Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Становление системы планирования в постсоветский период теория и практика. Монография
.pdf
101
На смену этому изжившему себя представлению, свойственному
российской экономике советского периода, приходит более многогранное видение форм государственного планирования, включающее
в себя:
- разработку и принятие на государственном уровне плановой
концепции, воплощающей долгосрочную социально-экономическую
стратегию государства, генеральную линию развития экономики, как
магистраль, в соответствии с которой призваны вырабатывать стратегический курс хозяйствующие субъекты всех уровней и масштабов;
- утверждение государственных директивных плановых устано-
вок долговременного характера, которым в обязательном порядке
должны следовать участники экономической деятельности в силу национальных интересов страны, условий экономической и военной
безопасности, а также при возникновении чрезвычайных ситуаций;
- повсеместное использование государством индикативного (рекомендательного) планирования посредством разработки и принятия
на государственном уровне индикативных планов; показатели таких
планов, именуемые индикаторами, призваны служить ориентирами, на
которые государство рекомендует настраиваться субъектам хозяйствования с тем, чтобы их планы, проекты, программы не приходили в
противоречие с макроэкономической структурой, инвестиционной,
ценовой, налоговой, инновационной, внешнеэкономической, социальной политикой.
Практика ряда стран с развитой рыночной экономикой (Фран-
ция, Япония, Корея, Тайвань) подтверждает следующие факторы:
- приемлемость и результативность государственного индикативного планирования;
- разработку и осуществление государственных целевых федеральных и региональных программ, финансируемых из бюджетных и
внебюджетных источников, направленных на решение настоятельных
социально-экономических проблем государственного масштаба и значимости;
- предоставление на конкурентных началах государственного
планового заказа, выполняемого за счет бюджетных средств организациями и предприятиями разных форм собственности;
- формирование государственного бюджета как финансового
плана государства, определяющего основные источники денежных
доходов государства и направления их расходования;
102
- принятие государственных планов и программ приватизации и
использования государственного имущества, предоставления его в
аренду, концессию, залог;
- разработку и осуществление государственных инвестиционноинновационных проектов, способствующих развитию технико-технологического прогресса, повышению качества, эффективности, конкурентоспособности товаров отечественного производства.
Как видно из приведенного перечня, в распоряжении государст-
ва имеется обширный спектр институтов и инструментов планирования, применимых в условиях рыночной системы хозяйствования и не
противоречащих рыночным принципам ведения хозяйства.
Таким образом, можно утверждать, что система государствен-
ного планирования рыночной экономики строится на следующих началах:
1) централизованное планирование в масштабах всего хозяйства
страны сводится преимущественным образом к выработке стратегии
социально-экономического развития на перспективу, планов индикативного рекомендательного характера, планов-прогнозов, плановориентиров;
2) государственное планирование распространяется в основном
на использование объектов государственной собственности и проявляется первоочередным образом в разработке и осуществлении федеральных и региональных комплексных программ, государственных
инвестиционных проектов, проведении плановых мер по поддержанию устойчивости и обеспечению экономической безопасности;
3) формой косвенного государственного планирования являются
государственные заказы и государственное воздействие на экономику
посредством использования экономических рычагов, т.е. плановое регулирование экономики;
4) преобладающей формой государственного планирования в
рыночной экономике выступает финансовое, бюджетное планирование, распределение государственных финансовых ресурсов;
5) планирование на уровне предприятий, фирм, компаний разных форм собственности представляет в основном самопланирование,
находящееся в то же время под воздействием государственного регулирования.
Естественно, что в рамках этих общих принципов в каждой
стране существуют своеобразные и изменяющиеся формы и способы
государственного экономического планирования.
103
Глава 6
ИННОВАЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ И НЕОБХОДИМОСТЬ
СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПЛАНИРОВАНИЯ
В рассматриваемый период в механизм обеспечения экономиче-
ского роста России зависел в основном от благоприятной долгосрочной конъюнктуры на мировом рынке топливно-сырьевых ресурсов.
