Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Традиционная сезонная обрядность коренных народов Притомья особенности формирования, проблемы сохранения и актуализации в музейном пространстве. Моног
.pdf
обоснование ценности музейных объектов – нематериальных и овеществленных (музейных предметов), что может быть реализовано с позиций ак-
сиологического подхода, который в 1920-е годы был обозначен М. М. Бах-
тиным в обосновании идеи о том, что продукты человеческой
125
деятельности носят ценностный характер
. В 1980-е годы применитель-
но к музееведению положения об аксиологическом подходе имели место
126
в работах З. Странского
, а в конце ХХ – начале ХХI века нашли отражение в разработках теоретических положений (относительно музеологии) российских ученых – Л. М. Шляхтиной
127
, Е. Н. Мастеницы
128
и др.
В рамках аксиологического подхода может быть обоснована значимость
сезонных обрядов шорцев и бачатских телеутов как объектов этнокультурного наследия, ценность задействованных в обрядах овеществленных
компонентов. Ценность собственно этнокультурного наследия исследова-
129
тели связывают с его сохраняющим и трансляционным характером
, что
имеет прямое отношение к сезонной обрядности шорцев и бачатских телеутов как к уникальным объектам культурного наследия.
Аксиологический подход применим относительно закрепления за
музейным предметом статуса наследия. До того, как стать музейным
предметом, он проходит длительный путь, изначально являясь вещью
в среде бытования. Утрата значения в этой среде, связанная с невостребованностью вещи, приводит через длительный промежуток времени к ее
превращению в артефакт, привлекающий внимание музейных собирателей. Для последних он является предметом музейного значения. Попадая
в музей, предмет музейного значения оказывается в контексте, максимально благоприятном для раскрытия всей полноты его информационно-
125
Бахтин М. М. Литературно-критические статьи / сост. С. Бочаров, В. Кожинов. –
М.: Худож. лит., 1986. – 543 с.
126
Странский З. Понимание музееведения // Музеи мира. – М.: Изд. НИИ культуры,
1991. – С. 8–26.
127
Губаренко М. Я., Шляхтина Л. М. Генезис и формирование музеологии в Чехии и
ее влияние на отечественную научную традицию // Вопросы музеологии. – 2015. –
№ 2 (12). – С. 3–16.
128
Мастеница Е. Н. Аксиология музейного предмета // Ценности и оценки: проблемы
философии и науки: сб. ст. – Смоленск: Универсум, 2007. – Вып 3. – С. 69–74.
129
Смелякова А. В. Этнокультурное наследие как ценность. Аксиологический подход // Мир науки, культуры, образования. – 2009. – № 2 (14). – С. 104.
51
го потенциала
130
.
Традиция, несмотря на происходящие изменения в культуре под
влиянием процессов урбанизации, не перестает играть важную роль. Традиционной культуре принадлежит особая роль в обеспечении идентификации и консолидации общества, его ценностной ориентации, сохранения
ключевых смыслов и идеалов
131
. В развитии культуры происходит постоянная смена традиций и новаций, которые должны находиться в состоянии относительного равновесия, при этом новация должна базироваться
на традиции. Возможности актуализации сезонной обрядности как объекта нематериального культурного наследия должны базироваться на дея-
тельностном подходе, теоретиком которого в отечественной науке является Э. С. Маркарян. По его мнению, культуру отличает отсутствие
статичности: традиции сменяются новациями, последние со временем
стереотипизируются, превращаясь в традицию. Сама по себе традиция
при этом служит предпосылкой для возникновения инноваций
132
. Так как
сезонная обрядность уже с 1930-х годов претерпевает значительные изменения в среде бытования (происходит трансформация обрядовых действий под воздействием адаптивно-адаптирующих механизмов культуры),
связанные с данным явлением объекты должны изучаться в культурной
динамике, что подразумевает исследования в рамках деятельностного
подхода: анализ процессов изменений в обрядовых действиях и использовании ритуальных предметов, а также преобразования имеющих место
в среде бытования объектов – в музейные с их последующим включением
в современную социокультурную среду.
Возможность восстановления объектов наследия, утраченных в естественной среде, связана исключительно с использованием материалов
музейных собраний. В противном случае, без опоры на подлинные объекты наследия, речь идет не о возрождении элементов традиционной культуры, а о формировании псевдотрадиционных стилизованных образцов.
В качестве примера может быть приведена попытка воспроизведения сезонного обряда Шачыг, относящегося к циклу весенних и направленного
130
Балаш А. Н. Вещь в музее: размышления о судьбе «предмета музейного значе-
ния» // Вопросы музеологии. – 2013. – № 1 (7). – С. 23.
