Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Рефракционная теория художественного перевода. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
61
результате художественного познания отношения «человек – мир». Объективация смыслов с установкой на эстетическую значимость приводит к актуализации творческого потенциала языка в художественном словесном творчестве, в частности, за счет дезавтоматизации процесса порождения знака, развития и углубления его асимметричного дуализма, актуализации внут­ренней формы слова. При художественной объективации ав­торской концепции происходит ценностное осмысление и «ранжирование» знаков естественного языка на доминантные и дополнительные с точки зрения их способности выражать мыс­ли автора.
При рассмотрении формы художественного текста необ­ходимо учитывать его семиотический и структурный аспекты. Спецификой художественного знака является его образность, заключающаяся в семантической двуплановости. Р. О. Якобсон отмечает, что если знак первичной моделирующей системы строится на связи между означающим и означаемым, основан­ной преимущественно на их «кодифицированной смежности», что обусловливает «плоскостный» и «устойчивый» характер се­мантики обычного знака [1975: 223], то знак вторичной модели­рующей системы строится на связи между означающим и озна­чаемым, которая осложнена, во-первых, импликацией в его структуре означаемого и означающего первичного знака, по­скольку является результатом его генерализации, во-вторых, разнообразными функционально-контекстуальными отношени­ями вторичного знака. В концепциях А. А. Потебни и Б. М. Энгельгардта образность художественного слова объясня­ется актуализацией его внутренней формы, что составляет его основное отличие от слова, используемого в других типах тек­ста. Полагаем, что образность художественного знака мотивиро­вана прежде всего образностью художественного осмысления отношения «человек – мир», характер которой обусловливает своеобразие словесной образности каждого произведения.
При рассмотрении структурного аспекта художественного текста необходимо учитывать высокую степень его организо­ванности и два основных вида художественной речи, различаю­щиеся структурой ритма: стихотворный (соотносимый с поняти­ем поэзии) и нестихотворный (соотносимый с понятием прозы).
62
В структурном аспекте художественный текст представляет со­бой сложную систему соотнесенностей, которая основана на со­и противопоставлении элементов. При этом поэтический текст, являясь сложно организованным смыслом, генерируемым по принципу возращения, характеризуется взаимной эквивалентно­стью и параллелизмом компонентов, что обусловливает принци­пиальную невычленимость слова из поэтического текста и его специфическую ритмичность [Лотман 1994; Якобсон 1987]. На рубеже XX – XXI вв. феноменологическое триединство «ритм – форма – содержание» получило свое математическое обоснова­ние при изучении процессов, протекающих в художественном творчестве, методом ритмико-гармонической точности в эстети­ко-формальном стиховедении, разрабатываемом О. Н. Гринбаумом с опорой на философско-феноменологическое и математическое знание [Гринбаум 2000, 2001а, 2001б, 2008].
Необходимо отметить, что понятия поэзии и прозы полу­чили в истории широкую и узкую трактовку. Являясь производ­ным от греческого слова «poieo» («творю»), термин «поэзия» (греч. «poiesis») имеет значение «творчество». Он служит для обозначения разных по объему объектов, поэтому может тракто­ваться в широком и узком смысле: с одной стороны, поэзией в широком значении термина называют искусство слова, с другой, в узком значении, – только стихотворную, ритмически постро­енную речь, а также «совокупность стихотворных произведений какого-л. народа, времени, поэта или группы поэтов» и «очаро­вание, обаяние; что-л. прекрасное, волнующее» [СИС 1989: 405].
Термин «проза» (лат. «prosa»), восходящий к латинским словам «prorsa» («прямая») и «proversa» («обращенная вперед», в отличие от лат. «versus» – «повернутый назад») также обозна­чает явления разного объема: в широком смысле – «сплошную речь произвольного ритма, подчиненную в первую очередь ин­формационной установке», а в узком – «совокупность нестихо­творных художественных произведений» [там же: 411]. При этом в отличие от термина «поэзия» прозой также принято называть «обыденность, повседневность» [там же].
