Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Наркомания в поисках выхода из тупика. Нравственное воспитание в системе реабилитации наркозависимой молодежи
.pdf
На нижней границе подросткового возраста у ребенка не просто
возникает видение взрослого мира и осознание себя по отношению к нему, а
формируется новая социальная позиция. У него появляется тот компонент
самосознания, который обеспечивает качественно новое понимание
социального мира. Реальным проявлением этого психического состояния
выступают два разнонаправленных момента: во-первых, попытка
самоутвердиться в обществе взрослых и, во-вторых, растущая
самокритичность, возрастающий самоконтроль.
Итак, с одной стороны, намечается тенденция углубления и усиления
потребности в самоутверждении; с другой - самокритичности, порой
болезненной. Эти позитивно-негативные моменты проявляются во всех
особенностях подростка, как в отрицательных (дисгармоничность личности,
свертывание и изменение установившихся интересов, протестующий
характер поведения по отношению к старшим и др.), так и в положительных
(растущая самостоятельность, развитие содержательных отношений,
податливость влияниям взрослых и др.). Нереализованные тенденции, к
сожалению, приводят к кризисам и конфликтам подростка с родителями,
учителями и т. д. Из анализа литературы видно, что многие специалистынаркологи связывают употребление ПАВ подростками и молодежью с
указанными тенденциями.
Из работ В.С. Мухиной [36] , И.С. Кона [21], Д.И. Фельдштейна [56]
следует, что возможности снятия кризисных явлений подросткового периода
ученые видят в новом этапе развития личности – юношеском периоде. Он
характеризуется тем, что завершается физическое созревание. Большинство
девушек и значительная часть юношей вступают в него уже
постпубертатными, однако на его долю выпадает задача многочисленных
«доделок», устранения диспропорций, обусловленных неравномерностью
созревания и развития.
Педагоги рассматривают данный период как завершающий этап
социализации. Подавляющее большинство юношей и девушек – еще
учащиеся, их участие в производительном труде рассматривается не только
и не столько с точки зрения его экономической эффективности, сколько с
точки зрения его воспитательной ценности. Однако деятельность и ролевая
структура личности на этом этапе уже приобретают новый смысл. Главная
социальная задача этого возраста - самоопределение. Проблемы, связанные
с ним, решаются не только в процессе образования, но и в ходе рефлексии
и включения в различные формы отношений с окружающим миром.
Перед юношами стоит задача социального и личностного
самоопределения, которая означает отнюдь не автономию от взрослых, а
четкую ориентировку и определение своего места во взрослом мире. Это
предполагает наряду с дифференциацией умственных способностей и
интересов, без которой затруднителен выбор профессии, развитие
интегративных механизмов самосознания, выработку мировоззрения и
11
жизненной позиции в процессе участия в различных формах деятельности
вместе с взрослыми и своими сверстниками.
16 – 17-летний человек является взрослым, как в биологическом, так и в
социальном отношении. Он более внимательно, чем прежде, относится к
образу своего «Я», придирчиво изучает себя, при этом не всегда остается
удовлетворенным итогами своего изучения. В результате чего одни
начинают активно самосовершенствоваться в интеллектуальном и
физическом плане, а другие могут быть и разочарованными собой.
Общество видит в молодом человеке уже не столько объект
социализации, хотя, разумеется, продолжает его воспитывать, сколько
ответственного субъекта общественно-производственной деятельности,
оценивая его результаты по «взрослым» стандартам. Ведущей сферой
деятельности для молодежи остается учебная деятельность, но теперь она
наполняется новым содержанием, рассматривается как средство
профессионального и социального самоопределения.
Физическое и социальное становление позволяет оценивать молодому
человеку свои интеллектуальные и физические силы, а внешний вид,
здоровье и участие в различных видах деятельности - осознавать такие
качества, как уверенность, смелость, бодрость, жизнерадостность,
стремление занять активную гражданскую и общественную позицию.
Характеризуя этот период, В.Е.Смирнов писал, что «сама юность есть
огромный порыв».
Этот «общий порыв» выражается в романтическом стремлении к чему-то
большому, значительному; именно в этом возрасте молодого человека
больше всего пугает мысль о серой, заурядной жизни. «Юность отважна и
полна героизма», - писал Герцен о русской молодежи.
