Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Аутсорсинг политических суждений проблемы коммуникации на цифровых платформах
.pdf
Большинство определений в той или иной степени опираются на
дефиницию, впервые сформулированную по итогам Национальной
конференции по лидерству в сфере медийной грамотности, прошедшей в 1993 г. Автор доклада по итогам конференции П. Ауфдерхайд
определила тогда медийную грамотность как «способность найти
(получить доступ), проанализировать, оценить и передать информационное сообщение во всем многообразии его форм» [Aufderheide,
1993, p. 3]. В каком-то смысле задав тон в понимании данного феномена, в дальнейшем это определение (с незначительными корректировками или без оных) нередко использовалось другими учеными
[Christ, Potter, 1998; Hobbs, Jensen, 2009].
Наряду с этим наиболее популярным определением медийной
грамотности существует также и множество других ее трактовок,
каждая из которых делает акцент на том аспекте, который представляется наиболее важным автору той или иной дефиниции. Для того
чтобы показать как можно более широкий спектр существующих интерпретаций медийной грамотности, считаем целесообразным сначала привести ряд распространенных в науке определений, а затем –
проанализировать их.
Определения медийной грамотности
Автор(ы) Трактовка медийной грамотности
Д. Адамс и М. Хэмм «…способность индивида определять значение
визуальных и вербальных символов, которые он
ежедневно получает посредством телевидения, рекламы, фильмов или цифровых медиа… это больше,
чем просто декодирование поступаемой информации: медийная грамотность также предполагает
критическое осмысление получаемых данных, способность ориентироваться в окружающей человека
медиаиндустрии и – при необходимости – самому
создавать информационные сообщения» [Adams,
Hamm, 2001, p. 33]
Дж. Андерсон «…умелый сбор, интерпретация, проверка и при-
менение получаемой информации – вне зависимости от того, из какого типа медиа она получена»
[Anderson, 1981, p. 22]
Д. Бартон и М. Гамильтон «…деятельность, условно разворачивающаяся в про-
странстве между мыслью и текстом. Это не просто
набор навыков, которыми должен обладать индивид, – подобно большинству других видов человеческой активности, медийная грамотность по своей
сути социальна – прежде всего она проявляет себя
в процессе взаимодействия между людьми» [цит.
по: Mackey, 2007, p. 3]
Таблица 1
111
Автор(ы) Трактовка медийной грамотности
А. Сиверблатт
и Э. Элисейри
Центр медийной грамотности (Center for Media
Literacy)
Организация «Дети сейчас» («Children Now»)
Коалиция за качественные детские медиа
(Дети – прежде всего!)
(Coalition for Quality
Children’s Media (KIDS
FIRST!))
Сеть медийной осведомленности (Media
Awareness Network)
Фонд медийного образования (Media Education
Foundation)
Медиадозор (Media
Watch)
Национальная коммуникационная ассоциация
(National Communication
Association)
Продолжение табл. 1
«…способность человека посредством критического
мышления “расшифровывать” информацию, получаемую от средств массовой коммуникации, для
того, чтобы составить собственное независимое
суждение в отношении содержания медиасообщения» [Silverblatt, Eliceiri, 1997, p. 48]
«…общие принципы поиска, анализа, оценки требуемой информации и создания медиасообщений;
это развитие столь необходимых для полноценной
жизни в XXI веке способностей критически мыслить и создавать медиаконтент. Умение грамотно
коммуницировать в рамках различных медиа –
печатных и электронных, – а также находить, понимать, анализировать и оценивать образы, слова
и звуки, составляющие современную медиакультуру» [Center… 2021]
«…средство воспитания у детей способностей критически осмысливать увиденное» [Children… 2021]
главное предназначение медийной грамотности заключается в «выявлении телевизионных программ,
которые интеллектуально и творчески развивают
ребенка, разрушают расовые, гендерные, культурные и прочие (в т. ч. связанные с отношением
к инвалидности) границы и предрассудки и произведены в соответствии с высокими техническими
и художественными стандартами» [Coalition… 2021]
«…опирающиеся на критическое мышление способности “читать” все сообщения, которые ежедневно
информируют, развлекают или рекламируют чтолибо людям» [Media… 2021]
«…средства и вокабуляр, необходимые для переосмысления медийных образов и их влияния на
то, каким образом мы оцениваем наш персональный, политический, экономический и культурный
миры» [Media Education… 2021]
медийная грамотность нужна для «борьбы с оскорбительными стереотипами и прочими предвзятыми медийными образами, часто встречающимися
в СМИ» [Media Watch, 2021]
«…медийно грамотный человек понимает, каким образом слова, образы и звуки влияют на то, как в современном мире создаются и транслируются смыслы; такой человек в состоянии оценить значимость
и ценность медиа и создаваемых ими сообщений».