Широкая трактовка данных понятий связана с их перво­начальным толкованием, уходящим корнями в историю сло­весного искусства. Если первоначально поэзией называли
63
именно словесное искусство в целом в связи с преобладанием в нем вплоть до Нового времени стихотворной формы и близких ей ритмико-интонационных форм, то прозой первоначально назывались все нехудожественные словесные произведения, в частности философские, научные, ораторские и публицистиче­ские. Широкая исторически сложившаяся трактовка понятия поэзии объясняет возможность и широкого толкования понятия поэтичности как качества произведения словесного творчества, отличающего его от произведений других видов искусства и от других типов текстов.
В то же время узкая трактовка терминов «поэзия» и «про­за», связанная с понятием стихотворной формы, приводит к необходимости специального определения понятия поэтичности в соотношении с понятием стиха. Интересно, что поэзия возни­кает именно в стихотворной форме. В ней существовали основ­ные жанры античности, средневековья, Возрождения и класси­цизма. До Нового времени стихотворная форма являлась тем уникальным способом организации речи, который превращал словесное высказывание в творчество. Возникнув как обособле­ние от утилитарной прозы, стихотворная форма упорядочивала звучащую речь и характеризовалась «эстетикой завершенности» [Кожин 1987: 293]. Она соотносилась в эстетике прошлого с ка­тегорией прекрасного, представляя собой «заранее установлен­ное ограничение, которое создает возвышенность и красоту сло­ва» [Там же]. Посредством нее эмпирический факт превращался в факт художественный. При этом проза, утвердившаяся как форма словесного искусства лишь в XVIII – начале XIX в. вследствие ослабления значимости факторов, породивших поэ­зию, развивалась до Нового времени на периферии словесного искусства, оформляя смешанные, полухудожественные словес­ные явления, такие как исторические хроники, мемуары, пропо­веди, философские диалоги, а также «низкие» жанры, например фарсы и мимы.
Размышляя о соотношении поэзии и прозы и их диффе­ренцирующих признаках, Ю. М. Лотман [1994] выделяет в гене­зисе поэзии и художественной прозы этапы расподобления и уподобления языка. Стихотворная речь, отличная от разговор­ной и всех видов письменной нехудожественной речи и перво-
64
начально единственная форма словесного искусства, послужила материалом для воссоздания действительности средствами «обычного» языка, что привело к появлению художественной прозы. С одной стороны, она соотносилась с поэзией предше­ствующего времени по принципу контраста, а с другой стороны, при устремленности к «обычной» речи не сливалась с ней. Сле­дующий этап характеризуется сосуществованием поэзии и про­зы как самостоятельных художественных систем, коррелирую­щих между собой. Таким образом, художественная проза опре­деляется как эстетическая система, возникшая в процессе отри­цания поэтической системы, и поэтому рассматривается как эс­тетически вторичная по отношению к поэзии и воспринимаемая на ее фоне. В связи с этим художественная проза считается эсте­тически более сложной системой.
В зависимости от двух способов организации художе­ственной речи (стихотворной и прозаической) можно выделить два вида языковой формы художественного текста: прозаиче­скую и стихотворную художественную форму, которые могут быть свойственны произведениям всех трех родов литературы: эпоса, лирики, драмы. Примерами этого могут служить такие произведения, как роман в стихах А. С. Пушкина «Евгений Оне­гин», «Стихи в прозе» И. С. Тургенева, драматические произве­дения У. Шекспира, написанные как прозой, так и стихами. Со­ответственно свойство художественной языковой формы может трактоваться в широком смысле как характерное для всех худо­жественных текстов. В то же время с учетом дифференциации прозаической и стиховой организации художественной речи данное свойство может трактоваться в узком смысле как свой­ство художественной стиховой или художественной прозаиче­ской формы, что обусловливает возможность общей и специаль­ной трактовки самого понятия поэтичности в зависимости от способа организации художественной речи.