131
Егле Л. Ю. Традиционная культура: основные подходы к исследованию // Вестник
Кемеровского государственного университета культуры и искусств. – 2014. – № 4
(29–2). – С. 44.
132
Маркарян Э. С. Теория культуры и современная наука. – М.: Мысль, 1983. – С. 154.
52
на почитание духов гор и рек, имеющего продуцирующее значение, который, как говорилось в предыдущих параграфах, был зафиксирован в конце XIX – начале XX века исследователями Саяно-Алтая. Совершившая
этнографическую экспедицию в 1927 году в Горную Шорию целенаправленно для изучения этого обряда ленинградский фольклорист и этнограф
Н. П. Дыренкова опиралась на зафиксированные ранее сведения о почитании священной «земли-воды» В. И. Вербицким (1885), В. В. Радловым
(1897) и С. Е. Маловым (1909). Материалы фиксации Н. П. Дыренковой
о еще бытовавшем в этот период обряде в виде записей, фотоматериалов,
музейных предметов позволяют представить его в достаточно полном
виде. Свидетельством бытования этого обряда у шорцев в 1930-е годы
служат архивные материалы кузнецкого краеведа К. А. Евреинова
133
На основе данных этнографов и краеведов можно определить составляющие обряда: символическое действие, вербальный элемент, ритуальная
атрибутика, привязанность к определенному локусу
134
. С использованием
материалов собраний музеев России (архивных данных и музейных пред-
.
метов) становится возможной реконструкция всех обозначенных компонентов. К. А. Евреиновым в 1934 году не только составлено этнографическое описание обряда, но и осуществлена фиксация в виде карандашной
зарисовки места проведения весеннего обряда в Абинском улусе (священная роща «каин шаачен»), а также включенной в обряд ритуальной
атрибутики. Кроме того, Н. П. Дыренковой посредством записей в полевых дневниках были зафиксированы во всей полноте ритуальные тексты,
на основе которых может быть воссоздана вербальная составляющая обряда. Таким образом, в трудах вышеобозначенных исследователей содержится описание обрядовых действий Шачыг до 1935 года.
После 1930-х годов сезонный обряд Шачыг был полностью утрачен
в естественной среде и длительное время не вызывал интереса у носителей традиции. В 2002 году в обществе появляется интерес к возрождению
традиционной культуры. Новокузнецкими представителями шорской интеллигенции был впервые проведен обряд под названием Чал пажы / Чыл
пажы как новогодний, представляющий собой модификацию традицион-
133
Архив НКМ. Д. 6. Оп. 1. Л. 1. 1
134
Глушкова П. В., Кимеева Т. И. Роль подлинных объектов нематериального культурного наследия и неотрадиций в формировании этнокультурной идентичности //
Культура в евразийском пространстве: традиции и новации. – 2019. – № 1 (3). – С. 67.
53
ного обряда
135
. Обряда под таким названием не зафиксировано в традиционной культуре шорцев, кроме того, его семантическая и акциональная
составляющие получили новую интерпретацию. Как отмечалось выше,
обряд традиционно совершался весной, после освобождения рек ото льда,
так как именно это время считалось началом нового года, и был направлен на почитание духов гор и рек, способных обеспечить удачу на промысле. Чал пажы стал интерпретироваться как начало нового года по современному календарю, как прощание со всем старым и духовное
очищение. В соответствии с новой семантикой были введены новые обрядовые действия, например, сооружался костер в форме колодца, и в нем
сжигались ленты, что символизировало уничтожение всего плохого, что
было в прошлом и т. д. Название же обряду было дано по словосочетанию
из текста шаманского камлания, зафиксированного Н. П. Дыренковой во
время присутствия на обряде Шачыг у шорцев рода Таяш по реке Пызас,
преодолевшей для этого километры непроходимой весенней дороги по
черневой тайге. Интерпретация связи Чал пажы с Новым годом основывалась на вербальной составляющей весеннего обряда Шачыг: «Чистое
кропление мы совершаем; Голову года мы поднимаем»
136
. «Впоследствии
обряд стал проводиться социокультурными институтами: музеями и домами культуры. Он является ежегодным мероприятием в историкокультурном и природном музее-заповеднике «Томская Писаница»,
в Краеведческом музее г. Междуреченска и др. Стоит отметить, что в естественной социокультурной среде изобретенный обряд не «прижился»,
в глухих шорских улусах, как показывают материалы экспедиций, только
слышали, что обряд проводят в городах. В данном случае возникает вопрос о правомерности обозначения вновь созданного обряда как неотрадиции, так как подлинная традиция слишком подверглась изменению,
а не была органично приспособлена к современным условиям»
137
.