В это время наряду с чертами юношеского романтизма и приподнятости
у молодежи особо могут проявляться критичность, глубокая социальная
заинтересованность, бескомпромиссная непримиримость к недостаткам,
обостренное восприятие всего нового, передового. Эти проявления делают
прогрессивную молодежь активной силой социального прогресса.
Юность - это время, когда возрастает интерес не только к общественнополитическим, но и к моральным проблемам. Молодежь ставит перед собой
серьезные вопросы о смысле жизни, правах и обязанностях человека в
обществе, соотношении личного и общественного, о счастье и долге,
дружбе и любви, возникает глубокий интерес к отношениям между людьми,
к внутренним переживаниям человека. У них заметно растет самосознание.
Это чувство связано с потребностью уяснить свое место в обществе с тем,
чтобы занять в нем активную позицию. Молодые люди активно исследуют
значимые качества личности, соотносят их со своими возможностями и
активно интериоризируют.
В этот период активно формируется и самооценка, пока еще очень легко
изменяющаяся, с резкими переходами от одного полярного понятия о себе к
12
другому, складывается уровень притязаний. Самооценка личных качеств
сопоставляется с оценкой их окружающими.
Я. С. Лейтес, изучая особенности умственной деятельности юношей и
сравнивая их с развитием умственной деятельности у учащихся
подросткового возраста, отмечал у юношей значительное развитие
теоретической мысли, стремление к обобщениям, поиск общих принципов и
законов, стоящих за частными фактами.
Систематизация знаний приобретает в юношеском возрасте ярко
окрашенный эмоциональный характер. Глубокое переживание фактов и
обобщений становится основой убеждений, руководящим мотивом всего
поведения учащихся. Расширение деятельности, контактов с обществом
обозначает потребность в знании культуры общения и законов государства.
Однако широта умственных интересов, отмечает И. Кон, часто
сочетается у юношей с разбросанностью, отсутствием системы и методов
работы. Иногда юноши склонны преувеличивать уровень своих знаний и
особенно умственных возможностей. Во избежание этого следует их активно
включать в различные виды когнитивной деятельности и систематизации
полученных результатов, а также в различные конкурсы, соревнования, итоги
которых будут отражать реальный уровень их интеллектуального и общего
развития.
Развитие познавательных функций и интеллекта в юности тесно связано
с развитием творческих способностей, предполагающих не просто усвоение
информации, а появление новообразований в формировании своего «Я»,
поведении и отношении к деятельности, в частности, интеллектуальной
инициативы, во взаимоотношении с окружающими, учителями,
сверстниками и т.д.
Психологи отмечают, что в этом возрасте наряду с общим повышением
уровня эмоциональной избирательности (на какие стимулы реагирует
субъект), продолжается дифференциация по силе реактивности. Уровень
эмоциональной реактивности, способности личности переживать чувства и
эмоции обусловлен отчасти ее конституциональными свойствами (это
доказывается изучением близнецов) и отчасти условиями воспитания.
Следует подчеркнуть, что низкий уровень эмоциональной реактивности —
фактор психологически неблагоприятный. По данным Калифорнийского
лонгитюда, подростки и юноши с низкой эмоциональной реакцией оказались
более беспокойными, раздражительными, эмоционально неустойчивыми,
менее решительными и общительными, чем их высокореактивные
сверстники.
По мнению ученых, у большинства людей переход от подросткового к
юношескому возрасту сопровождается улучшением коммуникативности и
общего эмоционального самочувствия. Это положение подтверждает
лонгитюдное исследование Е.А. Силиной, обследовавшей одних и тех же
детей в VII и вторично в IX классе. Юноши по сравнению с подростками
обнаруживают большую экстравертированность, меньшую импульсивность и
13
эмоциональную возбудимость и большую эмоциональную устойчивость. Эти
данные интересны также тем, что в подростковом и младшем юношеском
возрасте уже обнаруживаются одинаковые симптомокомплексы, такие же,
как у взрослых. Иначе говоря, все основные структуры темперамента и его
зависимости от свойств нервной системы складываются уже к
подростковому возрасту. Юность же, не меняя типа темперамента, усиливает
интегральные связи его элементов, облегчая тем самым управление
собственными реакциями. Юноши после 20 лет, независимо от типа своей
нервной системы, значительно сдержаннее и уравновешеннее, чем они были
в подростковом и раннем юношеском возрасте. Многие из них уже
определились профессионально, социально, четко знают, чего они хотят, и
знают средства для достижения поставленных целей.