В общем, широком, значении поэтичность является сущно­стью художественного текста любой формы и может быть опре­делена как реализованное в системе образов и объективированное в художественной языковой форме идейно-эмотивное единство, генерированного в процессе художественного познания.
65
В узком, специальном, смысле поэтичность является сущ­ностью художественного стихотворного текста, часто называе­мого художественным, и представляет собой единство таких его типологических свойств, как идейность и эмотивность, образ­ность, художественная стиховая форма. Такой подход позволяет учитывать своеобразие систем стихосложения, развившихся в национальных культурах в зависимости от специфики нацио­нальных языков, и включает в себя такие традиционно рассмат­риваемые стиховедением характеристики поэтического текста, как: метр, размер, рифма, внутристиховые интеграционные свя­зи, межстиховые реляционные связи, тип строфы, тип компози­ции. При этом поэтичность, с нашей точки зрения, нельзя при­равнивать к стихотворности: не всякий текст, написанный в сти­хотворной форме, обладает качеством поэтичности, поскольку не каждый стихотворный текст порождается в процессе художе­ственного осмысления отношения «человек – мир».
Также в специальном смысле поэтичность является сущ­ностью художественного прозаического текста и объединяет такие его типологические свойства, как идейность и эмотив­ность, образность, художественную прозаическую форму. Такое толкование позволяет говорить о поэтичности художественной прозы. Напомним, что, если понятие художественности связано с идеей принадлежности прозаического текста к сфере искус­ства, то качество поэтичности, учитывающее специфику исполь­зуемого материала и процесс эстетической языковой объектива­ции, определяет специфику художественной прозы как словес­ного искусства в ряду других видов искусств.
Узкая трактовка понятия поэтичности, с одной стороны, учитывает историческую соотнесенность словесного искусства со стихотворной формой, с другой – дифференциацию поэзии и художественной прозы, связанную с культурой эпохи Возрож­дения и появлением итальянской новеллы Возрождения. В це­лом мы полагаем, что возможность использования термина «по­этичность» в широком и узком смысле для обозначения типоло­гической доминанты художественного текста обусловлена гене­зисом словесного искусства.
66
Специфика художественной языковой формы в единстве знакового и структурного аспектов объясняет такие антиномии художественного текста, как спонтанность и высокую степень организованности, мягкость художественного языка и жесткость структуры. Кроме того, данное свойство позволяет разграничи­вать, во-первых, поэзию и художественную прозу, во-вторых – текст художественный и стихотворный, имеющий стиховую ор­ганизацию, но не обладающий качеством поэтичности, в-третьих – художественную прозу и другие виды прозаически организо­ванных текстов. Рассмотренное свойство художественного тек­ста мотивировано его свойствами глубинного уровня – идейно­стью, эмотивностью и образностью. Именно детерминирован­ность формы художественной концепцией автора отличает ху­дожественный текст от текстов, имеющих стихотворную или прозаическую форму, но не обладающих поэтичностью и не яв­ляющихся художественными по своей сути.
Таким образом, на основе выявленных свойств поэтич­ность трактуется как реализованное в образной системе и ха­рактеризующееся эстетически ценной языковой объективацией идейно-эмотивное единство, порожденное художественным познанием ценностного аспекта связи «человек – мир». С глу­бинным уровнем процесса порождения художественного тек­ста, в нашем представлении, соотносятся свойства идейности, эмотивности и образности. На глубинном уровне текстопорож­дения протекают процессы познания и образного осмысления ценностного аспекта отношения «человек – мир» и генерации на этой основе художественного замысла. Поверхностный уро­вень составляют процессы объективации художественной кон­цепции автора, сформированной при художественном освоении действительности.
В целом поэтичность трактуется нами как комплексная текстовая категория, представляющая собой единство типологи­ческих свойств художественного текста и охватывающая его глубинный и поверхностный уровни. Она составляет специфику художественного мышления при генерации смыслов и их объек­тивации [Шутёмова 2011]. Именно единство названных типоло-
67
гических свойств определяет качество художественного текста, отличающее его от других типов текста.
