Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

На стезю журналиста. Введение в специальность. Учебное пособие для бакалавров

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
131
Ведь в штате есть редакторы! — или и они столь же образованы? Но хуже того — современные самовлюбленные авторы порой и не желают выслушивать замечания, исправлять ошибки. Вообще, я заметил за много лет редакторства в газете, в издательстве, на телевидении способность нормально воспринимать критику и исправлять ошибки в рабочем порядке — признак профессионализма и даже таланта. Меньше всего авторского гонора было у самого гениального автора — Александра Пушкина.
В своей работе «Опровержение на критики» он самокритично писал: «Вот уже 16 лет, как я печатаю, и критики заметили в моих стихах 5 грамматических ошибок (и справедливо):
1. Остановлял взор на отдаленные громады.
2. На теме гор (темени).
3. Воил вместо выл.
4. Был отказан вместо ему отказали.
5. Игумену вместо игумну.
Я всегда был им искренно благодарен и всегда поправлял замеченное ме­сто. Прозой пишу я гораздо неправильнее, а говорю еще хуже и почти так, как пишет г…»59.
Неизвестно, какого господина имел в виду Пушкин, но, уверен, что как раз тот-то воспринимал критику и замечания болезненнее самого Александра Сергеевича. Который, как известно, тут же, например, поправил в «Руслане и Людмиле»: «На темени прекрасных гор». Если продолжить пушкинскую те­му, то мы видим, как неграмотность теперь хлынула из Интернета. Например, там выложена чья-то курсовая работа про няню Пушкина — Арину Родионов­ну. В одной цитате работы для образца — аж четыре ошибки, не описки, а именно ошибки!
«Пушкин в стихотворении “…Вновь я посетил” писал:
Вот спальный (надо: опальный) домик,
Где жил я с бедной нянею моей.
Уже старушки нет — уж за стеною
Не слышу я шагов ее тяжелых,
Ни кропотливого ее надзора (надо: дозора)!
А в черновом наброске остались такие строчки:
Бывало,
59
Пушкин. А.С. Собр. соч. : в 10 т. Т. 6. С. 76–77.
132
Ее простые речи и советы,
И полные любви и укоризны (надо: любови укоризны)
Усталое мне сердце ободряли…».
Вроде и черновым наброском автор щегольнул — а все с ошибками!
Обилие грамматических ошибок — бич Интернета, даже в официальных материалах. Вот объявление в Интернете: «Интернет-издание Журналист Journalist PRO создан при информационной поддержке журнала La Costa для интернет-журналистов, которые уже умеют, а так же для начинающих журна­листов (снова напоминаю: также надо писать слитно, а смысле «тоже»!), кото­рые хотят научиться писать (проба пера), но пока не имеют возможности пуб­ликовать написанные материалы». Еще одна распространенная неграмотность: неправильное употребление деепричастного оборота: на «Культуре» — идет передача о Сергее Дягилеве. Ведущий говорит: «Живя в Европе, у Дягилева ни­когда не было собственной квартиры». Это похоже на запись в жалобной книге у Чехова: «Подъезжая к сией станцыи и глядя на природу в окно, у меня слете­ла шляпа. И. Ярмонкин». А есть стилистические ошибки, которые законы грамматики не нарушают, но искажают смысл. Вот типичный заголовок в офи­циозной «Российской газете», повторенный в лидах многих новостей на «Ян­дексе»: «Владимир Путин поручил подумать над последствиями высокого уро­жая». Звучит диковато, как будто — над последствиями стихийного бедствия, например.
Современные студенты не знают те аббревиатуры, которые были извест­ны старшему поколению со школы или перекрыты другими сокращениями. Знакомая преподавательница в университете рассказывает: «Одна студентка читает доклад о начале войны, и говорит о ГКО (Государственный комитет обороны). Спрашиваю, что же это такое? Без запинки быстро отвечает: “Госу­дарственные кредитные обязательства!” Смеюсь, объясняю, что к чему. Следу­ющей группе рассказываю эту историю в качестве примера, как не надо делать. Мол, если встречаете неизвестное слово, предварительно его для себя проясни­те, иначе я спрошу, а вы не ответите. Или просто уберите это слово из своего рассказа. Выходит вторая умница и читает: «Председатель Дзержинский счи­тал, что…». Две минуты вытягивала из нее — чего он председатель. А она ме­ня, оказывается, послушала и решила, что проще не узнавать, что такое ВЧК, а сразу убрать из текста. Опять пришлось объяснять, что если уж “сокращала”, то надо было тогда сократить и председателя».