В рамках деятельностного подхода актуализация сезонной обрядно-
135
Кимеев В. М. Формирование обрядности шорцев под влиянием соседних народов –
хакасов, алтайцев, русских сибиряков: ретроспектива и современность // Алтай – Западная Сибирь в XIX – начале XX в.: население, хозяйство, культура. – ГорноАлтайск, 2018. – С. 208.
136
Дыренкова Н. П. Шорский фольклор. – М.; Л., 1940. – С. 341.
137
Глушкова П. В., Кимеева Т. И. Роль подлинных объектов нематериального культурного наследия и неотрадиций в формировании этнокультурной идентичности.
С. 69.
54
сти рассматривается как процесс включения объектов наследия в современную культуру, базирующийся на материалах музейных собраний. Задачей любого музея как хранителя и транслятора наследия является не
только сохранение овеществленных компонентов наследия, но и раскрытие унаследованного потенциала, в том числе определение возможностей
их включения в пространство современной культуры, то есть их актуализация.
Реконструкция обряда в музее ориентируется на применение
структурно-функционального подхода, сторонниками которого являются
отечественные этнографы. Вклад в изучение обрядности на основе структурно-функционального подхода сделан В. Я. Проппом, выявившим общие для календарной и семейной обрядности элементы и подчеркнувшим
их аграрно-продуцирующее значение
138
. Российские ученые в области
культурной антропологии и этнолингвистики В. Н. Топоров и А. К. Байбурин используют при исследовании обряда функциональный подход,
теоретически обосновывая его функции, хотя большинство отечественных этнологов, по мнению И. П. Давыдова, придерживаются структурного подхода
139
. Данный подход предусматривает выявление структурных
обрядовых элементов, которые могут быть обозначены как акты – элементарные обрядовые действия, каждое из которых обладает самостоятельным семантическим наполнением.
Акт приготовления обрядовой пищи и напитков в весенней и осенней сезонной обрядности связан с жертвоприношением духам, от которых
зависит благополучие в предшествующем сезоне года: бескровное жертвоприношение в виде алкогольного напитка из ячменя совершалось шорцами, в занятиях которых имело место древнее мотыжное земледелие;
жертвоприношение с закланием барана и кроплением молоком осуществлялось бачатскими телеутами – потомками кочевых скотоводов Южной
Сибири.
Акт шаманского камлания, включаемый в сезонный обряд, соотно-
138
Пропп В. Я. Русские аграрные праздники: опыт историко-этнографического иссле-
дования. С. 139.
139
Давыдов И. П. Сравнительно-функциональный анализ мифа и ритуала как составляющих частей мифоритуального религиозного комплекса // Вестник Православного
Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия.
Религиоведение. –2013. – Т. 45. – № 1. – С. 42.
55
сится с призывом почитаемых духов, с убеждением «услышать» просьбы
собравшихся на обрядовое действие и принести удачу членам определенного рода. Каждый из рассматриваемых сезонных обрядов состоит из логической последовательности актов, связанных между собой.
Акт укрепления на вершине березы гирлянды «чалаба» в обряде
Шачыг/Шачыл у шорцев, повязывания цветных полос ткани на ветки берез, из которых составлен жертвенник обряда Сомдор у бачатских телеутов, отражает почитание березы. Это свойственно для весенней обрядности многих народов, так как береза наделена множественными смыслами:
соотносится с культом растительности, отражает представления о мировом древе, связана с представлениями о духах предков и т. д.
Акт хождения в весенних обрядах Шачыг/Шачыл и Тöр-сууды алкап-тäт по ходу солнца с обращением к почитаемым духам связан с пробуждением природы и имеет четко выраженную продуцирующую направленность.
Обязательным актом сезонных обрядов являлась общеродовая трапеза, сопровождаемая играми «табыр», свойственными для шорцев и бачатских телеутов.
Одним из ведущих подходов в области изучения обрядности служит
семиотический. Элементы традиционного обряда закреплены в знаках,
передающих заключенные в них смыслы. В качестве знаковой системы
ритуал рассматривали такие представители отечественной науки, как
Ю. М. Лотман, Б. А. Успенский
140
, А. К. Байбурин
141
и др. С позиций
семиотического подхода обряд изучался как многослойный текст, в
структуре которого овеществленные компоненты исследуются как знак
семиотической структуры – обрядового действия во всей его целостности.
