Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Перед вызовами времени (циклы модернизации и кризисы в Аргентине). Монография
.pdf
Case study
ЯПФ и нефтяной сектор
Созданная в 1922 г. государственная нефтяная корпорация «Ясимьентос
петролиферос фискалес» (ЯПФ) долгие годы являлась символом экономического суверенитета Аргентины и играла исключительную роль в хозяйственной жизни страны. С момента своего образования ЯПФ обеспечивала львиную долю добычи нефти и контролировала свыше половины ее коммерциализации. На долю компании приходилось до 10% национального ВВП.
До начала 1990-х гг. все попытки различных правительств (в том числе
А. Фрондиси и Р. Альфонсина) ощутимо ограничить доминирование ЯПФ
и ассоциировать компанию с иностранными партнерами заканчивались провалом, натыкаясь на яростное сопротивление политической оппозиции
и профсоюзов. В 1989 г., когда К. Менем объявил о намерении приватизировать ЯПФ, она обеспечивала 63% добычи нефти, 61% переработки, а на ее
предприятиях было занято 35 тыс. рабочих и служащих. Это был один из
крупнейших работодателей Аргентины. В первую очередь благодаря ЯПФ
страна полностью обеспечивала себя нефтью и основными нефтепродуктами, гарантировала национальную энергобезопасность. Аргументы в пользу
приватизации ЯПФ не отличались новизной: низкая эффективность в расчете на одного занятого, огромные долги, недостаточный технический уровень, архаичная корпоративная структура, непрофессиональный менеджмент. На роль главного приватизатора компании был назначен боливийский
бизнесмен-нефтяник Хосе Эстенссоро, имевший значительный опыт работы
в нефтяной промышленности США. В декабре 1990 г. К. Менем подписал
декрет № 2778 и дал «зеленый свет» приватизации ЯПФ, превратив компанию в акционерное общество. Параллельно были открыты двери в нефтяную промышленность Аргентины частным национальным и иностранным
предпринимателям. Уже в 1993 г. в этом секторе, наряду с ЯПФ, работало
еще свыше 30 частных фирм. Процесс приватизации бывшей госмонополии
прошел несколько этапов и растянулся до июня 1999 г., когда испанская
энергетическая корпорация «Репсоль» за 13 млрд дол. приобрела 100% акций
ЯПФ. К этому моменту персонал аргентинской компании сократился до
5 тыс. человек (т.е. уменьшился в 7 раз), а сама она вышла на сравнительно высокую рентабельность, оставив далеко позади времена хронической
убыточности. Вновь образованная корпорация «Репсоль — ЯПФ» вошла в
число ведущих мировых нефтяных компаний, а энергетический сектор аргентинской экономики быстро приобретал новую конфигурацию.
С покупкой ЯПФ испанским капиталом процесс приватизации в Аргентине в основном завершился. Приватизация коренным образом пре-
образила картину хозяйственной жизни. Оставшиеся в руках государства
экономические активы (включая предприятия атомной энергетики) уже
не определяли характер и структуру национальной экономики. Это дает
124
возможность подвести некоторые итоги приватизационного процесса и отметить те перемены, которые произошли в компаниях, перешедших в частную собственность. Выделим наиболее характерные общие моменты.
Во-первых, практически на всех приватизированных предприятиях
произошло обвальное сокращение количества персонала. А если брать
в целом, то в бывших государственных компаниях, работавших в сфере
коммунальных услуг и транспорта, число занятых сократилось с 230,6 тыс.
человек в 1988 г. до 75,8 тыс. в 1998 г. (в 3 раза)
182
. Во-вторых, приватизированные предприятия, как правило, демонстрировали сравнительно
высокую рентабельность (8–12%), значительно превышавшую средние
показатели по стране (3–5%).
Имеющиеся данные показывают противоречивое воздействие процесса приватизации на макроэкономическое положение Аргентины.
С одной стороны, произошло существенное повышение эффективности
многих предприятий, перешедших в частные руки, повысилась их рентабельность, с государства была снята тяжелая ноша — поддержка убыточных компаний. Более того, приватизация непосредственно пополнила аргентинский бюджет и благодаря операциям «долги за активы» позволила несколько сократить долговую нагрузку на экономику. Вместе
с тем рационализация производства вела к массовым увольнениям и
росту безработицы, что закладывало, скажем так, социальную мину за-
медленного действия. И это были еще далеко не все негативные последствия приватизации и в целом неолиберальной перестройки.