В то же время мировой опыт свидетельствует о становлении нового
типа экономики – экономики, основанной на знаниях. Эффективность
национальных и региональных экономических систем определяется
степенью развития инновационных процессов, для которых в равной
мере важными компонентами являются как получение новых знаний,
так и передача их в производственную и социальную сферы.
Одним из ключевых факторов конкурентоспособности эконо-
мики, в том числе и региональной, является инновационная активность предприятий и организаций. В 1990–2000-е гг. усилилось ее
влияние на социально-экономическую ситуацию в регионах. Вместе с
тем экономика РФ характеризовалась крайне низким уровнем инноваций: удельный вес инновационной продукции составлял около 4 %, в
то время как его «пороговое значение» – 15 % (в промышленно развитых странах – около 30 %).
Главным источником инвестиционных ресурсов в указанный
период становятся наукоемкое производство, экспорт высоких технологий, интеллектуальных продуктов, а наука и образование являются
главным структурным фактором интенсивного экономического роста.
Значение инновационного процесса в обеспечении развития экономики получило признание в России не только в работах специалистов, но
и в позиции, заявленной государственными органами власти.
Особенностью современного инновационного процесса в экономике (по сравнению, например, с первой половиной ХХ в.) является
значительный удельный вес обслуживающих его специализированных
секторов хозяйства и возрастающая сложность их взаимодействия.
С достаточным основанием можно говорить о том, что в последней
трети ХХ в. эти секторы сложились в особую отрасль национальной
экономики, характеризующуюся многообразиием и интенсивностью
пронизывающих ее связей, во многом определяющих и характер воспроизводственного процесса в экономике в целом.
Эти черты инновационного процесса в условиях современной
рыночной экономики привели к возникновению сложной системы го-
104
сударственных, общественных и корпоративных институтов, обслуживающих и регулирующих инновационный процесс, чтобы обеспечить наиболее полное использование его потенциальных возможностей. Совокупность институтов и организаций, охватывающих все
стадии и сферы инновационного процесса, и образует в настоящее
время в развитых рыночных экономиках национальную инновационную инфраструктуру.
Инновационный потенциал РФ в рассматриваемый период был
еще достаточно велик и определялся следующими составляющими:
- развитой системой высшего образования;
- научными школами мирового уровня;
- большим количеством квалифицированных кадров.
Однако указанные выше факторы, характеризующие потенциал
инновационного развития, не реализуются автоматически. На пути их
превращения в источники инновационного роста предстоит решить
целый ряд проблем. А без их изучения нельзя предложить разумную и
эффективную инновационную политику.
В российской экономике в рассматриваемый период наблюдался
процесс окончательного распада национальной инновационной системы, сформированной в годы плановой экономики, и отсутствуют ясные перспективы формирования эффективной национальной инновационной системы, основанной на рыночных механизмах.
Первым шагом к восстановлению национальной инновационной
системы является формирование институтов государственного регулирования, в котором инновационная составляющая воспроизводственного процесса должна занимать центральное место. Соответственно, сам инновационный процесс также должен был стать объектом целенаправленного государственного регулирования, которое не следует
понимать в духе восстановления прежней централизованной системы.
Однако необходимо было решить задачу проведения целостной государственной политики обеспечения и поощрения инновационной активности, способной органически связать функционирование всех
звеньев национального хозяйства. Государство должно было взять на
себя координацию деятельности всех институтов и организаций, обеспечивающих инновационный процесс.
Для формирования инновационных программ следовало прежде
всего придать им основу в виде общегосударственной программы экономического развития, что необходимо и с точки зрения целенаправленности конкретных государственных инновационных программ, и с
105
точки зрения стратегических ориентиров для науки и бизнеса. Но в то
время даже благоприятная макроэкономическая конъюнктура не смогла подтолкнуть правительство ни к занятию активной позиции использования государственных средств для развития экономики, ни к реализации конкретных проектов по модернизации экономики.
Вопрос о непосредственном участии государства в инновационном процессе (определение перспективных инноваций, выдача конкретных заказов, создание государственных инновационных организаций – например, государственного инновационного банка и т.д.) следовало решать в зависимости от способности негосударственных организаций самостоятельно обеспечивать активизацию инновационной составляющей экономического развития. Но в связи с крайне ограниченной ролью негосударственных организаций в инновационном процессе
невозможно было признать целесообразным отстранение государства
от прямого управления инновационным процессом и прямого финансирования в рамках государственного сектора и за его пределами.