Многие исследователи считали, что всякий обряд может быть представлен как определенный текст, то есть как некая последовательность действий (акциональный план обряда), обращений к предметам (предметный
план), имеющим символический смысл, и связанных с ними словесных
140
Лотман Ю. М., Успенский Б. А. Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) [Электронный ресурс]. – URL: https://www.ruthenia.
ru/document/537293. html
141
Байбурин А. К. Семиотический статус вещей и мифология // Материальная культура и мифология: сб. МАЭ. – Л.: Наука, 1981. – С. 215–226; Байбурин А. К. Ритуал:
свое и чужое // Фольклор и этнография. Проблема реконструкции фактов традиционной культуры: сб. науч. тр. АН СССР. – Л.: Наука, 1990. – С. 3–17.
56
высказываний (вербальный план). В центре внимания семиотического
подхода – передача, трансляция социального опыта в пространстве и времени.
В рамках семиотического подхода появляется возможность извлечения информации, заключенной в овеществленных компонентах сезонных обрядов. Имманентное понимание значений, содержащихся в музейных предметах-знаках, позволяет интерпретировать их семантику,
процессы их создания в каком-либо обрядовом акте, предназначение
в рамках обряда и возможности функционирования в пространстве музея.
Например, общеродовая чаша «шара» имеет полусферическую форму
с уплощенным дном, что значимо для ее задействования в обряде. Форма
полусферы имеет отношение к космологическим мотивам, связанным
у шорцев с представлениями о солнце «кун», месяце «ай», утренней звезде (заре) «танг чолмон», что соответствует ее использованию в весеннем
обряде для кропления духам и гадания на удачу в текущий период –
с весны до осени. Это было особое время, когда шаманы могли камлать,
вступать в контакт с почитаемыми ими духами, пока небо не «замерзло».
Значение общеродовой чаши усиливал материал, из которого она изготовлена, – березовый кап. Для весеннего обряда «богатая береза» является
одним из ключевых элементов: вокруг нее или рядом с нею совершается
ритуальное действие, на березу водружается родовая гирлянда «чалаба»,
ветви березы украшаются вотивными подношениями в виде цветных лоскутов. Таким же семантическим значением наполнена кора березы – береста, из которой выполнена ритуальная атрибутика: большой (общеродовой) и малый (семейный) туеса для жертвенного напитка, черпательные
части ложек для кропления духам, маска «коча-кана».
Анализ сезонной обрядности с позиций семиотики предполагает
обращение к коммуникационному подходу. Основателем данного теоретического подхода к исследованию музея считается Д. Камерон. В конце
XX – начале XXI века коммуникационный подход формируется в отечественном музееведении, основываясь на исследовании процессов передачи, осмысления и приема информации, происходящих между музеем
и обществом. Посредством музейной коммуникации раскрываются возможности постижения смыслов сезонной обрядности через восприятие
языка вводимых в обряд овеществленных компонентов. Гармоничное
57
включение в структуру обряда предметов должно прочитываться как актуализированный сакральный смысл объекта традиционной культуры,
указывающий на систему ценностных ориентаций конкретного народа.
Особо значимым является интерпретация заключенных в музейных предметах смыслов, раскрываемых в процессе музейной коммуникации
интерпретатором (сотрудником фондов). Интерпретатор осуществляет
анализ предметов из музейного собрания, представляющих собой овеществленные компоненты сезонных обрядов. Учитывается наличие в сезонных обрядах различных групп предметов: ритуальных атрибутов, создаваемых исключительно для проведения определенного обряда, таких как
маска, посох и культовый фаллос, используемых «коча» в своих действиях в качестве предметов, усиливающих продуцирующее значение обряда;
атрибутов, не содержащих собственно ритуального значения, а наделяемых сакральной семантикой во время проведения обряда, способствующих при этом раскрытию значения осуществляемых участниками обрядовых действий. Специфика таких предметов заключается в возможности их
использования и в ритуалах, и в быту, например, берестяные сосуды,
в которых каждая семья шорского рода доставляла на место проведения
обрядов Шачыг и Коча-кан специально подготовленные ритуальные напитки, сливаемые в специальный общий сосуд. В качестве другого примера может быть назван котел «тöр-сууды алкап-тäт» для приготовления
мяса жертвенного барана бачатскими телеутами при проведении обряда
родового жертвоприношения духам – «ыйыкам».
Актуализация обряда базируется на музейной коммуникации, реализуемой посредством форм культурно-образовательной деятельности.