[National… 2021]
112
Автор(ы) Трактовка медийной грамотности
Международный совет по вопросам медийной грамотности
(International Council for
Media Literacy)
Северо-западный проект
по медийной грамотности (Northwest Media
Literacy Project)
Управление национальной политики по контролю за наркотиками
(Office of National Drug
Control Policy)
Окончание табл. 1
«…способность выбирать, понимать (в плане содержания, формы/стиля, влияния и процесса
производства), подвергать сомнению, оценивать
и создавать медиасообщения, а также осмысленно реагировать на публикуемые материалы; это
осознанное созерцание и рефлексивное суждение»
[International… 2021]
«…способность критически оценивать медиасообщения в целях понимания их влияния на индивидов, группы людей, общество и планету в целом;
это также и социальное движение, призванное повысить осведомленность человека о деятельности
и влиянии СМИ» [Northwest… 2021]
медийная грамотность необходима: «а) для осознания того, как медиасообщения влияют на людей
(например, через развитие речевых компетенций
по распознаванию манипулятивных технологий,
навыков самозащиты от публикаций о наркотиках
и опасном образе жизни); б) для развития критического мышления (то есть для осознания того, что
медиасообщения создаются конкретными людьми,
имеющими собственные точки зрения и коммерческие интересы, и для оценки степени точности и достоверности информации)» [Office… 2021]
Условно в содержании большинства приведенных определений
можно выделить несколько смысловых блоков – составных частей,
которые по отдельности или в определенной комбинации присутствуют в упомянутых дефинициях.
Так, иногда в контексте медийной грамотности говорится об умении найти и отобрать (выбрать) ту информацию, которая необходима человеку для удовлетворения существующей у него потребности.
При этом чаще всего здесь имеются в виду актуальные в настоящий
момент данные и факты, циркулирующие в СМИ.
Наиболее общее понимание медийной грамотности предполагает,
что, найдя искомую информацию, человек затем не просто примет
ее на веру, но и попытается осмыслить. В приведенных выше определениях для обозначения данного процесса используются слова
«анализ», «интерпретация», «трактовка», «расшифровка», «декодирование» и др., а также производные от них. На наш взгляд, вне зависимости от того, каким образом это артикулировано, по своей сути,
это есть не что иное, как анализ полученных из массмедиа сведений.
Достаточно часто при этом уточняется, что подобный анализ
осуществляется посредством «критического мышления» человека.
113
Характерно, что лишь в четырех из приведенных выше дефиниций
отсутствует упоминание либо аналитической обработки получаемой
человеком информации, либо использования для этого навыков критического мышления. В отдельных случаях присутствуют оба этих
компонента.
Что же люди обычно делают с полученными и критически осмысленными сведениями? Для чего им это нужно? Ответы на эти вопросы, как правило, содержатся во второй части большинства определений медийной грамотности. Суммировав и обобщив их содержание, заметим очевидное, что подобного рода переработка информации необходима личности: а) либо для ориентации в окружающих
ее потоках данных или политической/медийной системе в целом;
б) либо для защиты от пагубного влияния чего-либо (манипулятивных технологий, неблагоприятных явлений социальной среды и т. п.);
в) либо же для использования в качестве педагогического средства
воздействия на кого-либо (преимущественно – на детей, подростков
и молодых людей).