Экспансия транснациональных корпораций и концентрация
капитала
Неолиберальные реформы обусловили беспрецедентное усиление позиций транснационального капитала, степень влияния которого на хозяйственную жизнь Аргентины можно было сравнить лишь с началом
ХХ в., когда иностранный капитал занял многие ключевые позиции в
наиболее рентабельных секторах. Новый этап экспансии ТНК, развернувшийся в 1990-е гг., отличался рядом особенностей, и прежде всего беспрецедентными масштабами прямых инвестиций, аккумулированный объем которых в период 1991–2001 гг. вырос почти в 7 раз (см. табл. 4.2).
Отраслевое распределение капиталовложений ТНК (см. рис. 4.1) в
целом отражало доминировавшие в тот период общемировые тренды
движения капитальных потоков. Как правило, большая часть инвестиций
направлялась в наиболее динамичные сервисные сектора. В аргентинском
случае речь преимущественно шла о таких отраслях, как коммунальные
услуги, финансы, торговля и телекоммуникации. Значительные ресурсы
аккумулировались в обрабатывающей промышленности (автомобилестроение, химия и нефтехимия, пищевкусовая отрасль). Обращает на себя
внимание высокая доля добывающей промышленности, что объяснялось
125
в первую очередь огромными инвестициями в приобретение активов,
занимавшихся добычей, переработкой и коммерциализацией углеводо-
родов (нефть и природный газ).
Таблица 4.2
Прямые иностранные инвестиции в Аргентине (аккумулированный объем
на конец года в млн дол.)
Год Финансовый
сектор
1991 1334 10190 11524 100
1992 1393 14910 16303 141
1993 1748 16772 18520 160
1994 1955 20473 22428 194
1995 2528 25463 27991 242
1996 3001 30556 33590 291
1997 4507 37506 42087 364
1998 5671 42126 47903 414
1999 6403 55523 62037 537
2000 7205 65730 73087 632
2001 7012 68986 75998 659
Источник. Ministerio de Economía. — www. mecon. gov. ar
Реальный
сектор
Всего Индекс
1991 г. = 100
Рис. 4.1. Отраслевая структура прямых иностранных инвестиций
в Аргентине в 1992–2000 гг.
Источник. La inversión extranjera en América Latina y el Caribe. CEPAL, San-
tiago de Chile, 2002. P. 68.
Анализируя стратегию ТНК в Аргентине периода 1990-х гг., можно
подразделить международные компании на следующие группы по профильным бизнес-интересам. Первая группа — корпорации, заинтересованные исключительно в работе на аргентинском рынке услуг. К ним,
126
в частности, относятся уже упомянутые телекоммуникационные фирмы
и авиаперевозчик «Иберия». В их стратегии четко прослеживалась линия
на модернизацию купленных предприятий, расширение спектра услуг
и обеспечение максимальных прибылей путем рационализации бизнеса
и поддержания сравнительно высоких тарифов, уровень которых согласно закону «О конвертируемости» и соглашениям с правительством Аргентины рос в соответствии с темпами инфляции в США. В результате
данные компании были чистыми импортерами, поскольку продавали свои
услуги почти исключительно на местном рынке (реализовывали так называемые неторгуемые товары), но ввозили из-за рубежа значительное
количество оборудования и технологий, необходимых для технического
перевооружения предприятий. В указанную группу, кроме того, входили
компании энергетического сектора, торговые и финансовые структуры,
где транснациональный бизнес также приобрел лидирующие позиции.
Например, в электроэнергетике командные высоты заняли испанские
и французские фирмы: «Эндеса Эспанья», «Энергис», «Электриситэ де
Франс», «Луи Дрейфус», «САУР Интернасиональ»; американские «АЭС
корп.», «Энрон» и другие. В газовой отрасли прочно обосновались «Камуцци Газометри» и «Италгас» (Италия), «Бритиш Гэз» и «Юнайтед Ютилитис» (Великобритания), «Ройал Датч/Шелл Групп» (Великобритания/
Нидерланды), «Трактебель» (Бельгия), ИБЕРДРОЛА (Испания). В торговле мощную экспансию, поставившую под иностранный контроль
основные сети супермаркетов, осуществили французские «Каррфур»,
«Промодэ», «Касино Гишар Перрашон» и «Ашан», голландские «Ройал
Ахолд» и «Конинклихе Ахолд НВ». Именно благодаря массированному
проникновению ТНК доля супермаркетов в розничной торговле возросла в 1990-е гг. в 2 раза, достигнув к 2000 г. порядка 60%
183
.