Необходимость реформирования организационных форм науки в
РФ не подлежала сомнению. Институты РАН, традиционно ориентированные на гарантированное бюджетное финансирование научных исследований и на соответствующие формы распределения бюджетных
ассигнований, страдали значительной инерционностью в определении
тематики проводимых исследований, привязанной к сложившимся административным структурам. На наш взгляд, в науке следовало стремиться к принципу равноправной конкуренции творческих коллективов
за бюджетные и внебюджетные источники финансирования при значительном увеличении удельного веса последних. Это позволило бы
обеспечить переход к увеличению роли конкурсных форм выделения
средств на научные исследования по проектному, а не по ведомственному принципу. Такой подход означает необходимость расширения
спектра альтернативных источников финансирования НИОКР, средства
из которых предоставлялись бы на конкурсной основе.
В то же время следует признать совершенно неприемлемыми
циркулировавшие в чиновничьих кругах проекты решения этого вопроса путем превращения современного скудного бюджетного финансирования научных организаций в источник предоставления средств
исключительно на конкурсной основе, а то и путем прямого сокращения бюджетного финансирования и переориентации науки на поиск
внебюджетных источников. Необходим был определенный уровень
прямого гарантированного (неконкурсного) финансирования сложив-
106
шихся исследовательских организаций – к ним мы относим академические институты, проводящие фундаментальные исследования, так
как именно эти организации обеспечивают материальную, кадровую и
организационно-техническую базу для реализации научно-исследовательских проектов и разработок. Поэтому развитие альтернативных
источников финансирования и формирование конкурсной составляющей возможно главным образом сверх сложившегося уровня государственного бюджетного финансирования фундаментальных и НИОКР.
Система государственного финансирования науки в России эволюционировала в сторону отмены различных льгот научным учреждениям, приравнивая их к обычным коммерческим организациям. В результате сложилась абсурдная ситуация: например, в 1998 г. из выделенных на науку из бюджета 11,8 млрд руб. наука должна была вернуть в виде различных налогов и платежей примерно 8–9 млрд руб.,
или около 80 % ассигнований. В то же время распределение гарантированной части бюджета науки не могло быть отдано на откуп внутриведомственным решениям научных учреждений, ибо такой подход
лишь закрепляет инерционность научных исследований и распределение средств по статусно-бюрократическому принципу.
Следует помнить и о том, что в мировой практике главным источником финансирования фундаментальных, а в значительной мере –
и прикладных исследований – являются государственные средства.
В целом в финансировании исследований и разработок в развитых
странах на долю государства приходится от 40 до 68 % (и лишь в менее
развитых странах, таких, как Греция или Португалия – менее 30 %).
В финансировании фундаментальной науки на втором месте после средств государства идут собственные средства университетов и
уж затем – иные альтернативные источники (средства некоммерческих
фондов, корпораций и т.д.), а в финансировании прикладной науки
наиболее существенную роль играют средства корпораций.
Однако в России того времени роль всех коммерческих организаций (как частных, так и государственных) в финансировании сферы
исследований и разработок была незначительной (в 2000 г. – 18,7 % от
общих затрат на НИОКР), а роль собственных средств вузов – вообще
ничтожна – 0,08 % [67]. Даже наиболее прибыльные корпорации в
сфере экспортно-ориентированного топливного и сырьевого бизнеса,
хотя и финансировали исследования и разработки в основном за счет
собственных, а не государственных средств [104, с. 195, 196], зачастую переориентировали эти исследования лишь на применение заку-
107
паемого оборудования или на решение мелких частных задач (так называемая «производственная стратегия инновационного поведения»,
нацеленная на совершенствование существующих технологий) и крайне редко – на освоение уже разработанных и практически примененных новых технологий.
При общем низком уровне инвестиций в технологическую модернизацию основная нагрузка по их финансированию падала на довольно ограниченные собственные средства предприятий. В 1998 г.