Особенности данного возраста (рассудительность, стремление вникнуть
в сущность содержания, выявить взаимосвязи и взаимозависимости)
способствуют превращению знаний во внутренние убеждения, в мотивы
деятельности. Мотивация тесно связана с ценностными ориентациями
личности, структурой ее интересов, выражением которых служит ценностное
содержание тех или иных аспектов деятельности.
Существенные перемены происходят в интеллектуальном развитии
молодежи: они не только больше знают по сравнению со школьниками, но
лучше и глубже мыслят. Мышление у них отличается большой
организованностью и последовательностью, развивается способность к
абстрагированию и обобщению, анализу и синтезу, мышление приобретает
все более активный, самостоятельный и творческий характер; молодежь
ничто не желает принимать на веру, слепо следовать авторитетам. Чтобы
убедиться в истинности тех или иных положений, она требует веских
аргументов и доказательств. Эта требовательность к убедительности и
обоснованности, аргументации, в свою очередь, является стимулом для
дальнейшего умственного развития молодежи.
В этот период у молодежи идет активное формирование нравственных
понятий и представлений о долге, чести, ответственности, добре, зле и т.д. В
это время активно формируется убеждение в необходимости соблюдения
российских законов. Известно, что основой выработки убеждений является
единство когнитивной, эмоциональной и поведенческой деятельности
личности. Гражданские чувства закрепляют гражданские представления, а
знания прав и обязанностей придают устойчивость нравственным чувствам.
Результативность нравственного воспитания зависит от
сформированных личных и общественных мотивов и соотнесения личных и
общественных интересов. В мотивах происходит своеобразное
интегрирование внешних воздействий (обязанностей) и внутренних
побуждений молодежи (потребностей) к соблюдению норм и правил
нравственного поведения как одного из важнейших условий социализации и
утверждения в обществе.
14
Вместе с тем специалисты в области возрастной физиологии отмечают,
что у человека в 17-19 лет еще не в полной мере развито сознательное
поведение. Они не могут предвидеть последствия своих поступков, причина
которых - сиюминутное желание. В юношеском возрасте желания и
стремления развиваются раньше, чем воля и характер. В связи с
обозначенной особенностью сохраняется необходимость, по словам И.
Гербарта, «увещевать» воспитанника, указывать ему на ошибки и давать
советы по устранению их.
В этот период молодые люди активно занимаются самовоспитанием и
самообразованием.
Самообразование в юношеском возрасте представляет собой процесс
самовоспитания, направленный на создание образа – «Я». Успех данного
процесса Л.И. Рувинский связывает с осознанием молодым человеком
недостатков, которые он выявляет в процессе рефлексии, реагируя на
замечания со стороны окружающих или на ошибки и жизненные неудачи,
постигающие его, и стремится от них избавиться, контролирует свое
поведение.
Таким образом, выявленные психологические характеристики дают
возможность представить идеал молодого человека, который активно
развивается и формируется под влиянием различных факторов
(наследственности, воспитания, обучения, окружающей среды и т.д.), к этому
идеалу должны стремиться семья и школа в процессе воспитания и
образования подрастающего поколения.
1.2. Личностные и ценностные ориентации
молодого поколения современной России
и столичного мегаполиса
Рассмотрим исследования, направленные на изучение свойств личности
и ценностных ориентаций представителей молодого поколения современной
России и столичного мегаполиса в контексте выявления факторов риска
возникновения наркозависимости.
Современные исследователи (В.В. Абраменкова, Б.С. Братусь, И.Д.
Егорычева, В.И. Слободчиков, А.М. Кондаков, Д.И. Фельдштейн и др.) все
чаще обращаются к междисциплинарной проблеме – изучению и
осмыслению изменившейся в обществе системы ценностей и ее влияния на
личностные ценности подрастающего поколения в российском обществе.
Экономическая и политическая нестабильность в 90-е годы, социальное
расслоение общества, активизация наркобизнеса и пропаганда наркотических
средств в СМИ, Интернете, безнадзорность, отсутствие какой-либо
воспитательной работы с подростками и молодежью, слепое копирование
западных форм жизни и насаждение модели обогащения и успеха любой
ценой привели к девальвации традиционных национальных ценностей.