Иностранное присутствие в банковской сфере Аргентины было тра-
диционно существенным. Однако до середины 1990-х гг. ведущую роль
в финансовой системе страны играли государственные кредитные учреждения федерального и провинциального уровня, а также многочисленные
сравнительно небольшие местные частные банки. «В русле общей стратегии, — пишет Н.Н. Холодков, — существенному пересмотру подвергся и режим взаимодействия с зарубежными кредитными институтами,
который стал базироваться на принципе равных возможностей для местного и иностранного банковского капитала»
184
. Действительно, ситуация
стала стремительно меняться после февраля 1994 г., когда правительство
К. Менема специальным декретом № 146 сняло почти все ограничения
на приток зарубежного капитала в национальную кредитную систему.
Одновременно были резко повышены требования к финансовым организациям и установлены более высокие уровни их минимального капитала. Это вызвало неизбежный процесс концентрации в отрасли, чем
воспользовались зарубежные инвесторы, предприняв широкомасштабную
скупку местных финансовых структур. В итоге в 2001 г. на долю ино-
127
странных владельцев приходилось 53% всех активов аргентинской банковской системы
185
.
Особый размах продемонстрировали американские «Ситикорп» и «Бостон», а также европейцы, чью экспансию возглавили два испанских
финансовых гиганта: «Банко Сантандер Сентраль Испано» (БССИ)
и «Банко Бильбао Вискайа Архентариа» (ББВА), к которым подключились английский «Гонконг энд Шанхай Бэнкинг Холдингс ПЛК» (ХСБК
Холдингс), французские «Банко Судамерис», «Кэс Насиональ де Креди
Агриколь» и итальянские «Банко Национале дель Лаворо» и «Асикурациони Хенерали Спа». В результате в первой десятке аргентинских банков
с иностранным участием 7 оказались под контролем европейского капитала и только 2 — американского и 1 — канадского
186
. Оценивая ситуацию в целом, следует отметить еще одно характерное следствие процесса
концентрации и интернационализации банковского капитала в Аргентине: резкое сокращение общего количества учреждений за счет падения
удельного веса национальных (государственных и частных) финансовых
институтов (см. табл. 4.3).
Таблица 4.3
Динамика количества банковских учреждений (1991–1999 гг.)
Год Всего Государственные
1991 213 31 150 32
1995 158 32 96 30
1999 119 16 63 40
Источник. El fracaso del Consenso de Washington. La caída de su mejor alumno:
Argentina. Barcelona, 2003. P. 72.
Частные
национальные
Частные
иностранные
Вторую группу иностранных компаний, «рванувших» в 1990-е гг. в Аргентину, образовали фирмы, заинтересованные в местном рынке промышленных товаров. И в этом случае приоритет был явно на стороне европейских бизнес-структур. Так, из почти 458 тыс. автомобилей, произведенных в Аргентине в 1998 г. (максимальный уровень, достигнутый в 90-е
годы прошлого века), на долю европейских фирм «Фиат», «Пежо — Ситроен», «Рено», «Фольксваген» и «Даймлер-Крайслер» приходилось
304 тыс., или свыше 66%
187
. Похожая ситуация сложилась в пищевкусовой
отрасли, где европейские концерны «Гленкор», «Нестле» и «Груп Андре»
(Швейцария), «Данон» (Франция), «Пармалат» (Италия), «Варстайнер»
(Германия), «Хайнекен» (Нидерланды), «Бритиш Америкэн Тобэкко» (Великобритания) и др. скупили местные компании-лидеры и прочно обосновались на рынке, модернизировав производство и сбытовую сеть и предложив потребителю новые, более качественные и разнообразные товары.