2.2. Поэтичность, литературный род и жанр: соотношение понятий
При обобщении ранее изложенного необходимо еще раз подчеркнуть, что поэтичность составляет, с одной стороны, сущность художественного текста, дифференцирующую его от других типов текста, с другой – отличие произведения словесно­го искусства от произведений других видов искусства. При этом понятие поэтичности соотносится не только с понятием форм художественной речи, но и с понятиями литературного рода и жанра. Соответственно, в широкой трактовке поэтичность есть сущностное свойство художественного текста в целом, т. е. единство таких его типологических свойств, как идейность, эмо­тивность, образность и художественная языковая форма.
В зависимости от формы организации художественной речи понятие поэтичности может быть конкретизировано и трак-
товаться в узком плане как поэтичность художественного прозаического текста и поэтичность художественного сти­хотворного текста, т. е. поэтичность художественной прозы и
поэзии соответственно.
В зависимости от рода литературы понятие поэтичности может рассматриваться в узком плане как поэтичность эпоса, лирики и драмы. Поэтичность эпоса – эпичность – есть единство идейности, эмотивности, образности и художественной формы эпических произведений, характеризующихся установкой на «со­общение о чем-то внешнем говорящему, явленные в форме по­вествования» [Хализев 2004: 310], что не противоречит литерату­роведческому представлению об эпичности / эпическом как «ве­личественно-спокойном, неторопливом созерцании жизни в ее многоплановости, широте взгляда на мир и его принятии как це­лостности» [Там же]. Поэтичность лирики – лиричность / лиризм – объединяет типологические свойства лирических произведений, которым свойственна «речевая экспрессия», «возвышенная эмо­циональность, сопряженная с областью задушевного, интимного,
68
личного» [Там же]. Поэтичность драмы – драматичность / дра­матизм – означает идейно-эмотивное единство, образность и спе­цифику художественной формы драматических произведений, в которых актуализируется апеллятивная функция речи, при этом в теории литературы драматизмом также называют «умонастрое­ние, связанное с напряженным переживанием каких-то противо­речий, с взволнованностью и тревогой [Хализев 2004: 310].
Кроме того, узкая трактовка понятия поэтичности может быть предложена в соотношении с понятием «литературный жанр», поскольку последний является одним из факторов, опре­деляющих поэтичность, как сущностное свойство произведения словесного искусства. В литературоведческом энциклопедиче­ском словаре понятие «жанр литературный» определяется как «исторически складывающийся тип литературного произведения» [Кожинов 1987: 106]. Жанры, при всей остроте проблемы их ис­торического развития и классификации, выделяются преимуще­ственно на основе следующих критериев: 1) принадлежность к определенному литературному роду, 2) обладание доминирую­щим эстетическим качеством, 3) объем и структура произведения.
Исследователи отмечают наличие у литературного жанра как внешнего, формального, так и внутреннего, содержательно­го, плана, выявляя связь жанровой формы с тематикой произве­дений и особенностями художественного мировосприятия авто­ра, и формулируют тезис о содержательности жанровой формы [Бахтин 1979; Лихачев 1979; Хализев 2004]. При этом, как отме­чает М. Л. Гаспаров, «за твердыми стиховыми формами закреп­ляется более или менее твердое содержание» [1987: 436]. Так, например, танка, являясь древнейшим жанром японской поэзии, формально представляет собой нерифмованное пятистишие из тридцати одного слога (схема: 5+7+5+7+7), сочиненное на темы любви, разлуки, странствий, времен года и изобилующее тропа­ми, создающими эффект иносказания [Горегляд 1987: 434].
Обладая внешним и внутренним планами, жанр формаль­но и содержательно влияет на поэтичность произведения. Авто­ры часто сознательно выбирают определенный жанр, исходя из его содержательных и формальных возможностей, для реализа­ции своего художественного замысла.