133
Но это — студенты. А вот беседуют два умудренных мужа в газете «Сло­во». Главный редактор Виктор Линник взял небрежное интервью у народного артиста и писателя Василия Ливанова по поводу культурных скандалов: «Ну, я понимаю, когда в защиту Серебренникова выступает артист Е. Миронов. Но как может это делать Урин, государственный чиновник высокого ранга? Генераль­ный директор Большого театра? Это непостижимо! Вероника Токарева… в рас­сказе “По семейным обстоятельствам” написала…»60. Во-первых, Миронов — не просто артист, а тоже госслужащий высокого ранга: он руководит театром непонятных наций. А писательница — Виктория Токарева, а не Вероника!
Газета с молодежным названием «Московский комсомолец» так учит своих читателей «грамотности» в материале о сенсационной программе «Пусть говорят»: «Андрей Караулов добавил, что отец Литвиненко, вопреки всех юри­дических норм и законов, так и не был допущен как потерпевший к материалам о гибели сына». Во-первых, вопреки чему? — нормам и законам. А во-вторых, разве он сам был отравлен, а не потерпевший сын? Два ляпа в одной газетной строчке!
Очень смешно получается, когда по телевидению ведущие в подводках пытаются демонстрировать свои обрывочные курортные познания. Например, ведущая «Доброго утра» тараторит: «Сегодня день приветствий! Как говорит­ся: «Доброе утро! Гамарджоба!..» Почему грузинский язык — прежде всего, а не славянское, например: «Доброго ранка!»? Но главное, по-грузински «Доб­рое утро!» — «Дила мшвидобиса!» А «гамарджоба», как я пел в песне, — дру­гое: «Вы спросите у Боброва: что такое гамарджоба? И Бобров ответит: «Будь здоров!»…
«Первый канал». Идет репортаж о разгроме подпольного казино. Корре­спондент делает распространенную ошибку: «Тут все продумано, но теперь это для владельца не будет играть никакого значения». Эта фраза — не ключевая, не событийная, а — проходная. Она легко убирается при монтаже, но не остывший тележурналист, ни инженер монтажа, ни выпускающий, который принимал репортаж, не слышат элементарной неграмотности!
Сила ударения! Ведущий новостей «РЕН ТВ» читает по суфлеру текст о 75-летии первого применения «катюш» на войне. Немцы называли установки залпового огня «Сталинским оргáном» за характерный ужасающий звук при полете снаряда. Ведущий читает — «Враги называли “катюши” «Сталинским óрганом»… Весело, конечно, но что было бы с диктором при Сталине?
60
«Матильда» — вторая казнь царя? Что происходит в нашей культуре? URL: http://gazeta-
slovo.ru/kultura/3498-matilda-vtoraya-kazn-tsarya-chto-proiskhodit-v-nashej-kulture
134
Даже информационные агентства не удосуживаются править фактические ошибки, даже чисто арифметические. Например.
28 августа 2017 г. все новости были переполнены известием: «Премьер­министр Дмитрий Медведев заявил, что в сентябре в школах России соберется 15,5 миллиона школьников, что на миллион больше, чем в прошлом году. Пер­воклашек же, по словам премьера, станет на 100 тысяч больше». Официальные информагентства весь день тиражировали слова главы правительства. Однако на сайте Росстата в разделе «Оперативная информация» легко обнаружить файл под названием «Образование в 2016 году». В нем есть табличка, где указано число обучавшихся в российских школах на начало 2016 г. Это 15 217,4 тысячи человек. Простая арифметика показывает, что если верна названная Медведе­вым цифра в 15,5 миллиона, то прибавка составит меньше 300 тысяч школьни­ков, что сильно не дотягивает до красивого «почти миллиона». Если же количе­ство школьников увеличилось на миллион, то и общая цифра должна была бы вырасти до 16,2 миллиона учащихся — и в этом случае у премьера опять-таки проблемы с математикой. Информагентства поспешили ввернуть впечатляю­щую неверную цифру, и несколько суток никто из СМИ не уточнял, пока въед­ливые читатели и журналисты не указали на элементарную ошибку.