15
Аномия российского общества на государственном уровне в 1990-е годы
обернулась изменениями ценностей в подростковой и молодежной среде,
характеризуемыми утратой гражданской идентичности как ключевого
компонента российской идентичности; идеалов и ценностей гражданского
общества, в том числе ценностей человеческой жизни, труда, семьи [1;
25; 49].
В исследовании В.А. Романенко показано, что основными ценностными
установками молодежи сегодня являются: «быть активным», «жить с
удовольствием», «не упустить свой шанс». Вопрос «Как жить?» доминирует
над вопросом «Ради чего?». Молодой россиянин редко задумывается о
конечных смыслах бытия. Служение обществу не входит сегодня в
ценностно-смысловую сферу личности старшего юношеского возраста.
Потребительская ориентация становится типичной [44].
В.И. Слободчиков, называя ситуацию в современном российском
обществе «мировоззренческой катастрофой», констатирует, что на наших
глазах меняется духовно-психологический климат общества, само
содержание внутренней жизни человека… В случившейся
мировоззренческой катастрофе он выявляет две тенденции. «Первая связана с порабощением внутренней жизни, сознания человека материальными, плотскими потребностями, потребностями собственной
самости. Вторая тенденция – с созданием мощной индустрии по
наращиванию экзотических, часто извращенных потребностей, по
превращению их в главный мотив поведения» [49, с. 34].
В теоретико-методологических работах А.Н. Леонтьева, Д.А. Леонтьева,
Б.С. Братуся и др. показано, что личностные ценности, или ценностные
ориентации, являющиеся индивидуальными формами репрезентации общественных, культурных, групповых и других ценностей на уровне
личности, характеризующиеся своеобразным преломлением и обобщением
внешней реальности, окрашенностью личностным смыслом, вытекающим из
его уникального личностного опыта, формируются в процессе социализации
личности. Основным механизмом формирования личностных ценностей
является итериоризация социальных ценностей посредством «включения
человека вместе с группой в практическую реализацию конкретной
социальной ценности, причем принципиально важным является ощущение
этой ценности как собственной» [28, с.26-27].
Для современной России характерна утрата образовательной системой
функции важнейшего фактора социализации, обеспечивающего
формирование социально значимых ценностей молодежи. «Если раньше, –
пишет И.Д. Егорычева, – взрослые везде были рядом с подростком, а
центром образования (в широком смысле слова) была школа, то изгнание из
нее детских общественных организаций привело к тому, что предметом
взаимодействия между взрослым и подростком осталась малозначимая для
последнего учеба, а образование оказалось "размазанным" в обществе»
[17, с. 201].
16
Сложившуюся в обществе в последние годы ситуацию Д.В. Сочивко
характеризует как «межпоколенческую социальную отчужденность», которая
«уже давно вышла за рамки "отцов и детей", охватывает школьников и
студентов колледжей, студентов вузов, учащихся и работающую молодежь…
что создает своего рода социальную базу для всех других форм социальной
отчужденности молодежи и ведет к весьма опасным последствиям.
Следствием сложившейся современной ситуации является стремление
современных молодых людей к глобальному уходу из официальной культуры
в поле субкультурного влияния в поиске своего пространства и возможности
утверждения себя в нем при перманентном переживании остроты ощущений.
Этот уход позволяет молодому человеку выстроить пространство
утверждающей его квазидеятельности в качестве анализатора,
поддерживающего определенный уровень остроты ощущений, а также
систематизировать тот "подавляющий" поток информации, который
обрушивают на него СМИ» [52, с. 186].
Современный подросток вынужден доказывать свою значимость, получать
признание социума, добиваться уважения референтного окружения без участия
взрослых (педагогов и родителей), в новых пространствах – молодежных
субкультурах и других сообществах, куда взрослые – родители и педагоги – не
вхожи, и теми способами и средствами, которые у него есть в наличии
(которые взрослых чаще всего не устраивают).
В исследованиях И.А. Баевой, С.К. Бондыревой, Н.Н. Бушмариной, И.Д.