128
Многие компании второй группы (особенно в первоначальный пери-
од своей экспансии) стали крупными импортерами оборудования, необходимого для технического переоснащения предприятий, а также новых
потребительских товаров (чье производство еще не было организовано
на месте) для их реализации на местном рынке. Однако с течением времени отдельные корпорации стали сравнительно быстро наращивать
и экспортные поставки. В максимальной степени это относилось к автомобилестроению. Так, в 2001 г. предприятия отрасли поставили за рубеж
продукции почти на 2 млрд дол., что составило 8,2% суммарных экспортных продаж 1000 крупнейших аргентинских компаний, или 7,5%
совокупного экспорта Аргентины
188
.
Крупные инвестиции международные концерны осуществили в хи-
мическую и нефтехимическую промышленность. Здесь выделились американская монополия «Дау Кемикл», англо-голландский «Юнилевер»,
германские «Байер» и «БАСФ», бельгийский «Сольвай». Для этих компаний также был характерен интерес не только к внутреннему аргентинскому рынку, но и к возможностям поставок продукции за рубеж, прежде
всего в соседние южноамериканские страны. Именно освоение этих рынков явилось главным направлением внешнеэкономической деятельности
филиалов автомобилестроительных, пищевкусовых, химических и нефтехимических корпораций. В этом плане транснациональный бизнес,
расширив свое присутствие в Аргентине, стал одним из крупнейших
участников интеграционных процессов, развивавшихся на юге Латиноамериканского региона.
Третью группу составили компании, обосновавшиеся в Аргентине
с целью эксплуатации ее природных ресурсов (нефть, газ, горно-рудное
сырье). В этой группе лидером была испанская нефтяная корпорация
«Репсоль», вложившая в покупку аргентинских активов, прежде всего
ЯПФ, в общей сложности 16,7 млрд дол. и ставшая крупнейшим единоличным инвестором в целом в Латинской Америке. Поглотив ЯПФ, «Репсоль» позиционировалась в первом ряду ведущих транснациональных
нефтяных компаний с интересами в 24 странах мира
189
. К началу XXI в.
«Репсоль-ЯПФ» стала самой мощной бизнес-структурой Аргентины с годовым оборотом продаж, превысившим 8,6 млрд дол. (2000 г.) и объемом
экспортных поставок порядка 2 млрд дол. (7,5% совокупного экспорта
страны). По этим показателям «Репсоль-ЯПФ» далеко превзошла аргентинские филиалы двух других европейских нефтяных гигантов: англоголландской «Ройал Датч/Шелл» и английской «БП Амоко», а также
американских «Эссо» и «Шеврон»
190
.
Единственная важная отрасль аргентинской экономики, где присутствие европейского бизнес-сообщества осталось незначительным, — добыча и переработка горно-рудного сырья. Здесь экспансию иностранного капитала, активно развернувшуюся в 1990-е гг. благодаря новому поощрительному законодательству, принятому правительством К. Менема,
129
возглавили североамериканские (США и Канада), австралийские и юж-
ноафриканские ведущие майнинговые компании. Но это было тем ис-
ключением, которое лишь подтверждало правило: в ходе неолиберальных
реформ впервые после Второй мировой войны произошло чрезвычайное
укрепление позиций, прежде всего, европейских ТНК почти во всех
основных секторах хозяйственной жизни Аргентины. Показательно, что
на долю компаний трех стран — Испании, Италии и Франции — при-
шлось свыше 50% суммарных прямых инвестиций, что в 2 раза превы-
шало аналогичный показатель США (см. рис. 4.2). Данное обстоятельство
отличало Аргентину от подавляющего большинства других государств
Латинской Америки, где американские корпорации (несмотря на
усилившуюся конкурентную борьбу) сохранили свое господствующее
влияние.
Рис. 4.2. Географическое распределение прямых иностранных инвестиций
в Аргентине 1992–2000 гг. (в %)
Источник: La inversión extranjera en América Latina y el Caribe. NU, CEPAL,
Santiago de Chile, 2002. P. 68.
Наряду с классическим и традиционным увеличением прямых капиталовложений, в ходе неолиберальных реформ произошел резкий рост
притока портфельных инвестиций. В 1990-е гг. зарубежные инвесторы,
в том числе институциональные, впервые в истории Аргентины стали
широко приобретать акции компаний (в том числе в ходе приватизации)
на местном фондовом рынке, что привело к значительной активизации
процесса межфирменных слияний и поглощений аргентинских корпоративных активов. Эксперты ЭКЛАК в ходе специального исследования
выявили за период 1991–2001 гг. 100 случаев слияний и поглощений
активов стоимостью свыше 100 млн дол. на общую сумму более 49 млрд
191
дол.