Наконец, еще один аспект, периодически встречающийся в анализируемых определениях, – это наличие у человека навыков создания
собственных медиасообщений. Отдельные ученые полагают, что медийно грамотный человек, кроме всего прочего, при наличии соответствующей необходимости должен уметь самостоятельно продуцировать информационные сообщения (как правило, в Интернете).
Заметим при этом, что данный вопрос является одним из тех, по
которому в научном сообществе до сих пор ведутся споры. Помимо
тех, кто считает умение создавать медиапродукт атрибутом медийной
грамотности, есть и те, кто выводит это за рамки интересующего нас
феномена.
Принимая все это во внимание, считаем возможным предложить
собственное понимание сути медийной грамотности. На наш взгляд,
это, прежде всего, умение человека находить в материалах массмедиа
интересующую его информацию, критически ее осмысливать и проверять достоверность, а также – при наличии соответствующей необходимости – самому создавать элементарные медийные сообщения.
Анализ работ отечественных авторов дает нам основания утверждать, что чаще всего медийная грамотность рассматривается в них
либо с позиций педагогики [Жижина, 2016; Федоров, Левицкая,
2015; Федоров, Челышева, 2002; Шомова, 2013], лингвистики
[Добросклонская, 2016; Мухортов, Краснова, 2016; Якунин, 2019],
медиапотребления и журналистики [Вырковский, Любимцева, 2015;
Полуэхтова, 2016; Черевко и др., 2018], либо же как часть общей системы информационной безопасности [Быков, Медведева, 2020].
Политическая же составляющая интересующего нас феномена (и в
114
особенности – его роль в формировании политических суждений) на
данный момент, можно сказать, еще не раскрывалась.
Завершая анализ смыслового поля медийной грамотности, обратим внимание еще на одно важное в контексте данной монографии
обстоятельство.
Главным препятствием на пути внедрения принципов медийной
грамотности в массовое общественное сознание является кардинальным образом изменившийся способ восприятия людьми общественно-политической информации. Информация стала не просто неотъемлемой частью повседневной жизни, но в чем-то даже приобрела
черты банальности и профанности: ее стало слишком много, а значит, в соответствии с законом предельной полезности, она естественным образом девальвировалась, снизилась степень доверия к ней.
Общество в определенной степени перестало воспринимать информацию как ценность. Более того, информация сегодня зачастую
больше не воспринимается даже как инструмент коммуникации.
Между тем среди основной массы политических субъектов преобладает прежнее отношение к информации как сакральной ценности, что
в свою очередь определяет характер и содержание используемых ими
методов работы с ней: эти методы уже далеко не всегда соответствуют новым условиям и требованиям, предпочтениям и привычным
практикам медиапотребления аудитории. Как результат, под угрозу
ставится способность политиков выстраивать грамотную коммуникацию с электоратом и, соответственно, легитимировать ключевые
политические институты.
Подобное изменение отношения к информации ставит вопрос
о возможностях дальнейшего изучения отдельных ее аспектов (производство, хранение, распространение, оценка сведений) с использованием прежних исследовательских методов и подходов. Резонно
возникает вопрос: можем ли мы объяснить сегодняшние реалии при
помощи прежних аналитических инструментов? Изменение культурного статуса и атрибутики массовой информации приводит к тому,
что иначе начинают восприниматься проблемы медийной грамотности. Для всестороннего ее осмысления необходимо, во-первых, учитывать изменившиеся реалии в данной сфере (структурные сдвиги
в политической культуре и в особенности в той ее части, что имеет отношение к запросу на информацию); и, во-вторых, выявить изменившуюся логику и риски функционирования информационного рынка.
В таком случае можно рассчитывать на более четкое концептуальное
понимание сложности и потенциальной опасности происходящих
процессов в информационной сфере и, как следствие, на обоснование
стратегии повышения информационной грамотности, объективно
необходимой как обществу, так и государству.