Егорычевой, М. Розина, С.А. Сергеева, Е.А. Ходыревой и др. выявляются
сущностные характеристики молодежных субкультур и новых пространств
взаимодействия подростков и молодежи, таких как Интернет, TVпространства, являющихся потенциально опасными для формирующейся
личности в подростковом и юношеском возрасте. Как правило, взрослое
сообщество (педагоги и родители) не вхоже в новые пространства
взаимодействия подростков и молодежи, чаще всего выступает относительно
подростка не в качестве организатора ведущей творческой деятельности, а в
качестве критика, который указывает на ошибки, на несоответствие
эталонам. Искренний интерес, уважение к своей личности, заботу о
возможности самовыражения, признание своей ценности подросток получает
в группе сверстников, примыкая к какой-либо молодежной субкультуре -
особой культуре, суверенному целостному образованию внутри
господствующей культуры, отличающемуся собственным ценностным
строем, отношениями, нормами поведения, в рамках которой и
вырабатывается чаще всего феномен «контркультура» [8, с. 8-19].
Анализируя получившие в последние годы в российском социуме
распространение многочисленные детские и молодежные субкультуры
(металлисты, готы, Эмо-киды (Эмо), роллеры, панки, скейтеры, геймеры,
толкиенисты, сатанисты и др.), В.В.Абраменкова констатирует, что они, по
существу являются средой первичной социализации, однако чаще всего не
способны содействовать усвоению общественных норм и требований
17
социума, а принимают контркультурную и асоциальную направленность.
Многие молодежные субкультуры носят дезинтегрирующий характер и
способствуют формированию девиаций, в том числе и знакомству
подростков c наркотическими веществами и приобщению к их употреблению
[1, с. 185].
Д.В. Сочивко в своем исследовании доказывает, что все основные
признаки криминальной субкультуры имеют место быть и в неформальных
субкультурных объединениях молодежи в обычной жизни, в сферу влияния
которых попадает практически каждый обычный человек, но в разной
степени: наличие поведенческих атрибутов (законы, правила и традиции
«другой жизни», клятвы, проклятия, выступающие в качестве регуляторов
поступков и поведения подростком и молодежи), стратификационно-
стигмативных элементов, позволяющих «верхам» разделять
несовершеннолетних и молодежь на иерархические группы в соответствии с
занимаемым ими положением, «заклеймить» каждого из них;
коммуникативных атрибутов (татуировка, клички, уголовный жаргон),
выступающих как средство общения межличностного и межгруппового
взаимодействия, экономических атрибутов («общий котел» и принципы
материальной взаимопомощи), являющихся материальной базой
криминальных групп, их сплочения в дальнейшей криминализации,
сексуально-эротические ценности, а также особое отношение к своему
здоровью – от симуляции болезней, самоповреждений как способа
достижения определенных выгод до занятий спортом («накачка» мышц,
строгое соблюдение режима жизни и питания), отношение к алкоголю и
наркотикам как к средству «сплочения» преступных сообществ,
самоутверждения подростков и молодежи в ближайшем окружении [51, с.
190] .
И.А. Баева [6], рассматривая неформальную молодежную субкультуру и
криминальную субкультуру как источник опасности, выявляет механизмы
влияния девиантных молодежных групп на личность: возможность
самоутверждения, самореализации своего «Я» и компенсации тех неудач,
которые постигли его в обществе, окрашенность ореолом романтики,
таинственности и необычности процесса общения и деятельности,
привлекательность рисковых моделей поведения, быстрое распространение
ценностей и норм молодежной субкультуры в молодежной среде вследствие
привлекательности внешне броских атрибутов и символики, эмоциональной
насыщенности норм, правил, ритуалов, отказ от моральных ограничений как
стесняющих поведение и общение подростка в законопослушной среде.
Новые пространства взаимодействия в жизни современного подростка и
молодежи (субкультуры, Интернет, TV), по мнению И.Д. Егорычевой,
создают предпосылки для их самоутверждения: особый специфический язык,
особое содержание, которое взрослые не в состоянии контролировать,
особые способы выражения чувств и эмоций – так называемые «смайлики»,
внешние атрибуты. В исследовании констатируется, что в новом
18
пространстве взаимодействия у молодежи формируются личностные
особенности, существенно отличающиеся от традиционных –
инфантильность, сохраняющаяся у молодых людей на десятилетия,
невозможность и неготовность решать свои проблемы в реальном мире,
стремление к компенсации потребности в реальном общении посредством
виртуального, низкая самооценка, желание чем бы то ни было
заполнить/убить свое время в сети, предоставляющей много возможностей
для развлечения, получения удовольствия без приложения усилий.