Своеобразным знамением времени явилось возникновение в эти
годы значительного числа смешанных обществ, стратегических партнерств
(альянсов), а также разного рода инвестиционных фондов, занявших свою
130
нишу на рынке акций, облигаций и других ценных бумаг и сыгравших
заметную роль в аллокации местных и международных финансовых
ресурсов.
Case study
Наступление инвестиционных фондов
С самого начала процесса приватизации в Аргентине усилиями местных
и зарубежных предпринимателей и банкиров стали создаваться инвестиционные фонды (ИФ) с целью концентрации финансовых ресурсов, которые
затем использовались для приобретения наиболее привлекательных активов.
Так, в 1991 г. был образован инвестиционный фонд «Ситикорп Эквити Инвестментс» (СЭИ). Одним из первоначальных направлений деятельности
СЭИ стала капитализация находившихся на балансе «Ситибанк» долговых
обязательств (debt-for-equity-swaps). Затем фонд приступил к приобретению
акций быстро растущих телекоммуникационных компаний и стал крупным
игроком на рынке средств связи. В том же 1991 г. был учрежден инвестиционный фонд «Экксел Групп», в скором времени установивший контроль над
50 фирмами не только в Аргентине, но и в других странах: Бразилии, Чили
и Уругвае. До 95% капитала «Экксел Групп» принадлежало институциональным инвесторам США, включая таких престижных, как «Форд Фаундейшн», «Дженерал моторс инвестмент компании» и «Оппенхаймер». За
десятилетие 1990-х гг. фонд приобрел активы общей стоимостью свыше
4 млрд дол. В их числе: сети супермаркетов, системы платной медицины,
предприятия пищевкусовой промышленности. Свой инвестиционный фонд
«Инверсьонес и репресентасьонес» (ИРСА) основал в Аргентине и известный
международный финансист Джордж Сорос. Его структура специализировалась главным образом на приобретении объектов недвижимости (гостиницы, офисные здания), строительстве торговых центров и вложениях
в сельское хозяйство. К началу нынешнего столетия ИРСА превратилась
в крупнейшего в стране владельца сети торговых центров. Общим знаменателем деятельности ИФ было совмещение «под одной крышей» функций
оператора прямых и портфельных инвестиций. Если собственный капитал
фондов формировался (и пополнялся) за счет портфельных капиталовложений институциональных структур и частных лиц, то на аргентинском
рынке (и в других странах) ИФ выступали в роли прямых (стратегических)
инвесторов. В своем большинстве фонды понесли серьезные убытки в период
кризиса 2001–2002 гг. и утратили былую роль.
В 1990–2000 гг. общий объем иностранных капиталовложений (прямых
и портфельных) в аргентинскую экономику составил порядка 138 млрд
дол., из которых на долю ТНК стран Евросоюза пришлось около 60%
(свыше 82 млрд дол.). Причем почти половину этой суммы, или 40 млрд
131
дол., инвестировали компании Испании, ставшие протуберанцами процесса экспансии международного капитала в Аргентину
192
.
Массированный «приход» капитала ТНК в 1990-е гг. имел серьезные
последствия как для самих корпораций, так и для судеб аргентинской
экономики. В условиях быстро развивавшегося процесса глобализации
экспансия в Аргентине (и в целом на латиноамериканском экономическом пространстве) позволила транснациональным корпорациям и
банкам закрепиться на новых рынках, упрочить свои международные
позиции, повысить конкурентоспособность и обеспечить получение
высоких дивидендов. Так, испанская «Телефоника» и французская
«Телеком», приватизировав ЭНТЕЛЬ, уже в первые четыре года вернули все вложенные средства, а в сумме за десять лет работы на аргентинском рынке получили свыше 6,2 млрд дол. прибылей
193
. В 2001 г.
«Телефоника» обслуживала в Латинской Америке больше телекоммуникационных линий, чем в самой Испании. Важнейшее значение операции в Аргентине и других латиноамериканских странах приобрели
для БССИ: доля его региональных филиалов в общем объеме чистых
прибылей выросла с 8% в 1996 г. до 68% в 2001 г.
