Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Великая русская революция глазами интеллектуалов. Хрестоматия
.pdf
ВЕЛИКАЯ
РУССКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
ГЛАЗАМИ ИНТЕЛЛЕКТУАЛОВ
ХРЕСТОМАТИЯ
Москва
Научный эксперт
2015
УДК 94 (47) «191»
ББК 63.3 (2) 611-08
В 37
Составители:
Вершинин Александр Александрович – кандидат исторических наук
Гурылина Мария Владимировна – эксперт Центра проблемного анализа
и государственно-управленческого проектирования
Великая русская революция глазами интеллектуалов : Хрестоматия /
сост. А. А. Вершинин, М. В. Гурылина. – М. : Научный эксперт, 2015. – 384 с.
В 37
ISBN 978-5-91290-236-9
В книге собраны воспоминания, дневниковые записи и размышления выдающихся русских интеллектуалов – писателей, ученых, философов, – очевидцев
Революции 1917 г. и Гражданской войны. На страницах их записей воскресает
история фундаментального перелома в жизни страны. Они полны конкретных
деталей и описаний, которые не фиксировали сухие строки официальных документов. Авторы, будучи тонкими наблюдателями, наглядно передают то, как различные слои общества воспринимали события Революции и реагировали на них.
Мастера слова, они превратили свои дневники в настоящие повести, чтение которых по сей день доставляет удовольствие.
Предназначена всем тем, кто интересуется историей России.
УДК 94 (47) «191»
ББК 63.3 (2) 611-08
© А. А. Вершинин, сост., предисл., 2015
© М. В. Гурылина, сост., 2015
© НП «Центр проблемного анализа
и государственно-управленческого
ISBN 978-5-91290-236-9
проектирования», 2015
Оглавление
Предисловие ................................................................................................................ 4
Сорокин Питирим Александрович ........................................................................... 6
Дальняя дорога. Автобиография ..................................................................7
Гиппиус Зинаида Николаевна ................................................................................. 39
Дневники, воспоминания .............................................................................40
Блок Александр Александрович .............................................................................52
Интеллигенция и Революция .......................................................................53
Пришвин Михаил Михайлович .............................................................................. 58
Дневники .......................................................................................................59
Короленко Владимир Галактионович .................................................................. 119
Земли! Земли! Мысли, воспоминания, картины ...................................... 120
Дневник .......................................................................................................125
Изгоев Александр Соломонович ..........................................................................143
Пять лет в Советской России. Обрывки воспоминаний и заметки ........ 144
Социализм, культура и большевизм..........................................................147
Готье Юрий Владимирович ................................................................................... 167
Мои заметки ................................................................................................168
Вернадский Владимир Иванович .........................................................................202
Дневники .....................................................................................................203
Веселовский Степан Борисович ........................................................................... 220
Страницы из дневника ...............................................................................221
Веселовский Всеволод Степанович .....................................................................256
Проблемы нашей жизни .............................................................................257
Булгаков Сергей Николаевич ................................................................................ 270
Автобиографические заметки ...................................................................271
На пиру богов. Pro et Contra. Современные диалоги...............................283
Бунин Иван Алексеевич ........................................................................................316
Окаянные дни ..............................................................................................317
Миссия русской эмиграции .......................................................................365
Струве Петр Бернгардович ...................................................................................368
Исторический смысл русской революции и национальные задачи .......369
4
ПРЕДИСЛОВИЕ
Приближается столетие Великой русской революции – вероятно, центрального события XX века. Его отголоски мы ощущаем по сей день. Обсуждение
современных проблем России неизменно возвращает нас к истории страны, возникшей после 1917 года. Революция, как призрак, витает над всей советской
историей, периодически проникая и в нашу реальность. Ее события, действительные и задним числом мифологизированные, ее герои и антигерои, ее предыстория и последствия являются важной частью современного российского политического дискурса. После краха советского строя мы с удивлением обнаружили,
что противоречия, приведшие к Великой революции в 1917 году, за 70 лет никуда
не делись: те же вопросы о путях развития страны и схожие варианты ответа на
них. Из исторического небытия вернулось разделение на красных и белых. Новые формы, новые названия, новые цели, а вызовы все те же, что и сто лет назад.