Ими переполнены даже страницы популярных изданий. Вот «Комсомоль­ская правда» сообщает: «В семействе “Леди Ю” — пополнение: дочь лидера партии “Батькивщина” впервые стала мамой. 36-летняя Евгения родила девоч­ку. Сегодня Юлия Тимошенко весь день принимает поздравления от коллег по Верховной Раде. О том, что 50-летняя Юля теперь бабушка, в Фейсбуке сооб­щил политолог Алексей Голобуцкий». Надо было «Комсомолке» проверить Го­лобуцкого — Юле Владимировне 56 лет!
Еще смешная арифметика подобного рода: ГТРК «Кубань» сообщает, что «Празднование кубанского казачества собрало около тысячи человек по всему краю, в том числе более четырех тысяч представителей Союза казачьей моло­дежи края…». Да, славно погудели станишники — ажно арифметику забыли или что-то не вписали! Вспомнил, как смотрел каждое утро в Хосте на канале «НТК» краснодарскую утреннюю телепрограмму «Полный подъем». Да, это, конечно, полный… Сколько я услышал банальной скороговорки, станичного «ховорочка» и бытовой трепотни, в основном, женской. Программу ведут по двое, но, как всегда, южанки забивают мужиков: «Ой, мы с солистом этой группы родились вместе в одном городе». Прямо — вместе? Или: «Я хочу рас­сказать полезную информацию» — такой оборот ведущей уже воспринимался как привычный. «Каждый день Дарвина был расписан по полочкам». Может
135
быть, разложен по полочкам или просто расписан? Передают бесконечные го­роскопы «Знаки-зодияки» (?), причем, актер-то с кавказским акцентом читает, то с ленинской или еврейской картавинкой. Прогноз сопровождается многозна­чительным возгласом: «Вся правда о погоде». Но всю правду (тем более с нашей метеослужбой) знает только Бог. «Ветер повредил линию электропере­дач» — неграмотно: во множественном числе говорят, например, «программа телепередач», а линия электропередачи — в единственном числе. Ну, про такие тонкости теперь и говорить не приходится…
А есть ошибки, которые просто ни в какие ворота не лезут! Всемирно из­вестное ТАСС дает информацию: «19 сентября. /ТАСС/. Российская делегация покинула зал Генеральной Ассамблеи ООН перед выступлением президента Литвы Дали Грибаускайте, которая усмотрела в российско-белорусских учени­ях “Запад-2017” угрозу для человечества. Перед тем, как латвийский лидер (? — А.Б.) поднялась во вторник на трибуну Генассамблеи, свои места покину- ли…». Какой латвийский лидер? Ну, ладно, подумалось — опечатка. Читаю дальше: «В ходе своего выступления на Генассамблее латвийский президент (??? — А.Б.) продолжила инсинуации, заявив, что Россия готовится к нападе­нию на западные страны… Как в Литве отмечают эксперты, высказывания Грибаускайте в Нью-Йорке…»
,
61
.
Голова кругом пошла: так латвийский или литовский, коллеги из ТАСС? У вас ведь самые высокие зарплаты для корреспондентов и редакторов!
Еще один ляп ТАСС в информации о заседании Госсовета. Президент Путин сказал, что нужна «…поддержка литературы народов России, потому что она обогащает все», — сказал президент. Поскольку многие газеты не ста­вят «Ё» — непонятно: всё на свете или все литературы? В качестве примера он привел произведения дагестанского поэта и прозаика Расула Гамзатова, кото­рые, по словам президента, «обогатили общероссийскую культуру и литерату­ру». И далее: «Но без того, что Гамзатов писал на русском языке, о Дагестане никто бы не вспомнил. Поэтому значение русского языка является непреходя­щим», — добавил Путин. А ТАСС умеет писать на внятном русском языке, да к тому же без лжи? — Гамзатов, к сведению ТАСС (или спичрайтеров Путина), не писал на русском языке! — его сделали всесоюзно известным великолепные переводчики — от Якова Козловского до Владимира Солоухина.