Наиболее продуктивными в аспекте актуализации обрядности являются
такие формы, как праздник и музейная программа, которые могут включать экскурсии, мастер-классы, конкурсы, театрализованные постановки.
В качестве одной из перспективных форм является живая экспозиция как
канал музейной коммуникации, предусматривающая активное участие
посетителей. Опора на коммуникационный подход позволяет рассматривать музей как коммуникационный канал, передающий культурнозначимую информацию, необходимое звено в процессе передачи традиций. Музей, выступающий одним из каналов общекультурной коммуникации, обеспечивающий передачу традиции посредством ее актуализации,
58
воспринимается как один из механизмов культуры, аккумулирующий, сохраняющий и транслирующий традицию. Такое понимание коммуникации позволяет осмыслить процесс актуализации в музее объектов нематериального наследия как механизм трансляции традиции в качестве
символической системы. Посредством музейной коммуникации осуществляется передача тех необходимых для функционирования общества смыслов, преемственность которых была прервана. Возможно осуществление
процесса встраивания в современную культуру традиционных смыслов,
которые впоследствии естественным образом трансформируются, адаптируются к современным условиям. При таком подходе музей становится
недостающим звеном в передаче культурных кодов. Функция коммуникации начинает восприниматься музеем как одна из основных именно в тот
период, когда естественные механизмы трансляции традиционной культуры начинают нарушаться. В данном контексте именно музей способен
выступить своеобразным посредником: сохраняя и воссоздавая утраченные традиционные формы, музей выстраивает коммуникацию с посетителем и передает эти формы, обеспечивая их включение в современную
культуру, где традиция оказывается вовлеченной в естественный динамический процесс. Происходит формирование новой традиции, соответствующей современной среде.
Музею необходимо выполнять возложенную на него миссию и на
основе выстроенной с посетителем коммуникации транслировать культурные коды. В условиях адаптации музея к изменениям во внешней
и внутренней структуре должна сохраняться ориентация на миссию музея
и осуществляться сохранение подлинной традиционной культуры, а не
модифицированных интерпретаций
142
. Особое значение в таком ключе
получает значимость сохранения и трансляции музеем традиционной обрядности, так как ритуал является унифицированным кодом, обеспечивающим сохранение культурной памяти.
Актуализация такого объекта нематериального культурного наследия, как сезонный обряд осуществляется преимущественно посредством
реализации форм культурно-образовательной деятельности музея с учетом обозначенных научных подходов. В основе актуализации лежат сле-
142
Каулен М. Е. Динамика музейной потребности и миссия музея в современном
обществе // Новации в музейном мире. Музей как коммуникационный протокол: сб.
науч. ст. – Новосибирск, 2013. – С. 121.
59
дующие методы:
– метод фиксации, основанный на трансляции культурной традиции
ее носителем;
– метод моделирования, ориентированный на воспроизведение объ-
екта на основе гипотез и аналогий;
– метод реконструкции, направленный на воссоздание объекта на
основе исчерпывающих данных;
– метод интерпретации посредством материальных носителей, ос-
нованный на трансляции информационных полей музейных предметов.
Первым этапом музеефикации должно стать выявление объекта
в среде бытования и включение в материалы музейного собрания. При
определении методики актуализации нематериальных объектов стоит базироваться на таких факторах, как: функционирование объекта в естественной социокультурной среде (степень его сохранности), принадлежность к той или иной категории объектов нематериального наследия,
сущностные характеристики объекта.
Под музеефикацией понимается приведение объекта в музейное состояние. Музейное состояние подразумевает способность объекта аккумулировать и транслировать культурно-значимую информацию. В отношении музеефикации сезонных обрядов следует учитывать два подхода к
пониманию музеефикации. В узком понимании – это приведение в музейное состояние недвижимых, средовых и нематериальных объектов
наследия. В широком понимании музеефикация включает приведение
в музейное состояние и движимых объектов, то есть включение в музейное собрание предметов с сопутствующим выявлением их основных
характеристик, установлением их ценности, подлинности и принадлежности к традиционной культуре конкретного народа с ориентацией на его
презентацию музейными средствами.
В техническом аспекте музеефикация предполагает включение объекта в материалы музейного собрания, его атрибуцию, на основе чего
осуществляется презентация в экспозиционно-выставочной и культурнообразовательной деятельности, а также за счет публикации информационных полей в издательской деятельности музея или в виртуальном пространстве. Следует учитывать, что музеефикация нематериального объекта культурного наследия реализуется в несколько этапов:
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]