Современные пространства создают возможности для нового типа общения,
благодаря которому подростки и молодежь имеют возможность становиться
участниками взаимодействия, например в реалити-шоу на ТV
(«Дозвонись», «Поговори!», «Дай совет!» и т.д.), присваивать простые,
примитивные ценности «духовных люмпенов», которые воспринимаются
подростками как норма жизни. [16].
Итак, «если еще 3-4 десятилетия назад, - утверждает Д.И. Фельдштейн, ребенок развивался в условиях малого социума – семьи, класса, ближайшего
окружения, дворовых компаний, пионерской организации и всегда при
четкой привязанности к конкретному взрослому субъекту, то сегодня он
поставлен в принципиально новую ситуацию, где на его сознание буквально
давит хаотичный поток информации, идущий, прежде всего, из телевизора,
перекрывая знания, получаемые от родителей, воспитателей, учителей, и
открывая бесконечное число разного рода форм отношений, связей,
действий» [56, с.7].
В работе Е.А. Ходыревой «Наркокультура как субкультура современной
молодежи» (2008) убедительно показано, что, с одной стороны,
деформированность ценностной сферы личности современного подростка
делает его уязвимым к риску наркозависимости, а с другой стороны,
сложившаяся символика молодежных субкультур, дворовая культура,
школьный фольклор, материалы Интернет-форумов и сайтов уже формируют
сознание детей и молодежи в сторону терпимого отношения к наркотикам
как к безопасному баловству и средству расширения жизненного опыта, а к
наркопреступности – как источнику сверхдоходов и нескучной жизни.
Анализируя субкультуры многих современных молодежных
объединений, Д.В. Сочивко отмечает их сходство с чертами криминальной
культуры с ее социально деформированными ценностями (ценностями
жестокости, вандализма, стимуляции болезни, самоповреждения как
способа достижения определенных выгод и т.п.), отношением к алкоголю и
наркотикам как средству «сплочения», самоутверждения подростков и
молодежи в ближайшем окружении [51]. К подобным выводам приходят
другие исследователи, констатирующие, что одним из характерных симптомов
молодежной культуры, толерантной к наркотикам и провоцирующей
возникновение нового, «наркотического» типа молодых людей, является
утрата интереса к обычной человеческой жизни, концентрация на получении
дозы наркотика и уход в мир наркотических грез [41, с.87] .
19
Исследуя пространства взаимодействия современной молодежи, Е.А.
Ходырева убедительно показывает, что в обществе сложилось развитое поле
наркокультуры, являющееся частью социальной среды, в которой живут
подростки и молодежь – к ней существует толерантное отношение, прежде
всего со стороны общества; наркотическая символика рассматривается как
«прикол» и средство самовыражения. Обедненная сфера интересов,
социальная ведомость, психологическая готовность к легализации
наркотиков, пассивные гражданская и религиозная позиции подростков и
молодежи группы риска свидетельствуют об отсутствии сдерживающих
механизмов и могут создавать предпосылки для рекрутизации в наркосреду
новых членов [59].
Проведенный анализ современных исследований позволяет сделать
вывод о том, что, с одной стороны, особенности подросткового и
юношеского возраста – потребность личности в самореализации «Я»,
склонность к риску, привлекательность рисковых моделей поведения,
ориентация на группу и ее социальные нормы, ценности, атрибуты и
ритуалы, следование им как способ идентификации с группой и
самоутверждения в ней, и, с другой – утрата ведущей социализирующей
функции системой образования в стране, разрушение возможностей для
социально значимой самореализации подростков в обществе, усиление
«межпоколенческой отчужденности» в обществе, – все это делает
современных подростков и молодежь уязвимыми в отношении угрозы
влияния распространяющейся наркокультуры. Наркотики становятся
атрибутом большинства молодежных субкультур, активно пропагандируются
в новых социальных пространствах, доступных для молодежи и не
контролируемых взрослым сообществом.
Изучение интересов и степени включенности подростков и молодежи в
молодежные субкультурные группы и молодежные пространства
взаимодействия (Интернет, ТV) позволяют выявить степень риска
предрасположенности к аддиктивному поведению.
Глава II. Изучение отечественного и зарубежного опыта
диагностики индивидуально-типологических особенностей детей,
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]