Совершенствование деятельности таможенных органов по обеспечению прав участников производства по делам об административных правонарушениях

Данный вопрос достаточно логично уже разъяснялся Федеральной та-

новлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях». В соответствии с подпунктом з) пункта 3 указанного постановления местом совершения административного правонарушения в форме бездейст­вия следует считать место, где должно было быть совершено действие, вы­полнена возложенная на лицо обязанность. Местом бездействия иностранного гражданина, не имеющего времен­ного или постоянного места жительства в Российской Федерации, нельзя признать место его нахождения, так как обязанность по уплате штрафа не исполняется на российской территории...»1. ФТС России также указывает, что анализ поступающих в Управление таможенных расследований и дозна­ния судебных актов свидетельствует о том, что в целом по России сложилась правоприменительная практика рассмотрения дел указанной категории ми­ровыми судьями по месту нахождения таможенного органа, в регионе дея­тельности которого выявлено правонарушение и возбуждено администра­тивное производство. Однако с разъяснением Федеральной таможенной службы многие мировые судьи не соглашаются и возвращают направленные им таможенными органами дела без рассмотрения.

ных лиц к ответственности по ч.1 ст. 20.25 КоАП, а не вопрос самого факта административного правонарушения. Брянский областной суд в своем разъяснении в ответ на обращение Брянской таможни по вопросу применения ч.1 ст. 20.25 КоАП России более категоричен и отмечает, что «согласно ч.1 ст. 28.9 КоАП РФ при наличии хо­тя бы одного из обстоятельств, перечисленных в статье 24.5 настоящего Ко­декса, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, выносят постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении с соблюдением требований, предусмотренных статьей 29.10 настоящего Кодекса. … вопрос о судьбе возбужденных без наличия к тому оснований дел об администра­тивных правонарушениях не требует разъяснения, как урегулированный за­коном»1. В том же письме Брянский областной суд отмечает, что местом со­вершения физическим лицом административного правонарушения по ч.1 ст.

на основании соответствующего международного договора (ст. 31.11 Ко­АП)»1. Но вопрос не в этом. Действительно, исполнение подобного постанов­ления на территории иностранного государства невозможно без наличия ме­ждународного договора, определяющего порядок принудительного исполне­ния постановлений и решений по делам об административных правонаруше­ниях, да только в разъяснении Брянского областного суда речь идет именно о принудительном исполнении постановления. И статья 33 Федерального зако­на «Об исполнительном производстве» (в точности предписывающая: «если должником является гражданин, то исполнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным приставом­исполнителем по месту его жительства, месту пребывания или местонахож­дению его имущества» (ч.1); «если должником является организация, то ис­полнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются по ее юридическому адресу, местонахождению ее имущества или по юридическому адресу ее представительства или филиала» (ч.2)) регу­лирует вопросы «принудительного исполнения судебных актов, актов других органов …»2, а не вопросы добровольного исполнения постановления лицом, в отношении которого оно вынесено, и никак не определяет место соверше­ния правонарушения, выражающегося в неуплате административного штра­фа. Стоит отметить, что при данной достаточно абстрактной мотивации действий судей без внимания остаются некоторые существенные моменты. Во-первых, принцип равенства перед законом, закрепленный в ст. 1.4 КоАП, согласно которому: «лица, совершившие административные правона­рушения, равны перед законом. Физические лица подлежат административ­ной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, про­исхождения, имущественного и должностного положения, места жительства,

отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объеди­нениям, а также других обстоятельств. Юридические лица подлежат админи­стративной ответственности независимо от места нахождения, организаци­онно-правовых форм, подчиненности, а также других обстоятельств»1. Во-вторых, в ряде случаев совершенно правомерно возникает вопрос: как иностранное лицо может совершить (а точнее, не совершить!) правона­рушение, о котором идет речь, по месту своей регистрации (проживания), ес­ли у России с государством, в котором оно зарегистрировано (проживает) от­сутствуют соответствующие международные соглашения, касающиеся пере­вода денежных средств с территории иностранного государства? В таких случаях по месту своей регистрации (жительства) лицо по объективным при­чинам априори не имеет реальной возможности выполнить свое обязательст­во перед Российской Федерацией. Существуют Соглашение стран СНГ от

жет быть общим правилом, то даже в случае, если имеются соответствующие международные соглашения о межбанковских расчетах, физически предпри­нять действия по оплате штрафа лицо может как на территории иностранного государства, так и на территории Российской Федерации, а если соглашения между государствами нет, то только на территории Российской Федерации. Итак, в результате бездействия иностранных лиц, не уплативших свое­временно административный штраф в срок, установленный КоАП, ими на­рушаются нормы российского законодательства, производство по делам об административных правонарушениях по ч.1 ст. 20.25 КоАП, в том числе и в отношении иностранных лиц, не содержит каких-либо отличий по сравнению с общим порядком привлечения лиц к административной ответственности (при этом следует не забывать и о принципе равенства), денежные средства должны быть перечислены лицами на расчетный счет таможенного органа, где им назначены административные наказания, и соответственно необходи­мость подвергнуться административному наказанию1 должна возникать на территории Российской Федерации, а никак не на территории иностранного государства. Однако непринятие судьями к рассмотрению дел об админист­ративных правонарушениях, возбужденных по ч.1 ст. 20.25 КоАП в отноше­нии иностранных лиц, по месту нахождения таможенного органа, на счет ко­торого должны поступить и не поступили денежные средства, не позволяет с полной уверенностью утверждать о соблюдении и обеспечении ими принци­па неотвратимости наказания, как одного из основополагающих принципов юридической ответственности: фактические основания юридической ответ­ственности (совокупность признаков, свидетельствующих о совершенном правонарушения) есть, а юридические (правоприменительный акт) не насту­пают. Разрешить данную проблему и однозначно определить порядок при­влечения лиц, зарегистрированных (проживающих) за пределами территории

Российской Федерации, к административной ответственности по ч.1 ст.

Аналогичная ситуация обстоит и с правом на обжалование в порядке надзора решений судей по жалобам на постановления по делам об административных правонарушениях, которым не обладают органы (должностные лица), вы­несшие постановления. Коренная причина этому – отсутствие органов (должностных лиц), ведущих производство по делу об административном правонарушении, в главе 25 КоАП в качестве участников производства.