлять и соизмерять различные потребительские
стоимости и стремление рассматривать планы развития народного хозяйства как экстремальную задачу с критерием максимизации удовлетворения потребностей членов общества.
Разработка системы народнохозяйственных планов и организация их выполнения означают для планирования выход в жизнь.
Методология планирования должна была ответить на вопросы, какими должны быть планы, чем руководствоваться при разработке и
обеспечении их выполнения, а методика должна показывать, какими
методами, приемами, способами можно обеспечить наиболее оптимальную разработку, обоснование и проверку выполнения плана.
Поэтому особую, специфическую методологию планирования
можно определить как совокупность принципов планирования, т.е.
наиболее общих коренных, основополагающих положений, определяющих направления разработки, обоснования плановых заданий и
обеспечения выполнения плана, а методику планирования (которая
неотъемлема от методологии) – как совокупность методов, приемов,
20
способов разработки, обоснования, проверки выполнения плановых
заданий. Методология и методика планирования являются общими
для всех разновидностей планов, но различным ступеням планирования свойственны свои особенности, свои специфические приемы.
Таким образом, к числу принципов методологии планирования
относились следующие:
- единство политики и экономики (или партийности);
- единство научной обоснованности и реальности плановых
заданий, обеспечивающих повышение эффективности производства;
- стимулирование личной и коллективной заинтересованности
трудящихся в более высоких результатах труда;
- пропорциональность развития на основе выделения ведущих
звеньев экономики;
- комплексность и единство планов, их разработки, проверки и
обеспечения выполнения.
Эффективность обеспечения выполнения плана, а также всего
процесса развития решающим образом зависит от того, насколько
глубоко и верно познаны сущность и механизм действия законов.
А это может быть определено только в ходе непрерывного, комплексного, объективного процесса проверки выполнения плановых
заданий, использующей всю совокупность методов планирования.
Характерной чертой экономических дискуссий 1960-х гг. стало
осознание реальности падения эффективности централизованного
планирования. Ставилась задача реформирования системы планирования в период проводившихся тогда экономических реформ. Но при
этом внимание концентрировалось не на радикальном пересмотре роли плана, а на повышении научного уровня самой плановой работы,
сокращении числа директивных показателей в сочетании с усилением
экономических стимулов предприятий и трудовых коллективов.
Главным направлением реформы декларировалось повышение
эффективности общественного производства путем усиления роли
экономических методов руководства, что предполагало сочетание
централизованного государственного планирования с расширением
прав предприятий; внедрение полного хозяйственного расчета; использование товарно-денежных отношений; изменение критериев
оценки деятельности предприятий. Иными словами, впервые после
1920-х гг. в СССР в научных работах стали подниматься вопросы о
согласовании общенародных и коллективных интересов, о том, как
сделать выгодное для общества выгодным для каждого предприятия.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]