194
Такого рода факты
позволили экспертам ЭКЛАК сделать следующий вывод: в 90-е годы
прошлого века аргентинская экономика поглотила огромные зарубежные
инвестиции и стала одним из плацдармов экспансии ТНК в Латиноамериканский регион
195
.
Мощное вторжение западных корпораций в хозяйственный орга-
низм Аргентины радикальным образом изменило расстановку экономических сил в стране. К минимуму была сведена прямая предпринимательская роль государства, а многие местные промышленные и финансо-
вые структуры либо разорились, либо перешли под контроль транснационального капитала. Так, если в 1991 г. в числе 100 ведущих аргентинских компаний было 14 государственных, 49 частных местных и
37 иностранных фирм, то к 2001 г. государственных осталось только 3,
частных местных — 34, а число структур, контролируемых ТНК, возросло до 63. Причем доля последних в совокупном объеме продаж пер-
вой сотни лидеров аргентинского рынка увеличилась с 35,7 до 70,6%
(в абсолютных цифрах — с 13,1 до 59,4 млрд дол.)
196
. Более полная информация о месте иностранного капитала в аргентинской экономике
к началу нынешнего тысячелетия подтверждает названную выше тенденцию (см. табл. 4.4).
Концентрация экономической мощи в руках филиалов ТНК оказала
неоднозначное воздействие. С одной стороны, иностранные корпорации
вывели Аргентину из состояния деловой прострации, провели своего рода
«евроремонт» экономики, модернизировали сотни ведущих предприятий,
повысили их эффективность и конкурентоспособность. Вот несколько
фактов. Обследование примерно 150 компаний, приватизированных
132
Таблица 4.4
500 крупнейших компаний Аргентины: состав и удельный вес отдельных
групп по основным показателям (2000 г.)
Показатель
Число компаний 186 (37,2%) 56 (11,2%) 258 (51,6%) 500 (100%)
Занятость 38,1% 9,8% 52,1% 100%
Объем продаж 20,6% 10,9% 68,6% 100%
Объем прибыли 4,8% 11,5% 83,7% 100%
Объем экспорта 24,2% 11,0% 64,8% 100%
Объем импорта 15,5% 6,3% 78,2% 100%
Торговое сальдо
(млн дол.)
Источник. Realidad Económica. 2002, # 189. P. 7.
Местные
компании
1772,3 905,6 - 536,5 2141,4
Совместные
компании
Иностранные
компании
Всего
и перешедших под контроль ТНК, показало, что валовые инвестиции
выросли в среднем на 350%, производительность труда поднялась на 46%,
а цены на выпускаемые товары снизились на 2%
197
. В большинстве случаев приватизация привела к улучшению качества предоставляемых услуг,
способствовала повышению жизненных стандартов населения, включая
его малоимущие слои. Так, переход в частные руки систем электро-, газои водоснабжения способствовал их быстрому расширению и сделал эти
услуги более доступными широким слоям населения. Особое значение
имело развитие водоснабжения, поскольку улучшало санитарное состояние маргинальных кварталов. Это не замедлило положительно сказаться на таком важнейшем показателе, как уровень детской смертно-
сти от инфекционных заболеваний, который за несколько лет снизился
198
на 23%
.
Но были и примеры совсем другого рода. В частности, печально сложился опыт с приватизацией «Аэролинеас Архентинас». Напомним, что
ее приобрел консорциум во главе с испанской «Иберией» в ноябре 1990 г.
без долгов и с внушительным собственным самолетным парком и развитой инфраструктурой. Покупая «Аэролинеас», консорциум брал на себя
обязательство осуществить в течение пяти лет инвестиционный проект
стоимостью 683 млн дол., предусматривавший приобретение дополнительно 15 авиалайнеров. Каков же был реальный итог 10-летнего иностранного (в данном случае — испанского) менеджмента? К 2001 г. уже
давно приватизированная «Аэролинеас» осталась только с одним собственным самолетом, остальные были взяты в лизинг, продала почти все
офисные помещения и залезла в долги на сумму 900 млн дол. И хотя
персонал компании был сокращен с 11,5 тыс. человек до 6,5 тыс., ее
рентабельность не только не возросла, но, напротив, драматическим об-
133
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]