А есть ошибки, так сказать, моральные, которые порой хуже фактиче­ских. Яркий пример бесчувственности и непрофессионализма — скандал с уча-
61
Делегация России покинула зал ГА ООН перед выступлением президента Литвы. URL:
http://tass.ru/politika/4575131
136
стием информационной службы телеканала «Россия-24». В прямом эфире ин­формационной программы «Вести» штатный корреспондент Станислав Натан­зон, который вел прямое включение с митинга на Манежной площади в Москве, посвященного памяти жертв теракта в петербургском метро, призы­вает россиян разделить горе питерцев, поскольку «вместе веселее» (!). Это не просто неудачный оборот, а нравственная глухота.
Есть еще филологическая глухота, которая, строго говоря, не является вызывающей ошибкой, но царапает слух образованного человека. Услышал по «Радио России» невообразимую прежде формулировку: «Козьма Прутков, как известно, собирательный народный образ». Кому это «известно»?! Ведь раньше и школьнику было известно, что Козьма Прутков — литературная маска, под которой в определенных журналах — «Современник», «Искра» и других — вы­ступали конкретные поэты Алексей Толстой, братья Алексей и Владимир Жем­чужниковы… Этот условный, яркий персонаж — предтеча многих литератур­ных масок — все-таки общенародным образом, выходит, не стал. Ну, раз о нем точно не знают на «Радио России». И так повсюду. Не уступает в косноязычии «Эхо Москвы», где гость говорит: «Вопрос не ко мне, поскольку я не организа­тор фестиваля. Это уже второй фестиваль, стало быть, проходит во второй год». Грамотно — во второй раз или: второй год без предлога.
4.1. В поисках броскости
Всемирное засилье Интернета, общая тенденция всех СМИ сделать ново­сти короткими и броскими — заставляют их производителей искать залихват­ские лиды, врезы, а еще лучше — прямо сенсационные заголовки. Вот типичное название заметки: «Любэ может получить Нобелевку». Откуда оно взялось? — из фантазии корреспондента, который подслушал на стенде английского авто­ра. Вот как он накрутил, пересказывая ответ на вопрос с названием неизвестной ему группы: «Британский писатель Джулиан Барнс считает, что в следующем году Нобелевскую премию по литературе может получить группа “Любэ”. Об этом он заявил на ярмарке интеллектуальной литературы Non/fiction в Москве, отметив, что выбор комитета всегда бывает непредсказуемым. Барнс отметил произведения Светланы Алексиевич и добавил, что она действительно достой­на Нобелевской премии. «Что касается Боба Дилана, он хорош, но, может, в следующий раз премию вручат группе The Rolling Stones, или The Monkees, или группе, про которую вы говорили: “Любэ”, — заявил писатель». Понимаете прием? — ему задали вопрос с названием незнакомой группы, он ответил,
137
назвав знаменитую группу The Rolling Stones, но как воспитанный человек до­бавил и экзотическое российское название. Стоп! Ответ монтируется, подгоня­ется и в заголовке выдается псевдосенсация. Вот что такое типичная дезинфор­мация в заголовке для привлечения внимания.
Ведущий ТВ-новостей «Россия-24» сообщает ужасное: «В Самарской об­ласти убит заместитель начальника штаба ГУ МВД, полковник полиции и чле­ны его семьи. Вероятно, он вступил в конфликт с местной ОПГ»… Сила рус­ского языка в том, что он выдает говорящего и писавшего текст с головой. А что, полицейский ДОЛЖЕН БЫЛ ДРУЖИТЬ С ОПГ или НЕ ВСТУПАТЬ С ПРЕСТУПНИКАМИ В КОНФЛИКТ?! Тяжела же ты жизнь российская… Вечные 1990-е…
Профессор из Уфы Рустем Вахитов пишет на сайте «Русская идея»: «В каждом европейском национальном государстве, кроме титульного, государ­ствообразующего народа, есть и множество малых народов (в Германии — это лужицкие сербы, во Франции — бретонцы, корсиканцы, эльзасцы, в Италии — баски, каталонцы и т.д.)». Сайт перепутал Италию с Испанией, где и живут ка­талонцы, желающие автономии. Но они вовсе не малый народ, а вполне состо­явшийся, по численности (больше, чем башкир) далеко не самый последний в Европе, гордый до того, что не дай бог автору Вахитову и редактору сайта попасть под огонь их критики!
В СМИ представители власти любят блеснуть иностранными словечками. Возьмем интервью журналистки Елены Ямпольской с министром культуры Владимиром Мединским для газеты «Культура»:
— На Ваш взгляд, система питчингов оправдывает себя?