115
1.7.3. Рекомендации по защите от медиаманипулирования
Перейдем к изложению способов противодействия манипулятивному арсеналу современных массмедиа. Для удобства восприятия
весь комплекс существующих на этот счет рекомендаций может быть
разделен на две группы – общие принципы и инструментальные техники. Первую составляют правила, относящиеся к восприятию медиатекстов в целом, вторую – набор конкретных рекомендаций по тому,
как можно обезопасить себя от отдельных манипуляций со стороны
журналистов, блогеров и иных акторов политической коммуникации.
Общие принципы защиты
Наиболее важным общим принципом мы считаем необходимость
скептического отношения ко всему тому, о чем сообщают массмедиа.
Разумеется, этот скепсис не должен быть абсолютным. Подвергать
сомнению каждое слово или мысль просто невозможно! Медийно
грамотная личность должна просто всегда держать в голове тот факт,
что ею в принципе (не обязательно в данный конкретный момент, но
вообще) могут манипулировать. Причем особенно внимательным
в этом смысле стоит быть в те моменты, когда речь идет о каких-либо спорных, противоречивых, неоднозначных или «чувствительных»
для общества вещах. Практика показывает, что в таких случаях вероятность целенаправленного воздействия на сознание аудитории
в угоду чьим-либо политическим целям серьезно возрастает.
Рекомендуется также выработать привычку не делать скоропалительных выводов по поводу увиденного, услышанного или прочитанного в массмедиа. Далеко не всегда та информация, что доходит до нас впервые, в итоге оказывается достоверной и объективной.
Особенно актуально это для тех случаев, когда речь идет о срочных
сообщениях, поступающих во время прямого эфира или в режиме реального времени. Более или менее полная и соответствующая реальности картина, как правило, складывается позже – когда сообщаемые
«с пометкой “молния”» факты будут перепроверены и подтверждены
из нескольких независимых друг от друга источников. Поэтому в таких случаях всегда лучше просто принять информацию к сведению,
но до определенного времени воздержаться от того, чтобы делать из
нее какие-то выводы, так как в дальнейшем она вполне может не подтвердиться или быть существенно скорректирована.
По возможности при восприятии новостных сообщений нужно
также стараться отключать эмоции. Как уже отмечалось выше, нередко создатели медиасообщений намеренно повышают степень эмоциональности своих статей или репортажей (например, демонстрируя
кадры страдающих людей, плачущих детей, разрушенных городов
и т. п.) с целью вызвать у своих читателей или зрителей соответству-
116
ющие чувства и тем самым повлиять на их отношение к тому, что
сообщается. Оставаться абсолютно безучастным к подобного рода
вещам, естественно, очень сложно, однако нужно стараться всегда помнить о том, что все это также вполне может быть элементом
манипулирования.
Аналогичным образом всегда необходимо стремиться к тому, чтобы, во-первых, отсеивать так называемый «информационный шум»
и, во-вторых, находить корень тех проблем, что действительно важны
для общества или для нас лично. Информационная перегрузка и приемы по «оттенению» невыгодных для манипулятора фактов ощутимо
затрудняют для человека формирование адекватной картины того,
что произошло в тот или иной день. Более того, даже выявив круг
действительно важных тем, уяснить их сущность (выявить истинные
причины, определить вероятные последствия и т. д.), полагаясь исключительно на транслируемые журналистами фреймы, не всегда
возможно.
Разобраться в сути сообщаемого журналистами помогает диалогичность восприятия. При этом диалогичность в данном случае понимается двояко. Как своеобразный диалог с автором – не автоматическое следование за ходом его рассуждений, а мысленная дискуссия
с ним посредством задавания таких, например, вопросов, как «Что
заставляет автора так считать?», «Почему именно так, а не иначе?»,
«Не выдает ли автор собственное мнение за факт?», «Достаточно ли
у него оснований, чтобы утверждать это?» и т. д. Иными словами, это
уже упомянутый выше скепсис, но облаченный в более конкретную
форму.