«Как завершить революцию?» – этот вопрос историк Франсуа Фюре в свое
время обращал к французскому обществу, которое уже 200 лет не может до конца выбраться из пике 1789 года. Накануне юбилея Великой русской революции
нам следует задать его и себе. Чтобы понять, что произошло с нашей страной в
XX веке и происходит с ней сейчас, необходимо вернуться в 1917 год. Эта страница прошлого все еще не закрыта. История Великой русской революции до сих
пор не написана. Историки расходятся практически по всем пунктам проблемы.
Не в силах прийти к общему мнению, они создают целый калейдоскоп версий
о том, как и почему страна свалилась в 1917 году. Их тут же подхватывают публицисты и политики и используют в качестве знамен в уже современной политической борьбе. Ни о каком «завершении революции» и умиротворении общества
и говорить не приходится.
Человеку, желающему разобраться в событиях Великой русской революции,
остается обратиться к первоисточникам. Это грандиозное событие прошло через
жизни миллионов людей, в том числе людей выдающихся. На страницах дневников, мемуаров, писем известные ученые, писатели, мыслители описывали происходивший на их глазах крах старого мира. В их текстах не стоит искать объективности. Человек всегда смотрит на мир субъективно, человек талантливый –
тем более. Однако дневники и мемуары дают то, чего не могут дать архивные
документы, – живой оценки происходящего. Историк создает картину прошлого
много лет спустя, основываясь на косвенных данных. Эта история может быть
более или менее точной, детальной или интересной, но она всегда мертва. Новые
поколения историков будут переписывать ее, а политики вновь и вновь ставить
себе на службу. Живая же история позволяет почувствовать реальность. Даже
преломленная в личных впечатлениях, переосмысленная и превращенная, она
сквозит в каждом слове, каждой фразе. Для понимания революционной эпохи
вряд ли что-то может быть важнее.
В этой книге мы собрали свидетельства десятка российских интеллектуалов,
очевидцев Великой революции. Все это очень разные люди, которые по-разному
оценивали события. Между их взглядами подчас лежит пропасть. Тем не менее
мы решили не вставать на сторону красных или белых и постарались отразить
веер мнений выдающихся современников о революции. Сколь бы противоречивыми они не выглядели, все вместе они складываются в удивительную картину:
крах старого мира, страх перед неопределенностью, кровь, лишения, но, в то
же время, – робкие попытки разглядеть в революционном дыму контуры нового
мира и понять, каким он, этот мир, будет. Выдающиеся современники Великой
русской революции XX века присутствовали при ее начале. Нам, тем, кому история отвела миссию ее завершить, полезно знать их мысли и чувства, видеть их
глазами, как разгорался огонь, породивший нашу современность. Для этого
и составлена книга, которую Вы держите в руках.
Вершинин Александр Александрович,
кандидат исторических наук
Сорокин Питирим Александрович
1889–1968
Родился 23 января (4 февраля) 1889 года в
селе Турья, Яренского уезда (ныне Княжпогостский район), Вологодской губернии (ныне
Республика Коми). В 1906 году Питирим вступает в партию социалистов-революционеров
(эсеров) и активно включается в процесс распространения революционных идей. Окончил
юридический факультет Санкт-Петербургского
университета в 1914 году, оставлен на кафедре
уголовного права для подготовки к профессорскому званию. По постановлению Коллегии
ГПУ от 26 сентября 1922 года выслан за границу из Петрограда. В октябре 1923 года вы-
ехал в США. В 1930 году принял американское гражданство. В 1931 году основал социологический факультет в Гарвардском университете
и руководил им до 1942 года. В 1965 году – президент Американской социологической ассоциации.
Сокращенная версия для хрестоматии составлена на основе изданий:
Сорокин П. А. Дальняя дорога: Автобиография / Предисл. и примеч.
А. В. Липского. – М.: Московский рабочий; ТЕРРА, 1992.
Примечания – А. В. Липский, составитель.
Дальняя дорога
Автобиография
В конце 1916 и январе 1917 года общая ситуация в стране стала критической. Несколько строк из моей книги «Листки русского дневника»
живописуют ее:
«Ясно, что мы на пороге революционной бури. Авторитет царя, царицы и правительства ужасно низок. Поражение русских армий, нищета,
недовольство масс неминуемо вызовут новый революционный взрыв.
Речи Шульгина, Милюкова и Керенского в Думе и особенно обвинение
правительства в “глупости и измене”, брошенное Милюковым, вызвали
опасное эхо по всей стране.