— Интерес Бардина был в привлечении внимания общественности. Он устроил краудсорсинг.
Дальше идет совет: «…не делать классический “байопик”».
Что это? О чем?
Питчинг (от англ. pitch — выставлять на продажу) — презентация кино­проекта с целью нахождения инвесторов, готовых финансировать этот проект. Но другое значение слова «pitch» — смола, то есть то, к чему можно прилип­нуть. В рыболовстве питчингом называется красивая техника заброса спиннин­га на большеротого окуня. То есть по-английски это звучит внятно и образно, а наши деятели культуры термина не нашли!
Краудсорсинг (англ. crowdsourcing, crowd — толпа и sourcing — исполь- зование ресурсов) — передача некоторых производственных функций неопре­деленному кругу лиц, решение общественно значимых задач силами добро-
138
вольцев, часто координирующих при этом свою деятельность с помощью ин­формационных технологий. Термин впервые введен писателем Джеффом Хау
(англ. Jeff Howe) и редактором журнала Wired Марком Робинсоном (англ. Mark Robinson) в июне 2006 г. В то время как в аутсорсинге работа отсылается за
пределы компетенции компании профессиональным исполнителям за опреде­ленные деньги, в краудсорсинге оплата работы не практикуется или же она не­велика. Всю необходимую работу делают неоплачиваемые или малооплачивае­мые специалисты-любители, тратящие свое свободное время на создание кон­тента, решение проблем или даже на проведение исследований и разработку. (Внучка по спектаклю «Мастер и Маргарита».) Всего 7 лет назад термин по­явился у английского писателя и журналиста, а у нас уже министр культуры тащит его во все интервью!
Наконец, байопик (от англ. biographical picture — биографическое ки­но) — кинобиография, ЖЗЛ в кино, особого рода историческая мелодрама, в той или иной степени основанная на жизнедеятельности какой-нибудь неба­нальной персоны, в основном — посмертно. Недаром иногда произносят более понятно по-английски: «биопик» — мы сразу слышим «биография». Так зачем изгаляться — или смущается, что созвучно с биотуалетом?
Во Франции оба собеседника были бы оштрафованы хотя бы за послед­ний — совершенно ненужный термин!
Язык — это определяющий фактор национального самосознания, фунда­мент культуры любого народа, на котором поколение за поколением создают дом своей духовности. Разрушьте фундамент, и рухнет дом, несмотря на все словеса об объединяющей идее. Понятно, почему многие уважающие себя страны имеют четкую государственную политику по защите национального языка. Особенно жестко она проводится во Франции. Там за последние полве­ка, кроме ряда специальных декретов, появилось два закона об использовании французского языка. Первый, принятый в 1975 г., был вызван, как поясняли его авторы и сторонники, необходимостью защитить язык от разрушающего натис­ка англо-американской лексики в коммерческой, трудовой и рекламной сферах. Он запрещал, например, использовать какой-либо иностранный термин, если существовал его аналог на французском, предоставлял субсидии тем структу­рам, которые соблюдали положения закона и лишал поддержки в случае нару­шения. Соблюдение его контролировалось весьма строго. Как писала пресса, однажды суд оштрафовал хозяина парижской закусочной на 3 500 франков за то, что в меню были использованы англицизмы «гамбургер» и «софт дринк». Другого предпринимателя наказали за то, что он, закупив в США партию фут-
139
болок, стал продавать их во Франции с этикетками на английском языке. Весь товар арестовали, а бизнесмену присудили крупный штраф.
Закон 1975 г. сыграл определенную роль. Но, обрастая поправками и ис­ключениями, он через некоторое время стал, по мнению французской обще­ственности, недостаточно прочным заслоном на пути агрессивного «франгле». Анализ, проведенный одной газетой, показал, что в Париже времен фашистской оккупации надписей на улицах на немецком языке было меньше, чем сейчас на английском. Особенно способствовали наступлению английского языка теле­видение и радио. К президенту-социалисту Франсуа Миттерану в свое время обратились 300 известных граждан Франции с требованием остановить «всеан­глийскость». В своем обращении авторы манифеста резко осудили «фанатиков всего английского, сеющих во французах сомнения относительно их языка». Итогом широчайшей дискуссии стало даже исправление Конституции. В 1992 г. в нее добавили запись о том, что французский является государственным язы­ком республики. А спустя два года, в 1994 г., появился новый закон об употреб­лении французского языка, названный общественностью «законом Тубона» — по имени министра культуры и франкоязычия, который предложил его проект. Можно ли представить в России такую должность — министр культуры и рус­скоязычия? Во Франции есть ограничения по звучанию песен в эфире на ан­глийском языке, показу голливудских фильмов, ну, а по отношению к работни­кам СМИ требования стали еще жестче!