Второе измерение диалогичности предполагает обсуждение наиболее острых и важных для личности проблем с другими людьми –
родственниками, друзьями, коллегами. Зачастую в ходе таких бесед
удается несколько иначе посмотреть на конкретный сюжет, увидеть
в нем новые, прежде не замечавшиеся грани и, возможно, даже несколько изменить собственное мнение по данному вопросу. При этом
очевидно, что лучше всего обсуждать что-либо с теми, кто придерживается в отношении этого противоположных взглядов. В таком
случае вероятность составления более целостного представления по
интересующему человека вопросу значительно больше.
Иногда, чтобы понять, манипулируют нами или нет, достаточно
просто оценить сообщаемое с точки зрения здравого смысла и чувства меры. Для этого, в частности, можно задать примерно такие вопросы: «Возможно ли такое в принципе?», «Не противоречит ли это
элементарным законам физики или биологическим возможностям
человека?», «Насколько все это реально с точки зрения имеющихся
у кого- или чего-либо материальных ресурсов?» и т. д. Разумеется,
117
вряд ли стоит оценивать таким образом каждое из утверждений автора. Однако там, где дело касается действительно важных для аудитории тем, такая практика явно не будет лишней.
Наконец, одним из самых действенных, но одновременно труднореализуемых общих принципов противостояния манипуляции является включенность в происходящие события. Одно дело – когда
человек узнает о чем-либо исключительно из материалов средств
массовой коммуникации. Совершенно другое – когда есть возможность наблюдать отдельные процессы лично, собственными глазами.
В первом случае люди, получается, полностью зависят от того, каким
образом информация о произошедшем будет преподнесена журналистами; во втором они смогут соотнести все это с тем, что наблюдали
воочию.
Конечно же, в силу самых различных причин (недостатка времени, территориальной отдаленности и т. д.) непосредственное участие
во многих политических мероприятиях и событиях просто невозможно. Но, опять же, тогда, когда сделать это можно и когда сам вопрос
для конкретного человека важен, пренебрегать такой возможностью
не нужно.
Таков набор рекомендаций, которые мы отнесли к разряду основных принципов противодействия медиаманипуляциям. Все они носят достаточно общий характер и представляют собой скорее универсальные установки по поводу того, как следует относиться к транслируемой журналистами информации.
Инструментальные техники защиты
Однако есть еще и целый ряд более частных способов, позволяющих распознать попытки недобросовестного воздействия на сознание
аудитории. Самый эффективный из них – это сопоставление информации по одному и тому же поводу из различных медийных источников. Очевидно, например, что то, как какое-то резонансное политическое событие преподносится, скажем, «Российской газетой», будет
очень сильно отличаться от того, как то же самое будет освещаться,
условно говоря, «Новой газетой». Примерно такой же будет разница
в подходах и оценках между российскими и зарубежными массмедиа
в отношении вопросов внешней политики нашей страны.
В таких случаях различными, как правило, являются и транслируемые журналистами фреймы, и атрибутивные повестки дня, и повестки дня первого уровня. А, следовательно, если человек будет
стараться получать информацию о происходящем из разных (что
принципиально важно – разнонаправленных по своим политическим
ориентациям и предпочтениям) СМК, у него будет возможность формировать более целостное, включающее в себя аргументы как сторон-
118
ников, так и противников чего-либо, представление о происходящем.
Плюс ко всему, сравнение зачастую противостоящих друг другу позиций также поможет обнаружить и прямые искажения фактов, и более тонкие приемы манипулирования.
При этом, выбирая ресурсы для сопоставления, важно по возможности максимально четко понимать, кому они принадлежат
и какие политические или коммерческие структуры за ними стоят.
Разумеется, эти данные редко разглашаются открыто. Однако при
желании выяснить это все-таки можно. Такая информация очень
важна и в том случае, если у человека нет возможности или времени сравнивать контент из нескольких источников. Даже если кто-то
привык смотреть один телеканал или читать один и тот же новостной
сайт, знание того, кто этот ресурс спонсирует, безусловно, будет весьма важным в понимании особенностей общей редакционной политики данного ресурса.