...Университетская жизнь приходит во все большее и большее расстройство. На стенах туалетов можно уже прочитать: “Долой царя!”,
“Смерть царице Распутина!” ...Газеты стали дерзко нападать на правительство. Цены пугающе растут. Хлебные очереди все длиннее и длиннее.
Горькие жалобы бедных людей, часами выстаивающих в этих очередях,
превращаются во все более мятежные разговоры... Солдаты, возвращающиеся с фронта, отзываются о правительстве с ненавистью и исключительной враждебностью.
...Уличные демонстрации женщин и детей бедняков, требующих “хлеба и селедки”, становятся все более многочисленными и шумными. Бунтующая толпа сегодня остановила трамвайное движение, перевернув
несколько вагонов, разгромив множество магазинов и даже нападая на полицейских. Многие рабочие присоединились к женщинам; стачки и беспорядки быстро распространяются.
...Русскую революцию начали голодные женщины и дети, требующие
“хлеба и селедки”, начали с разрушения уличного транспорта и грабежа
небольших лавок. И только позже вместе с рабочими и политиками они
замахнулись на разрушение такого мощного сооружения, как русское самодержавие. Обычный порядок жизни сломан. Магазины и учреждения
закрыты. В университете вместо лекций идут политические митинги.
На пороге моей страны стоит Революция. ...Полиция пребывает в без-
действии и нерешительности. Даже казаки отказываются разгонять толпу. Это означает, что правительство беспомощно и его аппарат сломлен.
Бунтовщики начали убивать полицейских.
...Конец близок... или это только начало?
...Политики всех партий, интеллектуалы всех направлений мысли, умственно и нравственно обанкротившаяся знать заняты бесконечными политическими дискуссиями и проектами.
...На вчерашнем митинге депутатов, политиков, ученых и литераторов
в доме Шубина-Поздеева даже наиболее консервативные из них говорили
о приближающейся революции как о несомненном факте. Князья и графы, помещики и предприниматели дружно рукоплескали жесткой критике правительства и приветствовали наступающую революцию. Видеть
их, томных, изнеженных, привыкших к жизни в комфорте, призывающими к революции было забавно. Я словно бы увидел представителей
французской правящей элиты накануне Великой французской революции. Подобно русской, французская изнеженная аристократия радостно
приветствовала бурю, не понимая, что она может отнять у нее не только
имущество, но и саму жизнь…»
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ: 27 ФЕВРАЛЯ 1917 ГОДА
Вот он и наступил, наконец, этот день… Время от времени меня отвлекали от книги друзья, звонившие, чтобы обменяться новостями.
В полдень телефонная связь прервалась. Около трех часов дня один из
моих студентов ворвался ко мне с сообщением, что два полка при оружии
и с красными флагами покинули казармы и движутся к зданию Государственной Думы.
Поспешно выйдя из дому, мы направились к Троицкому мосту. Там
нам встретилась большая, но спокойная толпа, прислушивавшаяся
к стрельбе и жадно впитывавшая каждую новость. Никто не знал ничего
определенного.
Не без трудностей мы перебрались через реку и дошли до Экономического комитета Союза городов и земств. Мне пришло в голову, что,
если оба полка дойдут до Думы, их следовало бы накормить. Поэтому
я сказал друзьям, членам комитета: «Постарайтесь раздобыть еды и отправьте ее с моей запиской к Думе». В этот момент к нам присоединился
старый знакомый, господин Кузьмин, и мы отправились дальше. На Невском проспекте возле Екатерининского канала все еще было спокойно,
но, повернув на Литейный, мы обнаружили, что толпа увеличивается,
а стрельба усиливается. Слабые попытки полиции разогнать людей ни
к чему не приводили.
– Эй, фараоны! Конец вам! – кричали из толпы.
Осторожно пробираясь вперед вдоль Литейного, мы обнаружили све-
П. А. Сорокин
жие пятна крови и два трупа на тротуаре. Умело находя лазейки, мы наконец добрались до Таврического дворца, окруженного крестьянами, рабочими и солдатами. Никаких попыток ворваться в здание Российского
парламента еще не было, но везде куда ни кинь взгляд стояли орудия
и пулеметы.
Зал заседаний Думы являл резкий контраст смятению, царившему за
стенами. Здесь, на первый взгляд, по-прежнему комфортно и покойно.