Известно, что в российской Конституции, принятой в 1993 г. и в немалой степени, как полагают исследователи, перекликающейся с французской, частич­но даже списанной с нее, тоже было записано положение о русском языке как о государственном. Кто-то считает это прогрессивным заимствованием. А мо­жет, это французы в свое время обратились к нашим историческим корням — ведь ст. 3 Основных государственных законов Российской империи гласила: «Русский язык есть язык общегосударственный и обязателен в армии, во флоте и во всех государственных и общественных установлениях». В советский пери­од государствообразующая роль русского языка законодательно не подчерки­валась. Однако трудно было найти в огромной стране село, аул, кишлак или наслег, где взрослые и дети не говорили бы свободно по-русски. Причем, надо подчеркнуть, на правильном русском.
А что происходит сейчас?! Эфир и Интернет переполнен англицизмами, политики берут пример с премьера Медведева и бездумно сыплют кальками с трибун — все эти саммиты, брифинги, толерантности… А что в быту? Доста­точно пройти по улицам и проспектам хотя бы центральной части Москвы,
140
чтобы увидеть открытое неуважение и к русскому языку, и к закону, который требует его соблюдения. Наталкиваешься на вывеску EUROPEAN MEDICAL CENTER. Интересно, разрешили бы где-нибудь в Европе над аналогичным за­ведением поднять надпись по-русски «РОССИЙСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР»? В Париже бы точно этого не позволили, оштрафовали бы, как и в Польше, где запретили использовать вывески «хот-дог», и забегаловок поуба­вилось: кто хочет идти под вывеску с неаппетитным переводом «горячий пес»? Вот что такое власть родного языка! А у нас чокнулись с заполонившим улицы бело-коричневым словосочетанием «Кофе Хаус». Чем «хаус» лучше его рус­ского синонима «дом»? Живете и работаете в России, пожалуйста, пишите: «Кофейный дом», «Дом кофе» или «Кофейня».
С другой стороны, и попытки употребить русский фразеологизм не всегда проясняет смысл. Вот начинает анализ Дмитрий Киселев в «Вестях»: «Если начать разбираться от печки». Но фразеологизм тверд: идти от печки или тан­цевать от печки. Мало кто представляет сегодня настоящий свадебный обычай. Например, именно в песенке невесты имелись слова про то, что она обязуется идти от печки и считать половинки. Что же значили эти слова? Невеста брала на себя обязательство начать жизнь с чистого листа. Девичество кончилось — теперь все совершенно иначе. Она начинала осваиваться в роли жены и второй после матери мужа хозяйки в доме. А вот, чтобы стать полноценной первой и единственной, и надо было пройти весь путь от входной двери и до печки. Казалось бы, так немного. А уходили на это годы… Пример: «Когда ему (архи­тектору) заказывали план, то он обыкновенно чертил сначала зал и гостиную; как в былое время институтки могли танцевать только от печки, так и его ху­дожественная идея могла исходить и развиваться только от зала до гостиной» (Антон Чехов, «Моя жизнь»).
В интервью в «Литературной газете» тот же министр культуры Владимир Мединский сказал: «Работы и так за глаза». «М-м, это что-то новенькое!», — как говорит девочка в рекламе сока. Я знал раньше фразеологизм «за глаза» в другом употреблении — заочно, в отсутствии, как в поговорке: «В глаза не льсти, а за глаза не брани (а за глаза, как знаешь).
Наконец, бывают неуклюжи и смешны потуги щегольнуть цитатой из классики. Кому принадлежит высказывание о том, что унтер-офицерская вдова сама себя высекла? Раньше это знал любой школьник, проходивший в классе «Ревизора». А вот Владимир Познер, оказывается, не помнит. Больше того, да­же в интервью боготворящему его Олегу Кашину телеведущий, поучающий всех, привел удивительные подробности инцидента с «государственной дурой»,