только 6 % от общего объема инвестиций вкладывалось в новые технологии, и эти вложения на 86 % финансировались самими предприятиями. В 2000 г. доля собственных средств предприятий в финансировании технологических инноваций в промышленности составляло
74 % [39, с. 131, 132]. Хотя роль фондового рынка и кредитной системы в формировании источников финансирования реального сектора
экономики за годы экономического роста (1999–2004 гг.) несколько
увеличилась, это не привело к качественному изменению ситуации.
Ни фондовый рынок и присутствующие на нем специализированные
инвестиционные организации, ни банковская система в то время не
стали заметным источником финансирования долгосрочных инвестиционных проектов.
Общий слабый спрос на инновации препятствовал развитию отечественного венчурного бизнеса. Венчурные фонды были малочисленными и имели в основном иностранное происхождение [20, с. 58–60].
Значительная часть финансируемых этими фондами отечественных научно-технологических разработок предназначалась для использования
за рубежом, а не внутри страны [21, с. 60]. Причем венчурный бизнес
требовал притока не только дополнительных финансовых ресурсов, но
и квалифицированных инновационных менеджеров.
При относительно высоком уровне рисков в сфере инноваций
для их снижения необходимо было сформировать крупные венчурные
фонды, способные диверсифицировать свои вложения во множество
венчурных проектов. Однако при относительно низкой капитализации
российской кредитной системы и при наличии возможностей высокоприбыльных вложений капитала на финансовом рынке не было оснований рассчитывать на серьезное участие российского банковского капитала в формировании крупных венчурных фондов без появления каких-либо дополнительных стимулов. Что касается подготовки инновационных менеджеров, то эта проблема постепенно решалась, но крайне
медленно, поскольку при явной нужде в специалистах такого профиля
эффективный спрос на них на рынке труда почти отсутствовал.
108
Значительные проблемы существовали и в деле коммерциализации существующего научно-технического потенциала, то есть в способности превратить исследовательские заделы в рыночно-эффективные продукты. Это препятствовало превращению потенциально имеющегося интеллектуального капитала в реальные активы компаний,
способные увеличить конкурентоспособность последних [85].
В указанный период следует констатировать также и низкий государственный спрос на инновации, концентрирующийся главным образом в военном производстве, что было связано с инерцией сложившихся в 1990-е гг. подходов, исходивших из концепции самоустранения
государства из сферы производства. Несмотря на значительный профицит бюджета, обеспечиваемый в 1999–2004 гг., государство отказывалось пойти на расширение финансирования инфраструктуры НИОКР,
увеличение вложений в «человеческий капитал» (при том, что и то, и
другое является общепризнанной практикой государства в развитых
странах), вообще в какие-либо серьезные проекты в деле активизации
инновационного развития. Правительство решалось лишь на отдельные
весьма скромные шаги в деле институционального обеспечения инновационного бизнеса (например, осуществлялась программа создания
инновационных зон с некоторыми временными льготами по налогообложению, обнародованная еще Г. Грефом), не связывая их с какимилибо мерами по прямой государственной поддержке инноваций.
Между тем выделение финансируемых государством научных
приоритетов, государственное финансирование инфраструктуры науки, стимулирующее налогообложение инновационной деятельности –
эти давно известные в мировой практике направления участия государства в инновационном процессе в России не применяются. Активизация инновационного спроса невозможна без изменений сложившейся модели экономического роста. Каждая из трех важнейших опор современного экономического роста – ставка на доходы от экспорта
природных ресурсов, недооценка рабочей силы, экономия на инвестициях в глубокую технологическую модернизацию производства –
должна быть подвергнута серьезной коррекции.
Одним из важнейших ограничений перехода России на инновационный путь развития являлась слабость позиций России на мировом
рынке инноваций и высокотехнологичных продуктов и услуг. Объем
мирового рынка наукоемкой продукции оценивался в 2000-е гг. в
2 трлн 300 млрд долл. Из этой суммы на долю США приходилось
39 %, Японии – 30 %, Германии – 16 %. Доля России составляла лишь
0,3 % [18, с. 133, 134].