Воспринимая информацию из любого медийного источника, нужно также обращать внимание на то, представлена ли альтернативная
точка зрения по какому-либо вопросу, и, если да, то в каком объеме.
Естественно, не следует понимать данную рекомендацию буквально: подавляющее большинство используемых журналистами тезисов не предполагает наличия противоположного мнения. Однако
в тех случаях, когда речь идет о действительно важном, спорном или
противоречивом вопросе, как правило, имеются как сторонники, так
и противники позиции, излагаемой автором конкретного материала.
Стандарты журналистской работы предполагают, что в новостной
статье должен быть представлен как можно более широкий спектр
существующих на этот счет взглядов. Стало быть, если такого не наблюдается, либо же альтернативная точка зрения лишь упоминается,
но раскрывается значительно менее подробно, то, скорее всего, в данном случае имеет место попытка манипулирования.
При этом необходимо четко осознавать разницу между различными жанрами информационных сообщений – такими, например, как
новостная заметка, репортаж, частное мнение, аналитика, интервью,
пропаганда, реклама и т. д. Ожидать абсолютной объективности от
последней из перечисленного, конечно же, не приходится. Равно как
и в рамках «частного мнения» или блога, например, автор волен высказывать только ту точку зрения, что считает нужной. Однако если
речь идет, скажем, о новостном репортаже или аналитической статье,
то здесь уже должны соблюдаться требования объективности и хоть
какой-то беспристрастности.
Важно также обращать внимание и на источник транслируемой
журналистами информации. Что это – официальное заявление чиновника, мнение эксперта, анонимный «высокопоставленный источ-
119
ник» или что-то еще? Степень доверия каждому из перечисленных
вариантов должна быть различной. Предоставляя ложную, непроверенную информацию или высказывая мнение, не соответствующее
действительности, первые два рискуют как минимум своей репутацией. А вот третий, в силу того, что он не назван, не рискует вообще
ничем. Более того, в реальности этого анонимного источника может
и не быть вовсе – таким образом авторы медиасообщений могут озвучивать информацию, которая выгодна им самим или стоящим за
ними субъектам.
Иногда, чтобы доказать факт манипуляции, достаточно просто
проверить достоверность изложенных в медиасообщении фактов.
Для этого можно уточнить что-либо в справочнике или любых других
информационных ресурсах, не связанных непосредственно с политикой. На Западе редакции многих СМИ, не желая быть пойманными
на фактологических ошибках или неточностях, создают соответствующие отделы, которые занимаются предварительной проверкой содержащихся в информационных материалах дат, цифр, цитат и т. д.
Такая работа даже получила соответствующее наименование – factchecking (в пер. с англ. – проверка фактов). В России же подобная
практика только начинает внедряться. Хотелось бы, чтобы не только
журналисты, но и сами люди, получающие от них информацию, время от времени также находили время проверять и уточнять отдельные детали и факты. В некотором смысле это тоже является одним
из условий формирования медийной грамотности, необходимой для
продуцирования обоснованных политических суждений.
В целях повышения иммунитета к медиаманипуляциям рекомендуется обращать внимание на используемую автором лексику – каким образом кто-то или что-то именуется (самые распространенные
примеры: «сепаратист» или «борец за независимость», «ополченец»
или «боевик», «воссоединение» или «аннексия» и т. д.), какие метафоры, эпитеты, эвфемизмы, сравнения при этом используются.
Иногда бывает полезно просто – своими словами, по возможности
избегая политически нагруженных терминов, – пересказать основное
содержание медиасообщения. Считается, что таким образом можно
обнаружить какие-либо нестыковки в логике автора и, как следствие,
не поддаться на заложенные в медиатекст манипуляции.
Наконец, еще одним весьма действенным механизмом выхода
из-под влияния манипулятора (особенно в тех случаях, когда воздействие осуществляется ежедневно) являются паузы в привычном
режиме получения информации. Практика показывает, что, если, например, в течение недели не смотреть «любимую» новостную телепередачу или не читать привычный для себя телеграмм-канал, то потом,
по окончании перерыва, транслируемый по данному информацион-
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]