Лишь там и тут по углам собирались группы депутатов, обсуждая ситуацию. Дума была фактически распущена, но Исполнительный комитет
выполнял фактические обязанности Временного правительства.
Смятение и неуверенность явно сквозили в разговорах депутатов.
Капитаны, ведущие государственный корабль прямо в «пасть» урагана,
все же плохо представляли себе, куда следует плыть. Я вернулся во двор
Думы и объяснил группе солдат, что попытаюсь привезти им провизию.
Они нашли автомобиль с красным флагом на кабине, и мы двинулись
сквозь толпу.
– Этого достаточно, чтобы всех нас повесить, если революция не победит, – насмешливо сказал я своим провожатым.
– Не бойся. Все будет как надо, – ответили мне.
…Вернувшись в Думу, я обнаружил, что толпа подступила как никогда
близко. Во дворе и на всех прилегающих улицах возбужденные группы
людей окружали ораторов – членов Думы, солдат, рабочих, – единодушно
указывавших на значение событий этого дня, прославлявших революцию
и падение самодержавного деспотизма. Каждый из них превозносил растущую силу народа и призывал всех граждан к поддержке революции.
Зал и коридоры Думы были заполнены людьми. Солдаты стояли с винтовками и пулеметами. Но порядок все еще сохранялся, уличная стихия
еще не разрушила его.
– Вот, товарищ Сорокин, наконец-то революция! Наконец и на нашей
улице праздник! – крикнул один из моих студентов-рабочих, подбежав
ко мне с товарищами. Лица молодых людей светились радостью и надеждой.
Войдя в комнату исполкома Думы, я нашел там несколько депутатов
от социал-демократов и около дюжины рабочих, ядро будущего Совета.
Они сразу же пригласили меня стать членом, но я тогда не ощущал в себе
позывов войти в Совет и ушел от них на собрание литераторов, образовавших официальный пресс-комитет революции.
«Кто уполномочил их представлять прессу?» – задал я самому себе
вопрос. Вот они, самозванные цензоры, рвущиеся к власти, чтобы давить
0
все, что, по их мнению, является нежелательным, готовящиеся задушить
свободу слова и печати. Внезапно вспомнилась фраза Флобера: «В каждом революционере прячется жандарм».
– Какие новости? – спросил я депутата, прокладывающего путь сквозь
толпу.
– Родзянко пытается связаться с императором по телеграфу. Исполком обсуждает создание нового кабинета министров, ответственного как
перед царем, так и перед Думой.
– Кто начал и кто отвечает за происходящее?
– Никто. Революция развивается самопроизвольно.
Принесли еду, устроили буфет, девушки-студентки принялись кормить
солдат. Это создало временное затишье. Но на улице, как удалось узнать,
дела шли плохо. Продолжали вспыхивать перестрелки. Люди впадали в
истерику от возбуждения. Полиция отступала. Около полуночи я смог
уйти оттуда.
…Стрельба все еще не прекращалась, на улицах не горели фонари
и было темно. На Литейном увидал бушующее пламя: чудесное здание
Окружного суда яростно полыхало.
Кто-то воскликнул: «Зачем было поджигать? Неужели здание суда
не нужно новой России?» Вопрос остался без ответа. Мы видели, что
другие правительственные здания, в том числе и полицейские участки,
также охвачены огнем, и никто не прилагал ни малейших усилий, чтобы
погасить его. Лица смеющихся, танцующих и кричащих зевак выглядели демонически в красных отсветах пламени. Тут и там валялись резные
деревянные изображения российского двуглавого орла, сорванные с правительственных зданий, и эти эмблемы империи летели в огонь по мере
возбуждения толпы. Старая власть исчезала, превращаясь в прах, и никто
не жалел о ней. Никого не волновало даже то, что огонь перекинулся и на
частные дома по соседству. «А, пусть горят, – вызывающе сказал кто-то. –
Лес рубят – щепки летят».
Дважды я натыкался на группы солдат и уличных бродяг, громивших
винные магазины. Никто не пытался остановить их.
НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ
Наутро я с двумя друзьями снова отправился пешком к Думе. Улицы были полны возбужденных людей. Все магазины закрыты, и деловая
жизнь в городе прекратилась. Звуки пальбы доносились с разных сторон.
Автомобили, набитые солдатами и вооруженными юнцами, ощетинив-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]