109
Что касается экспорта из РФ патентов и лицензий, надо отметить, что при общем его незначительном объеме более половины приходилось на сделки по переуступке авторских прав на изобретения.
Это отражало неспособность отечественной экономики утилизировать
проводимые внутри нее собственные исследования и разработки.
В условиях фактической технологической монополии наиболее
развитых стран преодоление указанной слабости было сопряжено со
значительными проблемами. Одним из перспективных направлений
преодоления этих проблем могла бы стать научно-техническая кооперация России с новыми индустриальными странами, не обладающими
(в отличие от РФ) весомым потенциалом в сфере фундаментальных исследований, но имеющими неплохой опыт в области коммерциализации инноваций. Однако в любом случае невозможно было обойтись без
временного применения методов протекционистской защиты точек инновационного роста и известного в практике развитых стран комплекса
мер (как экономических, так и политических) поощрения и поддержки
высокотехнологичного экспорта в экономике нашей страны.
Кроме того, для прорыва в направлении инновационного развития требовалось и глубокое переосмысление сложившихся подходов к
критериям эффективности экономики и к самому содержанию экономической деятельности. Так, А.В. Бузгалин отмечал, что задачи «превращения творческого труда в основной фактор социально-экономического развития обусловливают необходимость переориентации
экономической жизни на развитие человека, как главную практическую задачу функционирования и динамики эффективной системы
социально-экономических отношений» [26, с. 158]. Схожую позицию
занимал и В.Л. Иноземцев: «Совершенствование качеств личности
становится залогом и содержанием хозяйственного прогресса, а такой
подход, и это не может не признаваться любым экономистом, прямо
противоречит традиционной экономической теории, сформировавшейся как наука о закономерностях производства материальных и нематериальных благ, а не личности» [47, с. 205–218]. Ставка на развитие креативного потенциала человека выступала при этом главной задачей, и именно ей должны были быть подчинены все остальные.
Что касается мероприятий по формированию национальной инновационной системы и созданию благоприятных экономических и
институциональных условий ее функционирования, которые могли
быть проведены немедленно (и которые не требуют революционных
изменений в политической и экономической системе), то среди них
можно назвать следующие (хорошо известные из мировой практики):
110
- создание специального института управления государственной
инновационной политикой (или наделение соответствующими функциями уже существующей государственной организации);
- разработка программы государственной поддержки инноваци-
онного развития, включающей меры поддержки всех стадий инновационного процесса – от подготовки кадров до реализации новых технологических решений;
- освобождение от налогов части прибыли, реинвестируемой в
обновление основных фондов;
- освобождение от налогов прибыли коммерческих организаций,
направляемой на финансирование науки и образования (добровольные
пожертвования, гранты, стипендии и т.п.);
- введение льготного налогообложения средств, инвестируемых
коммерческими организациями (в том числе финансовыми – банками,
инвестиционными фондами и т.д.) в формирование венчурных фондов, и кредитование лизинга современного оборудования;
- создание государственных институтов поддержки технологи-
ческих инноваций на мировом рынке путем содействия международному патентованию разработок, проведению международной технологической экспертизы, льготному кредитованию высокотехнологичного экспорта и т.п.;
- разработка системы технических стандартов (включая аспекты
ресурсосбережения, экологические, медицинские, санитарные, социальные и прочие аспекты), ориентированных на приближение отечественного производства к перспективным требованиям мирового рынка;
- расширение объема государственного конкурсного финанси-
рования научных исследований и разработок (при сохранении существующего уровня гарантированного финансирования);
- увеличение оплаты труда в бюджетном секторе науки и обра-
зования;
- выделение приоритетных научно-технологических проектов,
способных значительно увеличить эффективность функционирования
тех или иных отраслей народного хозяйства и обеспечение их мерами
прямой государственной поддержки (включая государственный заказ).
Проблема, однако, заключалась в том, способно ли было государство пойти на пересмотр сложившихся приоритетов экономической политики, и даже при условии такого пересмотра – способно ли
оно обеспечить эффективное осуществление новых приоритетов? Поэтому вопрос о перспективах инновационной системы в России и пе-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]