69
Всем художественным текстам свойственно соединение общих характеристик жанра (как типа литературных произведе­ний) с жанровым своеобразием отдельного произведения, обла­дающего индивидуальной поэтичностью. Именно поэтичность каждого произведения становится «кирпичиком» в постепенно складывающемся типе литературных произведений, вызывает изменение жанров, влияет на их историю. В этом, в частности, проявляется свойственная категории поэтичности диалектика общего и единичного. С одной стороны, поэтичность каждого произведения индивидуальна, в этом категория поэтичности со­относится с философской категорией единичного. С другой сто­роны, произведения определенного автора, жанра, эстетического направления или эпохи в целом характеризуются доминирую­щей идейностью, эмотивностью, образностью и преобладающи­ми принципами эстетической объективации художественной мысли, что позволяет соотнести категорию поэтичности с фило­софской категорией общего.
Поэтичность произведений определенного жанра мож- но рассматривать, на наш взгляд, как характерное для того или
иного типа литературных произведений сопряжение традици­онных для него идейности и эмотивности, образности и эсте­тических принципов их языковой объективации. Так, при всей
размытости и неопределенности понятия «элегия», отмечаемой исследователями [Гаспаров 1987; Хализев 2004], поэтичность произведений этого жанра – элегичность – можно трактовать как сопряжение характерных для него свойств:
1) идейности и эмотивности, ставших традиционными
именно для элегии,
2) сложившейся веками в элегических произведениях бо­гатой системы образов, в которой реализуется художественная мысль авторов,
3) выработанных в истории элегии эстетических принци­пах языковой (стиховой) объективации художественных кон­цепций.
Отметим, что формальные свойства лирического жанра эле­гии, возникшего в VII в. до н. э., эволюционировали от элегиче- ского дистиха (сочетание гекзаметра с пентаметром) до стихо­творной формы средней длины без отчетливой композиции с по-
70
вествованием от первого лица, при этом содержательный план элегии характеризуется разнообразием и включает морально­политические мотивы (Каллин, Тиртей, Феогнид), любовную те­матику (Катулл, Проперций, Овидий), медитативность, выраже­ние грусти и печали (Т. Грей, Э. Юнг, А. Ламартин, А. Шенье).
Соответственно поэтичность произведений жанра баллады – балладность – можно рассматривать как сопряжение свойств, сложившихся в процессе его эволюции:
1) характерной для баллад идейно-эмотивной основы,
2) традиционной для них образности,
3) принципов эстетической языковой (стиховой) объекти-
вации поэтической мысли.
Под балладой понимают твердую форму французской поэ­зии XIV–XV вв., развившуюся из скрещения северно-француз­ской танцевальной «баллеты» и провансальско-итальянской по­луканцоны и включающую три строфы, окачивающиеся на оди­наковые рифмы (ababbcbc для восьмисложного стиха и ab­abbccdcd для десятисложного стиха), рефрен и заключительную полустрофу. Баллада, ставшая лиро-эпическим жанром англо­шотландской народной поэзии XIV–XVI вв., характеризовалась повествованием на исторические, сказочные-бытовые темы, окрашенным трагизмом, таинственностью, драматической диа­логичностью, и породила в эпоху романтизма жанр литератур­ной баллады. Аналогично можно характеризовать поэтичность оды, сатиры, триолета, рондо, секстины, терцины, канцоны, ру­баи, газели и т. д.
Соответственно логике соотношения единичного и общего изучение поэтичности отдельного произведения предполагает анализ системы его индивидуальных свойств, в то время как изучение поэтичности жанра в целом требует обобщения полу­ченных результатов исследования типологической доминанты стихотворений, относящихся к этому типу литературных произ­ведений, что позволяет характеризовать и содержательный, и формальный планы жанров.
С общей философской точки зрения поэтичность, пред­ставляющая собой типологическую доминанту художественного текста, является категорией, выражающей неотъемлемую от бы­тия объекта его существенную определенность, благодаря кото-